Amore a Roma

Кимболл Чо обычно обладал терпением Иова, но все связанное с Сереной и Лукой Минелли заставляло его немного нервничать. Он хотел, чтобы Луке стало лучше, что, в свою очередь, улучшит его отношения с Сереной, и тогда этот пьяный расистский придурок не станет разрушать оставшиеся у Чо дни в Риме, которые он собирался полностью посвятить Серене. Поэтому, когда утром часы уже показывали одиннадцатый час, а Джейн с ним так и не связался, Чо пошел против своей природы и позвонил ему сам. Консультант ответил примерно через четыре гудка, а когда он это сделал, его голос прозвучал немного запыхавшимся: - Ох, привет Чо, - сказал Джейн. – Я как раз собирался тебе звонить. Чо едва подавил желание дать саркастический ответ. - Значит я спас тебя от беспокойства. Ты приедешь сегодня? Раздался приглушенный смех. - О, да, безусловно. Чо закатил глаза. Он уловил двойной смысл этих слов. У Джейна в постели была женщина, и хотя у Чо возникли определенные подозрения, он не чувствовал в себе достаточно любопытства задумываться над тем, кто именно это был; у него есть своя женщина, о которой следует побеспокоиться. - Я в отеле, где живет Серена и ее брат. Она уговорила его не пить сегодня утром и сейчас держит его в своей комнате, но я не знаю, сколько еще это сможет продлиться. Если мы собираемся заняться этим сегодня, то тебе лучше приехать в ближайшее время. Наступила тишина, затем раздался шелест постельного белья, после чего прозвучал явно женский смех. Черт возьми, Джейн. Мне нужно, чтобы на этот раз ты был серьезен. - Я буду там через час, - наконец ответил Джейн. - Хорошо. Спасибо. - О, Чо, я могу привести Лисбон? Предыдущие подозрения подтвердились, рассеянно подумал Чо. - Конечно, - будто он мог сказать «нет» своему боссу. Чо закончил разговор и набрал номер люкса, где сейчас находились Серена и Лука. - Pronto, - ответила она тем чувственным голосом, который всегда волновал его сердце. - Джейн будет здесь через час. Как Лука? - Заканчивает завтрак, - прошептала она, очевидно прикрывая телефон рукой. – Жалуется, что в его кофе нет Амаретто. Что мне делать, Кимболл? Он хочет спуститься в бар. - Удерживай его столько, сколько сможешь. Позвони мне, если он пойдет вниз. Посмотрим, смогу ли я остановить его здесь. - Si. Я постараюсь. Но твоему другу лучше поторопиться. - Да уж. - И, Кимболл? - Да? - Grazie. Этот так много для меня значит. Я воздам тебе за твою доброту, обещаю. Исполню любое твое желание, - добавила она очень соблазнительным тоном. Чо почувствовал, как волны жара проходят через него после прозвучавшего в ее голосе обещания, и широко улыбнулся. - Ловлю тебя на слове. Она тихо рассмеялась. - Ciao. - Пока. Чо убрал телефон в карман джинсов. Он стоял на улице возле отеля и теперь направился в вестибюль, чтобы подождать там консультанта. Он очень надеялся, что Джейн перестанет валять дурака и как можно быстрее доставит свою задницу сюда.

***

Пятьдесят девять минут спустя, Джейн и Лисбон, пройдя пешком два квартала, прибыли в отель. Чо встретил их у дверей. Он поднял бровь, но не стал комментировать сплетённые руки своих коллег. Если они были счастливы, то был счастлив и он, но мимолетно он подумал о том, что надерет Джейну задницу, если тот в конечном итоге навредит Лисбон. - Я только что получил звонок от Серены и собирался идти туда. Он рвется наружу, - без предисловий сказал Чо. - Джейн рассказал мне о том, что происходит, - сообщила Лисбон. – Если тебе понадобится помощь – я к твоим услугам, - у нее был личный опыт общения с пьяными родственниками, поэтому она могла в полной мере посочувствовать Серене. Чо кивнул, почувствовав искреннюю благодарность. - Спасибо. Идемте. Когда они шли по коридору в направлении нужного номера, они услышали голоса жарко спорящих брата и сестры. Чо тут же обогнал Джейна и Лисбон и бросился по коридору, но Тереза его догнала. - Подожди! – тихо сказала она, когда он уже собирался выбить дверь плечом. – Джейн говорил, что вы двое не ладите. Позволь постучать мне. Он может успокоиться, если за дверью окажешься не ты, а кто-то другой. Чо вышел из поля зрения дверного глазка, и Лисбон громко постучала в дверь. Спор не утихал. Лисбон постучала еще раз, и в этот момент к ней присоединился Джейн. - Они спорят о его пьянстве, - тихо перевел для Чо Джейн. – И… о тебе. Не удивительно. - Серена! – крикнула Лисбон. – Это Тереза Лисбон. Можно войти? Ссора резко прекратилась, и они смогли услышать приближающиеся к двери шаги. Серена, с красным от гнева лицом, открыла дверь, в ее глазах стояли слезы. - Тереза, я так рада вас видеть. И signore Джейна… - Пожалуйста, зовите меня Патриком, - сказал Джейн. - Лука, подойди. У нас гости. Пожалуйста, входите, - сказала она им. Серена увидела за дверью Чо и покачала головой. Подожди здесь, одними губами прошептала она. Прежде, чем он успел ответить, она закрыла дверь, и Чо остался в коридоре один. Прошел еще один медленный час, в течение которого Чо поочередно то прислонялся к стене, взволнованно скрестив на груди руки, то быстрым шагом прохаживался по коридору, минуя остальные номера. Когда Серена вышла в коридор, он находился примерно в десяти футах от ее сьюта. Она посмотрела на него, и ее прекрасное лицо все еще было затуманено болью. - Что происходит? – спросил он, когда подошел к ней и взял ее холодные руки в свои. - Патрик и Лука находятся наедине в спальне. Тереза говорит, что он, возможно, гипнотизирует его прямо сейчас. Я не знаю, Кимболл. Лука был таким… безрассудным. Я боялась оставлять его с Патриком, ведь он совершенно посторонний. Чо обнял ее и крепко прижал к себе, успокаивающе поглаживая по темным волосам. - Джейн знает, что делает, - сказал он. Надеюсь, что знает. Он прижимал ее к себе еще несколько минут, чувствуя, как вместе с ней постепенно успокаивается и он сам. У него возникло чувство, что вся надежда на продолжение их отношений зависит от Джейна, а это было не особо утешительно. Не то, чтобы он не восхищался способностями Джейна, просто, если что-то пойдет не так… В этот момент Лисбон подошла к двери и выглянула наружу. - Простите, но Джейн и Лука только что вышли из своей комнаты. Джейн говорит, что ты, Чо, тоже должен войти. Серена посмотрела на Чо, от беспокойства на ее лбу образовались морщинки. Все трое молча вошли в гостиную и увидели Луку, спокойно сидевшего на диване. Джейн встал, чтобы их поприветствовать. - Вы обнаружите, что Лука изменил свое мнение по поводу некоторых вещей, - мягко сказал Серене Джейн. – Идите и присядьте рядом с ним. Патрик повернулся к Луке: - Что бы ты хотел сказать своей сестре? - Я очень сожалею, Серена, - по-английски начал он, затем, взяв ее за руку и проникновенно глядя в глаза, он несколько минут говорил по-итальянски. К концу его речи Серена открыто рыдала, а затем бросилась в объятия брата. Чо и Лисбон с благоговением наблюдали, как брат и сестра, казалось, урегулировали свои разногласия. Чо почувствовал на своем плече руку Джейна, призывающую подойти к сидевшей на диване паре. Чо выглядел необычайно сдержанным, но Патрик уверенно кивнул. Лука мягко высвободился из объятий Серены и встал перед подошедшим Чо. - Кимболл, - начал он, - я невежественный дурак. Против этого не поспоришь, подумал Чо. - Боюсь, я слишком много пью. Я говорю не то, что думаю. Я хочу, чтобы Серена была счастлива. А с тобой она счастлива. Пожалуйста, прими мои извинения, - он протянул руку. Чо позволил ему простоять так пару секунд, агент оценивал его так, если бы тот был подозреваемым в комнате для допросов КБР. Его инстинкты говорили ему, что Лука был искренен, но он уже знал, насколько переменчивы могут быть подобные заблудившиеся идиоты. Независимо от того, какие незаконные манипуляции, способствующие изменению его отношения, провернул Джейн, Чо был уверен, что эта мера была временной. Чо пожал его руку, одновременно замечая, что Серена, судя по всему, задерживала дыхание до того момента, пока агент этого не сделал. - Спасибо, - просто сказал Чо. - Ты хочешь, чтобы я остался до тех пор, пока ты не сделаешь тот звонок? – спросил Джейн у Луки. Молодой человек кивнул: - Si. Prego. Серена, сидевшая на диване, поймала взгляд Чо. - Я позвоню тебе позже, Кимболл, - сказала она. – Gazie. Он был свободен, но последнее, чего он хотел – это оставить ее здесь. - Если ты уверена, - нерешительно сказал он, взглянув на Луку. - Все в порядке, - с робкой улыбкой ответила Серена. – Я думаю, что все будет хорошо. - Ладно, - он кивнул Джейну и Лисбон и вышел за дверь. В лифте Чо сделал выдох, который он сдерживал с тех пор, как вошел в люкс. Он не знал, что, черт возьми, сделал Джейн, но если это помогло, то он у него в необъятном долгу. Джейн заставит его заплатить сполна, заинтересовавшись подумал Чо, и эта мысль слегка выбила его из колеи. Но потом он улыбнулся.

***

- Ну, это было впечатляюще, - сказала Лисбон, когда они прогуливались в обратную сторону. – Так что же произошло в той комнате? Джейн крепко сжал ее руку, удивляясь тому, что он, наконец, может сделать это в общественном месте при свете дня. - Я ввел его в расслабленное состояние и заставил признать, что он использовал алкоголь, чтобы подавить свою основную проблему – страх, оставшийся после автомобильной аварии. Кажется все, кроме него, это знали. Я убедил его обратиться в Общество анонимных алкоголиков. И подсадил в его голову мысль, что отныне алкоголь будет напоминать ему по вкусу кошачью мочу. Она рассмеялась. - Ты действительно удивителен, знаешь? – сказала она. Он остановился на середине улицы, взяв ее за вторую руку, в то время, как толпы людей текли мимо них подобно реке, обтекающей два камня. - Надо же Лисбон, прежде ты ничего подобного мне не говорила. - Я боялась, что ты не так поймешь. - Ты имеешь в виду, что это могло раскрыть большой секрет о том, что ты в меня влюблена? Так знай, что для меня это не стало бы новостью, дорогая… - Но я ведь не знала, что ты испытываешь ко мне те же чувства, - почти застенчиво сказала она. Он усмехнулся: - Всплывают все новые и новые тайны. Джейн наклонился и поцеловал ее, и вдруг ни один из них не хотел ничего большего, чем просто найти кровать. Но, хотя они и ощущали себя молодыми, как когда-то в юности, по факту же они больше не были детьми и их телам нужно немного времени, чтобы восстановиться. Посему, скрепя сердце, Джейн оторвался от ее губ и достал из кармана два билета, которые дал ему Николло. - Как ты относишься к vip-туру по Колизею? – с сияющими глазами спросил он. Она выхватила из его рук билеты. - Ничего себе! Правда? Как ты их достал? - Давай отнесем это к тем семидесяти процентам, которые я тебе не рассказываю. Знаешь, у мужчины все-таки должны быть свои секреты. Она нахмурилась. - А я на самом деле надеялась, что ты, наконец, снизишь этот процент, учитывая, что у меня больше нет от тебя секретов. Джейн просто улыбнулся, затем взял ее за руку, и они продолжили прогулку к гостинице. - Поверь мне, Тереза, на самом деле ты более загадочна, чем ты думаешь. Например, я понятия не имел, как будет выглядеть твое лицо, когда я… - он наклонился, чтобы прошептать ей на ухо остальное, и она покраснела, а затем ударила его по руке. - Ты развратник, - сказала она, но ее ирландские глаза улыбались. Джейн осторожно потер руку. - Нет, моя дорогая, думаю, что слово «ненасытный» подходит значительно лучше. И к сведению, я действительно не люблю садомазохистские штучки, так что я был бы весьма признателен, если ты воздержишься от такой прелюдии… Она, на всякий случай, ударила его еще раз, но теперь Джейн лишь рассмеялся.

***

Дождь барабанил по окну гостиничного номера Джейна, в то время как мужчина еще крепче прильнул к спине Лисбон, обнимая ее теплое, обнаженное тело, лежащее в его постели. Он почувствовал, как от приглушенного раската грома она зашевелилась, и вдохнул опьяняющий аромат ее волос. - Доброе утро, любовь моя, - прошептал он, притягивая ее еще ближе к себе. Она замурлыкала в знак благодарности за тот теплый кокон, что он для нее создал. Джейн поцеловал ее голое плечо, а его руки легли на округлости ее груди. Лисбон улыбнулась загадочной улыбкой, почувствовав у себя на пояснице его затвердевшую плоть. - Доброе утро, мистер Ненасытный. События минувшего дня и ночи замелькали у нее в голове. Они совершили великолепный частный тур по Колизею и древнему Римскому Форуму. В бистро напротив Палатинского холма они поужинали лучшей пиццей из тех, что когда-либо пробовали. Но какими бы впечатляющими не были тур и еда, это было ничто по сравнению с чудесным исследованием друг друга. Она обнаружила, что Джейн своим языком может делать такое, что возможно только после углубленного изучения в сочетании с его сверхъестественной псевдо-экстрасенсорной интуицией. Но и у нее самой было несколько трюков, так что она вернула ему должок. Впервые Лисбон имела честь быть свидетелем того, как Джейн, полностью отдавшись ее рукам и губам, шагнул за грань. Видеть его таким было слаще, чем все мороженое Италии. Теперь, после лучшего в ее жизни сна, она повернулась в объятиях Джейна и подарила ему ленивый поцелуй, в то время как стук дождя превратился в романтическое шуршание. - Мы можем на весь день остаться здесь? – со вздохом спросила она, ее пальцы охотно поигрывали с его растрепанными локонами. Она все еще не могла поверить, что этот красивый, удивительный мужчина принадлежит ей. - Просто дай мне немного еды, чтобы заставить мою энергию... хммм… возрасти, и я останусь в постели с тобой до тех пор, пока ты сама не захочешь от меня избавиться. Он улыбнулся, взял ее за руку и проследил кончиком ее пальца «гусиные лапки», образовавшиеся от улыбок в уголках его цвета морской волны глаз и морщинки на его небритых щеках. В тусклом утреннем свете выражение его лица было мечтательным и наполненным любовью. Она подарила ему невесомый поцелуй, внезапно почувствовав непреодолимое влечение к этому мужчине. Он принадлежит ей. Полностью. - Я тут думала… - Не будем об этом сейчас, Лисбон, - упрекнул он. Он по-настоящему боялся, что глубоко проанализировав происходящее, она решит, что продолжение отношений не стоит такого риска. – Мы согласились плыть по течению. Вариант номер три, помнишь? Она вздохнула и покачала головой. - У нас осталось всего два дня, Джейн. Я хочу знать, что это не просто романтика Рима, что все это реально, все по-настоящему. Он опустил ее руку вниз, чтобы прижать к своему сердцу. - Почувствуй это. Это реально. Лисбон чувствовала, как под ее ладонью устойчиво бьется его сердце. Его рука легла ей на бедра, притягивая ее еще ближе к его возбужденному телу. – Чувствуешь? – серьезно спросил он. – Это почти так же реально, как это ощущение, Тереза. Это то, что ты делаешь со мной, просто будучи возле меня. - Но это только секс… - Ты меня любишь? – перебил ее он, отметая ощущение того, что это было началом бессмысленного спора. - Ты знаешь, что да, - сказала Лисбон, краснея, однако смело встречаясь с ним взглядом. - И я тебя люблю, - сказал Джейн. – Я не говорил этого никому с того последнего утра, когда я оставил свою жену, чтобы поехать на работу. Для меня это не просто секс. Это секс, любовь и дружба, и все возможные между ними оттенки серого. И, сказать по правде, мне не нужно ждать возвращения домой, чтобы решить чего именно я хочу. Последние два дня сделали это для меня кристально ясным. Она, словно загипнотизированная, наблюдала за тем, как он вынул левую руку из-под одеяла и снял с пальца золотое обручальное кольцо, которое надела на него Анджела около двадцати лет назад. Он приподнялся, чтобы аккуратно положить его на тумбочку. - Джейн… - начала она, не желая, чтобы он думал, будто она ставит перед ним ультиматум, когда на самом деле он еще к этому не готов. – Ты не обязан… - Нет, - твердо сказал он, - я должен. Это несправедливо, ни для одного из нас, я не должен продолжать носить его, в то время как у меня есть чувства к тебе. Она ушла, Тереза. Это печальный факт, но это так, и пришло время признать это. В любом случае его первоначальное значение было извращено. Он обратил символ любви и преданности в символ самобичевания и приверженности мести. - Анджела бы этого не хотела, - он криво улыбнулся. – На самом деле, она была бы в ужасе. Глаза Лисбон наполнились слезами от осознания того огромнейшего шага, который он сделал ради нее. Ради них обоих. - Но это не означает, что ты отпустишь Красного Джона, не так ли? Его губы сжались в тонкую линию. - Нет. Моей семьи, может быть, больше и нет, но я в долгу перед ними, я обязан уничтожить человека, который их убил. Я должен. Думаю, что после последних месяцев ты немного лучше это понимаешь, не правда ли? Они оба вспомнили о Томми Волкере. - Да, - просто сказала она. - Таким образом, - сказал Джейн, – остается только один вопрос: чего хочешь ты, Лисбон? - Тебя, - не задумываясь, ответила она. – Я хочу тебя. А потом она его поцеловала, пытаясь губами и руками показать ему, что он нужен ей не только здесь, в Риме, она хотела, чтобы он был рядом с ней в Сакраменто, или в Тимбукту, или в любой другой точке земного шара, куда их занесет. Джейн тут же ответил на ее поцелуй, и когда уверенным движением он перекатил ее на спину и накрыл своим телом, она поняла, что он ей поверил.

***

- Я люблю дождь! – воскликнула Серена, прижавшись к Чо под черным зонтом, который они с ним делили. - Он приятный, - в своей обычной манере ответил он. Но Чо и правда имел это в виду. Кимболл улыбнулся от детской реакции Серены на лебедей, которые, взъерошив под дождем свои перья, плавали в небольшом озере в парке Виллы Боргезе. Поскольку накануне Лука лег в реабилитационную клинику, она вела себя так, словно с ее плеч был снят огромный груз. Она больше улыбалась, занималась любовью с еще большей отдачей, из-за чего Чо балансировал на краю… легкомысленности. Его щеки и в самом деле болели из-за частого использования мышц лица, отвечающих за улыбку. И теперь, когда ее брат исчез с горизонта, они оба чувствовали себя свободными, чтобы в полной мере насладиться своим многообещающим романом. Они оказались в постели намного раньше, чем любой из них планировал, и теперь Чо оказался в странном положении, двигаясь в отношениях назад, когда у него осталось так мало времени, чтобы двигаться вперед. Но он хотел ее добиться, вернувшись назад на несколько пропущенных ими шагов. Одним из таких шагов была романтическая прогулка по Риму в дождливый день. Листва в окружающем их парке была ослепительно зеленой, капли дождя, разбиваясь о землю, разлетались на тысячи пылинок, заставляя все вокруг походить на туманный лес из сна. Деревья, усыпанные красными и белыми цветами, лишь дополняли эту иллюзию. На острове в середине озера стоял небольшой храм с римскими колоннами. Храм Асклепия буквально манил их к себе. - Жаль, что мы не можем рассмотреть его поближе, - задумчиво сказала она. Чо пожал плечами. - Давай возьмем лодку. - Но на улице дождь! Ты промокнешь насквозь. - Я уже промок, - усмехнулся Чо. На нем был только легкий пиджак и теннисные туфли, в то время как она была в уютном, сухом и очень практичном плаще (хотя и ярко-красного цвета) и в красивых итальянских кожаных сапогах, ее темные волосы были собраны в аккуратный пучок. Спереди Чо был практически сухим, но вода, стекающая по зонтику назад, промочила всю его спину и даже попала за воротник его рубашки. Но Чо совершенно не возражал против этого. Они взяли на прокат лодку, и Серена, как настоящая итальянская принцесса, сидела с зонтиком на носу, опустив в озеро одну руку, в то время как Чо греб под дождем. Он посмотрел на небо и открыл рот, чтобы сделать глоток воды, от чего Серена громко рассмеялась. Они проплыли мимо храма и Серена сделала несколько снимков на телефон. Она высадилась, когда Чо вытащил лодку на берег. Выражение лица Чо было по-настоящему смешным, когда они увидели, что на другой стороне есть пешеходный мостик, с помощью которого они могли быстро (и не промокнув) попасть на остров. - Ты о нем знала, не так ли? – с улыбкой спросил он. Она озорно улыбнулась. - Я так люблю мужчин с сильными руками гребца. Неожиданно для себя Чо рассмеялся. Дискомфорт, который причиняли ему мокрые волосы и одежда, стоили того, какой очаровательной она выглядела в лодке. Они укрылись под портиком храма, рассматривая прекрасный парк с новой точки обзора. Чо вытер лицо кружевным платком, который протянула ему Серена. От платка пахло ее духами. - Здесь словно на Небесах, - сказала Серена, ее рука была переплетена с его рукой, а голова покоилась на его мокром плече. - Да, - ответил он и притянул ее в свои объятия, целуя с такой страстью, которая тут же согрела их обоих. Позже, после захватывающей экскурсии по Галерее Боргезе, они вернулись в апартаменты Серены и приняли совместный душ, занявшись там любовью, в то время как горячая вода забирала холод весеннего дождя. Они заказали себе в номер вкуснейшие блюда из тех, что Чо когда-либо ел, и он удивился тому, что в Риме, где бы ты ни был, просто нельзя найти плохую еду. Они ели в постели и часами разговаривали о своих жизнях на противоположных концах планеты, в то время как дождь тяжелыми каплями барабанил по окну. - Завтра я должна уехать домой, - неохотно сообщила она, ее голова лежала на его мускулистой груди, в то время как он сидел, облокотившись о мягкое изголовье кровати. Чо почувствовал, что его словно ударили в живот. Он надеялся, что у них есть еще три дня, которые они смогут провести вместе, прежде чем именно он должен будет ее оставить. - О, - сказал Кимболл. - Мне нужно вернуться домой, чтобы проведать мою nonna*. Ей девяносто три года, и она живет одна, к тому же у нее слабое зрение. Я волнуюсь за нее. Он мог это понять. Она всегда очень заботилась о своей семье. - Конечно, - ответил Чо. Она села и посмотрела на него, в ее глазах загорелась идея. - Поехали со мной в Неаполь, - сказала Серена. – Ты можешь поехать со мной на поезде, остаться на ночь и следующим днем вернуться в Рим, чтобы успеть на свой рейс. Пожалуйста? Я бы хотела, чтобы вы познакомились. Он не мог придумать причину, чтобы сказать ей «нет», к тому же от одной только мысли о том, что он останется в Риме без нее, он чувствовал себя абсолютно разбитым. - Хорошо, - ответил он. Ее улыбка стоила любого путешествия. ________________________ * Nonna – в пер. с итал. «бабушка».