Первый встречный

Вернувшись из университета, Лайто, к своему неудовольствию, обнаружила, что отец уже дома, хотя время довольно раннее. Дверь в гостиную была открыта, и Лайто видела, что он со всем удобством расположился в кресле и читал какую-то книгу. Незаметно пройти мимо при всём желании не получилось бы, а ей совершенно не хотелось общаться. После того обещания поговорить с Такимурой прошла уже неделя, и всё это время отец и дочь лишь изредка обменивались ничего не значащими фразами. Лайто предпочла бы, чтобы так продолжалось и дальше. Впрочем, она уже успела усвоить, что как ни старайся, а всё равно далеко не всегда получается так, как хочется… — Я дома, — вздохнула Лайто и пошла на кухню. День сегодня выдался напряжённый, перекусить в университетском буфете не удалось, и теперь молодой организм в голос требовал пищи. Пока она рылась в поисках еды, за спиной послышались шаги — Соичиро, оставив книгу в гостиной, пришёл на кухню. — Здравствуй, Лайто. Всё ещё злишься? — Да, папа, всё ещё злюсь. Любой злился бы на то, что его заставляют делать что-то неприятное, так что в этом нет ничего странного, — устало проговорила Лайто, доставая из буфета пачку «растворимого» рамена. — Пап, у меня сегодня в институте был весьма напряжённый день, преподаватели из всей группы прямо души вынимали, а с меня, как с лучшей, и спросу больше всех. Поэтому, если ты опять хочешь уделить время рассуждениям о важности матримониальных связей, я тебя очень прошу, давай отложим это на потом, — она отвернулась, чтобы включить чайник. — Нет, на потом я ничего откладывать не буду, — порушил все надежды дочери Соичиро. — Впрочем, я подожду, пока ты поешь… Лайто мрачно посмотрела на него и убрала рамен обратно, чувствуя, что прямо сейчас ей, несмотря на голод, кусок в горло не полезет. Нет, она любила отца, но ведром дёгтя в бочке мёда была его святая вера в то, что дочерей обязательно надо выдавать замуж. И Лайто втайне подозревала, что, даже если бы ей повезло родиться парнем, вряд ли все было бы намного проще. Она знала, что в своё время отец женился на матери не потому, что очень любил её, а потому, что порядочные люди должны жениться. Впрочем, отношения у родителей были очень тёплые и доверительные, хотя пылкими чувствами там отродясь не пахло. — Можешь не ждать, папа, — усмехнулась Лайто, глядя отцу в глаза, — аппетит мне ты уже испортил, так что говори. — Я нашёл парня, с которым тебе определённо стоит познакомиться. И вовсе не стоит сразу воспринимать эту новость столь негативно, — тут же добавил Соичиро, заметив, как вскинулась дочь. — Вполне возможно, что он тебе понравится. Этого юношу зовут Миками Теру, он недавно завершил обучение в университете и начал работать в прокуратуре, и, судя по всему, у него хорошие шансы сделать карьеру. Репутация у него вполне приличная, ни в чём таком, — он сделал неопределенный жест рукой, — не замечен. Кстати, его так же, как и тебя, волнует проблема преступности в современном мире, а значит, один общий интерес у вас уже есть. Наверняка найдутся ещё, когда вы пообщаетесь поближе. И у него приятная внешность. В общем, вы с ним вполне могли бы сойтись — если, конечно, ты не собираешься отшить его сразу, как только увидишь. — Я его даже видеть не хочу, — и Лайто полезла в полку за чаем. Раз уж аппетит отбили, надо хоть чаю выпить. — Пап, ну когда ты поймёшь, что если я захочу, то быстро найду себе кого-нибудь? У меня, если ты не в курсе, поклонников хватает. — Может, и так, — задумчиво проговорил Соичиро. — Может, и так… Но тебе уже двадцать, вполне можно начать с кем-то встречаться и даже выйти замуж… — Или найти работу и съехать из родительского дома на съёмную квартиру, — закончила Лайто. — Что, тебе настолько неприятна эта тема, что ты готова сбежать из дома? — поинтересовался Соичиро, наблюдая, как дочь заваривает себе чай, и отметив про себя, что она даже не спросила, хочет ли он чаю. — Именно, папа, именно. Ты ведь со дня моего совершеннолетия ездишь мне по мозгам — и думаешь, что добьёшься чего-то иного? — Я думаю, что воспитанные дети должны слушаться родителей. И, кстати, потрудись сходить в магазин и купить себе хотя бы одно платье, а то всё ходишь в брюках да джинсах, как мальчишка. — В чём нравится, в том и хожу, — не выдержав, огрызнулась Лайто, которую всё это уже давным-давно достало. — И карманные деньги в этом месяце у меня уже… — Не беспокойся, — Соичиро не дал дочери договорить. — Возьмёшь мою кредитку. Я сейчас позвоню Сатико… — Нет уж, папа, — теперь Лайто перебила отца. — Если хочешь, чтобы я купила платье, то сам пойдёшь его выбирать вместе со мной, — и она растянула губы в самой мерзкой ухмылке из своего арсенала, прекрасно зная, насколько сильно отец не любит ходить по магазинам. Немного полюбовавшись его перекосившимся от неудовольствия лицом, Лайто вновь достала пачку рамена. — Но сначала я всё-таки поем. * * * Это могло бы быть забавно, но только если бы это происходило не с ней. Отец отвез Лайто на машине в ближайший торговый центр, сунул ей в руки свою кредитку, а сам попытался остаться в уютной компании автомобиля и прихваченной их дома книги. Не тут-то было! Лайто уперлась, вернула кредитку и повторила своё требование: или отец идёт с ней выбирать платье, или она вообще ничего сегодня покупать не будет. Пришлось Соичиро оставить книгу на сиденье и со вздохом идти за своей вредной старшенькой. А в торговом центре Лайто принялась целенаправленно мотать папочке нервы. Она медленно, с многочисленными комментариями, большей частью весьма ехидными и уничижительными, перебирала весь ассортимент платьев, потом тащила в примерочную половину, долго-долго вертелась перед зеркалом, опять же не молча… Примерно через час этой нервотрёпки, когда у Соичиро уже дёргался глаз, Лайто выудила из вороха тряпок коротенькое платьице леопардовой расцветки. Примерила… — Снимай немедленно эту блядскую тряпку! — не выдержал Соичиро. — Она же едва хозяйство прикрывает! — Ну почему же? — с ангельским видом театрально похлопала глазками Лайто. — По-моему, очень миленькое платьице, — и она крутанулась перед зеркалом, так что подол задрался выше всяких приличий. Платье действительно было весьма фривольным — без бретелек, с вшитыми плотными чашечками, обтягивающее сверху и расклёшенное снизу, причем длина подола была такой, что ткань едва прикрывала попу. Пока Лайто раздумывала, а не крутануться ли перед зеркалом ещё раз, мимо прошла какая-то женщина с парой блузок в руках, а следом за ней возле примерочных нарисовался мужчина, судя по всему, её муж. И, как оказалось, он был одним из коллег отца. Увидев Соичиро Ягами, стоящего возле некой молодой и очень красивой особы, которая крутилась в примерочной, полицейский сперва широко распахнул глаза от удивления, а потом откашлялся и выдал: — Добрый вечер, Ягами-сан! Не ожидал вас здесь увидеть… А не познакомите ли меня с вашей очаровательной спутницей? Эти слова оказались последней каплей для того, чтобы Соичиро взорвался: — Это моя дочь, а не то, что ты подумал, придурок!!! Жена бедолаги, пытаясь спасти положение, приткнула куда-то блузки и подхватила муженька под руку со словами: — Дорогой, я что-то нехорошо себя чувствую, давай лучше поедем домой, — обернувшись к Соичиро, она с милой улыбкой произнесла: — Ягами-сан, простите за доставленное беспокойство, — а потом с силой хорошего тягача поволокла своего супруга к выходу. Лайто, которая плюхнулась на стульчик в примерочной, тихо помирая от смеха, ещё как-то умудрилась расслышать слова той дамы, адресованные мужу, — что-то про слишком длинный язык и отсутствие мозгов. Смеяться же она прекратила только тогда, когда отец с силой тряхнул её за плечо. — Выбирай уже что-нибудь, и поехали домой! Мне осточертело торчать здесь и чувствовать себя идиотом! — Еще немного, папочка, — улыбнулась Лайто. — Я уже почти определилась с выбором. — Четверть часа назад ты говорила то же самое! И за четверть часа до этого! — продолжал злиться Соичиро. — Всё, хватит! Я ухожу и буду ждать тебя в машине. Если не появишься через полчаса, добираться до дома будешь сама. — Хорошо, — согласилась Лайто, решив, что её маленькая месть отцу, спасибо случаю, удалась на все сто. — Я постараюсь побыстрее. Отец смерил Лайто хмурым взглядом, сунул ей в руки кредитку и ушёл. Лайто же, нехорошо улыбаясь, купила то самое «леопардовое» платье, потом зарулила в соседний магазинчик, где обзавелась маленькой сумочкой и босоножками на небольшом каблучке. «Раз уж папа решил тратить деньги впустую, то пусть будет полный комплект», — подумала она, расплачиваясь за сумку и босоножки. На этом покупка обновок для свидания и закончилась. * * * Колесо обозрения застыло намертво. Оранжевая кабинка с тоскливо вздыхающей Лайто и нежно-зелёным Миками Теру висела на самом верху. Лайто в очередной раз вздохнула, Теру в очередной раз слегка перегнулся через бортик кабинки, посмотрел на суетящихся внизу рабочих и, ещё больше зеленея, сполз на пол. Судя по всему, он боялся высоты. «Что ж, — подумала Лайто, — паршиво день начался — паршиво и закончится». Началось всё, естественно, ещё дома. Когда Соичиро увидел, в чём дорогая доченька собирается на свидание, он пришёл в ярость и едва ли не за шкирку отволок её в комнату переодеваться. А Лайто только успела смириться с платьем и решить, что, пожалуй, она нравится себе в этом наряде. Даже не поленилась отыскать задвинутую в дальний угол шкатулку с драгоценностями, чтобы вытащить на свет божий янтарные серьги и кулон, подаренные матерью на шестнадцатилетие… В итоге платье оказалось снято и убрано в шкаф, кулон отправился обратно в шкатулку, а вот серьги Лайто оставила, сочтя, что с любимым бежевым костюмом капельки янтаря смотрятся очень даже неплохо. Потом отец отвёз её к кафе, показал фото потенциального жениха и отправил с ним знакомиться… Сперва Миками Теру произвёл на Лайто весьма приятное впечатление: симпатичный, вежливый и серьёзный молодой человек. Поначалу они оживлённо беседовали, но примерно через час Лайто заскучала. Теру был слишком правильным, даже более правильным, чем сама Лайто. Когда она попросила Теру немного рассказать о себе, то тут же узнала, что вся его жизнь подчиняется строгому расписанию. Подъём всегда в одно и то же время, независимо от того, будни это или выходные, работа, спортзал… «Он, наверное, и сексом будет заниматься так же — всегда в одно и то же время, в миссионерской позе, при выключенном свете и под одеялом. Ах, да! И не снимая с жены ночную сорочку, — Лайто поморщилась, представив себе перспективу такого замужества. — Нет уж! Я, конечно, люблю порядок, но не настолько. Да и секс хотелось бы сделать относительно приятным занятием, а не сводить к чистой механике. Но если я права в своих предположениях насчёт Миками Теру, то ну его лесом». — Наверное, если вы всё-таки решите жениться, Теру-сан, вам придётся непросто, — с деланным сочувствием произнесла Лайто. — Ведь тогда вам придётся перестроить ваше расписание… — Ох, об этом я как-то не подумал, — Теру посмотрел на Лайто поверх очков, кажется, даже чуть виновато. — Но, думаю, всё обойдётся без изменений, ведь основную часть времени я всё равно провожу на работе, да и в спортзал хожу всего три раза в неделю, а в остальные дни просто прихожу с работы домой. «Ага, — тихо фыркнула Лайто. — Ему что с женой, что без жены — всё одинаково. И он непременно будет возмущён, если кто-то или что-то попытается нарушить его расписание. Нет уж, точно лесом! А чтобы у него не осталось надежд насчёт меня…» И Лайто потащила потенциального жениха в Спейсленд, не слушая его возражений. В Спейсленде Лайто последний раз была, когда вместе с подружками отмечала окончание средней школы. Тогда они дружно объелись мороженым и почти до дурноты укатались на аттракционах, оглушив своим визгом всех посетителей парка. А громче всех визжала Саю — на радостях, что вредная старшая сестра, которая прежде относилась к ней с этакой снисходительностью, сейчас взяла её с собой и наконец-то общается нормально. Да, именно тогда Лайто и Саю начали общаться нормально, а не как прежде: «Заткнись, малявка! — Сама заткнись, вредина рыжая!» Сейчас Лайто решила повторить тогдашний подвиг: сотрясти своим визгом весь парк и объездить все аттракционы. Ну и, до кучи, довести Миками Теру до ручки. Лайто была уверена, что ему в Спейсленде не понравится. Теру действительно не понравилось в Спейсленде — мало того, что его пугали аттракционы, так вдобавок его ещё и укачивало. И Лайто видела, как он украдкой кривился, когда методично разоряла его на мороженое, слопав почти одну за другой шесть порций и побив свой тогдашний рекорд (в предыдущее посещение Спейсленда её хватило только на четыре). А после десятого по счёту аттракциона Теру стало нехорошо. Сбивчиво извинившись, он оставил Лайто одну посреди парка, а сам, прикрывая рот рукой, торопливо порысил в сторону маленького домика, на котором призывно красовались большие буквы «WC». Через четверть часа Теру вернулся, бледный и несчастный, ещё раз извинился и купил себе в ближайшем кафе безалкогольный мохито. «Наверняка его стошнило, и теперь он пытается перебить мерзкий привкус во рту вкусом коктейля», — подумала Лайто купить коктейль и ей. Когда они, прикончив коктейли, вылезли из кафе под яркое летнее солнышко, Миками чуть ли не со слезами взмолился, чтобы Лайто не тащила его опять на эти ужасные аттракционы, выбрав что-то попроще и поспокойнее. Лайто посмотрела на совершенно несчастное лицо своей жертвы и поняла, что переборщила. Она даже почувствовала себя немного виноватой — а это неприятное чувство посещало Лайто крайне редко. Попроще и поспокойнее во всём Спейсленде были только «Пещера ужасов» и большое колесо обозрения. В «Пещере» вагончик просто ехал в темноте мимо разных жутковатых кукол, которых, впрочем, пугались только маленькие дети. А Лайто откровенно веселилась и отпускала такие комментарии, что компания парней, сидящая позади них с Теру, то и дело покатывалась со смеху. Даже Теру, как заметила Лайто в слабом свете красных глаз очередного кукольного монстра, начал улыбаться, но его улыбка пока была несколько кривой. Потом они решили завершить прогулку по Спейсленду кругом почёта на колесе обозрения. Когда кабинка медленно поднималась ввысь, Лайто любовалась открывающимся видом, а вот Теру смотрел только на неё — так пристально, что она даже смутилась под этим взглядом. «Только не говорите, что он после этого свидания от меня в восторге, — подумала Лайто. — Или это всё же так, а Миками Теру попросту мазохист, или я что-то упустила». Пока она размышляла, любуясь окрестностями, кабинка поднялась на самый верх… и вдруг колесо обозрения с громким скрежетом остановилось. В первый момент и Лайто, и Миками здорово перепугались, но потом Лайто сообразила, что кабинка никуда не падает, так что надо просто посидеть и подождать, пока аттракцион приведут в порядок, и они смогут спуститься. Лайто почти успокоилась и даже слегка улыбнулась, подумав, что теперь ей точно за глаза хватит времени на то, чтобы полюбоваться окрестностями с высоты. А вот о Миками подобного сказать было нельзя. Он взглянул вниз и, слегка побледнев, вновь уставился на Лайто. «Да он же высоты боится! — вдруг озарило её. — Потому и смотрит на меня, чтобы вниз не смотреть, поскольку больше тут смотреть не на что». Так они и сидели до тех пор, пока нежно-зелёный Миками не сполз на пол кабинки. Тогда Лайто, решив проверить свою догадку, спросила: — Теру-сан, вы боитесь высоты? — Да, — явно нехотя признал он, — очень. И снова в кабинке воцарилось молчание. Кабинка слегка раскачивалась в вышине под напором ветра, который был весьма холодным. Лайто почувствовала, что начинает замерзать. «Если нам придётся долго здесь просидеть, то так и простудиться можно», — подумала она. — Лайто… — теперь Теру нарушил молчание. Немного помявшись, он со вздохом спросил: — Лайто, если не секрет, чем я тебе так не понравился? — и он поднял голову, снизу вверх вопросительно глядя на девушку. Вид у Теру был совершенно несчастный, и Лайто ощутила, как ушедшее было чувство вины вернулось вновь, на этот раз сильнее, и невольно опустила глаза. — Дело не в тебе, — тихо сказала она, тоже переходя на ты. — Дело в том, что моему отцу втемяшилось в голову выдать меня замуж, а я этого не хочу. Вот и решила отшить всех потенциальных женихов, которых он станет мне подсовывать. — Значит, я просто под раздачу попал? — Миками уже не выглядел таким несчастным, он даже едва заметно улыбнулся — чуть-чуть, только уголками губ. — А почему ты так не хочешь замуж? — Сложно сказать… — Лайто задумалась. — Возможно, будет неправильным заявить, что я не хочу замуж вообще, но сейчас мне это точно не нужно. Сперва я хочу завершить обучение и начать работать, а потом… Возможно, я решу, что карьера для меня гораздо важнее, и не буду искать компромиссов, а просто пожертвую семейными отношениями ради карьеры. Но, так или иначе, мне очень неприятно, что отец пытается решить за меня, что мне делать и как мне жить. — Знаешь, а я и не собирался жениться в ближайшие пару лет, — неожиданно признался Теру. — Это свидание только потому и состоялось, что ты — дочь Соичиро Ягами, заместителя главы японской полиции. Я просто… — Просто не сумел сразу найти удобный предлог для отказа, поэтому пришлось соглашаться? — Да, — кивнул Теру. — Именно поэтому. Очередной порыв ветра был особенно холодным и злым, и Лайто невольно обхватила себя за плечи в тщетной попытке защититься от этого холода. Теру, заметив этот жест, негромко спросил: — Ты замёрзла? — Немного. — Садись рядом, — и Теру осторожно потянул Лайто за руку и обнял, когда та послушно села на пол рядом с ним. Лайто невольно смутилась, несмотря на чёткое ощущение, что Теру обнимал её без всякой задней мысли, не для того, чтобы слегка потрогать, а просто делясь теплом. И от этого Лайто в очередной раз почувствовала себя очень-очень виноватой. — Спасибо, — негромко произнесла она. — И… прости, что я потащила тебя сюда. Наверное, ты этот день запомнишь надолго, вот только воспоминания будут не самые приятные. — Мне теперь Спейсленд в кошмарах будет сниться, — тихо фыркнул Теру. — Ведь мало того, что я высоты боюсь, у меня ещё и с вестибулярным аппаратом… не очень. — Прости, — совсем убито пробормотала Лайто, чувствуя себя последней сволочью. — Прости, пожалуйста. — Да я и не злюсь, — судя по тону, Теру улыбался. — Если учесть все смягчающие обстоятельства, то вас, госпожа Ягами Лайто, вполне можно оправдать! — и рассмеялся. «Может, зря я посчитала его правильным настолько, что даже мне впору от этого зубами скрипеть? — подумала Лайто. — Нет, точно, зря, он хороший парень… вот только это не меняет того, что замуж я не хочу». — Эх, состояться бы этому разговору раньше — и тогда я не потащила бы тебя в Спейсленд, — сказала она. — Раньше он и не смог бы состояться, — утешил её Теру. — Ведь начался он с того, что я спросил, чем я тебе так не понравился. — И в итоге оказалось, что я слишком предвзято к тебе отнеслась, потому что не хочу замуж. Я очень рада, что мы смогли нормально поговорить, честно, — призналась Лайто. — Вот только насчёт замужества я ближайшее время вряд ли передумаю. Но, — она улыбнулась неожиданно пришедшей в голову мысли, — если передумаешь ты, я могу тебя с Такадой Киёми познакомить. Это моя подруга и однокурсница. Она очень хорошая девушка, и характер у неё… не такой вредный, как у меня, это уж точно! — Лайто негромко рассмеялась. — Мне почему-то кажется, что вы с ней очень подошли бы друг другу. Но я не буду навязываться. Наверное, это было слишком… — Да нет, это даже в чём-то забавно, — Теру смотрел на неё с улыбкой. — И если я всё-таки передумаю, буду знать, что делать. Хотя, признаться, впервые вижу такое — чтобы девушка пыталась сосватать потенциальному жениху свою подругу. — Эй, не забывай, что я замуж не хочу! — наигранно возмутилась Лайто. — Помню-помню, не хочешь — ни за меня, ни вообще, — Теру, похоже, эта ситуация откровенно веселила. — Но, — посерьёзнев, признался он, — я был бы рад, если бы мы могли стать хорошими друзьями. После короткого молчания Лайто ответила ему с тёплой улыбкой: — Я тоже, Теру, я тоже. Колесо обозрения заскрипело, и оранжевая кабинка плавно поехала вниз.