За днем приходит ночь.

Глава 7 Поистине, пусть человек, наделенный столетней жизнью, стремится к трем целям, распределив между ними время и сочетая их так, чтобы одна не вредила другой. В детстве - приобретение знаний и другие дела артхи. В молодости - кама. В старости - дхарма и мокша. Или же вследствие непостоянства жизни пусть он стремится к ним сообразно обстоятельствам. Так, например, ученичество должно длиться лишь до той поры, пока не приобретены знания. (Камасутра http://kamasukha.in/philosophy/tri-zhiznennykh-tseli-po-kama-sutre) Ночная прогулка по лесу помогла собраться с мыслями и навести порядок в чувствах. Предыдущие дни стали тяжелым испытанием для всех вовлеченных в них и для Дагды. Но, к счастью, самый напряженный момент остался позади. Теперь можно было отдохнуть и насладиться покоем. По дороге Дагда почувствовал приближение своего Хранителя, и поэтому не удивился, увидев магический огонь, замаячивший впереди. К этому времени он уже получил отчет о проделанной работе. Всё прошло успешно, и родители воссоединились со своими детьми. Подойдя к источнику света, Дагда увидел мужчину, сидящего на поваленном бревне. Магический шар висел в метре над землей, хорошо освещая небольшую поляну. - Ты хорошо поработал, - произнёс Бог, присаживаясь рядом. Мужчина продолжил молчать, он пристально наблюдал за каким-то жуком, усердно карабкающимся на веточку. - Тебе понравилось иметь собственную оболочку? - Да, - последовал мысленный ответ. - Я могу оставить её тебе. - Не надо, - ответил мужчина через некоторое время. - Я хочу увидеть, что будет с нами, чего мы можем достигнуть. Тем более что я понял, как ты создал мне тело. Когда будет необходимость, я смогу создать его сам. - Нахал, - констатировал Дагда. - Да. Ведь я часть тебя, - хмыкнул мужчина и растворился в воздухе. Когда он слился с личностью Дагды, воспоминания о проделанной работе стали частью воспоминаний Бога. Поднявшись и отогнав комаров, небожитель продолжил свой путь. Визит к Мастерам оказался кратким. Дагда просто предупредил их, что один из учеников не сможет посещать тренировки в ближайшее время. Когда же Северус адаптируется, Дагда сам поможет подобрать для него программу занятий. Возвращался мужчина уже далеко за полночь. Лес, наполненный тихими звуками ночной жизни, завораживал своей загадочностью и как будто приглашал путника устроиться поудобнее под каким-нибудь раскидистым деревом и заснуть. Лес словно нашептывал, что будет охранять сон существа, доверившегося ему. Но как бы мужчине не хотелось прикорнуть на мягком мху под звездным небом, дома его ждал человек, которому нужны его забота и внимание. Повелитель ощущал себя намного старше Северуса, и дело было не в прожитых годах, а в мировоззрении. И теперь перед мужчиной стояла важная задача показать молодому парню, что он способен достигнуть любой поставленной цели, даже стать достойным спутником для Бога. Если честно, то Дагда с предвкушением ожидал того момента, когда сможет поделиться с маленькой слизеринской змейкой своими знаниями и умениями. Пожалуй, только выпускники этого факультета по достоинству смогут оценить всё, что им предложит их Повелитель. Ведь они привыкли ценить силу и умение достигать цели любой ценой. Слегка прыснув в кулак, мужчина замер от предвкушения, рисуя картины приятных хлопот, ожидающих его впереди, а представить “Ужас Подземелий” в роли одалистки-соблазнительницы он не мог даже в самом буйном эротическом сне. Хотя стройная фигура, загадочные черные глаза и странная грация движений были прекрасным материалом, из которого можно было создать удивительного красавца со жгучим восточным обаянием. Самое главное - доказать Северусу, что он достоин внимания и поклонения, и заставить поверить в свои силы, и тогда он всех удивит. Яркие эротические картины, наполнившие мысли, помогли прорваться в сознание одной подзабытой информации. А оставлять её без внимания было крайне опасно. Хотя в его жизни уже давно не было напрасных или неправильных поступков, хотя их логику он сам иногда не понимал, но всё же от ошибки не застрахован никто. Дагда вспомнил, что демоны несколько часов назад получили своих доноров. И если оставить всё без присмотра, то они могут искалечить души людям, которые итак уже настрадались в жизни. Для Дагды разница между “палачом” и “жертвой” была чисто условной. Он их различал только потому, что для их обучения требовались разные подходы. Перенесясь в деревню демонов, мужчина увидел спящий поселок. Только костер на площади горел также, как и в тот вечер, когда он покинул её. Для порождений огня любой его источник был священен, именно поэтому Повелитель поселил их поближе к природному огню вулкана, которым и была вершина горы на склоне которой находился поселок. По большему счету Бог не переживал, в его мире было всё спокойно. Если бы где-то нарушалась гармония, то он бы это сразу почувствовал. Вся деревня пропахла запахом секса, из чего Дагда сделал вывод, что демоны наелись от души. Проходя мимо, домов мужчина ощущал огоньки спящих сознаний и мельком просматривал мысли обитателей. К его удивлению, демоны оказались невероятно терпеливы и нежны со своей собственностью. Это был приятный сюрприз. Почувствовав своего Короля, Мара вышел ему навстречу. Вождь выбрал себе дом в самом центре, недалеко от огня. - Приветствую, Ваше Величество, - поклонился демон. Сейчас на нем из одежды была только набедренная повязка, и та одета лишь для того, чтобы не смущать Дагду. - Что привело Вас в такой поздний час? - Склероз, - скривившись, ответил бог. - Простите. Не понял. - Это заболевание, при котором человек начинает забывать важные вещи. Оно появляется у пожилых людей, а так же у дураков. Я похоже отношусь к последним, - присаживаясь на лавочку, которую уже установили рядом с костром местные жители, Дагда жестом пригласил Мару присоединиться к нему. Демон присел, и оба погрузились в спокойную тишину. - Как твои новые питомцы? - первым начал бог. - Если честно, то я был не готов к ТАКИМ рабам, - признался инкуб. - И что в них тебя так озадачило? - не дождавшись продолжения, спросил Дагда. - Ваши дементоры постарались на славу. Все рабы не достигли и тридцати лет, и все они - жертвы насилия, осужденные за убийство своих мучителей. Услышанное удивило Повелителя. Он не думал, что в Азкабане найдется столько идеально подходящих его целям людей. - И что вы решили? - поинтересовался бог. - Нас когда-то создали как забавных питомцев для Хранителей. У нас не было никакого назначения, кроме развлечения своих хозяев. Но мы не были жертвами. О нас заботились, нами гордились, нас ценили. Поэтому мы любили своих хозяев и не могли смириться с их потерей, когда мир стал для них слишком плотным, и они больше не могли в нем задерживаться надолго. До этого мы были каждый сам по себе, но общее горе собрало нас вместе... А потом на нас начали охоту светлые. Эльфы и ангелы считали нас мерзостью, позорящей лик Создателя. Так что они всеми силами старались нас уничтожить. Единственным спасением оказалась дарованная нам живучесть. Поэтому, когда нас ловили, то держали в зверинцах словно животных, не зная, как уничтожить, а потом они нашли заклятье, благодаря которому большой круг магов мог убить одного из нас. Кого-то словили, кто-то сдался сам, не пережив разлуки с теми, кто был для них центром мироздания. Так наша численность стала сокращаться. Нам пришлось учиться сражаться. Хотя до этого мы не умели даже добыть себе пищу и позаботиться о крове. Но нужда и боль - лучшие учителя, - усмехнувшись, сказал Мара. - Мы взялись за оружие, и оказалось, что мы можем защитить себя. Светлые, которые ещё недавно считали нас легкой добычей и презирали, в страхе спасались бегством, заслышав, что в отряде противников есть один из нас. Но всё равно мы погибали один за другим. После бегства светлых в их нору мы выбрали место по вкусу и создали свою страну. Египет был прекрасен! - восхищенно закатил глаза Мара. Полторы тысячи лет мы были Богами для маглов и магов, мы учили их всему, что знали сами, а узнать от наших создателей мы успели очень многое. Мы заботились о них, и в ответ они почитали нас. Но постепенно слишком расслабились и позабыли, что развиваемся не только мы. Нашему правлению положили конец ассирийцы. Только единицы, такие как Баст и Сехмет, остались в разграбленной стране и начали отстраивать её заново, а мы отправились в Индию, где прожили ещё две тысячи лет, окруженные почитанием и суевериями. Но постепенно маглы и маги взрослели и начинали понимать, что мы не боги, а всего лишь другие существа, но это не уменьшало их уважения к нам. Если честно, то мы испугались, когда среди них стали появляться такие, как Будда и Дордже. Они достигали уровня Богов и оставляли нас позади, но нам чуждо насилие, нас создали для удовольствия. Поэтому мы научились многому у странных магов, а потом стали сами учить тех, кого считали полезными, - улыбаясь, вспоминал демон. - Раньше мы привязывались к смертным и растили их как своих детей, но со временем перестали это делать, слишком больно смотреть, как умирают дети и внуки того, кого ты любил. Мы стали относиться к ним как к домашним любимцам. Но вы сказали, что наши воспитанники могут стать для нас детьми и разделить нашу природу, поэтому мы решили отказаться от старого табу и снова попытаться полюбить своих питомцев. Мы думали, что это будет трудно. Но всё оказалось совсем просто. Как можно не заботиться об этих детях, чья единственная вина в том, что создатель наделил их красивым телом и решительным духом? Я уже успел наведаться в Азкабан и узнать, что в тюрьме ещё больше трех сотен таких заключенных. Анубис подобрал для первой партии самых молодых и здоровых, тех, кого ещё не сломала тюрьма. После этих слов Мара погрузился в свои мысли, а на его губах появилась нежная улыбка. Увидев довольное выражение демона, Дагда не смог сдержать любопытства. - И кого же выбрал ты? Улыбка демона стала более явственной, а в глазах появилась гордость. - Ооо!! Это чудный звереныш. Он был самым маленьким из прибывших. Четырнадцать ему исполнилось уже в тюрьме, но при этом он оказался самым горячим из всех. В его сердце клокочет ненависть ко всему Волшебному Миру, помноженная на удивительную силу воли. Он бы вытерпел весь срок, а потом маги умылись кровью от мести этого мальчишки, - из каждого слова, произносимого инкубом сочилась гордость и восхищение. Так можно восхищаться тигром или драконом, кем-то очень опасным, но в то же время прекрасным. - Его мамаша маглорожденная, закончила этот их Хогвардтс, и нагуляв ребенка, вышла за какого-то бедного мага. Когда родня поняла, что ребенок - сквиб, от него сразу отреклись, но к тому времени ему исполнилось девять лет. Брак расторгли, а её с ребенком выгнали на улицу. На работу грязнокровку брать не хотели, единственным её состоянием была смазливая мордашка, благодаря которой она смогла затащить в постель кого-то из министерских шишек. Но через пару лет тому стало мало, и он обратил внимание на её сына, красота которого вызывала умиление у любого, кто его видел. Его мамаша даже не возмущалась, когда покровитель стал насиловать мальчишку, так боялась потерять источник денег. Но любовничку было лень каждый раз избивать пацана до полусмерти, чтобы получить желаемое, и он начал поить его зельями, - после этих слов демон скривился как от лимона. - Эта тварь совершенно испоганила тело мальца, он не может существовать без секса, но воля у него железная. Чтобы не поддаваться соблазну, он начал причинять себе боль и ею перекрывал жажду секса. Тогда его посадили на Империо. Так продолжалось несколько лет, но малыш справился и, сбросив проклятье, убил гада, испортившего ему жизнь, а заодно и свою мамашу. Ему дали десять лет Азкабана. И хотя все понимали, что парень жертва, но чиновники не хотели позорить честь министерства. Так Джеймс оказался в тюрьме. И почти у всех, кого к нам отправили, подобная судьба. Сквибы, маглорожденные, бедные маги и даже две вейлы. Все они убили своих мучителей, за что их и приговорили к разным срокам заключения. Мои люди были в восторге. И хотя детвора ещё сопротивляется, думая, что их ждут кошмары, мы сможем их приручить. Мой звереныш дважды за вечер пытался меня прибить! - с гордостью сообщил демон. - Возможно, я смогу вам помочь. Вниз по течению находится школа боя. Когда вы наладите отношения со своими будущими детьми, я советую отправить их туда на учебу. - Неееттт. Мы не захотим расставаться с ними. Вы бы видели, как горели глаза у моих суккубок, когда они утаскивали к себе девчонок! Они их надолго не отпустят, - категорично заявил Мара. - А кто говорит, что надолго? Будут ходить два раза в день, по три часа. Заодно и фигурки подкачают, и выносливость повысят, да и гибкости эти занятия прибавляют, - лукаво улыбаясь, соблазнял демона Дагда. - К тому же им общаться с другими людьми надо, и если они все агрессивные, то необходимо дать выход их злости, а что лучше боя помогает выпустить пар? - Секс! - уверенно ответил демон. Дагда рассмеялся, а потом озадаченно посмотрел на Мару: - А у вас все пары однополые? - поинтересовался он. - Так получилось, ведь всю детвору тренировали как нижних, вот и нужно им показать, что и снизу можно получать удовольствие. Хотя наши дамы очень шипели, потому что в начале работа в основном для мужчин. Нужно доказать нашим подопечным, что секс - это не унижение, а радость. Дагда снова рассмеялся и, попрощавшись, отправился к себе. Вопрос разрешился сам собой. Анубис предугадал всё наперёд. Похоже, пока они целовлись, дементор успел хорошенько разобраться в замыслах нового Короля. Его помощь в вопросе с заключенными оказалась незаменимой. Вскорости воспоминания Дагды начнут просыпаться и в Фериате, ведь кровь Бога несла в себе информацию о его прошлом, тогда можно будет не беспокоиться и о вампирах. Ну, а от оборотней так много и не требовалось. Так что сегодня можно поспать пару часов, а потом заняться приятными хлопотами с Северусом. Добравшись до дома, он улегся рядом со своим любовником и начал погружаться в сон. Но не тут-то было! Сознание Бога забило тревогу. В какой-то из частей его личности происходил конфликт. Обратив своё внимание на источник паники и отчаянья, Дагда понял что теперь ощущает Волдеморта как часть себя, и малыш находился на грани истерики. Хотя из всех окружающих Дагду магов, душа Волдеморта оказалась самой зрелой и взрослой, мужчине он всё равно казался мальчишкой. Тем более, что многие поступки мага были похожи на подростковый бунт. Но сейчас мальчишке действительно требовалась помощь. Оставленный наедине со своими страхами, он не справлялся с тем испытанием, которое ему приготовили Боги. Собрав всю свою любовь и заботу, Дагда послал их брату. Он показывал мальчику мир через призму своего восприятия, помогая принять правильные решения. Когда в этом уголке сознания восстановилась гармония, Дагда уснул, продолжая с улыбкой думать о маленьком упрямце, выбравшем своей Богиней Смерть. _______________ Утро принесло гомон птиц, запах цветов и ягод, пьянящий не хуже молодого вина. На душе было светло и радостно, словно в раннем детстве, когда мир ещё казался большим и добрым. Северусу очень не хотелось просыпаться, и по-детски сладко потянувшись, он ещё сильнее укрылся легким одеялом. Жизнь жестока и несправедлива, он это узнал на собственном горьком опыте, и поэтому, когда у него случались такие удивительные моменты как сейчас, то он старался растянуть их как можно дольше, чтобы они осветили его безрадостную жизнь. Но нахальный солнечный луч нашел маленькую щелочку в его защите и, пробившись к своей жертве, ударил искристой вспышкой в глаз. Возмутившись такой наглости, Северус завозился и уже хотел встать, когда понял, что у него просто нет сил на это. Такое состояние у него было однажды, когда во время первой войны он так подсел на успокоительные зелья, что они перестали на него действовать, и тогда один старый зельевар посоветовал ему хорошенько попариться в очень соленой воде, вытягивая из тела всё лишнее, в том числе и зелья. Старый садист тогда ещё, обмыв его, натер горным медом, и только когда кожа полностью впитала липкую притирку, позволил обмыть тело и отпустил домой. Тогда у него тоже хватило сил только на то, чтобы аппарировать домой и доползти до кровати. Проснулся он на третьи сутки. Когда тело восстановилось после месяцев без сна и постоянного стресса, проведенных на зельях и кофе, заменившем еду. После этого он ещё неделю не мог работать. Силы возвращались медленно, и тело совершенно не желало терпеть насилие над собой. Так что пришлось оставить все неотложные дела и отлеживаться, как тяжелобольному. При попытке подняться с помощью зелий его рвало желчью полчаса, и с тех пор сон стал очень важной частью жизни зельевара, ведь повторять подобный опыт ему не хотелось. Подумав о том, куда же он опоздал на этот раз, и что могло вызвать подобное состояние, он вспомнил вчерашний вечер и ещё сильнее зарылся в покрывало. Вчера всё казалось правильно и логично, но сейчас в душе поднялась паника. Ему казалось, что Дагда просто пожалел его, и вскорости поставит на место, устав изображать страсть. Ведь невозможно ТАК обнимать и целовать ЕГО. Северусу всегда говорили, что он некрасивый, да и он сам, как реалист, понимал, что бледная кожа, длинный нос и худые конечности с острыми коленками навряд ли способны пробудить неземную страсть. Но вчера было именно так. Северус почувствовал, что он для Дагды единственный на свете, что когда хозяин целовал его, он вливал в своего раба потоки чистой любви. Но поверить в это было невероятно сложно. Тем более, что Дагда сам не раз открыто говорил ему об его убогости. Как же тогда понимать вчерашний вечер? Северусу хотелось выть. Лучше бы он никогда не заикался о своих чувствах, ведь тогда можно было бы и дальше любить хозяина издалека, а теперь... Теперь он уже не мог представить свою жизнь без того удивительного чувства, что подарил ему вчера Дагда. Словно он жил слепым, а хозяин показал ему Свет и Красоту. Это было нестерпимо больно. Мужчина убедил себя, что сердце умерло очень давно, и глупые детские фантазии о ком то, кто будет любить его и заботиться о нем, остались в холодном отцовском доме. Но вот появился Дагда, и глупое сердце снова проснулось. Слизеринец видел его как маленького уродливого мальчика, покрытого множеством шрамов и ран, но который всё ещё мечтает найти кого-то, кто позаботится о нем. Оно готово вытерпеть ещё боль и унижение, только бы его не бросили снова в той темноте и одиночестве, в котором оно находилось всю свою жизнь. Когда-то оно поверило Лили, но девочка бросила его, выбрав красивого, богатого и популярного мальчика вместо невзрачного полукровки без копейки за душой. Потом оно поверило Волдеморту, но тому не нужно было сердце Северуса. Лорду был нужен черный колдун и зельевар. А Дамблдору был необходим шпион, зельевар и декан ненавистного факультета. И Северус был согласен заменить любовь полезностью. Им всем не нужно его сердце, ну так хоть его знания и сила им нужны. Тогда то он и понял, что чувства - это слабость, он начал презирать этого жалкого мальчишку, которому хотелось любить и быть любимым, и он начал погоню за силой, которая привела к тому, что он перестал чувствовать что бы то ни было, кроме боли и пустоты. Потом к этим чувствам прибавилась постоянная усталость и раздражение, так в 25 лет он выглядел уже на пятьдесят и жил ото дня ко дню, не надеясь ни на что хорошее. Он был готов умереть в любой момент, потому что для него смерть означала освобождение от страданий и одиночества, но упрямая гордость слизеринца запрещала магу прервать своё существование самому, тем более, что хитрый директор школы, поняв своего молодого учителя, связал его клятвами и обетами, которые не позволят ему умереть раньше Волдеморта. Его жизнь уже давно принадлежала Гарри Поттеру, на которого директор поставил слишком много, и теперь она перешла по наследству Дагде. Может, поэтому он и прыгнул в огонь вслед за ним. Возможно, все его возвышенные порывы прикрывали трусливое желание умереть? Северус уже не знал. Тьма затягивала всё глубже и глубже, а отчаянье разрывало душу на кровавые клочья, заставлая биться в истерике то малое, что осталось от сердца. Но в какой-то момент мужчина почувствовал, что кто-то нежно гладит его по голове. Так когда-то мать гладила его, если он не мог заснуть ночью. Ладонь дарила мир и покой, унося с собой тьму отчаянья. Тонкий нюх зельевара уловил знакомый запах Дагды, который пах как осенняя листва и мед, и он расслабился, плюнув на то, что не заметил, как хозяин присел на кровать рядом с ним, на фоне всех его переживаний эта проблема казалась наименьшей. Из головы начали уходить грустные мысли, но сердце хотело излить накопившуюся боль, хотя мужчина и старался взять себя в руки в присутствии хозяина. Ничего не получалось, а после того, как тот подтянул Северуса себе на колени и обнял как маленького, плотину прорвало. Северус плакал, нет, он рыдал, как делал только в детстве. До хрипа в голосе и опустошения в душе. Это плакало его сердце, рассказывая о всех своих бедах и надеждах. Мужчина даже не заметил, когда уснул. Следующий раз он проснулся уже ближе к вечеру. В не застекленное окно врывался свободный вечерний ветерок, неся с собой приятное тепло и запах готовящейся еды. В животе забурчало. Поднимаясь, Северус почувствовал, что у него болит горло и мышцы живота. Сначала он удивился, но потом вспомнил своё первое пробуждение, и щеки залило румянцем. Как же он теперь покажется на глаза хозяину? Эта мысль вызвала панику. Ведь последний раз он плакал после того, как его изнасиловали. После этого он больше не пролил ни одной слезы, даже на могиле лучшего друга, а теперь так опозорился. Захотелось убежать и спрятаться. Лучше всего в старых добрых подземельях. Поймав себя на таких мыслях, мужчина разозлился. Когда то, сразу после смерти Лили, он пообещал себе, что никогда больше не будет прятаться и убегать. И вот теперь он опять хочет трусливо сбежать. Взяв себя в руки, Северус оделся и вышел во двор, где уже стоял накрытый стол, вокруг которого хлопотали мальчишки и сам хозяин. Увидев выходящего из дома мужчину, Дагда шикнул на пацанов, которые тут же испарились, словно их и не было, и жестом пригласил зельевара к столу. Северус замер. В этой картине было всё не правильно. Это он должен готовить хозяину обед, это его задача накрывать на стол, и это он должен приглашать Дагду поесть, ожидая своей очереди, после того как хозяин встанет из-за стола. Сейчас же они словно поменялись местами, а открытая и искренняя улыбка седого красавца заставляла сердце щемить как ранку, присыпанную солью. Ведь наверняка за этим кроется какой-то подвох. - Северус, ты ещё долго собираешься там топтаться? Я есть хочу, - категорически заявил Дагда, отодвигая длинную лавку со спинкой от стола и усаживаясь поудобней. Напротив стояла такое же новенькое сиденье, на которое и указывал Дагда. - Ты как хочешь, а я проголодался, - отрезал мужчина, отбрасывая выбившуюся из хвоста платиновую прядку и принимаясь накладывать себе что-то, напоминающее пюре и салат с вареными яйцами. Северуса всегда удивляло, как его хозяин может с одинаковым удовольствием есть и плебейскую пищу и изысканные блюда, которые подавали в поместье Малфоев, но предпочтение при этом отдавал первой. Зельевар мялся, не решаясь сесть за стол. Он и сам не понимал, что страх был вызван его новой ролью, и что подсознательно он старается вернуться к уже знакомому и безопасному поведению. А вот его хозяин великолепно понимал, что происходит, и не собирался позволять брюнету уползти в привычную норку, из которой его потом придется долго и мучительно выколупывать. - Если ты не голоден, то я, наверно, съем и твою порцию. Ты не против? - хитро улыбаясь, спросил Дагда и сцапал блюдце с орехами, которые так понравились Северусу вчера. И как только он смог заметить? Ведь за долгие годы мужчина научился не показывать, что ему нравится на самом деле. Для этого он придумал целую систему, разыгрывая любовь к вещам, ему совершенно безразличным, и пряча за ними действительно важное. Это не раз спасло его в школе, когда пакостники-мародеры пытались шантажировать его вещами которые они приняли за ценности, и страшно обижались когда он ни как не реагировал на их шантаж. Но на этот раз Дагде удалось найти слабость зельевара. Голодный желудок снова заявил о себе во всеуслышание, вызвав ещё одну улыбочку белобрысого садиста и... Северус сдался. Плюнув на субординацию, он сел за стол и наполнил тарелку салатом, отодвигая блюдце с лакомством подальше от хозяина. Дагда продолжал есть, поглядывая на обиженного в лучших чувствах слизеринца. Ну как же! Его разоблачили, подловили и чуть не лишили вкусненького. По личному опыту мужчина знал, что таких, как Северус, легче всего расшевелить на мелочах. Все слизеринцы, несмотря на их стоицизм в душе, сибариты, и при первой возможности обустраивают свою жизнь в любой норе. Каждый выпускник этого факультета способен превратить в удобное место даже камеру в Азкабане при наличии минимальных ресурсов. Вот и Северус, попав в дикие условия, сразу выяснил, что ему нравится, а что нет, и Дагде доставляло наслаждение играть в шпионские игры с тем, кто считал себя в этом профессионалом. Если бы тот был в своей привычной обстановке, то у бога ничего бы не вышло. Из-за этого он потратил массу сил, вырывая нужных ему людей, и в том числе Северуса, из их окружения. А у последнего он ещё и успел подточить оборону, возведенную вокруг внутреннего ребенка - самой ценной части личности. И утренняя истерика была долгожданной наградой за усилия мужчины. Теперь настало время сделать второй шаг и сломать ещё один стереотип Северуса. - Кстати, я сходил к твоим учителям, у которых мы были вчера, и предупредил, что ты какое-то время не сможешь посещать занятия, - сообщил Дагда в процессе еды. - Это почему?!! - взвился слизеринец. Он воспринимал тренировки как привилегию и ценность, а не обязанность, поэтому сейчас пылал праведным гневом. И Дагда собирался потворствовать нарушениям субординации. Северус уже достаточно повзрослел, чтобы взять на себя часть ответственности за собственную жизнь. Но если его не вынудить, то он и дальше будет прятаться за ролью раба. - Ну как же? - искренне удивился Дагда (тут любая фальшь могла стать фатальной). - Ты же вчера захотел стать моим любовником и наложником. А мне полагается обучать своего фаворита, да и не сможешь ты ходить на занятия, если конечно, уже не передумал заниматься со мной сексом, - сказал Дагда и нагло облизнулся, слизывая с губ мед. При этом в его глазах появился какой-то животный голод. Если бы не взгляд хозяина, то Северус посчитал сказанное издевательством, но за проведенное вместе время,зельевар уяснил одну истину - если Дагда чего-то не хочет, никто его не заставит. В добавок жестокие шутки не были свойственны мужчине, скорее наоборот, он их нещадно пресекал. Поэтому сейчас Северус сдержал рвущиеся с языка обвинения и пристально посмотрел на мужчину, сидящего напротив него. Дагда как ни в чём не бывало поедал десерт, запивая травяным чаем. Он умудрился превратить обыденное и целомудренное действие, в порнографическое шоу. Взгляд фиолетовых глаз наполнился откровенным эротизмом, а движения стали тягуче-плавными и двусмысленными. Северус был искренне благодарен Дагде за то, что они были за столом одни, иначе он не смог бы пережить позора, покраснев как девица и возбудившись от одного вида хозяина на глазах у посторонних. Даже не будучи искушенным в любовных играх, он мог узнать приглашение к сексу. Хозяин недвусмысленно намекал, что не против разделить с ним ложе, поэтому он набрался храбрости и, краснея, спросил: - Но почему я не могу и тренироваться, и быть с Вами? - Со мной ты быть можешь, но вот с занятиями сексом физические нагрузки не совместимы, по крайней мере некоторое время, - серьёзно ответил Дагда. - Не понимаю, почему? Сколько девиц спали с парнями и при этом великолепно занимались ЗОТИ? Или это из-за того, что я мужчина? Последние слова были произнесены почти шепотом. Дагда не представлял, что можно быть таким пунцовым, вообще Северус его всегда удивлял, умудряясь стать малиновым или пунцовым по самому незначительному поводу, связанному с его личной жизнью. - Нет. Если бы ты был женщиной, было бы тоже самое. Это связано со мной, а не с тобой, - сообщил хозяин отпивая ещё чая. - Я ведь действительно Бог, хотя ещё и очень маленький. А это ставит нас на разные ступени эволюции. Я слишком силен энергетически, а секс - это слияние двух человек. Полное и бесповоротное. Идет обмен не только жидкостями, но и энергией, информацией и магией. Поэтому так легко получить власть над человеком, с которым у тебя был секс, если он слабее тебя, и для этого даже не нужен приворот. Для такого колдовства совершенно не требуется присутствие жертвы, именно из-за этого так тщательно подбирают родители пару своему ребенку. В первую очередь они смотрят, чтобы потенциальные супруги были или равными, или жених был сильнее невесты. Ведь ему вести главенствующую роль в семье. А руководить в браке будет тот, у кого больше духовной и энергетической силы. И тут важен не возраст и не пол. В нашем случае я слишком силен для тебя. И твой организм должен привыкнуть к притоку такого количества энергии и магии. Ты помнишь, в каком ты был состоянии утром? - серьёзно спросил хозяин. Северус тут же побледнел. Он вспомнил безобразную утреннюю сцену. - Если ты переживаешь из-за того, что я увидел тебя таким слабым, то в этом не было твоей вины. Это тоже побочный эффект от близости со мной, - успокоил его Бог. - Как это? - Северус не мог понять, как несколько поцелуев, которыми они обменялись вчера, могли привести к такой жуткой истерике. - Все твои поля переполнились энергией, и начали залечивать повреждения в душе и в теле. Когда наши тела полностью сольются в оргазме, то с тебя спадут все магические эффекты за всю твою жизнь. Любая магическая клятва или заклятье будут аннулированы, и твоё тело начнет восполнять потери от нанесенного ему ущерба, - пояснил Бог. Деловитый и простой тон, с которым Дагда говорил о сексе, смущал Северуса ещё больше чем эротические сцены в его исполнении. Но за прожитое вместе время мужчина успел понять, что для пришельца секс был такой же простой вещью, как еда или сон. Он не понимал, почему местные жители разводят такие антимонии вокруг сущего пустяка. Именно это дало силы мужчине на безумный шаг, закончившийся объятиями Дагды. - Ну, так как? Ты не отказался от мысли быть моим и в этом смысле? - снова напомнил о себе Дагда, оседлав лавку как коня и хлопая по деревянной поверхности прямо между своих ног, приглашая раба занять полагающееся ему место. Всё мысли мигом покинули голову мужчины, и только нестерпимое смущение и возбуждение боролись друг с другом за господство. Но когда Дагда нахмурился, Северус решился и, встав из-за стола, подошел вплотную к хозяину. Тут же крепкая рука ухватила его за пояс брюк и, дернув на себя, усадила на лавку. Северус оказался прижат спиной к горячему телу хозяина, который тут же начал деловито расстегивать рубашку и брюки раба, оставляя его выставленным на обозрение любого постороннего зрителя. Мальчишки в любой момент могли выйти из дома, или кто-то мог прийти к Дагде, и тогда нечаянный свидетель увидел бы Северуса в таком непотребном виде. Но вырваться или просто сопротивляться не было никаких сил. Тело стало ватным, и только волны энергии и магии прокатывали по нему властно и сильно. А Дагда в это время совершенно по-хозяйски оглаживал и ощупывал каждый сантиметр кожи, до которого он мог дотянутся, и уже через несколько минут член раба гордо стоял из расстегнутых брюк, недвусмысленно показывая, как его хозяину нравится все то, что с ним делают. Ощутимо хлопнув раба по внутренней части бедра, хозяин безмолвно приказал расставить ноги, и раб, сгорающий от стыда и возбуждения, перекинул ногу через лавку, повторяя позу хозяина. Тут же властная рука начала ощупывать и перебирать яички. Это было так бесстыдно и так обыденно, словно Дагде каждый день на десерт подают секс с молодыми рабами. Ситуация казалась унизительной и абсурдной, но почему то от этого было только слаще, и член, к которому так и не прикоснулся хозяин, болезненно пульсировал от желания излиться. Когда рабу, казалось что сладкая пытка сведет его в могилу, Дагда укусил его в основание шеи, вызвав этим сильнейший оргазм в жизни зельевара. Дагда всё ещё обнимал обмякшее тело Северуса, собирая пальцами капельки спермы и слизывая их, когда в голову бывшего декана пришла шальная мысль. Он вдруг увидиел всю свою скучную, несчастную жизнь, которой он жил до появления в ней Дагды со стороны, и осознал, что у того Северуса Снейпа просто не могло никогда быть оргазма на лавочке перед домом. Что даже если бы его не убили враги, то он так бы и умер, не познав радостей, которые может подарить жизнь. И эта мысль его так сильно потрясла, что он поддался порыву и повернувшись впился поцелуем в губы хозяина, обвив его руками и притянув по крепче. Он старался передать этим жестом всю свою благодарность и нежность, которые испытывал к мужчине. И Дагда поддержал его порыв, страстно целуя любовника. В какой-то момент, когда у Северуса зашумело в голове от обилия энергии, льющейся в него, он осознал, что уже стоит прижатым к столику, а хозяин резким движением, скинув на траву посуду, подсаживает его на стол. Когда он успел встать и развернуться, мужчина не помнил, но это не играло никакой роли. Нагревшееся за день дерево столешницы, касаясь нежной кожи ягодиц, усиливало возбуждение, а оценивающий взгляд хозяина, который отстранился от любовника и рассматривал его словно полотно художника, рождал смущение и будоражил кровь. Невзирая на недавний оргазм, член мужчины уже снова налился и требовал к себе внимания, но Северус ещё держал себя в руках и не молил о пощаде. Но когда на лице Дагды появилась кровожадная ухмылка, он понял что его ожидает что-то неожиданное. Ожидания оправдались, когда хозяин собрал со стола пальцами разлитый мед и нанес его на возбужденный член раба. Одного этого движения хватило Северусу, чтобы застонать, но когда хозяин, не разрывая контакт их глаз, начал медленно опускаться перед ним на колени, молодой мужчина сдался и начал умолять любовника о большем. Хищно ухмыльнувшись, Дагда одним махом всосал член любовника на полную длину и тут же выпустил, слегка проведя зубами по чувствительной коже головки напоследок. Северус сразу же оказался на грани. Лишенный секса в юности, сейчас он был так же легко возбудим, как подросток, но жестокий хозяин не собирался так легко отпускать свою добровольную жертву. Сжав основание члена, он подождал, когда возбуждение немного отступит, и тогда продолжил играть с новой игрушкой. Облизывая, покусывая, дуя и засасывая, но не давая кончить, он терзал молодого любовника не менее получаса. За это время Северус позабыл о гордости и умолял позволить ему кончить. Он старался спровоцировать Дагду, проявляя инициативу, но это привело только к тому, что от столбиков, на которых держался навес, протянулись веревки и, обвившись вокруг запястий раба, взметнулись вверх, лишая его шанса на дальнейшее самоуправство. Когда же Дагда наигрался, то, слегка подув на головку и ущипнув твердые бусинки сосков, вызвал мощнейший оргазм у любовника и выпил его досуха, не оставив ни капли спермы. Уже уплывающим сознанием Северус заметил перепуганных мальчишек на ступеньках дома, и осознал, что его не смущают их взгляды. Скорее наоборот, ему было лестно, что его увидели в этот момент. Ведь далеко не каждый человек в мире может похвастаться, что занимался сексом с Богом. Но всё же ему было немного жаль, ведь и сегодня дело не дошло до полноценного секса, а хозяин так и остался в одежде и не кончил ни разу. Но слизеринец пообещал себе приложить все силы, чтобы исправить положение. ____________________ Дагда поднялся с травы и отвязал засыпающего мужчину. Подняв его на руки, он, как и прошлой ночью, отнес любовника в свою комнату. Мальчишки, неподвижные и белые как мел, что делало их похожими на две статуи, так и не отошли от входа в дом, и хозяину пришлось приказать им идти к себе, чтобы освободить проход. Уложив Северуса, Дагда направился к его рабам. Их было необходимо успокоить и отдать приказы на будущее. Сейчас ни у кого не было времени на двух подростков, но это в скором времени изменится, так что не нужно нагнетать и без того сложную для детей ситуацию. Пацаны не поверили уверениям Дагды, что от них не требуется сексуальных услуг, но немного успокоились. С завтрашнего дня их ждут утренние пробежки с хозяином хозяина, как они стали его величать. _______________ На этот раз Северус проснулся с первыми лучами солнца и застал Дагду ещё спящим. Ухмыльнувшись он решил посамовольничать в надежде, что сегодня у него получится доставить удовольствие своему требовательному любовнику. Спустившись в изножие кровати, он залез под простыню, собрался с духом и, втянув в рот мягкий член хозяина, замер. Дагда выгнулся и сладко застонал, но не открыл глаза. Обнадеженный такой реакцией, мужчина принялся усердно сосать член повелителя, который быстро затвердел. Втянувшись в процесс, Северус с удивлением понял, что ему доставляют удовольствие делать миньет хозяину, но вскорости заболели щеки и горло, а оргазм так и не посетил Дагду. Сдаваться не хотелось, и плюнув на усталость и неприятные ощущения, Северус продолжал, на этот раз пытаясь применить к хозяину те методы, которые понравились ему вчера. В тот момент, когда его начало захлестывать отчаянье и разочарование, мужчину подхватили сильные руки и он оказался в крепких объятьях платинового красавца, который тут же увлек его в страстный поцелуй. Северус даже не подозревал, что в этот момент, выглядит воплощением греха: припухшие пунцовые губы, удивленно распахнутые черные глазищи, легкий румянец на кремовой коже, которая стала уже покрываться нежным загаром, и водопад угольно-черных волос делали его неотразимым. Зарычав, Дагда подмял покорное тело под себя и начал покрывать поцелуями вперемешку с легкими укусами. Его зверь метил свою собственность, ему хотелось, чтобы все видели, что этот мужчина принадлежит ему, а покорность и отзывчивость жертвы только усиливали волну собственичиства. Млея от понимания, что это он виновник состояния, в котором находится Дагда, Северус расслабился, не пытаясь бороться за господство. Тело плавилось под волной страсти, обрушившейся на мужчину. Дагда радовался тому, что в постели Северус начал быстро раскрепощаться, и прилагал массу усилий, чтобы закрепить результат, вот и сейчас он властно приказал любовнику стать на четвереньки и расставить ноги. Смущаясь и краснея, Северус подчинился, предвкушая момент скорого слияния. Но его надеждам суждено было свершиться не так быстро, как он ожидал. Достав из прикроватной тумбочки баночку с лубрикантом, Дагда стал тщательно готовить молодого мужчину к первому проникновению за очень долгое время. Это оказалось малоприятное занятие занявшее долгое время. Жжение в узком проходе оказалось весьма сильным, а непривычное ощущение наполненности и присутствия чего-то постороннего, вызывало желание посетить отхожее место. В общем, вся романтика момента испарилась под гнетом реальности. Единственное, что не давало Северусу попросить пощады, была его гордость. Ведь он сам так упорно добивался положения, в котором сейчас находился. Но когда в него одним махом загнали какой-то предмет, намного более крупный, чем предыдущий, мужчина не выдержал и застонал. Тут же рядом с ним оказался Дагда. - Расслабься. Тебе нужно привыкнуть. Так что лучше ляг на живот, - заботливо попросил мужчина. Северус удивился, потому что считал, что в нем находится сам Дагда, или хотя бы его часть. Но из дальнейших пояснений стало ясно, что в первый раз анальным сексом так просто не займешься, особенно если тело помнит, как это больно. Поэтому хозяин решил растянуть узкий проход любовника при помощи нескольких фаллоимитаторов разного размера. Только через добрых полчаса ощущения стали приятными, но Дагда терпеливо продолжал свои занятия. Северуса безумно смущал тот факт, что за всё время, проведенное им в новой роли, он так и не смог доставить удовольствие хозяину. Это ему полагалось ублажать и развлекать Дагду, а получалось всё наоборот. Собравшись с силами, он выложил наболевшее своему любовнику, ожидая, что уж сейчас ему не избежать упреков. Но к его удивлению, Дагда только рассмеялся. - Ты глупый! Если бы я не получал удовольствия от близости с тобой, то её и не было бы. Ты очень отзывчивый и страстный любовник, и я надеюсь, что вскорости сам поверишь в свою неотразимость. Но дело в том, что я испытываю удовольствие не так, как ты, во всяком случае пока, потому что я надеюсь, что ты тоже научишься у меня этому. Я не выпускаю семя из организма, и поэтому способен испытывать множественный оргазм даже в активной роли. К тому же, благодаря этому не происходит потеря энергии, и я могу ублажать своих любовников или любовниц всю ночь напролет. Эта техника очень сильно обостряет сексуальное влечение и поднимает уровень энергии в теле, а семя настолько заряжается жизненной силой, что если я всё же решу его выпустить в лоно женщины, то она понесет от меня даже в случае её бесплодия. В моём мире эта методика была широко известна, и ей обязательно обучали мужчин из богатых азиатских родов. Так что тебе придется полагаться на другой ориентир, нежели семяизвержение. Но к твоей чести, могу сказать, что твоя утренняя инициатива подарила мне не одно чудесное мгновение, - с этими словами он снова поцеловал смущенного, но довольного любовника. Покинуть постель в этот день удалось только Дагде и только к обеду. Северус проголодался и вымотался, и если кто-то скажет вам, что секс - это только развлечение, значит, он им никогда не занимался серьёзно. Как и ко всему, Бог относился к этой части жизни как к способу достигнуть просветления, а следовательно, сразу учил своего раба премудростям интимного искусства. Крепко облегчало дело отсутствие у Северуса богатого опыта в этой области, поэтому его приходилось учить, а не переучивать,что было бы значительно сложнее. Пока Дагда готовил сытный и легкий обед из продуктов, добытых мальчишками, Северус отсыпался в их комнате. Слизеринец чувствовал себя героиней любовного романа. Ведь за последнее время в его жизни всё складывалось по шаблону дешевой уличной беллетристики: несчастная жизнь, плен, а потом восточная сказка про гарем и наложниц, которых обучает прекрасный падишах. Вот и сейчас хозяин принес ему еду прямо в постель, да ещё и принялся кормить из рук, как это принято на востоке. Если честно, слизывать кусочки пищи с ладоней Дагды оказалось невероятно приятно. В этом действе было столько доверия и заботы, что оно сближало любовников и наполняло все их движения зарядом сексуальности. Раньше бы Северус воспринял это как жуткое оскорбление и скорее умер, чем унизился до такой степени. Теперь же принимать еду из рук человека, которому доверяешь, оказалось очень интимно. До настоящего секса дело дошло только после обеда, но и тогда мужчина не смог бы назвать этот опыт таким уж приятным. Хотя хозяину и удалось заставить его кончить, но ощущения хоть и были яркими и острыми, будили слишком много болезненных воспоминаний, которые начали всплывать по мере их занятий. Дагде часто приходилось успокаивать перепуганного или расстроенного любовника, вытесняя старые воспоминания новыми. Терпение и забота принесли результаты, и через некоторое время Северус начал снова открываться. Иногда он напоминал Дагде маленькую змейку, которая при первой же опасности прячется в норку, но потом выползает и начинает с любопытством обследовать новые территории и предметы. К Тантре Северус отнесся так же основательно и одержимо, как и к своим зельям, и вскорости бедные мальчишки стали опасаться выходить на улицу, потому что в любое время и в любом месте можно было встретить двух мужчин, занимающихся предосудительной деятельностью, во всяком случае, по их мнению. Но так как выбора у них не было, то постепенно и они начали привыкать к двум “кроликам”, как они стали за глаза называть хозяев. Прошел месяц, за который к ним так никто и не пришел. Но в один из дней вышедший на улицу Дагда увидел Фериата, сидящего за столом. Мужчина изменился. Во всяком случае, от него больше не исходило сияние, и пропало желание защищать и оберегать златовласого красавца. Последнее, что знал о нем небожитель, была великолепная работа, проделанная с колоколом, который теперь создавал величественные переливы в час медитации и воинственный бой, знаменуя начало тренировок. Он сидел за столом и попивал чаёк, который сам же и приготовил, но при виде хозяина дома встал и поклонился. Дагда удивленно приподнял бровь. После преображения вампир не отличался показной почтительностью. - Здравствуй. Что тебя привело ко мне? - присаживаясь и наливая чай, поинтересовался небожитель. - Здравствуйте. Мастер решил, что мне можно вернуться к моим людям. Вот, пришел попрощаться. Ведь для вас пройдет много времени, пока я вернусь, - садясь после Дагды, вежливо заговорил Фериат. - Смотрю, ты многому научился за этот месяц, - поддерживая степенный тон беседы, продолжил хозяин. - Да. Тяжело понять, что прожил в тридцать раз больше, чем твои учителя, а при этом не знаешь и половины, - с печалью в голосе ответил собеседник. - Но в то же время для меня открылись новые горизонты, к которым можно стремиться, - сбрасывая печаль, ответил он. - Я рад. Мне очень хотелось, чтобы тебе здесь понравилось, - искренне признался Дагда. - Даа... Вам удалось создать что-то удивительное. Слушал ваши планы и не верил, что это осуществимо, но после месяца в Школе я начал понимать ваш замысел. - Это ещё только начало. Мозаика не сложилась, хотя, если честно, большая часть работы позади. Теперь этот мир будет развиваться сам, проверяя реальностью мои замыслы. Не занятыми остались места, предназначенные для твоих людей и людей Велемира. Волк в скорости должен объявиться, а с твоими вампирами могут быть трудности, - философски заметил Бог. - Да. Они слишком привыкли к независимости и власти, позабыв, что они - всего лишь оружие. Им нравится пребывать в иллюзии, что они хозяева мира и вершат судьбы смертных. Многим придется не по душе моё возвращение и то, что я собираюсь вернуть себе власть, - зло оскалившись, сказал Князь вампиров. - Экие мы кровожадные, - хмыкнул Дагда. - Но, думаю, ты прав, и без чистки рядов не обойтись. Нам не нужны перебежчики, готовые за стакан крови и обещание эфемерной власти продаться первому встречному. - Боюсь, что таких будет много, - скривился Фериат. - Тогда будем создавать нацию по новой, полностью меняя правила игры. Вы были созданы как оружие для войн со Светлыми, и боюсь, что эта ваша задача не окончена, но это теперь не главное. Главное - это изменить твой народ под реалии нового мира.Последнюю тысячу лет вы только выживали, паразитируя в этом мире - пора отдавать ему долги. Я хочу, чтобы вампиры и оборотни стали частью общества. Обращение должно быть привилегией, а не трагедией. Выбирать надо из лучших членов общества, способных подчинить себе жажду и приносить пользу обществу. Или продолжить духовное развитие в новом обличии. Я так вижу будущее твоего народа. Фериат прикрыл глаза, представляя города, в которых оборотни, вампиры, маги и маглы живут вместе. Картина походила на сказку, потому что даже в расцвет их культуры вампиров боялись и сторонились. Даже выступая в альянсе с союзными войсками, им приходилось заботиться о своей спине, потому что остальные народы не считали предательством убийство вампира. А с приходом христианства, на них вообще объявили охоту. Отряды Ватикана и сейчас патрулируют ночные города, и местные власти не смеют даже спросить их, на кого же они охотятся. Глубоко вздохнув, Князь открыл глаза: - Это красивая мечта. Я хочу стать её частью. - Люди часто забывают, что именно мечты правят миром, а не деньги и сила. Сейчас мы собираем тех, у кого похожая мечта. Мне всё равно, кто они. Если у них слабое тело, мы сделаем его сильным, если они слишком стары, то мы подарим им долгие годы жизни, а если они лишены магии, мы научим их новой, доступной любому маглу. Но в их сердце должен гореть огонь мечты, и они должны хотеть отдать за него всю свою жизнь без остатка. Ведь человек без мечты - мертвый. И тебе пришло время выяснить, кто из твоих людей достоин остаться на этом свете, а кому уже давно пора переродиться и начать новое приключение. После этих слов на полянке перед домом повисло молчание. Фериат думал и мысли его были тяжелыми, ведь ему предстояло судить свой народ и приводить приговор в исполнение. - Всё-таки там, у тебя в мире было всё намного проще. Один народ, одни и те же беды, - пожаловался вампир. Похоже, кровь Бога начала говорить с ним. За это говорили и вежливость, и глубина понимания замыслов. - Нет, не проще. Там тоже мертвецов, прикидывающихся живыми, было гораздо больше, чем живых. И эти мертвецы так боялись разоблачения, что всеми средствами противились появлению нового мира. Ты хотя бы знаешь лицо врага, а у нас им могла оказаться даже родная мать или человек, которого ты любишь. Так мы научились полагаться только на себя. Это был жестокий, но бесценный опыт. На последних словах Бог улыбнулся, сбрасывая с себя печаль. Жизнь всегда преподносит испытания только в том объеме, в котором ты их можешь вынести, и если ты сломался, то это только твоя вина. После небольшой паузы вампир растворился в воздухе, перейдя из одного мира в другой не вставая с лавочки. А Дагда понял, что засиделся в глуши. Пришла пора второго этапа операции под названием “Новый мир”.