Mondengel: Легенда о Ночном Хищнике

Во время полёта Гуан-Тант'ер напряжённо разрабатывал план захвата двух основных баз, на которых содержались Матки ксеноморфов. - В первую очередь нам нужно будет обезвредить армии Пьод Амедха. Эту работу выполнят за нас вышедшие из-под контроля Кайндэ. - Разве мы не должны предотвратить это? - Кто сказал, что мы должны защищать дичь от её же ошибки? Так они ничему не научатся. Наша задача уничтожить Кайндэ Амедха. Уманы слишком долго взращивали это управляемое недомясо, чтобы так просто отдать их на растерзание, но если Кайндэ будут нападать на хозяев, их начнут уничтожать. Моя мысль тебе понятна? – чуть строго вопросил Вожак у помощника. - Да. Как распределим базы? - Я возьму ту, что в «Японии». Её план напоминает мне те самые лаборатории, в которых мы когда-то встретились. Я излазил их вдоль и поперёк. - В таком случае, как я понимаю, за мной база их противников? Вожак кивнул. Что-то сегодня было не так с его помощником. Он не мог уловить причину внутреннего беспокойства, но Бессмертный менялся... на глазах. - С тобой пойдут Фир-лиока, Насид-Меам, Се-Тей и Масфет. Со мной - Кил-лиэат, Фатор, Шчинд, Наунд. Сядем на поле боя, наведём смуту, оттуда – по базам. Пускай ищут нас в рядах противников. Фрадиор-Гоаринд молчал. Затем встал и, поклонившись Вождю, сказал: - Я пойду на средние ярусы. Нужно подготовить Кровавых. Вожак кивнул. Помощник покинул отсек. Ночной Воин чувствовал, что по каким-то причинам Бессмертный сторонится его, отдаляется с каждым днём, будто готовясь к чему-то. «Может, к последнему бою?» Впереди заголубела планета уманов. Кар’клей отвернулся от лобового стекла, нажав несколько кнопок на ручке трона – напротив в воздухе повисло объёмное изображение Земли. Он внимательно рассматривал ценные Охотничьи угодья. Какая-то липкая смута и тяжёлая тоска легли на грудь. - Чего я ищу?.. – тихо шепнул Гуан-Тант'ер, приближая горячие точки. Бои немного поутихли, сменив активность на перегруппировку. - Это наш шанс. Прибавив скорости, «Шауб-Де» рассекал пространство, отнимая у Охотников клана последние часы тренировок и подготовки к высадке. Земля становилась всё ближе. Тревога Вожака всё гуще скапливалась в мощной груди. «Что-то здесь нечисто». Двери отсека с шумом открылись. - Мой Кар’клей... - Фатор, – не отрывая взора от голограммы, прорычал Вождь. За спинкой его трона приближалась, становясь всё больше, злосчастная Уман-эмпа. – Сколько времени ты потерял, прячась, как щенок на нижних ярусах?! – в ответ тишина. – Подойди, – грозно сказал Ночной Воин. Ветер выполнил приказ, не поднимая опущенной головы. Одам-ан’де с размаху ударил его по лицу так, что юнец выронил из рук маску. Уже в третий раз с перепонки потёк твей. Глухо зарычав, Янг'а отвернулся. Сжатые мандибулы дрожали от злости. Казалось, сейчас он сорвётся и бросит вызов самому Вожаку. - Ты легко отделался, с'йюит-де! Настоящее наказание ждёт тебя там! - Гуан-Тант'ер указал на окно, за которым уже отчётливо проглядывались материки. – Собери нюни, сосунок, а то уманы поимеют тебя, как девственную самку. Разъярённый Фатор вскочил на ноги. Он сделал резкий шаг в сторону Вожака, но затем затормозил, не сводя с него глаз. «Провокация. Не поддамся!» Ветер подобрал свою маску и покинул отсек. «Поумнел, дурачок. Может, и выживет». Через полчаса Вожак зашёл в кехрите проведать своих посвящённых. Здесь вовсю кипел бой. Фатор “плясал” с Насид-Меамом, что немало удивило Белоснежного. «Сработались. Обоих ко мне?» В дальнем углу тренировочного зала Бессмертный подготавливал оружие для предстоящей Охоты. - Ты всё им доложил? – раздался телепатический голос Вожака в голове помощника. - Да, мой Кар’клей, – не поворачиваясь, ответил Фрадиор-Гоаринд. «Хммм...» - Как насчёт джехдин? Фрадиор-Гоаринд обернулся. Ничего не ответив, он отложил оружие, снял плазмомёт и маску. То же сделал альбинос. Лязг копий вокруг прекратился, Охотники встали полукругом, любопытно взирая на Старших. Яуты поклонились друг другу в знак уважения. В тусклом освещении хищно блеснули изумрудные глаза. - Дтай'к-дте! – приняв боевую стойку, открыл состязание Вождь. Фрадиор-Гоаринд сделал резкий выпад вперёд, развернулся вокруг своей оси и попытался зацепить когтями открытый живот противника. Гуан-Тант'ер отскочил, довольно шевельнув верхней жвалой. Ему нравилось драться с опытными Воинами. Они никогда не давали слабины, отличались хитростью и прозорливостью. Не успел он опомниться, как Бессмертный прыгнул, приземлившись прямо перед ним, и нанёс удар ногой под колени. Альбинос упал на руку, не коснувшись телом пола. Резко оттолкнувшись, он снова оказался на ногах. Клан возбуждённо заурчал. Фрадиор-Гоаринд встряхнул головой. В полумраке замерцали золотые унтары, украшавшие валары данного Воина. Хищник начал кружить вокруг Вожака. Альбинос сделал резкий шаг вперёд - помощник отстранился. Внезапно Ночной Воин набросился на Бессмертного, успев впиться когтями в его руки, блокировав их. Пытаясь опрокинуть бойца, Одам-ан’де ударил его по ногам, но тот успел подтянуться, пока хватка Кар'клейя не разжалась, и он не отправился в свободный полёт. Воин стремительно ухватился пастью за мускул Белоснежного, таким образом выстояв. Гуан-Тант'ер взревел, вынужденно отпустив его - кусался помощник довольно серьёзно. Разжав хватку, Бессмертный освободил руку Лидера, тут же отстранившись и сплюнув твей. Вокруг по-прежнему слышалось любопытное пощёлкивание. Яуты очень заинтересовались такой необычной тактикой. - Кусаешься, значит? В бою любые средства хороши, – слукавил Вождь, рванув на соперника. Фрадиор-Гоаринд начал отступать. Кар'клей не сбавлял скорости, пытаясь при этом предугадать, в какую сторону отпрыгнет собрат. Перед самым столкновением Вождь резко затормозил. Бессмертный метнулся куда-то вбок, пытаясь уйти от знаменитого Гуан-Тант'еровского захвата. Ночной Воин сделал пару шагов назад. Помощник, оттолкнувшись от колонны, уже летел на него, надеясь сбить противника ударом в грудь и покончить с этим, но данному желанию не суждено было сбыться. Альбинос прыгнул навстречу. Белая рука схватила соперника за ногу и с силой швырнула на пол. Это была победа. Клан довольно застрекотал. Некоторые подняли оружие в знак уважения. - Больно кусаешься, – шепнул Гуан-Тант'ер помощнику. Тот, поднимаясь, гнусаво ответил: - Так получилось. Осмотрев неизменно грозным взглядом клан, Фрадиор-Гоаринд прорычал: - Учитесь достойно побеждать... И так же достойно принимать поражение, – отряхнувшись, он надел свою маску и установил на плече плазмомёт. Ночной Воин вернул на положенное место только пушку, маску он держал в руках. - Этих двоих ко мне, – Вожак кивнул в сторону Фатора и Насид-Меама. - Тогда я возьму Шчинда. - Договорились. Пронзая взглядом суровых золотых глаз каждого Охотника клана, от чего тем стало как-то не по себе - вспоминался “Суд Великого Волве”, проходивший много лет назад на этом самом месте - он громогласно объявил: - Мы приближаемся к Уман-эмпа. Совсем скоро Пьод будут падать один за другим, обезглавленные нашими ки’чти-па! Это будет Великая Охота и каждый должен применить на ней максимум знаний и сноровки. На Науд-Аурит'сеней состоялось моё изгнание из Совета. Теперь, надеюсь, гордыня, что вы ведомы Старейшиной, не будет забивать вам мозги. Всем сосредоточиться на предстоящем бое. Сейчас вы получите все необходимые инструкции и план действий. Яуты нетерпеливо заворковали, сжираемые жаждой скорой кровавой жатвы...

***

«Очередная ночь в этом тоскливом здании, прожжённом кислотой и пронизанным визгом испытуемых ксеноморфов. Сегодня генерал отчитывал Дилана за отсутствие каких-либо продвижений в создании обещанного совершенного воина. Никаких новых открытий, никакого прорыва. Лаборатории находятся на грани закрытия, их планируют заменить на очередной завод по штамповке Жуковых клонов. Недавно заходил Осаму, предлагал примкнуть к «Летящим Самураям». Я отказалась, ведь они работают на правительство, участвуют в войне. Война. Она бесконечна. Я думаю, она закончится мощными атомными взрывами, которые повлекут за собой гибель всего живого. Фил, я рада, что ты этого не увидишь». Андрейст, тяжело вздохнув, поставила жирную точку и захлопнула дневник. Кроме родной дружественной шуршащей бумаги у неё не осталось ничего. Сначала было очень тяжело, но сейчас Эндри привыкла, подавляя боль лабораторными экспериментами, медитациями и рисованием. Джонс подарил ей несколько картин, которые теперь украшали стены отсека, нет, скорее жилой комнаты, создавая уютную, тёплую атмосферу. Просторная двухместная кровать, на которой приятно было растянуться поутру, занимала большую часть пространства. Здесь девушка пыталась расслабиться, уйти от внешнего мира, забыть про проклятую войну. Но что-то внутри билось, трепыхалось, словно бабочка в банке. Андрейст знала, дай она волю этим ощущениям - и всё начнётся сначала: бабочка станет хищной птицей, птица – яростным ненасытным драконом, зверем, жаждущем убийства, крови и боя. А для этого за стеной присутствуют все условия. «За кого, за кого мне сражаться? В честь кого проливать кровь и отдавать собственную жизнь? В честь Дилана? Этого подонка, продавшего всех моих людей, моего друга? Или, быть может, пойти за генерала Астора и его гнилых Жуков? К чёрту!» - ругалась про себя Эндри, держась за голову. «Спать, спать, спать. И да уберегут меня воинственные боги от проклятых кошмаров!» - огрызнулась бывшая командующая, забираясь под одеяло.

***

«Шауб-Де» приземлился незамеченным где-то в глубоких джунглях, на почтительном расстоянии от основных баз и горячих точек. - Ваша задача сейчас разорить все близлежащие лагеря. Действуйте чётко и незаметно. Уманов должен охватить страх... – жутко прошипел Вожак, сверля глазами всех вокруг. – Мы с Фрадиор-Гоариндом идём на окраину леса. Там в последний раз проходили активные боевые действия с участием Кайндэ Амедха. Рассредоточиться и действовать! – скомандовал он. Охотники развернулись, и каждый пошёл в свою ранее обозначенную сторону.

***

- Что происходит, объясните мне наконец! Что? Пропажа людей в наших лагерях?! ЧТОО?! Немедленно вылетаю. Дилан, так и не дойдя до своего кабинета, резко бросился в сторону вертолётной площадки. Андрейст, поднося учёным целую кадку с реактивами, оглянулась на исчезающего в лифте босса. В тусклых мёртвых глазах играючи промелькнул огонёк любопытства и догадки о том, что могло произойти в джунглях.

***

«А этот уман выглядит достаточно крепким», - довольно пощёлкивая, заметил Шчинд. Используя встроенное в маску устройство записи, он скопировал голос какой-то самки. Пару часов назад солдаты выносили её на носилках в соседнем лагере. Ей пришлось быть свидетельницей жестокой расправы над тремя своими сородичами, которых он изрядно покромсал запястными лезвиями, прежде чем повесить на деревьях. - Помогите... - тихо “зашептал” Шчинд, предвкушая добычу недурного трофея. Высокий, коренастый солдат, вооружённый винтовкой, прислушался и сделал несколько шагов в сторону густых зарослей. - Помогите... - повторил Выносливый, чуть отступив назад. - Кто здесь? – полюбопытствовал напряжённый военный, подняв оружие. - Прошу, помогите... - продолжал прокручивать запись-манок Охотник, отступив ещё на шаг в заросли и встав за ствол большого дерева. Густая листва за спиной военного сошлась, словно занавес... Обагренные кровью ки’чти-па вырвались из спины, винтовка гулко упала на землю. В соседнем лагере в засаде притаился Насид-Меам. В голове у этого Охотника творился бардак. На кой чёрт он продолжает влачить унизительное существование в чужой шкуре? Когда уже Сид'минд, наконец, примет хоть одно благоразумное решение по поводу него! Эта сосунковая возня... Впрочем, сегодняшняя "прогулка" обещала быть крайне занимательной. Уман ростом выше сородичей, с жестоким нравом, грубыми повадками, вооружённый миниганом и обвешенный гранатами, уверенно шёл по направлению к Хищнику. По пути он что-то громко кричал рассевшимся у небольших построек солдатам, пиная их ногами и угрожая изрешетить, превратив в дуршлаг. «Очевидно, главный», - довольно застрекотав, подумал Бич. Пребывая в скрытии, яут стоял за мелким строением, держа в руке разложенный комбо-шест. - Я на позиции, Насид-Меам. - Подожди, Фатор. Как только этот большой скроется за зданием... - Понял. Военный добрёл до угла, но внезапно встал, как вкопанный, прислушиваясь. Охотник замер. Обожжённая кислотой грудь, покрытая сеткой, едва поднималась в процессе дыхания. Уман медленно опустил голову и увидел нечеловеческого размера следы. Он схватил рацию, закричав во всё горло, чтобы слышали не только на другом конце устройства, но и во всём лагере: - Чужие в лагере! Инопланетные Охотники здесь! Боевая тревога! - К’жит! – выругался Бич, резко выскочив из укрытия. С другой стороны лагеря, словно снег на голову, с деревьев спрыгнул Фатор, начав обстрел из плазмомёта. Застигнутые врасплох солдаты кинулись врассыпную, паля в воздух, безуспешно пытаясь зацепить невидимую цель. Злосчастный военный вцепился в миниган. Пули отскакивали от доспехов, впивались в древесину, улетали в кусты, но некоторые достигали цели беспощадно жаля наудовскую плоть. Взвыв, Насид-Меам попытался скрыться в зарослях. Увы, зелёный твей предательски светился на листве, привлекая к себе внимание. Быстро вскарабкавшись на дерево, Охотник было подготовил плазмомёт, но затем просто крепче сжал в когтях комбо-шест. «Не дождёшься, уман!» Военный двигался быстро, пригибаясь, перемещаясь от куста к кусту и угрожающе водя стволом. Следы твея вели наверх. Застывший влажный воздух слегка исказился... - Ах вот ты где, сукин сын! Подняв ввысь миниган, солдат нажал на спуск. Пулемётная лента исчезала на глазах, но уман не жалел патронов. Древесный ствол разлетался в щепки. Хищник взревел. Резко подавшись вперёд, он занёс руку и швырнул комбо-шест в цель. Копьё насквозь пронзило грудь, войдя в мягкую, податливую почву. - Проклятый Пьод Амедха! – огрызнулся Насид-Меам, спрыгивая с дерева. Зашуршали кусты. Со стороны джунглей показался Фатор. Его грудь была заляпана пятнами крови вперемешку с твеем, а сетчатые сумки, что болтались на ремне и за спиной, были набиты свежими головами. - Нам нужно уходить, Насид-Меам. Мы всё испортили. - О чём ты, Фатор? – ответил Кровавый, поспешно вырывая позвоночник с черепом у добытой дичи. – Держи верёвку, – сказал он, быстро спуская кожу с военного. - Кар’клейю нужно было, чтобы мы навели панику - мы её навели. Давай сюда, – Бич резким движением забрал верёвку и одним махом оказался на потрёпанном дереве. - Но он имел в виду не это! – указав пальцем на лагерь, ответил Ветер. – Мы должны были действовать скрытно, а теперь сюда летит подкрепление! - Пускай в следующий раз выражается точнее, – ехидно буркнул яут, заканчивая подвешивать обезглавленную добычу. Спрыгнув, он окинул Янг'а презрительным взглядом. – Когда ты уже повзрослеешь, а? - По-твоему, быть взрослым - это значит не слушать Вожака?! Бич оскалился. - Это значит иметь собственное мнение, с'йюит-де! Мандибулы Фатора напряглись. Из-под маски донеслось шипение: - Да будь ты под командованием Волве, он бы вырвал тебе жвала за неподчинение! Бич замахнулся, попытавшись ударить обнаглевшего юнца, но Фатор успел перехватить его кулак и сжать в когтистой ладони, напрягая иссечённую мышцу. - А ты... был когда-нибудь под ЕГО командованием? – ядовито, злобно и замогильно прошипел Насид-Меам. Хватка молодого яута заметно ослабла. Бич вырвал свою руку. Через маску пробивался его обжигающе ледяной, пропитанный ядом взгляд. - Вот что я тебе скажу, глупец, – режущим, словно кромка льда, тоном продолжил Охотник, цепляя когтями трубки с дыхательной смесью. – ЛЮБАЯ Охота на ЛЮБОЙ планете была безопаснее, чем нахождение на «ШАУБ-ДЕ»! Рывком он снял маску. Словно мёрзлая, колючая волна ударила по лицу Фатора. Синие, неестественно светящиеся синие глаза, полные презрения ко всему живому, сверлили молодого посвящённого, потроша изнутри. Ветер неосознанно отступил на шаг назад... Мандибула... всего одна нижняя мандибула напряжённо прижималась ко рту. Лицо было изуродовано множеством шрамов, которые он всегда скрывал за маской. – Выстоять, выжить, СОХРАНИТЬ НЕЗАВИСИМОСТЬ под командованием Волве – вот что значит быть Воином клана «Чёрного Зверя»! Фатор затаил дыхание. Ходили слухи, что среди них, молодых яутов клана, скрывается опытный Воин Чести. Этот Воин являлся первым помощником Волве, но был изгнан за серьёзную провинность. Позже, после смерти Владыки, Гуан-Тант'ер принял его обратно, без возврата высокого ранга. Клеймо бесчестья скрывалось за маской Кровавого. Долгая история, о которой боялись вспоминать вслух. - Ты... Ты помощник Волве?! - Нет, идиот! Я один из Кровавых Охотников Гуан-Тант'ера! Простой Кровавый Охотник! – словно озвучивая приговор, надевая маску, рявкнул Бич. – Знаешь, за что боготворят твоего Кар’клейя?! Он всегда даёт ещё один шанс! Вдали послышался шум вертолётов. Небо озарилось вспышками приближающихся прожекторов. - Уходим, – гаркнул Насид-Меам, ринувшись в джунгли. Ошеломлённый Фатор устремился за ним.

***

Гуан-Тант'ер и Фрадиор-Гоаринд находились рядом с окраиной. Над ними, рассекая воздух лопастями, пролетело несколько военных вертолётов. - Их обнаружили, – шепнул Вожак, глядя вслед уносящимся вертушкам. – Надо действовать быстро. Фрадиор-Гоаринд, возьми на себя правую часть поля. Насколько я помню, там были загоны с клонами. Бессмертный молча кивнул в ответ и незаметно исчез, как будто его здесь и не было. «Всё же это врождённый талант», - подметил про себя Вождь, карабкаясь на дерево. С высоты он смог разглядеть суетившихся, готовивших оружие к бою уманов, кучу военной техники, а также несколько сотен Кайндэ Амедха с торчащими из вытянутой головы антеннами. «С этим Мясом будут проблемы...» Элдер начал продвигаться по верхам к батальонам. - Нам нужно незаметно изловить несколько уманов и подвесить их. Пока они обнаружат пропажу, мы вернёмся на корабль и отбудем на базы, – услышал Бессмертный в своей маске приказ Вожака. Прорези вспыхнули желтоватым светом, но, спустя секунду, угасли. Фрадиор-Гоаринд осторожно последовал за альбиносом... Прыгая с дерева на дерево, Вожак приближался к цели. Уже слышалось громкое шипение Жёсткого Мяса и невнятное ворчание Пьод Амедха. Гуан-Тант'ер прислушался. Его ощущения беспомощно сжимались, вставая плотным комом в горле. Каждая клетка мощного тела чувствовала себя под прицелом. «Что со мной?» Белоснежный огляделся, всё ещё сидя в кроне. Вокруг стояла подозрительная тишина, нарушаемая только звуками присутствия уманов, которые автоматически отсеивались как “задний фон”. - Я на месте, – послышался тихий голос помощника в маске. - Хорошо. Будь начеку, здесь что-то не так. Вождь, ещё раз оглядев пустоту в нескольких спектрах, осторожно спустился с дерева, стараясь не создавать лишнего шума. - Пора, – отдал приказ Кар’клей и уже собрался пойти выхватить из кустов парочку другую уманов, как внезапно резкая, жгучая боль пронзила всё тело, пробежавшись по позвоночнику вверх и врезавшись в мозг. С величайшим трудом он смог сдержать рёв, помня о близости врагов, лишь приглушённо застонав. Мускусный запах собрата за спиной, агрессивная атмосфера - кошмар любого Лидера. «А ты не задумывался, что однажды такой бросит тебе вызов?», «Пропустил тренировку, пойду, наверстаю», «Учитесь достойно побеждать... И так же достойно принимать поражение», - пронеслись в его голове двусмысленные фразы Бессмертного. - Мне надоело постоянно быть в твоей тени, – раздалось злобное шипение помощника. – Я ждал того дня, когда ты наконец потеряешь статус Старейшины! – он медленно провернул лезвие сюрикена. От боли Вожак упал на колено, всё, что происходило, казалось кошмаром наяву. – Ведь убить Старейшину означает стать отступником, верно? Но уничтожить своего Вождя... значит занять его место! – он резко выдернул сюрикен. Вожак взвыл, зажимая себе пасть рукой. Уманы всё ещё слишком близко. Несмотря на серьёзное ранение, подкрепляемый безумием и кромешной яростью, Гуан-Тант'ер развернулся. - Ты... плохо знаешь... Кодекс... убить Вождя... надо в поединке, - тихо процедил Одам-ан’де, опасаясь привлечь внимание врагов. Попирая собственный гнев, Кар'клей, схватившись за ранение, завалился на бок, стараясь вынудить предателя закончить начатое. Уловка прошла успешно - Фрадиор-Гаринд поднял руку, зажимающую перепачканный твеем сюрикен. «Твоя последняя ошибка - переоценить собственные силы» Удар был блокирован как и когда-то здесь же - на Земле. Гуан-Тант'ер крепко держал трясущуюся в напряжении конечность. Острый кончик лезвия почти касался ворота, прикрывающего шею. - Замах... слабый... Вожак резко выпустил ки’чти-па, вонзив их в грудь предателя. Охотник слишком поздно спохватился, не успев среагировать и блокировать атаку. Лезвия вошли глубоко, пройдя насквозь. - Чёрный Воин сжигает предателей... Надеюсь, перед этим ты попадёшь к Волве, и он оторвёт твои паскудные жвала, одну за другой, – шепнул на прощание Ночной Воин, вырвав запястные лезвия из плоти Бессмертного. Тело Фрадиор-Гоаринда рухнуло на лесную подстилку, обильно заливая траву твеем. С трудом поднявшись, Белоснежный снес обесчещенному голову, ненавистно пнув её ногой. Оставляя светящийся зелёный след, голова укатилась в кусты. Как назло, оттуда донеслось знакомое шипение. Несколько Чужих пришли на шум и немедленно атаковали, налетая с разных сторон. Двоих взбешённый яут поднял за горло, швырнул на землю и прикончил плазмозалпом. Ещё нескольких покромсал запястными лезвиями, а последнего схватил за хвост, раскрутил и швырнул в только что показавшихся из кустов уманов. Активировав скрытие, Ночной Воин помчался в сторону корабля. Дикая, жуткая боль разливалась по всему телу, от поясницы до шейного отдела позвоночника, сбрасывая скорость бегущего. Каждый шаг давался всё с большим трудом. - Проклятый предатель! – прошипел Вожак, вкалывая на бегу сильное обезболивающее. Цель преследовали военные и спущенные с поводков Чужие. За очередным кустом его ждало разлившееся топкое болото. – Рйет! – выругавшись, яут прыгнул на дерево, затем на следующее. Хрупкие нижние ветки едва выдерживали вес Хищника, то и дело прогибаясь, норовя с треском рухнуть вниз. Несколько ксеноморфов ловко перемещались за ним, приближаясь с каждой секундой. Преимущество в лазанье было заложено в их генах. Звонко щёлкнула челюсть, чуть не попав по ноге.

***

- Всем на корабль! Отлетать, НЕ дожидаясь меня! «Шауб-Де» оставить на орбите! - на заднем плане раздался звук выстрела из плазмомёта. - Фрадиор-Гоаринд мёртв! Насид-Меам заместитель! - снова выстрел. - Двое Охотников должны остаться здесь и уничтожить все загоны с Кайндэ, двоих перекинуть в лагерь вражеских уманов с тем же заданием! Остальные по базам! Выполнять приказ! Фир-лиока и Масфет переглянулись. - Потребуем остаться, – строгим тоном заявил Ведущий. - Это верная смерть. - Струсил? Воин лишь ухмыльнулся в ответ: - Остаёмся.

***

Гуан-Тант'ер двигался, не останавливаясь. Пока действовало обезболивающее, он мог обороняться, но резерв выносливой плоти был не бесконечен. Вожак перебил пятнадцать ксеноморфов. Сзади появился шестнадцатый, слева семнадцатый, восемнадцатый... Сверху зашумел вертолёт, освещая Ночного Воина прожектором сквозь густые кроны. Альбинос почувствовал слабость, рана обильно сочилась твеем, возвращалась пульсирующая боль. Обернувшись, Охотник заметил, что Кайндэ Амедха куда-то пропали. «Видимо, отозвали». Внезапно что-то сильно задело его маску. Трубки, подающие газ, были повреждены когтями маленького ксеноморфа-разведчика. Присмотревшись, Вожак понял, что этот “индивид” почти полностью роботизирован и является передвижной камерой видеонаблюдения. Он сильно ударил разведчика кулаком по морде. Взвизгнув, бегун попытался ухватиться за ветку, но, не удержавшись, свалился в болото. «Вспомни те годы, когда ты жил здесь, дышал этим газом, вспомни... Техника дыхания». Гуан-Тант'ер старался сосредоточиться. Воспользовавшись драгоценными секундами, он ввёл в себя ещё одну дозу обезболивающего и попытался вдохнуть затхлый воздух. Голова начала слегка кружиться. Ещё несколько глотков кислорода – перед глазами всё поплыло. Вертолёт с шумом начал снижаться. Ночной Воин сидел на ветке, не в силах пошевелиться. Твей капал вниз, растворяясь в болотной жиже... Скрытие исчезло - в нём уже не было смысла. Вокруг улавливались взгляды Чужих, притаившихся и ждущих команды. Вынув из аптечки мини-маску с дыхательной смесью Вожак сделал внушительный вдох, а затем коснулся пальцем ручной энергосистемы, начав вводить код. - Нет! Не дайте ему самоуничтожиться! Стреляйте сетью, чёрт возьми! Дилан был готов буквально прыгнуть за Хищником в болото, но его удержали несколько солдат. Ветви деревьев уже сильно шатались от ветра, создаваемого лопастями. «Потерял сноровку. Слишком долго не тренировал лёгкие на этой планете, забыл, чему меня учил Воин-Уман. Надеюсь, Чёрный Воин примет меня. Я предложу ему достаточно трофеев». Оставалось только стукнуть когтем и пойдёт долгожданный отчёт, но слабость, чужая атмосфера и, возможно, нежелание Чёрного Воина видеть сейчас Гуан-Тант'ера на своём Суде, на этот раз даровали альбиносу ещё один шанс. Охотник потерял сознание в самый ответственный момент, уже было полетев в болото, но кто-то вовремя выстрелил сетью с вертолёта. Вожак был поднят на вертушку. Через несколько часов его ждал лабораторный стол.