Amore a Roma

- Думаю, сегодня мы все же должны выбраться из постели, - вяло сказала Лисбон, в то время как ее пальцы играли с прядями волос Джейна. Его голова лежала у нее на груди, а остальная часть его тела частично развалилась поверх нее, надежно прижимая женщину к кровати. Она знала, что он все еще не до конца проснулся, что было неудивительно, учитывая то, что большую часть ночи они занимались любовью. За последние двадцать четыре часа они поднимались с постели лишь для того, чтобы принять душ и открыть дверь официанту из службы обслуживания номеров, и Лисбон начала становиться беспокойной. Она никогда не была склонна спать днем, но Патрик Джейн в совершенстве владел искусством сна урывками, таким образом, он абсолютно не торопился останавливать их круглосуточную вечеринку с ночевкой. - Мне кажется, что дождь прекратился, - добавила она, надеясь соблазнить этим консультанта. Он что-то невнятно пробормотал в ответ. Лисбон улыбнулась, она любила его сильнее, чем когда-либо думала, сможет кого-нибудь полюбить. - У меня не было времени, чтобы купить сувениры, и я действительно думаю, что мы должны что-нибудь привезти для Ригсби и Ван Пелт. - Мыло в форме Папы Римского или брелки с Колизеем не смогут привезти Рим к ним домой, Лисбон, - сказал он, лениво приподнимая голову. - Это правда, но они будут рады вниманию. Может быть, я даже куплю для Ван Пелт один из этих недорогих браслетов со святыми. Она подняла запястье с ее собственным, недавно приобретенным, украшением и была искренне удивлена, когда Джейн игриво ущипнул ее за грудь. Она слегка взвизгнула, что было весьма нехарактерно для обычно уравновешенной Терезы Лисбон, и со скоростью, противоречащей его кажущейся вялости, он пригвоздил ее запястья к матрасу, полностью опустив на нее вес своего тела. Она не могла двигаться. Ну, по крайней мере, она сделала вид, что не могла. Если бы это был злоумышленник, то к настоящему моменту он бы уже корчился на полу от боли в паху. - Что это было? – грозно пробормотал он, его сияющие глаза смотрели на нее сверху вниз. – Дерзость? Неблагодарность? С волосами, спадающими ему на лоб и еще больше растрепанными ее пальцами, он выглядел как непослушный мальчишка, поэтому ей было очень трудно принять его угрозу всерьез. Когда она улыбнулась, он в отместку еще сильнее расслабил свое тело. Оставшийся в легких воздух со свистом вырвался из ее груди. - Прости, - прохрипела она. – Он очень красивый. А теперь… слезь… с меня, - она очень вяло начала сопротивляться и была довольна реакцией, которую почувствовала под одеялом, признающую, что он испытывает трудности, делая вид, что он не был совершенно и полностью возбужден ее движениями. - Ооо, я так не думаю. Поскольку ты прошла через католическую школу, думаю, ты знаешь, куда может привести тебя твой длинный язык, юная леди. Ее глаза расширились от притворного ужаса. - Нет… - Все верно, - серьезно кивнул он, – строгий выговор. Она попыталась рассмеяться, но для этого у нее попросту не было воздуха. Он на мгновение приподнял свое тело, чтобы она могла сделать вдох, а затем его губы опустились на ее рот, поначалу настойчиво-грубо, но почти сразу его поцелуй превратился в нежный и обольстительный. Она застонала, и он освободил ее запястья, позволяя ее рукам обхватить его лицо, и тогда его язык скользнул в ее рот, чтобы свершить свое наказание. Если это его способ наказать меня, подумала Лисбон, обнимая его гладкую спину, я выбираю пожизненный срок. Прошел еще один час, прежде чем они, наконец, покинули свой номер.

***

Они решили позавтракать в ресторане отеля, и были приятно удивлены, увидев, что Минелли и Мэй уже вернулись из первой части своего свадебного путешествия. Они сидели на солнечной стороне, потягивая ароматный итальянский кофе и держась за руки. Лисбон была поражена тем, насколько это было мило. - Должны ли мы прервать их уединение? – прошептала Джейну Лисбон, когда они уселись через несколько столиков от них. Но было уже слишком поздно – Мэй их заметила и улыбнулась. - Присоединяйтесь к нам, - крикнула она, указывая на то, что за их столиком есть место для еще двух человек. Они попались на глаза своему официанту, и тот поднес к столу Минелли еще два стула. Пара встала в знак приветствия, и все обнялись. - Как вам понравилось побережье? – спросил Джейн, когда сел на стул напротив Лисбон. - Оно великолепно, - ответила Мэй. - Ну, та часть, которую мы видели, - подмигнув, ответил Минелли. Лисбон покраснела. Бывшие начальники, которые были по-отечески добры, не имели сексуальной жизни. Джейн усмехнулся. - Поздравляю вас обоих, Вирджилл. Вы по-прежнему собираетесь провести в Италии еще одну неделю? - Да, хотя, признаюсь, я с некоторым нетерпением жду своего возвращения на работу. - Ну, это не очень-то романтично, Босс, - подколола его Лисбон. Мэй рассмеялась: - Поверьте мне, я рада так же, как и он. Будет хорошо, если он, наконец, оторвется от дивана и перестанет мне досаждать. - Ну, в КБР все изменилось после того, как он ушел, - серьезно сказала Лисбон. – Вы даже не представляете, как я счастлива, что он вернется туда, где ему настоящее место, пусть и не в качестве моего босса. - О, я все еще буду счастлив тобой командовать, если тебе это нравится, - предложил Минелли, и его глаза светились от возбуждения. Он тоже очень сильно по ней скучал. - Вы единственный, кроме Лисбон, кому я когда-либо разрешал собою руководить, - добавил Джейн. Минелли фыркнул, прежде чем сделать глоток кофе. - Будто это когда-нибудь мешало тебе делать то, что ты, черт возьми, хочешь. Лисбон понимающе кивнула, а Джейн пренебрежительно пожал плечами. Когда официант принес Джейну и Лисбон их обычные утренние напитки и принял у них заказ на завтрак, в разговоре наступила пауза. Когда их руки случайно соприкоснулись в тот момент, когда они оба потянулись за сливками, они обменялись тайной улыбкой, а Минелли подозрительно прищурил глаза. - Ну, вы двое зря время не тратили, - сказал он, и Лисбон покраснела. - Вирджилл… - с упреком сказала Мэй. - Я не знаю, что вы имеете в виду, - невинно ответил Джейн. - Ну да, конечно. Я тридцать лет проработал детективом, Джейн. Тебе меня не обмануть. Джейн улыбнулся и потянулся к руке Лисбон. - Вы нас поймали. Вопреки своему здравому смыслу, Лисбон здесь безумно в меня влюбилась. - С моим здравым смыслом все в порядке, - ответила леди, но сжала его руку и счастливо улыбнулась. - Правда? – взволнованно сказала Мэй. – Если вы спросите мое мнение, то отвечу: сейчас самое время. Я почувствовала, что между вами двумя что-то есть в тот же миг, как мы встретились. Ура. - Да, - ответила Лисбон, ее сердце забилось быстрее от того, что кто-то еще, кроме Джейна, наконец-то знает о ее чувствах. - Вы донесете о нас Бертраму, Босс? Пожилой мужчина откинулся на спинку стула, задумчиво приложив руку к подбородку. - Я не уверен, что пункт правил, запрещающий отношения между агентами, распространяется и на консультантов. Все зависит от формулировки твоей должности, Джейн. Если ты независимый консультант, это означает, что ты работаешь на себя, а не на КБР. Поэтому, поскольку ты не сотрудник КБР, ты не подпадаешь под правила Бюро. Лисбон боялась озвучить свои опасения. - Значит, нам нужно лишь изменить тип его должности? - Да, я так думаю. Но все не так просто. Статус «независимый» означает, что он, скорее всего, потеряет медстраховку и другие государственные льготы, и, возможно, некоторые из его официальных привилегий… - Но тогда ему не нужно будет увольняться, верно? – глядя с надеждой на Джейна, спросила она. - Эй, мне нравится моя стоматологическая страховка, - сухо пробормотал Патрик, показав свои знаменитые жемчужно-белые зубы. - У тебя прекрасные зубы, - сказала Лисбон, - но я беспокоюсь о других частях твоего тела. Приступ смеха вырвался из его груди настолько неожиданно, что Джейн едва не подавился своим чаем, а Мэй с Минелли понимающе улыбнулись друг другу. - Заткнись, - сказала Лисбон. – Ты знаешь, что я имела в виду. Я хочу иметь возможность работать с тобой и дальше. Мы отличная команда, - мягко закончила она. Джейн вытер губы салфеткой и посмотрел ей в лицо. - Да, это так. Вспомнив, что они в комнате не одни, им потребовалось некоторое усилие, чтобы разорвать зрительный контакт и деликатно вернуться к своим соседям по завтраку. - Я уверен, что, как бы то ни было, Бертрам не потерпит в офисе шуры-муры, - предупредил Минелли. - Значит, ничего подобного не будет, - пообещал Джейн, но тут же подмигнул Лисбон. – Честное скаутское. - Ха, - ответил Минелли. – Можно подумать, что ты когда-либо был бойскаутом. - На самом деле… - начал Джейн. - Не будет, - поспешила заверить своего бывшего босса Лисбон, стрельнув в сторону Джейна полным раздражения и смущения взглядом. – Мы, как и прежде, будем поддерживать высокопрофессиональные отношения. Джейн поднял брови, но на этот раз воздержался от комментариев. - Итак, просто прекрасно, что вы возвращаетесь, Босс, - сказала Лисбон, слегка сменив тему. – Возможно, отдел по расследованию тяжких преступлений и отдел Белых воротничков через какое-то время пересекутся. - Учитывая нынешнюю экономику, ты можешь на это рассчитывать, - язвительно заметил Минелли, и все рассмеялись. В течение следующих сорока минут они вели оживленную беседу, обсуждая достопримечательности Рима и Амальфи, культурные различия, а так же планы Минелли провести их последнюю неделю в Италии со своей семьей. Они попрощались с условием встретиться в Сакраменто в ближайшее время. Когда Джейн и Лисбон вышли из своего отеля под последние лучи утреннего солнца, он автоматически взял ее за руку, и они направились к магазинам, выстроившимся вдоль площади Испании. Воздух, после недавнего дождя, был свежим и чистым, а некоторые булыжники местами все еще были слегка влажными. - Теперь ты чувствуешь себя лучше? – спросил у Лисбон Джейн. Тереза спросила у себя, сможет ли она когда-нибудь привыкнуть к тому, что он читает ее мысли. - Да. Сомнения в том, что мы по-прежнему сможем работать в КБР вместе, вызывали у меня беспокойство. Что насчет тебя? Если то, что говорит Минелли правда, на тебя это повлияет больше всего. Ты действительно хочешь стать независимым консультантом? - Это достаточно маленькая жертва, Лисбон. Она встала на цыпочки посреди дорожки, чтобы поцеловать его в щеку: - Спасибо. - С превеликим удовольствием, - сказал он. И от размышлений об их simpatico при совместной работе, о том, как он будет целовать ее в темных нишах, и об исполнении ее фантазии, где он берет ее прямо на своем диване, у Джейна не возникло никаких сомнений, что это будет по-настоящему приятно. Он решил не рассказывать ей о том, что он был изгнан из бойскаутов. И для него было совершенно очевидным то, что он не будет следовать новым правилам.

***

Перелет домой был горьковато-сладким, особенно для Чо. Он продолжал переживать их с Сереной последний поцелуй, в саду перед домом ее бабушки, в то время как его поджидало такси, чтобы отвезти на железнодорожную станцию. В ее глазах стояли слезы, но она улыбнулась ему на прощание, и от этой улыбки на одной из ее щек появилась скрывавшаяся до этого ямочка. Ее пальцы были настолько нежными, и от нее пахло розами. - Arrivederci, - тихо сказала Серена. – Я буду скучать по тебе, Кимболл. - Я тоже, - ответил он. Проклятье, он почти сказал, что любит ее, но ведь это просто смешно! Невозможно! Ты не можешь полюбить кого-то менее чем за неделю знакомства. Спросите у Ромео и Джульетты, угрюмо подумал он. Он взглянул на Джейна и Лисбон, сидевших через проход на своих местах первого класса (Джейн вновь перебронировал билеты для всех троих). Пара держалась за руки, разговаривая и тихо посмеиваясь, их головы находились близко друг от друга, а подлокотник между их местами был поднят. Он был рад за них, по-настоящему рад, но в то же время он почувствовал незнакомый привкус зависти. Он попытался успокоить себя всевозможными банальностями, начиная с «лучше любить и потерять, чем…», и продолжая в таком же духе… Но на самом деле, ему это не помогло. Вздохнув, он надел наушники и начал смотреть фильм, который демонстрировали в полете. «Отверженные». И как это понимать?

***

Три недели спустя… Чо обедал за своим столом, когда его мобильный телефон пискнул, информируя о входящем сообщении. Он улыбнулся, когда увидел, что это от Серены. Она послала снимок, на котором они стояли вместе в тот дождливый день в парке. Ее рука держит камеру, чтобы запечатлеть неуклюже наклоненную фотографию с его нелепой улыбкой, насквозь промокшими волосами и с лицом, плотно прижатым к ее улыбающемуся лицу. Вспоминаешь это? – говорилось в сопровождавшем фото сообщении. Каждый день. Хотела бы я увидеть эту нелепую улыбку лично. Тебе надо лишь посмотреть на себя в зеркало, - ответил он. Ты очень смешной мужчина, Кимболл Чо. В последние несколько недель они переписывались друг с другом каждый день, и, по возможности, созванивались, что было очень непросто, учитывая график его работы и разницу во времени. Но никто из них не хотел прекращать общение, хотя ситуация казалась безвыходной. Он был реалистом достаточно, чтобы понимать, что отношения на расстоянии редко срабатывают, особенно когда между ними океан, но он не мог заставить себя отказаться от нее. Это напоминало сладкие муки, и он знал, что они оба очень остро это ощущают. Именно в этот момент зазвонил его стационарный телефон. - Чо, - с улыбкой в голосе ответил он. - Привет, - сказал Джеймс из службы безопасности холла. – Тут пришла итальянка, утверждающая, что она твоя подруга. Ты ждешь кого-нибудь, подходящего под это описание? А если нет, то я буду очень счастлив показать ей достопримечательности… Чо буквально потерял дар речи. Чёрта с два, тупо подумал он. Внезапно он вскочил на ноги, и его сотовый с гулким стуком упал на пол. Ригсби и Ван Пелт удивленно посмотрели на него, а Джейн, сидевший на своем диване, загадочно улыбнулся. - Чо? Ты там? Он сглотнул и обнаружил, что его голос застрял в горле, а сердце бешено стучит в груди. - Да. Пропусти ее, - выдавил он. Он бросил трубку и как сумасшедший бросился в коридор. Он едва не сбил с ног Лисбон. - Простите, Босс, - сказал он и быстрым шагом направился к лифту. - Что, черт возьми, на него нашло? – спросил Ригсби и откусил кусок от своего бутерброда. Прежде он никогда не видел своего друга таким. - Ах, romanticismo, - произнес со своего дивана Джейн. - Что ты сделал? – с подозрением спросила Лисбон. - Просто немного помог Купидону, - улыбаясь, ответил он. Ван Пелт и Ригсби посмотрели друг на друга и молча направились вслед за Чо, чтобы увидеть, что заставило его действовать настолько нетипично. Лисбон подошла к Джейну, который смял обертку от своего сэндвича и улыбнулся своей возлюбленной. - Скажи, а ты знала, что сейчас в Сан-Франциско проходит Неделя Моды? – лениво спросил он. - Нет, - ответила Лисбон, плюхаясь рядом с ним на диван и крадя из его пакетика один чипс. - Видимо, это так же стало новостью для некоего модельера из Неаполя. - Ты настоящий старый балда, - сказала она, отчаянно желая поцеловать его за доброту, проявленную им в деле воссоединения Чо и Серены. Она уже с трудом этому сопротивлялась. Джейн пожал плечами. - Не позволяй кому-нибудь еще об этом узнать, - сказал он. – Мне нужно беречь репутацию. - Не волнуйся. Все равно в это никто не поверит. Она откинулась на спинку дивана и положила голову на его плечо, позволив себе выставить свои истинные чувства на всеобщее обозрение. Они молча жевали картофельные чипсы и ждали продолжения шоу.

***

Позже на этой же неделе… Команда закрыла дело, съев традиционную в таких случаях пиццу, и Джейн с Лисбон, уставшие, отправились к себе домой. Он переехал к ней на прошлой неделе, что имело смысл, поскольку он проводил в ее доме каждую ночь и почти каждое утро с тех пор, как они вернулись из Рима. Лисбон положила свой значок и пистолет на комод в спальне, после чего сняла с себя пиджак. Они присела на край постели, а затем наклонилась, чтобы разуться. В этот момент в комнату вошел Джейн, держа в руке бокал вина. Он поставил бокал на стол и встал на колени возле ее ног, снимая с нее сапоги, в то время как она легла на кровать. Она вздохнула от удовольствия, когда он начал массировать ее уставшие ноги, и ее веки, затрепетав, опустились. - Теперь я знаю, зачем держу тебя рядом, - ощущая абсолютное блаженство, сказала она. Джейн улыбнулся, продолжая работать с ее изящными ступнями. - Я уверен, что есть и другие причины, - самонадеянно ответил Джейн. - Еще ты делаешь отличный массаж, - лукаво проговорила она, не открывая глаз. – Мммм, - простонала Лисбон, когда он нашел особо напряженную точку на своде ее левой стопы. Он тихо рассмеялся. - Да, конечно. Последний массаж, который он делал ей до этого, начался с простого массирования плеч, когда она допоздна засиделась в своем офисе, заканчивая квартальные отчеты. Тогда все закончилось медленным, чувственным сексом на белом диване, который когда-то подарил ей Джейн. Так обстояли дела с их высокопрофессиональными отношениями. Он посмотрел на спокойное лицо Лисбон и был рад увидеть, что напряженные морщинки у нее на лбу разгладились. Вскоре она уже почти уснула, убаюканная его нежными движениями, и в этот момент, уже не в первый раз с того дня, как они вернулись из поездки, он услышал ее тихое бормотание: - Как бы я хотела оказаться сейчас в Риме. - Там было чудесно, не правда ли? – успокаивающе сказал он. - О, да… дождь за окном… круиз по Тибру… - А знаешь ли ты, Тереза, - будто между прочим сказал он, - что у тебя накопилось ровно шестьдесят два дня отпуска? Она открыла один глаз, чтобы посмотреть на него. - И откуда ты это знаешь? Нет – подожди. Ты подкупил Лору из отдела кадров, не так ли? - Когда ты прекратишь пытаться заглянуть за кулисы Оза? Но сейчас не об этом. Мой вопрос заключается в том, для чего ты копишь все эти дни? Срывай розовые бутоны*, Лисбон. - Я надеялась сохранить их для досрочного выхода на пенсию. Он закатил глаза. Эта женщина бы никогда не ушла в отставку. Она приподнялась на локтях, чтобы ей было легче оценить, куда он клонит. - Что ты задумал, Джейн? Он отпустил ее ногу, чтобы залезть во внутренний карман пиджака, и на мгновение она почувствовала разочарование от того, что он убрал свои теплые руки с ее усталых ног. Он бросил на ее живот конверт. На нем стоял логотип местного турагента. - Что это? - Ну, Лисбон, это ведь ты у нас детектив, - с веселым сарказмом сказал он. – Что бы ты могла сделать, чтобы выяснить это? Она бросила на него недовольный взгляд, а затем села, чтобы открыть конверт. Брошюра, лежавшая между двумя авиабилетами первого класса, гласила: «Познайте романтику Тосканы!» Ее глаза расширились, и она посмотрела на Джейна. - Какого черта…? - Ты слишком много работаешь, - ответил Патрик. – Я никогда не видел, чтобы ты когда-нибудь была так же счастлива и расслаблена, как во время нашей недели в Риме. И я знаю, что ты скучаешь по Италии каждый день. Она встретилась с ним взглядом, и он вновь (впрочем, как и всегда) был поражен той чистой любовью, которая сияла в ее глазах. Она никоим образом не могла отрицать его наблюдений. - Ты знаешь, почему Рим столь важен для меня. Он наклонился и подарил ей нежный поцелуй. - Да, - просто сказал он. – Но нет никаких причин, почему мы не можем снова туда поехать. - А как тебе то, что мы оба живем на зарплату госслужащих? Он с минуту смотрел на нее, а затем кратко выдохнул: - Напомни, чтобы я как-нибудь рассказал тебе, сколько денег я спрятал в безвестных сейфовых ячейках, разбросанных по всей Калифорнии. Она не стала его расспрашивать, зная, что он, должно быть, сохранил деньги, оставшиеся после тех дней, когда он работал лжеэкстрасенсом. Он, как артист карнавала, вырос в относительной бедности, поэтому желание скопить побольше денег прочно укоренилось у него внутри. Она достаточно хорошо его знала, чтобы понять, что после убийства своей семьи, он посчитал эти деньги кровавыми. Но, к настоящему моменту, они оба изменили свое мнение. - О, - серьезно сказала она. – Но сейчас это к делу не относится. Я не могу просто взять, и раз в месяц по собственному желанию летать в Италию. Я нужна им на работе, мы оба нужны. Джейн кивнул. - Верно. Но время от времени они могут обходиться и без нас. Я не говорю о том, что мы будем уезжать каждый месяц. Но я хочу, чтобы ты пообещала мне, что начнешь брать полноценный отпуск каждый год, потому что тогда мы сможем совершать такие веселые вещи, как путешествия. Например, я мечтаю объехать большую часть Европы или даже Азии. Мгновение она удивленно смотрела на него. Он думал об их будущих поездках, предполагая, что они все еще будут вместе. До этого момента она спрашивала себя, исчезнут ли те романтические чувства, которые вспыхнули между ними в Риме, или, есть ли у него сомнения о том, что их любовь продлится недолго? Но слова, сказанные им сейчас, наконец, успокоили ее в отношении его намерений. - Хорошо, - прошептала она и крепко его обняла, чувствуя безграничную любовь к этому мужчине. Он столь же крепко обнял ее в ответ. - Это моя девочка, - сказал он, уткнувшись в ее волосы. – Мы нашли любовь в Риме. Что ты скажешь, если мы попытаемся найти amore a Florence или amore a Pisa? А возможно amore a Arezzo… Он почувствовал, как ее маленькое тело трясется от смеха. - Я люблю, когда ты разговариваешь по-итальянски. Она высвободилась из его объятий, и он присоединился к ней на кровати. Они лежали на боку, лицом друг к другу. - Ну, пока мы вновь не приземлились в Италии, - сказала она, протягивая руку к пуговицам на его жилете. – Что ты скажешь, если мы найдем немного amore в… Сакраменто? - Ну, это, конечно, не Ватикан, - сказал он, уткнувшись носом чувствительное местечко чуть ниже ее уха и почувствовав удовольствие о того, что это вызвало в ее теле дрожь. – Но я думаю, что на данный момент сгодится и это… КОНЕЦ ______________________ * Gather Ye Rosebuds (в прямом переводе «Срывайте розовые бутоны») – заимствовано из поэмы XVII века «Девственницам: спешите наверстать упущенное», автором которой является Роберт Геррик. Поэт, прославляя радости молодости и весны, советует отбросить скромность и скорее надевать подвенечный наряд, потому что молодость быстротечна и всё «ближе миг заката». (Источник - Википедия) «Срывайте розы поскорей, Подвластно всё старенью, Цветы, что ныне всех милей, Назавтра станут тенью…»       перевод Александра Лукьянова