Первый встречный

Это тихое уютное кафе славилось своими десертами. А еще здесь можно было поговорить без помех, поскольку большую часть местной публики обычно составляли влюбленные парочки, слишком увлеченные друг другом, чтобы прислушиваться к чужим разговорам. За маленьким столиком в углу сидели двое: странноватый на вид растрепанный парень, забравшийся на сиденье с ногами, и симпатичная, но ничем особенным не выделяющаяся девушка. Другие посетители кафе почти не смотрели в их сторону, да и персонал был внимателен к ним в той же мере, что и к прочим клиентам. Разве что официантка слегка удивилась, когда парень заказал почти весь ассортимент сладкого, и подумала мимоходом, что, должно быть, именно он выбирал место для встречи. Словом, никому даже в голову не приходило, что это кафе почтил своим вниманием самый известный детектив современности и что его спутница — одна из лучших, даже несмотря на неидеальное досье, агентов ФБР. — Меня забавляют твои повадки, — мягко усмехнулась Мисора Наоми, и, глянув в глаза сидящему напротив неё парню, понизила голос: — L. — Эй, Ватари же не сообщал тебе ничего подобного! — Конечно, — Мисора была спокойна и говорила по-прежнему очень тихо, прекрасно понимая, что этот разговор не предназначен для чужих ушей. — Он сказал, что ты — один из агентов, работающих на L. Но… Я же помню дело L.A. B.B. Вряд ли Бёздей стал бы так усердно копировать какого-то там агента. Он знал тебя, и то дело было вызовом тебе. И это вовсе не мои догадки — я однажды навещала Бейонда в тюрьме… — Наоми на миг замолчала, словно вспомнив что-то, о чем говорить не хотела. — Знаешь, он был рад поговорить, ведь после долгого сидения в одиночной камере обрадуешься, наверное, любому собеседнику… И зачем же великому L понадобилось жениться? — спросила она без перехода, вперив пристальный взгляд в глаза детективу. — Кхм… — от взгляда Наоми L даже пирожным поперхнулся. — «Не хочу такую жену — уж больно смотрит недобро», — подумал он, а вслух произнёс: — Собственно, меня официальные отношения не интересуют, на этом настоял Ватари. Он в чём-то прав, утверждая, что по проституткам шляться небезопасно… К тому же Ватари хочет на пенсию, потому и взялся искать мне жену не абы где, а среди агентов спецслужб — чтобы она впоследствии, через несколько лет, смогла заменить его, став представителем L. Вот, в общем-то, и всё. — Сверхзадачи ставит твой Ватари, — фыркнула Наоми, отпивая кофе из хрупкой даже на вид нежно-кремовой чашечки. — В твоём случае всё-таки проще по шлюхам пройтись… Ну или, во избежание утечки информации, держать бывшую жену под колпаком, если разведётесь. Или вообще несчастный случай организовать. Потому что все чувства, если таковые есть, рано или поздно проходят, влечение друг к другу угасает, и в конце концов появляются мысли «А не сходить ли налево?» Впрочем, походы налево — ещё не самое неприятное. Хуже будет, если вдруг поймёшь, что ты не состоянии мириться с недостатками партнёра, равно как и он не может мириться с твоими. Да и вообще работу и личную жизнь смешивать вредно. И мало кому удаётся. Неужели твой Ватари этого не понимает? — Он в своё время женился по расчёту, — вздохнул L, — так что считает это вполне нормальным. Говорит, что какие бы то ни было чувства появятся со временем, и это может быть даже любовь. Не как в кино, конечно, но мне как в кино и не надо. Просто… Наверное, мне не нравится сама идея совмещать работу с личной жизнью. Я уже сказал Ватари, что жениться я, наверное, и так могу, а в помощники лучше нанять кого-нибудь другого, но он упёрся в эту свою идею «два в одном флаконе», и слушать ничего не хочет. К советам Наоми стоило прислушаться — всё-таки она была замужем не так давно… и развелась. Иначе Ватари и не пытался бы сватать её за L. Вот только Наоми, судя по её тону, по тому, как она скептически усмехалась, говоря о браке, выходить замуж во второй раз не торопилась. L решил полюбопытствовать: — А почему ты с Пенбером разошлась? — Тебе в самом деле это так уж интересно? — Наоми нахмурилась. — Ах, да! Я же одна из кандидатур на роль твоей жены, вот ты и интересуешься. Знаешь… я разочаровалась. И в Пенбере, и, кажется, вообще в мужиках. Так что замуж я вовсе не тороплюсь, возможно, никогда и не рискну повторить этот опыт. — Я и сам не очень тороплюсь жениться, так что это больше просто любопытство, чем прощупывание почвы, — отозвался L, доедая последнее пирожное. — Любопытство… — протянула Наоми. — Так я и взялась удовлетворять твоё любопытство! Впрочем, почти всё я уже сказала — о приевшихся чувствах и недостатках. А ещё Пенбер, с виду мягкий и ласковый, слишком много командовал и слишком усердно пытался сделать из меня домохозяйку. Ему, видите ли, не хватило того, что я ушла из ФБР и нашла себе другую работу — тихую, спокойную и далеко не по моим способностям. Он хотел, чтобы я сидела дома, пекла блинчики и ждала его. Да и не только он меня разочаровал, и другие были, но об этом говорить я уже не стану. Но так или иначе, а на большее, чем короткий роман, меня теперь раскрутить сложно. — Ну что ж… — задумчиво проговорил L. Тогда, расследуя дело Бёздея, он, конечно, отмечал женскую привлекательность Мисоры Наоми — и не раз. Но всё же больше внимания он обращал на её профессионализм, образ её мыслей. Наоми могла бы стать ему, может, и не близким другом, но хорошим приятелем. А что касается интереса к ней как к женщине… L хотел, может, провести с ней ночь или две, если бы этого хотела сама Наоми. Но секс способен как улучшать, так и ухудшать отношения. У L не было близких друзей и, хотя он не отличался коммуникабельностью, иногда ему хотелось пообщаться с кем-то, кроме Ватари. Когда-то давно, ещё в приюте, он довольно близко общался с Бейондом — пока они не поссорились из-за того, что Бейонда не устраивала роль запасного L, копии, нужной только на тот случай, если что-то случится с оригиналом. А больше и не было никого достаточно близкого. — Эй, о чём ты задумался? — окликнула его Мисора. — Кстати, у нас давно кончился кофе, да и от пирожных твоих остались одни воспоминания… — Я думал о том, что видеть тебя своей женой я всё же не хочу, — L не стал скрывать своих мыслей. — Скорее, своим другом, может и не близким… У меня не так много людей, с кем мог бы просто пообщаться, а твой образ мыслей мне в чем-то близок — это я понял еще во время расследования дела L.A. B.B. Впрочем, как женщина ты мне тоже интересна, и, может, я раскрутил бы тебя на тот самый короткий роман, какие ты теперь предпочитаешь, если бы только был уверен, что это не испортит возможных дружеских отношений. — Вот так? — Наоми усмехнулась углом рта. — Знаешь, а ты меня порадовал своими словами. Впрочем, никаких романов и даже секса на одну ночь обещать не буду, а что касается дружеского общения… — она порылась в сумочке и, вырвав листок из блокнота, торопливо написала что-то на нём. — Вот, держи. Адрес моей почты для личной переписки и номер ICQ. Листок уничтожишь потом. Правда, в аське застать меня можно довольно редко, так что лучше в почту пиши. Надеюсь, у тебя есть хоть один е-мейл, на который можно отвечать, не опасаясь, что письмо не дойдет?.. — Конечно, — кивнул L. — Его знают всего несколько человек. Думаю, тот е-мейл, что ты дала мне, из того же разряда. И… — Что? — А зачем ты ходила навещать Бейонда? После этого вопроса выражение ее лица неуловимо изменилось. L нахмурился от странного ощущения, бывшего сродни тому, которое возникает, когда кто-то прямо перед носом захлопывает дверь, без слов демонстрируя, что не собирается впускать дальше непрошеных гостей. И тон Наоми, когда она ответила, был подчёркнуто нейтрален и сух: — Я просто хотела знать, зачем Бейонду нужно было затевать всё это. А кто, кроме него, мог ответить? Как оказалось, он хотел создать идеальное преступление, которое окажется не по зубам даже тебе. Это было своеобразным вызовом, поединком оригинала и копии, которая не хотела быть копией. Признаться, я что-то подобное и предполагала, хотя и не знала некоторых деталей… — она пожала плечами и отрешённо уставилась в окно. «Чего-то ты не договариваешь… — подумал L. — Чего-то гораздо более личного. Может, между тобой и Бейондом что-то есть? Мне любопытно, Наоми. Впрочем, это вовсе не означает, что я буду добиваться ответов на все свои вопросы именно от тебя. Ты сама сказала, что Бейонд, скучающий в одиночной камере, совсем не против поговорить…» Выпив напоследок ещё по чашечке кофе, L и Наоми вскоре ушли из кафе. Но расходиться они пока не собирались — L, совсем не торопившийся возвращаться под крылышко чересчур заботливого Ватари, предложил сходить куда-нибудь ещё: в кино, клуб, парк… А у Наоми сегодняшний день как раз был целиком и полностью свободен, так что она согласно кивнула — почему бы и нет?.. — Любишь быструю езду, детектив? — с шальной усмешкой спросила она, когда они вышли из кафе. — А ты можешь мне гарантировать, что после этого я останусь жив? — L был осторожен и глупо рисковать своей жизнью не любил. — Я ничего не гарантирую, — глаза Наоми горели, и ветер развевал её длинные, чёрные, как антрацит, волосы. В эту минуту она казалась удивительно красивой. — Когда мчишься на мотоцикле, тебя от неба отделяют всего лишь два колеса… Да, это очень опасно, если не справишься с управлением на большой скорости, тебя вряд ли спасут. Но всё же в этом есть определённая прелесть. И не бойся, я не намерена лишить это мир тебя, так что буду осторожнее, чем обычно. L кивнул — с некоторыми сомнениями, но всё же кивнул. Забрался на мотоцикл позади Наоми… и тихо ахнул, судорожно обхватывая руками её тонкую талию, когда она газанула с места. — Это у тебя называется осторожно?! — Ну да, — судя по тону, Наоми ухмылялась. — Не бойся. Я вожу мотоцикл с шестнадцати лет, и за всё это время у меня не было ни одной аварии. Они носились по городу почти час, и L довольно быстро распростился с присутствовавшим в начале этой безумной поездки страхом и начал получать удовольствие, от ветра, бьющего в лицо, от скорости, из-за которой казалось, что от домов и людей остались только размытые силуэты — лишь небо над головой, удивительно чистое в этот день, было неизменным даже в момент их гонки в никуда. Потом был поход в кино, два ведёрка попкорна и одна бутылка колы на двоих. Как оказалось, Наоми нравились мрачные тяжёлые фильмы, те, где нет никаких потусторонних ужасов, но сердце невольно замирает, когда герой в пугающей тишине идёт один навстречу тайне, с самого начала истории не дававшей ему покоя… А закончилась их дружеская прогулка в каком-то клубе, где оба, слегка не рассчитав, выпили несколько больше, чем следовало. Впрочем, L прекрасно знал, что коктейли в ночных клубах часто бывают весьма коварны и бьют в голову именно тогда, когда нужная доза уже малость превышена. Но Наоми, даже пьяная, отвечать, что там такого между ней и Бейондом, отказалась, только посулила дать в глаз, предупредив, что и в таком состоянии не промажет. А через полчасика, за которые они успели выпить ещё по бокалу коктейля, L пришлось на повышенных тонах объяснять спутнице, что сесть на мотоцикл в таком состоянии он ей не позволит. И пусть она даже не думает! Спустя несколько минут спора Наоми всё же согласилась с его доводами, и они сняли комнатку в ближайшем недорогом отеле, чтобы проспаться до утра. …Утром L проснулся с головной болью. Разбудил его звонок Ватари — помощник возмущённо спрашивал, где это изволил загулять великий детектив и почему он даже не потрудился позвонить и предупредить, когда вернётся…