Mondengel: Легенда о Ночном Хищнике

- Майкл! Сто пятый периметр! Беру на разворот! - Вас понял. Новости с фронта лились грязным потоком. Внезапная и стремительная война накрыла сразу же несколько государств. Две страны уже были разгромлены и, фактически, порабощены. Гражданских использовали в качестве живых инкубаторов, биологическое оружие оправдало все ожидания. Стравливали “псов войны”, кидая улей на улей. Среди автоматизированной военной техники на цепях шныряли послушные, подготовленные ксеноморфы. “Хозяевами” были специально обученные солдаты в лёгких, прочных экзоскелетах. На континентах творился полный беспредел: снаряды разрывали в паштет оставшихся людей, визжали и выстреливали второй челюстью обезумевшие Чужие, не менее обезумевшие, чем те, кто их вёл. - Отряд «6-B» - очистить поселение. Выпустить спецотряд Жуков. - Есть выпустить спецотряд. Тридцать военных, державших на металлических ремнях спокойных сосредоточенных трутней, разжали крепления. С помощью устройства, подражающего голосу Матки, они дали команду уничтожения, приправив приказ дозой королевских феромонов. Чужие рванули на небольшую, полуразгромленную деревушку, в которой размещалось одно из скрытых хранилищ вражеских “живых инкубаторов”. Сначала они проникли в каждый дом, расчищая путь для своих хозяев, а затем юркнули в холодный сырой подвал одного из зданий, где с диким шипением набросились на толпящихся в клетках людей, гордо именовавшихся «биоматериал». - Отряд «6-B». Задание выполнено. - Следующий пункт в ста шестидесяти километрах. Следуйте к вертолётам. - Вас понял. Чужих разбивали на отряды разного назначения. На поле боя в основном кидались искусственно выведенные клоны, рассчитанные брать количеством. Среди них присутствовали как бегуны, так и трутни. Меньшую часть составляли солдаты. Базы штамповали клонов безостановочно, сутками напролёт, делая на этом процессе баснословные суммы денег. В спецотряды входили «истинные» или «настоящие» ксеноморфы. Их взращивали естественным путём, используя для данной цели тела отлавливаемых гражданских, которых отвозили в "концлагеря" - лаборатории-фабрики. Подчинённые при помощи годами разрабатываемых технологий, Чужие послушно выполняли ряд самых разнообразных военных функций: группы солдат уничтожали крупногабаритную технику, без проблем ломали экзоскелеты и прорывались на закрытые охраняемые базы. Трутни очищали вражеские территории от людей, поскольку в условиях жестокой войны гражданские являлись живыми инкубаторами для взращивания и прокормки армии Жуков. Действие происходило по принципу: "Если биологический материал не использовали мы, значит, их не использует никто". Из животных выращивались бегуны, составляя отряд разведчиков. Спецкамеры закреплялись по всему их телу, обеспечивая полноценный обзор. Всё, что видел бегун, автоматически передавалось на главный компьютер. Две вражеские стороны имели по одному крупному улью с основным подчиняющим фактором – скованной Королевой.

***

Андрейст Рок уже успела побывать в нескольких сражениях, провести пятнадцать удачных боевых операций и добыть важную стратегическую информацию, касающуюся взращивания элитных ксеноморфов-воинов. Всё, что творилось вокруг, поначалу приводило её в шок, но боевой дух некоторое время не позволял эмоциям завладеть рассудком. Сейчас она с остатками отряда возвращалась в лаборатории. У неё было твёрдое намерение лично поговорить с начальством. - Ты сильно напряжена, Эндри. Что-то стряслось? - Ничего, Фил. Просто на моих глазах разорвали три человека из разведки, четвёртого залило кислотой при оборонении, а невинных людей расстреляли союзники, назвав этот “биоматериал” засорённым вражескими Чужими. Всё как всегда идёт в привычном русле, не так ли? В её голосе раздавались ядовитые нотки сарказма. - Эндри, меня тоже всё это бесит, но пойми, мы не в силах что-либо изменить. Мы не можем вдвоём остановить целую войну, выйдя в поле и крикнув: «Эй! Остановитесь! Что вы творите, обезумевшие скоты?!» Мы просто выполняем приказ. - К чёрту эти приказы, эту войну. К чёрту всё! Разведчик понял, что эта операция стала последней каплей в чаше терпения командующей. Андрейст ненавидела всё это. Всех этих солдат с обезумевшими глазами и брызжущих слюной, подобно Жукам на поводке, все эти разведки и гонки за более совершенным, элитным оружием, лишь бы убить как можно больше, уничтожить, сломать и поставить на колени. Вся эта мерзкая человеческая природа, которая пёрла сейчас, словно рвота из-под сорванной маски... - Хватит, – тихо шепнула Андрейст, смотря перед собой куда-то в пустоту. Фил тихонько прижал её к себе. Глаза девушки немного увлажнились от сдерживаемых слёз. - Эндри, ты не одна, слышишь? Я с тобой. Я твой друг, я всегда буду с тобой. Я тоже всё это ненавижу. Посмотри на меня, посмотри, не бойся. Всё хорошо, слышишь? – мужчина осторожно прикоснулся к её подбородку и, приподняв голову, заглянул в глаза. Тёмные, почти чёрные, они уже не могли удержать слёз. – Поплачь, Эндри. Станет легче. Воины тоже плачут. Проревись, не уродуй своё нутро, не сдерживайся. Это плохие эмоции, не надо их держать в себе, – тихо шепнул он. Девушка, уткнувшись в его бронежилет, зарыдала. Все внутренние раны будто открылись, вновь закровоточив. - Я ненавижу всё это, ненавижу... ненавижу... ненавижу... – шептала Эндри сквозь слёзы, прижимаясь к мужественному плечу единственного близкого человека. Через четверть часа отряд прибыл на базу. Комплекс лабораторий хорошо охранялся целым взводом андроидов и настоящими Чужими. Андрейст, придя в себя, зашла на территорию базы. Приосанившись, она направилась прямиком в кабинет начальства. На верхних этажах девушка притормозила, заметив, что открылось несколько новых комнат. В одной из них на столе лежало знакомое оружие. Разведчица прижалась к стеклу, глядя на инопланетный комбо-шест, не так давно соблазнивший её принять решение работать здесь. Ки'итс-па маняще поблёскивал в свете кварцевых ламп. Человек в белом халате подошёл к столу, взял копьё и отправил его в какой-то аппарат. - Исследуют, – тихо шепнул Джонс, незаметно подкравшись сзади. Андрейст резко обернулась, чуть было не приняв по привычке боевую стойку. – Не теряете формы, мисс Рок, – бодро заметил босс, приглашая командующую пройти в знакомый кабинет. Тут всё было как обычно – те же статуэтки на столе, тот же кожаный диван. Война как будто не коснулась своим тлетворным дыханием этого спокойного уютного места. За стеклянным столиком сидел какой-то подозрительный, не очень приятный человек в военной форме. - Познакомьтесь, мисс Рок. Генерал Астор - главнокомандующий войсками специального назначения, – с улыбкой "пропел" Дилан. Войска специального назначения в данной войне специализировались исключительно на Чужих, поэтому Эндри внутри слегка перекосило. Мужчина встал с дивана и приветливо пожал руку девушки, натянув некое подобие формальной улыбки. - Наслышан о Вашей военной доблести, мисс Рок. Она заслуживает боевых наград. - Благодарю, – стараясь выглядеть как можно серьёзнее, ответила Эндри. Злость чуть было не просочилась сквозь маску презентабельности. - Присаживайтесь, – тихо сказал директор. – Не желаете ли чего-нибудь выпить? - Я, пожалуй, откажусь. - Реми Мартин, как обычно. «Кретин», - злобно прошипела про себя Андрейст, смотря на довольную рожу военного. «Небось, сегодня плавал в крови собственных солдат, после тренировки очередной партии Жуков». Джонс достал из встроенного в стену бара пару небольших стопок и налил коньяка. Передав одну генералу, он залпом опрокинул свою порцию, закусив небольшим кусочком сыра. Астор в первые доли секунды уничтожил алкоголь, но закусывать не стал. - Итак, Эндри, – нежно, будто к собственной дочери, обратился мистер Джонс, – что показывает разведка? - Обнаружены документы, схемы и начальные образцы по взращиванию элитных воинов-Чужих. Разведчица вынула из куртки небольшую стопку бумаг и положила на стол. Рассмотрев бумаги, генерал угрюмо уставился на Дилана. Тот печально покачал головой. - Преторианцы. Эндри слегка наклонила голову, не осознавая, что повторяет ранее изученный жест Хищника, который выражал любопытство. Лицо Джонса расплылось в улыбке. - Это элитные воины улья, мисс Рок. Они призваны защищать Королеву. - На Матку готовится нападение? - Не совсем. Я думаю, с помощью феромонов и техники, они создадут мелкую копию Королевы. Если её поместить в нужную точку и скомандовать от имени клона о нападении... Преторианцы умнее и хитрее стандартных воинов. Они мощнее и сильнее, правда, менее поворотливы. - Если их направить вместе с другими ксеноморфами, урон будет непоправимым, – заметил Астор. - Это ещё не всё. В центре базы я обнаружила данный предмет, – девушка протянула маленький кусок ки’чти-па, – он лежал под бронированным стеклом. Опираясь на данный образец учёные пытались создать длинные лезвия, чтобы потом вживлять в передние конечности будущих преторианцев. Опыт с лезвиями удался только частично. Они не полностью имунны к кислоте, но выдерживают её напор достаточно долго. - Совершенное безумие! Они хотят создать из преторианцев Потрошителей!* - Не из всех, а только из одного. Самого крупного, сильного и выносливого. - Ну и что будем делать? – ненавязчиво поинтересовался генерал. - Выход есть, – прищурившись, ответил Джонс. – На их оружие мы ответим своим, крайне неожиданным экспериментом. Этот тон сильно напряг Андрейст. Что-то подсказывало, что всё это может плохо кончиться не только для их страны, но и для всего человечества в целом. – Единственная сложность заключается в отсутствии носителя, но это лишь вопрос времени. - У нас нет времени, мистер Дилан, – строго осёк бизнесмена Астор. - У них его тоже нет. Чтобы взрастить хотя бы одного достойного преторианца понадобиться не меньше двух месяцев. За это время я справлюсь, обещаю вам, генерал Астор. У армии будет достойный воин. Джонс налил ещё коньяку и выпил за то, чтобы планы стали реальностью. - Кхм, кхм, – обратила на себя внимание Эндри. – Мистер Дилан, мне нужно поговорить с вами... наедине. - Что ж, мы уже всё обсудили. Я ещё с вами свяжусь, – бросив взгляд директору компании, сказал генерал. – Приятно было познакомиться, – пожимая на прощание руку девушки, протараторил он и скрылся за дверью кабинета. Босс тяжело вздохнул, посмотрев на подопечную, а затем взял со стола кусочек лезвия и спросил: - Вы знаете, что это? Андрейст отрицательно покачала головой. - Я догадываюсь, что это какая-то часть амуниции Хищников. - Верно. Это кусок двойных запястных лезвий. Каким-то образом они оказались в руках врага... – задумавшись, протянул он. – Я боюсь, как бы они нас не опередили. - Что у вас за план? Дилан хитро взглянул на Эндри и беззаботно перевёл тему: - Так о чём Вы хотели поговорить? Этот жест был знаком девушке. Информация, о которой она хотела узнать, относится к разряду секретной. - Я ухожу. От столь неожиданного заявления Джонс на время потерял дар речи. С него чуть было не свалились очки. - Чем вызвано такое резкое и странное решение? - Позвольте мне объяснить Вам, как человек человеку, а не как подчинённый боссу? - Конечно, Эндри. Мы с тобой уже давно работаем вместе. Я слушаю. Расскажи, что случилось? Почувствовав неладное, шеф тут же перешёл на неформальный язык общения, став простым доброжелательным дядей-психологом. Он поправил очки, тонко завершив создаваемый образ. - Я... в общем, я больше не могу это терпеть. Сегодня на моих глазах одним махом, погрузив в сети, уничтожили невинных гражданских. Затем взорвали нескольких людей из моего отряда. Меня окатило... их кровью. Солдаты бегают взбешённые, словно зомбированные, и кидают проклятых ксеноморфов на всё, что движется. - Эндри, ты же сильная девушка, прошла через множество боевых операций. Разве это ново для тебя? Это же война. - Нет, Джонс, это не война. У войны всегда есть чёткие цели. И есть средства, при помощи которых эти цели достигаются. Всё лишнее – отметается прочь. Я не вижу войны, Джонс... Я вижу бойню! Рассадник грязи и бесполезного, глупого убийства! Одно государство пытается доказать своё превосходство над другим убивая, и убивая, и убивая собственный народ! Для кого мы взращиваем всё это отродье?! Кому скармливаем наших людей, для чего? Какие, скажи мне, какие цели у этой войны? Обнажённая человеческая природа – вот основная причина моего ухода. Ни на одной военной операции я не видела такого количества дерьма. Дилан, уткнувшись носом в руки, смотрел в одну точку. Потом, взглянув на девушку добродушными глазами, тихо произнёс: - Цель любой войны – власть над себе подобными. Человечество использует любые доступные ему ресурсы. Возможно, когда-нибудь, единственно сохранившаяся на Земле раса полетит завоёвывать другие миры. Ведь потребительство – это стержень человеческой природы. А чтобы потреблять чужое, его нужно сначала завоевать, а потом приспособить под себя. – Дилан налил коньяку и протянул стопку чуть слышно всхлипывающей Андрейст. – Выпей. Завтра мы поговорим и найдём наилучший выход. Обещаю тебе. Девушка взяла стопку и залпом опрокинула, не закусывая. Затем медленно встала, отправившись прочь из кабинета, в свой личный отсек. Прошло около получаса. Девушка лежала на своей кровати, глядя в потолок. Неимоверным усилием воли она прогнала образы последних событий. Командующая не хотела думать о них, она вообще не хотела думать. Просто расслабиться, стать "овощем", забыв про все невзгоды. Тихонько поднявшись, Эндри подошла к сейфу и ввела код. Открылся замок. Достав из глубины металлической коробки свёрнутый трубкой лист бумаги, она захлопнула дверку сейфа и плюхнулась обратно на кровать. Развернув рисунок, девушка снова стала всматриваться в его грани, прощупывая сердцем атмосферу.

***

Ман'дака вошёл в атмосферу Науд-Аурит'сенейя. Гуан-Тант'ер не показывался из своего отсека с самого момента отбытия с Земли. Фрадиор-Гоаринд был мрачнее тучи и всю дорогу молчал. Их ждали, и уже давно. Сигнал корабля Кар’клейя резко исчез со всех радаров некоторое время назад. Это вызвало беспокойство и отдалось волной смущения в клане «Древних». - Великий Рот’ам’олинд, на посадочную площадку клана «Чёрного Зверя» садится корабль, пропавший несколько циклов назад. - Гуан-Тант'ер на пропавшем корабле. Почему я не удивлён? Старейшина вышел навстречу приземляющемуся судну. «Чувствую я, не обойдётся без неприятных сюрпризов...» - тяжко вздохнул Величественный. Первым, покачивая алой мантией, с трапа сошёл Ночной Воин. В руке Вожак держал свою маску. Рядом ступал, стараясь держать гордую осанку, Фатор, чуть поодаль шествовал Бессмертный, за ними - остальные яуты. Подойдя к Элдеру, все, кроме Гуан-Тант'ера, встали на одно колено, опустив голову. У каждого были в наличии свежие черепа людей. Лидер же просто слегка поклонился коллеге, так как сам являлся Старейшиной. Внимательно оглядев оценивающим взором клан и не обнаружив троих воинов, Величественный саркастично произнёс: - Похоже, Охота удалась: нет двоих учеников, в руках у Младших черепа уманов. Насколько я помню, Совет направил вас на ритуал Первой Охоты, на пустынную планету, где должно было произойти посвящение трёх Неокроплённых. - Посвящение произошло, Великий, – быстро перехватил разговор Вожак, чтобы, не дай Кетану, один из молодых не дерзнул вмешаться и всё испортить. – Двое погибли. На то были веские причины, в частности, их неумение слушать что-либо, кроме собственной гордыни. В отличие от них Фатор смог не только пройти обряд, но и добыть ценный трофей – голову берсеркера. Величественный удивлённо поднял брови, но, скорее, не из-за подвига новоиспечённого Янг'а, а по причине очередного своевольства альбиноса. В голове начал вскипать жгучий протест: «Что он делал в угодьях берсеркеров?!» - На нас напали. Аттр’ури нанесли удар рядом с «Секвеллой», в результате чего мы потерпели крушение. Я посылал сигнал бедствия, но они каким-то образом блокировали его и вообще всё судно, – постарался пояснить суть Вождь. Рот’ам’олинд задумался. Жвала зашевелились, затем нижние тихонько щёлкнули одна о другую. – Мне нужно собрать Совет. Пролетая мимо Земли, я заметил яркие вспышки. У уманов война, они используют Кайндэ Амедха как оружие! От удивления Старейшина зашипел. Множество мыслительных процессов закипели в его голове, перебивая одна другую. - Жёсткое Мясо как оружие?! Уманы не ведают, что творят! Это может перерасти в глобальную катастрофу! Мы соберём Совет, Гуан-Тант'ер. Но не только по поводу уманов... второй нашей темой будешь ты, – предупреждающе отрезал Рот’ам’олинд и, махнув мантией, двинулся к гигантскому высокому зданию. По пути оппонента грызли ехидные мысли: «Его послали с сосунками всего на один обряд, на одну планету, а он протащил их чуть ли не по всей галактике! Сколько он добыл информации, но скольким пришлось пожертвовать! Старейшине непозволительно нарушать Кодекс. Наконец-то он перешёл черту». Гуан-Тант'ер проводил Величественного печальным взглядом. Он понял, что снова, как когда-то, совершил ряд ошибок, за которые придётся платить. Игры с властью отнюдь не вдохновляли к новым победам. - Что теперь, мой Кар’клей? – далёким голосом спросил Фрадиор-Гоаринд. - Вожди тоже ошибаются... – тихо ответил альбинос, не отрывая взора от далёкой точки, в которую превратился Рот’ам’олинд. – Слушать меня внимательно, – внезапно прорычал он, поворачиваясь к клану. – Сейчас вы забираете все свои трофеи, берёте маски и идёте за мной в Сендар. Там Совет изучит записи с ваших линзовых камер и далее всё как обычно. Сегодня каждый получит заслуженное количество унтаров. Яуты кивнули, отправившись разгружать корабль. - Что ты будешь делать? - То же, что и всегда. Приму бой. Вожак, усмехнувшись, спокойным шагом направился в сторону Сендара.

***

E Nomine "Seance" - Суд над Гуан-Тант'ром После того как Охотники получили свои унтары и были отпущены, началось собрание Совета. Выходя последним, Фатор обернулся, окинув Вождя взволнованным взглядом. Гуан-Тант'ер тихонько кивнул Младшему, демонстрируя жестом, что всё будет нормально и чтобы он поскорей проваливал. Ученик покинул Сендар, но, вопреки ожиданиям, не отправился на долгожданный короткий отдых, а встал рядом с Фрадиор-Гоариндом у входа. Бессмертный окинул Янг'а угрюмым взглядом. Ничего не сказав, Воин Чести спокойно продолжил ждать Кар’клейя. - Я вижу, он к тебе привязался, – подметил Сид’минд, самый старый и уважаемый Элдер клана «Древних». Его валары уже давно выцвели, приобретя синевато-голубоватый оттенок. Крупные мандибулы и клыки также указывали на солидный возраст данного Старейшины. Сид'минд всегда был благосклонен к Ночному Воину. Он состоял с ним чуть ли не в приятельских отношениях. - Да, Великий, есть немного. У данного юнца громадный потенциал. Странно, что мы раньше не приметили такой особенности. - Ну, собственно, для этого мы и решили отправить его с тобой, – "подмигнул" Благородный. - Сейчас речь не о Фаторе, – встрял в диалог Рот’ам’олинд. – Я призываю всех выслушать Гуан-Тант'ера и вынести соответствующее решение. В большом круглом зале со стильной металлической обшивкой стен, собрались все члены Совета - Девять Старейшин, включая самого альбиноса: Сид’минд, Рот’ам’олинд, Беглинд, Ганерин, Калан, Гушинд, Варэ’нинд и Битт. Элдеры были в основном преклонного возраста, имея колоссальный опыт за плечами. Ночной Воин являлся самым молодым среди них. - Эта Охота переросла в большое приключение со множеством проблем, как для меня, так и для моих посвящённых. - Разве у тебя бывает иначе? – с улыбкой заметил Беглинд. Вожак на секунду задумался. Куда бы и с какими целями он не полетел, обстоятельства постоянно перекрывали прямые пути, как та древняя, периодически перестраивающаяся пирамида где-то на Южном полюсе Земли. - Кетану всегда испытывает меня, – дал неожиданный ответ Кар'клей. Некоторые переглянулись и застрекотали. - Как получилось, что вы наткнулись на аттр’ури? – поинтересовался Ганерин. - Мы летели после Охоты Посвящения, держа курс на «Адомур». Самый короткий путь пролегал мимо угодий берсеркеров, расположенных на окраине системы «Секвелла». Внезапно корабль был атакован. Одна за другой отключились все системы. Нас полностью блокировали. Как я понял, аттр’ури решили, что здесь их территория. Нам дали шанс на выживание - это лишь подтверждает мою теорию о предупреждающем нападении. Члены Совета негодующе зашипели. - Ближняя часть «Секвеллы» всегда принадлежала нам! Они не имели права на нападение! - Великие, я видел их корабль. Он превосходит размерами и вооружением любое наше клановое судно. Возможности противостояния не было. Это был ман'дака. Я всё сказал по данному вопросу. Гуан-Тант'ер сел на свой трон в ожидании окончания дебатов и перехода к следующей теме. Немного посовещавшись, поднялся Варэ’нинд, громко объявив: - Ни нам, ни нашим бывшим братьям не нужна война. Я думаю, это была очередная стычка, где аттр’урийские Охотники просто продемонстрировали свою технологическую новинку, пытаясь нас запугать. Мы отправим разведчиков в спорную часть «Секвеллы» и проведём доскональное расследование. «Древние» одобрительно зарычали. Ночной Воин промолчал. - Вы потерпели крушение, упав на планету, принадлежащую твейлан'да-конд. Охотится на берсеркеров дозволено только опытным Воинам. Кровавым и, тем более, Янг'а, ЗАПРЕЩЕНО даже близко подходить к этим опасным тварям! Как так получилось, что главным трофеем Фатора стала голова варвара?! - бросил обвинение Рот’ам’олинд. - Ты нарушил Кодекс, Гуан-Тант'ер, – спокойным голосом добавил Калан, – опять. - Слишком долго тебе всё спускали с рук, надеясь, что ты способен учиться на своих ошибках, – продолжил Величественный, – но ты упрям и непредсказуем. Основа Совета - надёжность. Ты признаёшь свою вину? - Нет, – холодно ответил альбинос. Раздалось удивлённое шипение. Сид’минд напряжённо смотрел на обвиняемого, не издав и звука. – Это была фраи фал. Я не нарушал Кодекс. - Если записи не лгут, ты, дав разрешение на Охоту, скомандовал разделиться. Так что же это за фраи фал, где действуют правила обычной Охоты? Почему не собрал клан в плотный строй, дабы уверенно пробиться к лагерю? – съязвил Битт, опытный воин, не так давно принятый в Совет. Его специализацией были берсеркеры. - Невозможно, Битт. Берсеркеры хитры на ловушки. Им выгодно, когда мы движемся вместе. Так легче заманить нас и перебить, словно одно крупное животное. Наша стадность в данном случае сэкономит время врагам. Они знатоки своей территории. Разбившись попарно, у нас было больше шансов обхитрить и уничтожить хозяев в короткий срок. - Это сущий бред! – взвыл Волк. – Я охочусь на берсеркеров всю сознательную жизнь! Они убили моего орх'э и платят за это по сей день! Я знаю их вдоль и поперёк. Такая тактика усложнила ситуацию, ты потерял опытного воина! - Они ДРУГИЕ, Битт. Великие, послушайте меня. Каждое моё слово истинно, я не лгу собратьям. Пред ликом Чёрного Воина заверю вас – эти берсеркеры умны. Их Лидер совсем не похож на отсталого варвара. Он действовал как настоящий Охотник: следил за каждым нашим шагом, выслеживал, прятался, выбирал точные моменты для нападения. Его тактика совершенно не сравнима ни с одной известной нам берсеркеровской... - Ки’кте! Я не намерен слушать эту ересь! Берсеркеры – тупые, грубые варвары, не способные на оперативные действия. Я слишком много лет провёл в битве с ними, и за все эти годы в их тактике не наблюдалось никаких значительных изменений! - Так может, тебе просто не везло? Как насчёт Лидера, спрыгивающего тебе на голову с дерева и толкающего в яму, где должен был сидеть уман? – откровенно издеваясь, ответил Гуан-Тант'ер. Мандибулы Битта разошлись в стороны. Он гневно зашипел, сверля тёмными зелёными глазами нахального юнца. - И за это ты сохранил ему жизнь? – вставил свою реплику Гушинд. Вокруг послышалось возмущённое рычание, которое уже начинало отдавать откровенной злобой. - Да. Он достойный противник и я надеюсь, что каждый из нас знает, как тяжело найти такого соперника. Он дал шанс мне - я дал шанс ему. Мы ещё сойдёмся, – гордо ответил Ночной Воин. Оппоненты словно сорвались с цепи. Они повскакивали со своих мест, скалясь и утробно рыча: - Ты посмел оставить твейлан'да-конд в живых! - Ты обязан был отсечь ему голову, в пример ученикам! - Не убить берсеркера – осквернить свою честь! - Тихо!!! – рявкнул Сид’минд. Гуан-Тант'ер злобно оглядывал обвинителей. Ему не впервой приходилось отстаивать здесь свои права, но сейчас все как будто сговорились... сговорились. «Заговор», - мелькнуло в голове Вожака. - Одам-ан’де, ты сохранил жизнь достойному врагу. Собираешься ли ты забрать эту жизнь при первой же возможности? - Несомненно. Я убью его в честном поединке, когда вокруг не будет множества ятжа, жаждующих его добить. - У меня нет вопросов, – Благородный опустился на центральный Чёрный трон. - Ты уверен, что он дождётся тебя? – ехидно поинтересовался Битт, явно намечая старт в гонке за головой Хорнда. - Да. После перенесённого позора он будет жить мыслями о мести. Я заставил его грёзить о моём появлении в его угодьях, – ядовито прошипел Гуан-Тант'ер, – и он выживет, чтобы отомстить! Волк хищно блеснул глазами, в которых читалось нескрываемое презрение. - Перейдём к уманам. Поясни, почему ты приблизился к заведомо опасным точкам Уман-эмпа, имея на корабле уставший после Охоты молодняк? – перевёл тему Рот’ам’олинд. - Курс пролегал мимо планеты Земля. Я заметил взрывы и сразу понял, что началась та самая война, к которой они готовились ещё тогда, когда я звался Сетг'-ином-Нихкоу'те... Пыл яута мигом испарился. Он слегка опустил голову, задумчиво глядя перед собой и крутя в руке унтар. - Продолжай, – спокойным, одобряющим тоном сказал Благородный. - Тогда они проводили эксперименты над Кайндэ Амедха. Сейчас, войдя в атмосферу Уман-эмпа я увидел результаты этих экспериментов. Зал замер. Изредка слышалось напряжённое пощёлкивание собравшихся Элдеров. – Пьод Амедха используют Жёсткое Мясо как оружие, свой народ – как носителя, – прорычал Гуан-Тант'ер. Несколько Старейшин, сконфузившись, отвернулись. – Я предполагаю, что основная часть Жёсткого Мяса - это искусственные клоны. Слишком много особей на поле боя. Уничтоженная часть тут же замещается новой. Для инкубации такого количества Кайндэ нужно слишком много времени и ресурсов. - Мы должны отправить отряд опытных Воинов и остановить этот беспредел. Жёсткое Мясо выйдет из-под контроля, начав беспорядочно плодиться, пока не уничтожит одно из лучших Охотничьих угодий, – сказал Беглинд. - И уманов, достойную дичь... – тихо добавил Ночной Воин, задумчиво глядя на Сид’минда. - Совету необходимо время для принятия окончательного решения, но, исходя из сложившейся ситуации, действовать нужно незамедлительно, – заявил Рот’ам’олинд. – Я предлагаю... исключить Гуан-Тант'ра из клана «Древних». Вокруг послышалось возбуждённое рычание. Многие были в замешательстве, некоторые уверенно присоединялись к вердикту. Потаклинд напряжённо всматривался в лица сородичей. Он знал, его голос будет решающим, но, если большинство поддержат Величественного, ему придётся дать оппонентам добро. - Каковы аргументы, позволяющие выносить столь суровый вердикт? – строго спросил Благородный. Один за другим со своих мест начали подниматься Старейшины... - Нарушение Кодекса, повлёкшее смерть опытного Воина! - Неправильное поведение в фраи фал! - Разрешение Младшим охотиться на планете берсеркеров! - Янг'а убил твейлан'да-конд! Они могут найти его и легко лишить жизни! - Гуан-Тант'ер оставил в живых твейлан'да-конд! - громогласно рявкнул Битт. - Приближение к опасной точке планеты с вымотанным молодняком на борту! - КИ’КТЕ! – грозно рявкнул Сид’минд, понимая, что этим обвинениям не будет конца и края. – В пользу Одам-ан’де могу сказать, что, благодаря ему, мы теперь в курсе ситуации касательно «Секвеллы» и Уман-эмпа. - Касательно Уман-эмпа мы узнали бы в ближайшее время от Блер’гиоринда, – съязвил Калан. - Блер’гиоринд мёртв, – холодным, железным голосом объявил Вожак. Он, не отрываясь, смотрел куда-то в пол, сдерживая клокочущую в груди ярость. Дыхание заметно участилось, но альбинос обязан был держать себя в руках. Двадцать секунд тишины прервались вынесением приговора: - Гуан-Тант'ер, по вышеназванным аргументам, ты обвиняешься в многократном нарушении Кодекса, но, учитывая факты твоей неоценимой помощи и преданности Охоте, клану и Кетану, я не позволю понизить тебя в ранге. Твой дар, как Учителя, когда-то оценил сам Волве, поэтому... Ты изгоняешься из клана «Древних» и покидаешь Совет, но за тобой остаются все права, как Вождя клана «Чёрного Зверя». С этого момента ты не имеешь права влиять на решения Совета и становишься стандартным Вожаком. Приговор тебе понятен? Ночной Воин поднял золотые глаза и, прожигая ими Благородного, твёрдо ответил: - Да. - Всех устраивает такой расклад? – уже буквально срываясь на рёв, грозно спросил Сид’минд. Старейшины переглянулись. Битт уже что-то хотел возразить, но Рот’ам’олинд резко прервал его: - Всех. - Хорошо. В таком случае Гуан-Тант'ер, покинь Сендар, вопрос насчёт Уман-эмпа будет решаться уже без тебя, – стараясь скрыть нотку сожаления, сказал Благородный. Одам-ан’де встал, одаривая бывших коллег злобным взглядом и удалился из зала, оставляя в атмосфере едкий осадок презрения. Шествуя мимо колонн по огромному коридору с высочайшим потолком, он ненавистно сорвал с себя красную мантию и швырнул в тёмный угол. - Ненавижу эту планету, – чуть слышно прошипел альбинос, подходя к долгожданному выходу. На улице его ждали помощник и ученик. Увидев Фатора, Вожак немного удивился. - Как прошло? – спокойным голосом спросил Бессмертный. - Рйет! – выругался в ответ Вожак, не сводя глаз с ученика. – Что ты тут делаешь?! - Жду своего Кар’клейя, – невозмутимо ответил Фатор. - Откуда такая собачья преданность?! – раздражённо вопросил Гуан-Тант'ер. Молодой яут некоторое время не знал, что ответить. Со стороны, он действительно странно себя вёл: собратья уже давно использовали драгоценное короткое время отдыха по назначению, тогда как Ветер пребывал в ожидании своего Вожака, чувствуя, что за стенами Сендара решается его судьба. Он ждал вместе с опытным Воином Чести, который в любой момент имел право сесть в свой личный корабль и улететь на Охоту куда ему вздумается, но почему-то никогда, по крайней мере при Фаторе, этим правом не пользовался. - Просто... уважение. Что они сказали тебе? Странное поведение ученика улыбнуло Ночного Воина. Он вспомнил себя, вечно сопровождающего Волве, куда бы тот ни шёл. Альбиносу была интересна любая информация, а Вожак без устали рассказывал ему о нравах уманов, пока, наконец, не гаркал, обзывая “привязчивым хвостом”. - Ничего хорошего, Фатор. Иди лучше, отдохни. Сегодня мы отбываем. - Куда? – не меняющимся ровным тоном поинтересовался Бессмертный. - Куда угодно, лишь бы подальше отсюда, – буркнул в ответ альбинос. Фрадиор-Гоаринд понял, что всё совсем плохо. Вывести Вожака из равновесия могли лишь очень дурные события. Неожиданно в дверях Сендара показался Великий Сид’минд. На его правой руке, согнутой в локте и прижатой к телу, висела мантия Ночного Воина. - Гуан-Тант'ер, мне нужно с тобой поговорить. Альбинос нахмурился, отправившись навстречу Старейшине. Пророк жестом указал в сторону покоящихся на посадочной площадке кораблей, и они молча двинулись туда. Фрадиор-Гоаринд с Фатором переглянулись. - Что происходит? – спросил молодой яут. - Думаю, наш Кар’клей как всегда серьёзно вляпался, – задумчиво протянул Бессмертный. - И часто он так? - Всегда, не будь он Великим Гуан-Тант'ером, – с торжественной серьёзностью ответил Воин Чести.

***

Элдер и Вожак встали между двух крупных ман'дака. - Я надеюсь, ты не в обиде на меня, Одам-ан’де? Я не могу влиять на ситуацию полностью, решения Совета принимаются обоюдно. Сейчас не те времена... - Никогда я не буду держать на тебя зла или обиды, Великий Сид’минд. Ты всегда был образцом чести и подражания, это заслужено тобою в кровавых сражениях, как на других планетах, так и здесь, на суде, – поклонившись в знак уважения, ответил Ночной Воин. - Ты особенный, Гуан-Тант'ер. Волве всегда гордился тобою, ставя тебя в пример ученикам, - альбинос удивлённо вскинул брови. – Да, он делал это тайно, опасаясь пробудить в тебе гордыню. Лидерские качества часто сопровождаются этой неуместной чертой. В клане «Древних» должны быть равновесие и свежая мысль. Я взял тебя тогда по его рекомендации, и я ни капли не жалею об этом. Основа Совета – соблюдение чётких правил, нахождение и действие в установленных рамках Кодекса, когда все работают наподобие единого организма. Это требует жертв, в первую очередь, личных. Немаловажную роль играет опыт. Ты ещё молод, Одам-ан’де. В тебе кипят сила, амбиции, уверенность. Ты уже добился очень и очень многого, но твоя уникальность - это и дар, и проклятие. Инакомыслие помогло в решении многих вопросов, но в Совете оно приведёт к сбою, как в системе, понимаешь? – альбинос кивнул. – Ты любопытен, быстро учишься. В тебе сочетается множество качеств, которые ты можешь применить в бою, в обучении молодых, в путешествии к другим мирам. Совет – место рамок и законов. Тебе пока слишком тесно в нём, – вздохнув, Сид’минд дополнил: – Пройдёт время и ты вернешься, но пока пользуйся возможностью бесконечных Охот и борозди просторы Вселенной. Гуан-Тант'ер молчал. Он не знал, что можно на это ответить и как выразить появившуюся вдруг из ниоткуда опустошающую тоску. - Я хорошо знал твоего отца... – загадочно сказал Благородный. В глазах Ночного Воина пробежал проблеск удивления и надежды. Он никогда не знал, кто его отец. Мать чуть было не отреклась от него в детстве из-за белой кожи и несносного характера. Жизнь быстро обучила его самостоятельности. Попав в клан, юный Сетг'-ин-Нихкоу'те во всех жизненных ситуациях опирался только на Вождя. - Твой отец оставил тебе подарок. Только ты имеешь право пользоваться им. Сид’минд подвёл ошеломлённого яута к огромному, агрессивного вида ман'дака угольно-чёрного цвета. Тёмные шипы угрожающе смотрели в грязное небо. - Это Корабль Волве. Я узнаю его. - Да. Это наш родной «Шауб-Де». Он хотел, чтобы его сын, завладев кланом, совершал на этом судне самые дерзкие налёты на планету уманов. - Сын??? ВОЛВЕ?! Я?! Сердце чуть было не выпрыгнуло из груди, отбивая бешеный ритм дьявольской чечётки. Сид'минд никогда не станет лгать! - А как ты думаешь, почему тебе удалось столь скоро попасть в Совет и не лишиться жвал за всё, что ты натворил? Он был уважаемым Элдером, самым суровым из всех нас. В его клане выковывались только сильнейшие воины. - Почему он не сказал мне? Почему?! - Чтобы ты рос самостоятельным, независимым и сильным преемником его дела. И я считаю, что он добился своего. От такого количества новостей у Ночного Воина закружилась голова. Волве - суровый Владыка Сендара, правивший даже не стальным кулаком, а длексовой кувалдой, оказался его родным отцом. Безумие? Невозможно поверить и принять так сразу. Полный бардак. - Совет постановил, что на Уман-эмпа летишь ты, как истинный знаток Пьод Амедха. Для этого решения не понадобилось никаких дебатов. Созывай Охотников клана и отправляйся в путь. Ты знаешь, что надо делать, – официальным тоном объявил Сид’минд. Взмахнув мантией, Потаклинд направился в Сендар. Гуан-Тант'ер, пребывая в полной растерянности, остался стоять рядом с теперь уже своим кораблём и грызущими, тяжёлыми мыслями. Попытавшись навести хоть какой-то порядок в голове, Вожак взошёл на трап. Всё здесь пробуждало воспоминания. Сколько лет своей жизни он провёл на этом судне, наблюдая за жёсткими разборками на средних ярусах, которые гордо именовались “воспитательным процессом”. Ему доставалось не меньше, чем всем остальным. - Тем не менее, мои мандибулы остались на месте, – довольно заметил яут, следуя в отсек управления. Он ступал по родным коридорам, иногда касаясь подушечками пальцев поверхности знакомых трофеев, оружейных стоек, дверей с вмятинами от жестоких разборок обезумевших Воинов. Судно всё ещё хранило едва ощутимый запах горького мускуса, осевшего на обшивку, притаившегося в её щелях. Одна за другой покорно открывались двери, впуская в покинутые сектора своего нового хозяина. Одам-ан’де поднялся на верхние ярусы. Некоторое время он бродил по жилым секторам, вспоминая кому именно принадлежала та или иная каюта, но потом взял себя в руки и, отчитав за излишнюю сентиментальность, отправился в отсек управления. Там, на панели, словно только что забытая, его ждала чёрная мантия Волве. Ночной Воин взял знакомый, греющий сердце кусок ткани. Встряхнув, он одел её на себя. – Как раз впору. Он уселся на трон. Когда-то Зверь долго учил своего помощника управлять этим уникальным кораблём. Данный ман'дака был создан другой расой. Его окружало множество легенд. Альбинос начал пробуждать «Шауб-Де», поворачивая рычаги и водя когтями вверх по специальным желобкам. Механические действия сопровождались телепатическими командами, которые, впрочем, было приятно произносить вслух. - Просыпаемся, «Шауб-Де», просыпаемся. Стряхиваем пыль. Заработал и задребезжал реактор, зажглась подсветка. «Ярость» послушно "стряхнул" с себя слой пыли, бешено заревел и "ожил". Гуан-Тант'ер вдохнул полной грудью родной влажный воздух. Белые руки заскользили по глянцевой поверхности виртуального штурвала. Корабль, подчиняясь новому хозяину, поднялся над землёй. - Триста метров, чёрный собрат, не больше, – отдал приказ судну Вождь и пролетел небольшой отрезок между двумя посадочными площадками. «Ярость» пришвартовался рядом с кораблём, найденным в угодьях берсеркеров. По сравнению с судном Владыки он казался неприметной лодочкой. Здесь уже собрались Охотники клана «Чёрного Зверя», удивлённо рассматривая знаменитый ман'дака. Несколько самцов автоматически потёрли крупные шрамы, когда-то нанесённые Волве на этом самом корабле. В проёме показалась высокая тень. Знакомая чёрная мантия ложилась на широкие плечи Вождя, что немедленно вызвало кучу вопросов. Яуты переглядывались, оживлённо шевеля мандибулами и что-то нащёлкивая себе под нос. Наконец, Кар'клей вышел на свет и, спрыгнув вниз, оказался напротив посвящённых. - Клан «Чёрного Зверя», – обратился к Охотникам Вожак. – Совет доверил нам очень важную миссию. На Уман-эмпа идёт война. Пьод используют в качестве оружия Кайндэ Амедха. Наша задача - полностью устранить Кайндэ Амедха, любыми путями и любыми жертвами. Все уманы, которые встанут у нас на пути, будут убиты! Клан взревел, поддерживая Лидера. Жажда свежей крови ворвалась в атмосферу многоголосым рычанием. - Эта Охота может оказаться для нас последней. Уманы - хитрые и агрессивные создания. Вкупе с Жёстким Мясом это станет настоящим испытанием, – вставая рядом с Вождём, добавил Фрадиор-Гоаринд. - Вы готовы к встрече с самим Кетану? – рявкнул Гуан-Тант'ер. - Даа! – хором взревели голодные до боя Хищники. - На корабль! – жёстко скомандовал Одам-ан’де, подняв ввысь чёрную нагинату. Охотники, рыча себе под нос, словно мантру «Тин-де ле'хсуан ‘алоун'мюин-дел бпи-де гка-де хасоу-де пайа», один за другим устремились на чёрное судно. Фатор было пошёл за ними, но двулезвийная рукоять перекрыла вход. - Куда собрался? – поинтересовался Вождь у Молодой Крови. - Мой Кар’клей, я готов умереть в этом бою. - От нас должен остаться хотя бы один Охотник, тогда мы не будем считаться мёртвыми. Клан числится живым, если жив хоть один посвящённый. Ты слишком молод для таких операций, Фатор. Я не могу пустить тебя на верную смерть. Что ты предоставишь Чёрному Воину, когда у'сл-кве настигнет тебя? - Я не останусь здесь. Я далеко не последний окроплённый! - А ты упрям. Но сейчас это не поможет - слишком мало опыта. Янг'а нечего делать в подобных боях, – отрезал Гуан-Тант'ер и, развернувшись, направился внутрь корабля. За ним последовал Фрадиор-Гоаринд. Ветер некоторое время стоял около входа, но, как только зашумел реактор, рванул вперёд, подпрыгнул, сорвав сетку с потолка, и скрылся где-то в просторной вентиляции. Ман'дака закрыл шлюзы и взлетел. - Ты думаешь, он послушал тебя? Бьюсь об заклад, он сейчас на корабле, – ровным тоном обратился помощник к Вожаку. - Я его проверял, Фрадиор-Гоаринд. Мне нравится его упрямство. Такие добиваются своей цели. - А ты не задумывался, что однажды такой бросит тебе вызов? – посмотрев в золотые глаза, спросил Бессмертный. Вожак довольно заурчал: - Если это случится, я буду польщён. - Мм? - Приятно будет его сломать. Помощник ехидно шевельнул верхней жвалой. Пройдя ещё немного, яуты остановились у лестницы, ведущей на верхние ярусы. - Слышал, тебя изгнали из Совета. - Да. Я среди них, как революционер, – усмехнувшись, заметил Ночной Воин. - Может, потому что ты заметно моложе? - Нет, просто я другой. - А этот корабль? На некоторое время Вожак задумался, затем ответил: - Это подарок Волве. Своеобразное наследство от Вождя к Вождю. Мне его передали только сейчас, потому что посчитали, что так нужно. Бессмертный понимающе кивнул. - Я, пожалуй, останусь здесь. Пока ждал тебя сегодня, пропустил тренировку, так что пойду, наверстаю. - Навёрстывай. И перехвати Фатора, если увидишь. А то он с голоду помрёт, прячась в вентиляциях, – посмеиваясь, ответил Вожак, исчезая на верхних ярусах. Примечания: Кайндэ Амедха — Жёсткое Мясо. Слэнг для обозначения ксеноморфов Пьод Амедха — Мягкое Мясо. Слэнг для обозначения людей Потаклинд — Высший. Верховный Лидер яутжа Рйет — дерьмо Пророк — кличка Сидʼминда. Великий периодически видит будущее. Этот дар когда-то помог Волве победить Заражение. «Шауб-Де» — Ярость. Судно Владыки Волве Волве — Зверь Тин-де леʼхсуан ‚алоунʼмюин-дел бпи-де гка-де хасоу-де пайа — постигни дар всех ощущений, либо повержен будь в танце павших богов Уʼсл-кве — последний отдых, смерть