За днем приходит ночь.

Глава 11 Эх, как хорошо на природе... костер, шашлык, палатка, воздух, медведь... МЕДВЕДЬ ???!!! Земля - наша мать, и только живя в гармонии с ней мы можем считаться людьми. Оставшись одни под ночным небом, аристократы постояли несколько минут и начали молча расходиться по бунгало. Люциус выполнил просьбу Дагды и провел Лавгудов до дома на самом краю леса, после чего пошел искать хижину, приглянувшуюся Нарциссе. Оказалось, что они выбирала дом вместе с Вольпургой, и в итоге остановились на двух коттеджах, стоящих на краю поселения, практически в зоне видимости домика Лавгудов. Люциус подумал, что это хорошее решение, ведь неизвестно, что их ждет дальше. Но женщины не разделяли его опасений, считая, что Повелитель не оставил бы их в беде. Глядя на жену и её тетку, Лорд Малфой начал понимать, что фанатичная преданность в крови женщин из рода Блэк. Женщины хлопотали над осиротевшим малышом стараясь успокоить Адена, который не переставал плакать в обществе незнакомых людей,поняв что больше не увидит папу и маму. Для аристократов, привыкших к роскоши магических поместий, убогая обстановка их жилищ граничила с скудностью камер Азкабана. В первый день бунт не поднялся только потому, что все были вымотаны до потери сознания и готовы заснуть под открытым небом. Но когда наступило утро, на площади в центре поселка собрался митинг. Маги в помятых мантиях, со всклокоченными волосами напоминали цирк на выезде. Шум перебудил тех немногих, кто всё ещё пребывал в царстве Морфея. К их числу принадлежало и семейство Малфой. Приведя себя в порядок, насколько позволяли условия, и осмотрев своё новое жилище, чета пришла к выводу, что смерть им не грозит, во всяком случае в ближайшие дни, но и роскошной назвать обстановку язык не повернется - так не жили даже Визли. Тем более, что готовить не умела ни Нарциса, ни Вальпурга, а с пополнением запасов пищи дела обстояли вообще плачевно. Как поняли из слов Короля мужчины, добыча съестного теперь их прямая обязанность. И если Орион в молодости несколько раз принимал участие в охоте, то для Люциуса задача казалась непосильной. Идти на площадь не стали, но многие из поселенцев вспомнили, что именно Малфой втравил их в тот переплет, в котором они оказались, и сами навестили скромное жилище Люциуса. Особенно их выводил из себя факт, что у всех Пожирателей полностью исчезли метки, оставленные Лордом. Словно Король этим хотел показать, что у них не может быть другого хозяина. Впрочем, скорее всего, это было правдой. А вот представителей двух магических родов, к которым нагрянули нежданные гости, больше всего расстроило то, что братья Вальпурги практически возглавляли шествие. Тем более что крикуны напугали маленького сироту, который снова забился в какую то щель. От разборок их спас утренний колокол, который громовым басом прозвучал у них над головами и до жути перепугал магов. Когда они немного успокоились, некоторые из них, вспомнив слова Короля, присели на траву и постарались услышать звук, исходящий из тишины. Тогда-то и выяснилась одна из способностей милых украшений, милостиво подаренных им Королем: самые возмущенные маги, никак не желавшие успокоиться и мешавшие другим, активно игнорировали приказ. А если учесть, что людям приходилось заниматься непривычной и непонятной деятельностью, то крикуны достали всех за считанные минуты. Так что когда крики из возмущенных превратились в вопли, наполненные болью, многие маги мстительно хмыкнули, и открыв глаза, увидели, как более десятка смутьянов, воя, катаются по земле, стараясь сорвать с шей железные ошейники, наказывающие их болью. Примечательным было и то, что даже после того, как провинившиеся смирились, и боль прекратилась, их знаки не изменили свою форму на прежнюю, став живым предупреждением для любого, желающего оспорить волю Короля. На этом бунт прекратился. Сказать, что жизнь наладилась, было нельзя, так как практически в каждой семье постоянно вспыхивали скандалы, а время от времени народ собирался на площади или у одного из домов, чтобы пожаловаться на свою несчастную долю и безжалостного Короля, свалившегося им на голову. Ведь он оставил умирать с голоду цвет английской аристократии. Только отдельные семьи с первого дня начали приспосабливаться к тому положению, в которое попали. Как правило, это были выходцы из Европы, ещё помнившей Великую Магловскую Войну, во время которой многим магам пришлось научиться выживать. Сейчас их знания стали на вес золота. Семейства Блэков и Малфоев жили особняком, и к всеобщему изумлению, сдружились со странной семейкой Лавгудов. А причиной этому стал Драко. _________________ Как и обещал Дагда, детей, оставшихся за пределами мира-ловушки, нашли в первый день после вечернего колокола. Они спали, аккуратно уложенные на траву, проснувшись сразу, как только к ним прикасался один из родителей. Многие матери не находили себе места, переживая о своих детях, так что после вечернего ритуала они бросились на окраину поселка, где и нашли тех, из-за которых не спали ночь. Галдеж поднялся жуткий, но вскорости все разошлись по своим домикам. Ночь пугала магов, оставшихся без защиты толстых стен и своей магии. К тому же большинству из них предстояло спать на голодный желудок. Волшебникам было не привычно долго обходиться без еды, и уже имели место случаи истерик, вызванных страхом голодной смерти. Вынужденного поста придерживались и семейства Люциуса и Ориона. Положение Лорда Малфоя осложнялось ещё и тем что он жутко боялся за беременную жену, которой требовалось особое питание и постоянный прием зелий. Но молодая женщина отмахивалась от осунувшегося мужа и с беззаботным видом говорила, что им с малышкой ничего не грозит. Почему-то Нарцисса была свято уверена, что ждет дочку. Возвращение Драко сделало её совершенно счастливой, и уже на следующее утро женщины старались понять, как бы приготовить что-нибудь съестное своим мужчинам. Они чувствовали потребность заботиться о них, хотя раньше тяги к кулинарии не замечалось ни у одной из женщин. Проведя в первый день полную ревизию запасов, дамы смогли опознать некоторые продукты, и теперь гадали, как бы из них сделать что-то съедобное. Очень помог Орион, который преподнес всем подарок в виде разожженной плиты. И начались эксперименты... Поначалу у них ничего не получалось, и дамы решили прерваться и спокойно обдумать свои неудачи. В результате их размышлений они пришли к выводу что кулинария сродни зельеварению, а эту науку любили обе женщины. Так что, найдя среди запасов тетрадь для записей и карандаши, они завели дневник зельевара, в котором отражали свои неудачи и успехи. Результатом их деятельности стал приемлемый завтрак, хоть и поданный в обед. Дамы смогли приготовить чай и поджарить яичницу. Навряд ли это утолило голод магов, не евших вторые сутки, зато стало показателем того, что со временем у них всё получится. А вот ужин у некоторых получился роскошным. Малыш Драко, воспользовавшись тем, что женщины увлечены новой областью деятельности, сбежав в лес, сманив с собой Адена, и не появлялся до заката. Спохватились только после вечернего колокола, который порадовал магов мелодичным перезвоном, наполнившим душу надеждой и стремлением к новым познаниям. Когда же взрослые вышли из медитации, которая с каждым разом увлекала их всё больше и больше, то обнаружили спящих невдалеке мальчиков, измазанных соком каких-то ягод. Рядом с ними лежала мантия Драко, которую тот использовал вместо сумки, чтобы порадовать родителей лакомствами. В этот момент Люциус потерял несколько лет жизни. Он не знал, где искать врача, или что можно использовать как противоядие, ведь наверняка дети наелись ядовитых ягод! Вдобавок бесило отношение женщин к происходящему, они как заводные куклы твердили, что с детьми всё будет в порядке, и сами старались поесть вкусностей, которые им принес Дракочка и Аден. Люциус рвал и метал. Он наотрез запретил беременной жене есть неизвестные ягоды, с каменным лицом заявив, что Вальпурга вольна съесть хоть всё принесенное племянником, но жене он этого не позволит. Нарцисса надулась и убежала в дом. А родственница, зыркнув на него глазищами, загребла ягоды и демонстративно начала их уплетать. Мальчики проспали два часа, а проснувшись, стали взахлеб рассказывать, сколько вокруг интересного, и как они со своим другом нашли чудесную ягодную поляну. Раскрасневшиеся сорванцы с горящими азартом и восхищением глазами никак не тянули на больных. Наоборот, Люциус никогда не видел своего сына таким живым. На вопрос о друге малыш ответил что Дадя, как Драко называл Дагду, показал ему их новому другу, какие ягоды и фрукты можно есть и как их нужно собирать. Для своего возраста белокурый сорванец был прекрасно развит, но когда нервничал или чем-то увлекался, то переиначивал некоторые слова. Вот имя гостя его родителей и приятеля по играм он перекручивал почти постоянно. А застенчивый Аден, будучи в два раза старше своего нового друга, ещё не привык к новой обстановке и людям, и по этому старался уступать первенство Драко. Известие о присутствии поблизости Повелителя очень удивило Люциуса, а его супруга ещё пару дней ходила с выражением лица: “Я же тебе говорила”. С тех пор мальчики исправно снабжали всё семейство ягодами, грибами и орехами, к сбору которых пристрастились и женщины. Но в отличие от Драко они никогда не видели Повелителя, хотя малыш утверждал, что играет с мальчиком, который жил вместе с ними. Даже Аден не видел загадочного мальчика, хотя и поддерживал игру своего нового друга. Всех удивляло то что старший мальчик старается играть с Драко предпочитая общество малыша, обществу своих сверстников, но ни у кого не поднималась рука спросить об этом у сироты. Тем более что так им было спокойнее за маленького непоседу, и сам Аден был при деле. Однажды Драко подвел Вальпургу к дереву, и показав на большой плод, сказал, что если его разломать, то внутри будет мука, женщина сначала не поверила, но решила попробовать, ведь малыш ни разу не ошибся. К вечеру выяснилось, что и сейчас он оказался прав - после небольшой обработки мякоть странного растения могла заменить муку. Люциус переживал за сына и уже начал подумывать, что с ним не всё в порядке, но однажды тот пришел с Луной, тихой и застенчивой дочкой Сабрины и Ксенофилиуса, тогда-то и узнали, что малышка тоже видит друга Драко. С тех пор дети везде бегали втроём. Это привело к тому, что родители тоже сблизились, вот тут и выяснилось что Сабрина умеет неплохо готовить. С этого дня три женщины проводили уйму времени вместе, обсуждая рецепты новых блюд. Но мужчины тоже не сидели без дела. Первым добытчиком стал Орион, который вспомнил, как читал о плетении невода. Потратив почти неделю на попытки получить желанное орудие труда, он наконец-то смог сплести небольшую сеть, которая в первый же день оправдала все потраченные на неё силы и нервы, так как главе семейства удалось выловить в реке двух увесистых сазанов, вызвав этим зависть всего посёлка. К этому моменту только у нескольких семей получилось приспособиться к жизни, а когда по деревне поплыл дурманящий запах жареной рыбы, к калитке дома Блэков-Малфоев потянулись первые просители. Аристократы понимали, что в их положении они попадали под власть Родов, способных выжить, но проще было заключить малый вассалитет, чем умереть с голоду. Эта ситуация привела к заключению договора между тремя Родами, объединив их в союз. И каждый, кто теперь просил их защиты, становился вассалом одного из Родов, но имел обязательства перед всеми тремя. Такими же везунчиками стали Гойлы и Флинты. Как оказалось, госпожа Гойл великолепно готовила, а её супруг первым смог добыть оленя. Денис Флинт отлично ловил рыбу и умел её коптить. Так что уже через месяц проживания в новом мире аристократы не только начали приспосабливаться к новой обстановке, но даже умудрились продолжить интриги и политические игры, хотя их масштаб сейчас не впечатлял. Дни потекли за днями, власть во многих семьях перешла к женщинам, так как теперь они кормили своих мужей и детей, что в свою очередь привело к скандалам в благородных домах. Многие мужчины не смогли приспособится к таким монументальным переменам и начали хандрить. Если бы здесь было спиртное, то алкоголизм стал бы самой распространенной болезнью, но до самогона аристократы ещё не додумались, а дамы не спешили баловать их наливками, хотя в женской среде уже бродили их рецепты. Многие подозревали, что если бы не ограничение на насилие, то мужчины уже прибегли бы к рукоприкладству, чтобы показать своим не в меру самостоятельным супругам, кто в доме хозяин. Но ограничение не давало им даже так отвести душу, вынуждая обходится перебранками и скандалами. Но и тут было не развернуться, ведь тонкие стены бунгало и близость соседей превращали каждую семейную ссору в спектакль, зрителями которого становились все жители поселка. Тонкие стены и компактность проживания повлияли на многих. Некоторые аристократы только сейчас заметили, что у них есть дети. Нет, они знали, что у них имеются наследники и супруги, но огромные поместья позволяли им встречаться пару раз в день на совместном приеме пищи и на мероприятиях, где требовалось их присутствие, что никак не способствовало тесному общению и развитию теплых чувств. А вот теперь у родителей просто не было куда спрятаться от своих детей, а домовиков и гувернёров, как прослойки между ними, вовсе не наблюдалось. Так что проблема отцов и детей встала с пугающей силой. Но теснота породила и не столь возвышенные проблемы. Уже к концу первой недели утонченные маги пахли не лучше кобыл из их конюшен, а внешний вид большинства мог вызвать кошмары у детей. Грязные, вонючие, всклокоченные, они не знали, каким образом можно привести себя в порядок без помощи домовиков и магии. Не помогало и то, что единственным местом, где можно было помыться оставалась река, а единственным средством гигиены - мыло из запасов. Но большинство аристократов даже не подозревало, для чего нужны серые бруски, источающие неприятный запах. В этой ситуации выделились ЛяФоржи. Эти французские маги умудрились выменять запасы мыла у большей части деревни, став практически монополистами. Так в деревеньке появилась первая лавка. _____________ Прошли месяцы, за которые половина семей разбежалась и жила отдельно в разных бунгало. Случилось несколько самоубийств и множество вассальных договоров. Маги стали проще, и уже спокойно могли присесть под кустиком опорожниться, не устраивая из этого трагедии. К осени вокруг Малфоев-Блэков поселилось ещё три десятка семей, а жизнь относительно наладилась. Авторитет этих Родов был несомненен, особенно после того, как выяснилось, что госпожа Лавгуд может лечить руками, а малыш Драко - находить целебные травы. Правда, это не принесло популярности мальчику среди сверстников - его считали странным, как и Луну, ведь они шлялись весь день по лесу, разговаривали с невидимыми друзьями, а иногда и с животными. Но Драко, Адена и Луну это не расстраивало. Они были счастливы. Их невидимый для других друг, всё время им что-то рассказывал или показывал, превращая каждый день в увлекательное приключение. Со временем Аден тоже смог увидеть мальчика с которым разговаривали Драко и Луна, и это ещё больше сблизило неразлучное трио, тем более что старшему мальчику невидимый друг рассказывал истории и по серьёзней детских сказок. А в один из дней дети нашли раненную нунду и выходили её в тайне от родителей. при этом ничего предосудительного у них на уме не было, просто они посчитали свой поступок настолько естественным, что не задумались рассказать взрослым. Когда в один из дней вместе с детьми во двор зашла крупная черная кошка, это произвело неизгладимое впечатление на взрослых. Придя в себя, и узнав подробности приключения малышей, взрослые с трудом сдерживая себя, разрешили дружить с “кисой”, так как похоже, что магическое существо посчитало своим долгом охранять мальцов. С тех пор родители не боялись за своих детей, ведь их новая знакомая никогда не даст их в обиду. Беременность Нарциссы протекала на удивление хорошо, все опасения Люциуса оказались напрасными, и он начинал подумывать, что вера женщин в Повелителя, возможно, не такая уж и слепая. К зиме маги отказались от мантий и превратили их в что-то, напоминающее тоги. Сначала было стыдно щеголять голыми ногами, но мантии уже были изрядно порванными, а брюки носили далеко не все мужчины, так что им пришлось выбирать между приличием и удобством, ведь бегать в лохмотьях по лесу жутко неудобно. Потом жители деревни плюнули на маски и стали общаться более открыто. Смысла в политесах было мало, особенно когда твои ссоры, а потом не менее жаркие примирения слышат не только дети, но и соседи. Так постепенно таяли лицемерие и предрассудки, вбитые в аристократов с раннего детства. Они не выдерживали столкновения с реальными опасностями и настоящей жизнью, а не надуманными правилами и устоями. Последней твердыней стал институт брака. Он ещё держался некоторое время, но как только маги выяснили, что все магические узы, наложенные на них до переселения в этот мир, распались, они тут же кинулись заключать новые браки, теперь уже выбирая жену, с которой смогли бы прожить под одной крышей в маленьком домике. Но это стало известно, только когда родилась Персефона. ____________________________ Так обстояли дела в эти семь месяцев в изолированной деревушке аристократов. Но они не были самым большим скоплением магов в новом мире. Это место по праву занимало поселение бывших узников Азкабана. Первые дни маги просто спали и объедались запасами пищи, найденными в их домах, и если бы те не исчезали прямо на глазах, то так продолжалось бы очень долго. Но в отличие от аристократов, вынужденных в одиночку учиться жить в дикой природе, у бывших осужденных имелась масса возможностей попросить помощь. Наиболее охотно её оказывали демоны, являющиеся ближайшими соседями волшебников. Среди вышедших из тюрьмы людей многие умели выживать без привычных благ цивилизации. К их числу относились магические существа, так как у них животные инстинкты были развиты гораздо лучше, чем у чистокровных людей, а также некоторые разновидности магов, для которых единство с природой было залогом магической силы. Именно они первыми начали обживать новый мир. Остальные прибегали к помощи окружающих или исследовали природу на свой страх и риск. Первые дни принесли множество пищевых отравлений и мелких травм, но ничего смертельного в округе не оказалось. А когда маги нашли поселение демонов, готовых оказать целый ряд услуг, то пришли в полный восторг. Но, к сожалению, суккубов и инкубов оказалось очень мало, к тому же они обладали чудовищной магической и физической силой, так что подчинить их не представлялось возможным, особенно ослабленным людям, лишенным магии. Пришлось соглашаться на смехотворные условия, чтобы прикоснуться к их соблазнительным телам. Любой маг знал, что секс с вейлами и демонами не считается преступлением против Рода, так как от них невозможно зачать или оставить бастарда, а вот увеличить магический потенциал и подлечиться за их счет было реально. В первое время только самые отчаявшиеся и те, кто понимал, что делает, навещали деревню магических существ, согласившись приобщиться к таинству сексуальной магии. Но вскорости их соседи стали замечать, что те, “кто ведет распутную жизнь с грязными животными”, как считали многие снобы, очень быстро восстанавливают былое здоровье, да и психика у них становится стабильнее день ото дня, и начали задумываться. Вторым очагом здравомыслия стали некроманты, облюбовавшие для себя поляну в лесу и проводящие там свои ритуалы, но к ним обращались только самые отчаявшиеся и те, кто давно мечтал приобщиться к этой древней стезе. Так же неплохо устроились маги крови и стихий - и у тех и у других магия, хоть и плохонько, но работала. И к ним шли гораздо охотнее, чем к некромантам. Но для всех этих видов магии требовался врожденный дар, и передавали они свои знания крайне неохотно. Так что для магов было гораздо проще переступить через своё воспитание и пойти в обучение к демонам, ведь сексуальная магия работала вполне исправно, не взирая ни на что. А потом кто-то из самых любознательных обнаружил Школу. Сначала маги не поняли, что это за странное место, в котором люди азиатской внешности машут ногами и кричать как резаные. Но делать было нечего, а любопытство после долгого пребывания в замкнутом пространстве без впечатлений просто зашкаливало, так что маги стали наблюдать издалека. Так они и оказались свидетелями боя между Дагдой и наставниками школы, а когда после этого местный правитель начал показывать, как использовать в бою магию, любопытствующие уже решили для себя, что постараются попасть в это странное место. Их даже не оттолкнуло понимание того, что преподавать им будут маглы. Многим хватило ума прикинуть, какой эффект возымеют боевые навыки маглов в руках магов, если даже у людей, лишенных врожденного магического дара, получалось противостоять Дагде и творить магию. Так постепенно жители нового мира находили себе занятие по душе. Около трех сотен стали завсегдатаями демонов, постепенно теряя старые табу, связанные с сексом, и начиная понимать, какая сила сокрыта в нем. Ещё четыре сотни с остервенением и азартом занимались в Школе, остальные просто жили и изучали новый мир, наслаждаясь долгожданной свободой. Но и среди этих людей оказались изгои. Эти маги, попавшие в тюрьму за разные преступления, успели раскаяться в содеянном, но так и не смогли простить себя. Пока они гнили в холодных камерах, всё было хорошо, но попав на свободу, они начали пожирать себя изнутри. Именно в их среде случалось больше всего самоубийств. Но даже их жизни могли послужить новому миру. Перед праздником прибыли оборотни, которым дозволялось гулять без ограничения по всей планете, и в задачу которых входило учить поселенцев жизни на природе. Привыкшие к уважительному обхождению в России, они очень удивлялись предвзятости и снобизму магов, охотней общаясь с бывшими узниками, чем с аристократами. Но как известно, нужда заставит, так что в скорости маги сами пришли к ним, снизойдя до просьбы о помощи. События, произошедшие на празднике, посвященном Богине Матери, изменили мнение относительно секса консервативной части магов, пробудив в них жажду Силы и Знаний. А женщинам, принявшим участие в ритуалах, этот день подарил детей. Более двухсот женщин ожидали появления на свет подарков магии. Большинство из них не могли даже мечтать о своих детях по разным причинам: кто-то подвергся насилию, кто-то слишком увлекался черной магией, а у кого-то этот дар отобрал сам Азкабан. Но сейчас все они ожидали появления на свет детей, которых подарила им Великая Мать. Даже у самых ярых консерваторов эти дети вызывали благоговейный трепет, ибо в магическом мире ещё были живы легенды, что самые сильные маги рождались в результате магических ритуалов, как подарок Богов. Но вот только невозможно было провести такой ритуал намеренно, он всегда проходил спонтанно и не по воле магов. Для женщин, которым был приподнесен дар жизни, таких вопросов не стояло. Большинство из них практически поселились в деревеньке демонов, стараясь разузнать как можно больше о Великой Матери и магии, связанной с ней, ведь теперь они были под её покровительством и намеревались исправно служить своей Госпоже. Уже через два месяца маги воздвигли первый Храм Матери. И хотя он находился в большой пещере, а алтарем стал грубый камень, это вызывало удовлетворенность и ощущение правильного действия. Женщины дежурили в нем по очереди, поддерживая огонь на алтаре и молясь Матери. Постепенно там появились и другие стихии: в углу забил ручеёк, а под сводами пещеры постоянно гудели ветры, напевая странные мотивы, сама же пещера символизировала землю и лоно Матери. Проводя несколько часов в день в этом странном святилище, женщины начинали чувствовать силу растений и понимать животных. Они становились Жрицами. Так как большинство поселенцев было потомками кельтов, то постепенно из глубин памяти и крови всплывали обычаи и ритуалы, которые практиковали их предки. С помощью демонов был составлен местный годовой круг и установлены даты великих праздников. Возвращенные в естественную среду, люди сбрасывали оковы мертвых знаний, правил и обычаев, набираясь сил из самого могучего источника - природы. Так пробежали семь месяцев с момента создания этого мира и пришествия в него магов. ________ Появление вампиров вызвало переполох в уже тихом обществе карманного мира. Для англичан стало открытием, что отсталая, по их мнению, Россия давно обогнала в развитии Европу, столь сильно цепляющуюся за средневековые устои. А клыкастые ученые, коих было большинство среди вновь прибывших, вообще поставили магов в тупик. Сами же вампиры блуждали по окрестностям с какими-то приборами, время от времени сбиваясь в стайки возбужденно делилсь результатами. Среди них была Марена и её телохранители, а так же ещё пять вампиров не намного младше первых созданий ночи, а для них красота и многогранность квантовых полей, присутствующих в округе, не была столь интересна, а вот метода превращения обычного кровососа в “высшего”, а потом и “древнего” являлась давней и животрепещущей проблемой. И если ученую братию Дагда одарил ошейниками, выдал мантры и временно отпустил в леса, то старшие сразу же были отведены в поселение под скалой, где их дожидались доноры. Люди были сильными магами и личностями, но на их беду обладали черными ошейниками, так что им предстояла тяжелая участь. Сначала вампиры ошалели от перспектив и требований, которые описал им Дагда. Но поразмыслив, согласились, тем более, что их правитель полностью поддерживал этого странного человека. А после ритуала, проведенного Фериатом, идеи Дагды просочились и в их сознание, правда на подсознательном уровне. Так что когда Король их озвучил, то старшие вампиры поддержали дикое начинание. По замыслам Короля в поселке будет обучатся боевая элита нового мира. Вот только их ждут не честные бои, а интриги и закулисная война. Дагда хотел из вампиров создать политиков, экономистов, разведчиков и убийц. Им всем предстояло пройти жестокое обучение, и в первую очередь освободить свою темную сторону и выпустить природную агрессию и жестокость. Дагду неприятно удивило то, что ученые, обращенные в детей ночи, остались людьми, просто изменившими свою физиологию. Многие из них питались донорской кровью, некоторые старались отказаться даже от неё, при этом они усердно подавляли свои новые инстинкты, стараясь сохранить человеческую личность. Подобного извращения Бог допустить не мог. Агрессия всё равно остается частью сущности вампира, как и жажда, но при подавлении, она превращается в доминирующее чувство. Стоит случиться малейшему потрясению, и на руках у глав клана окажется обезумевший человек с силой вампира, который устроит кровавую баню. Так что когда ученые набегаются, их ждут глубины пещер, из которых не слышно криков, и высшие и древние вампиры, которым было приказано обучить талантливый молодняк. Дагде не хотелось причинять страдания незаурядным людям, но они сами выбрали Путь детей Тьмы, и теперь им предстоит в полном смысле принять его. Потом, когда вампиры наберутся ума, их задачей будет забота о своих донорах. Многие из магов к тому моменту смирятся со своей участью, но будут и те, кто не отбросит иллюзии на свой счет. И если первые со временем потеряют человечность и станут похожи на хозяев без сильного вмешательства, то вот упрямцев придется ломать, стирая им личность. Именно поэтому Дагда собирал в своём мире души палачей и садистов - для них донорство для вампиров, а потом и обращение были самой подходящей участью. После долгих лет рядом со своими хозяевами эти люди или научатся уважать чужую боль, или превратятся в бездушный инструмент. Но если случится последнее, то смертные потеряют право на обращение и останутся всего лишь имуществом. Послушав возмущения Дагды о том, кого притащил Фериат, вампир рыкнул и ушел во внешний мир. Через двое суток он вернулся с двумя сотнями высших, полностью принимающих и уважающих свою природу. Правда, для этого пришлось забрать лучших людей из Европы и России, но с существующей разницей во времени Фериат надеялся, что их отсутствие не нанесет ощутимого урона планам по захвату мира. Тем более, что зачистка и образование новой иерархии благополучно завершились. С этой же партией появился и Григорий. Маг долго говорил с Дагдой, а потом засел в Школе, заявив, что старикам лучше держаться в месте. Из его слов Король понял, что волхв не собирался возвращаться во внешний мир и с головой ушел в изучение нового. Старик задавал множество вопросов, при этом не стараясь что-либо изменить или осудить, но сами его вопросы иногда становились причиной для глобальных изменений. Результатом одного из них стали занятия по рисованию, музыке и литературные чтения, которые были начаты в Школе. Теперь по вечерам после тренировок в ней собирались кружки по интересам и обучались тому, что было слишком обесценено в магическом мире. Григорий рассказывал легенды разных стран мира, которых он знал множество. Танцы Король попросил преподавать Датхе, она проявила себя как прекрасный учитель, и при этом обладала широкими познаниями в этой области. Многие мужчины засиживались допоздна, наблюдая, как девушки изучают древние танцы Индии, Египта и Азии, а самые смелые потом присоединялись к группе. К тому же суккубка поясняла магическую силу того или иного движения, и как танец можно превратить в оружие или мощный ритуал. Пение, как одно из самых важных начальных умений для мага, Дагда решил преподавать сам. Он рассказывал, как правильно дышать, как ощущать вибрацию в низу живота и петь оттуда, пропуская волну по всему телу. Благодаря этому маги готовили своё энергетическое тело и чакры к дальнейшим занятиям. Улучшающийся день ото дня слух и голос становились магическими инструментами. А иногда, по вечерам, за Школой разводили костер, и маги пели и танцевали до самого рассвета, но больше всего ждали выступления Дагды, ведь он, не стесняясь, исполнял песни своего мира, зажигая сердца слушателей проникновенными текстами и необычной музыкой. В общем, жизнь кипела в новом мире, набирая обороты. ___________________ Мужчина шел по лесу. Он ожидал встречи со своим братом, точно чувствуя, куда ему следует идти. В прошлый раз, когда он направлялся к месту своего обучения, лес казался диким и пугающим, а сейчас он видел, что всё вокруг него пропитано заботой и любовью его брата. Словно растения и животные являются его продолжением, и поэтому они просто не могут желать зла живущим здесь. Гармоничное переплетение Жизни и Смерти образовывало мелодию, слыша которую, душа становилась чище и сильнее. Это было странно и очень красиво. Хотелось прикасаться к каждому дереву или белке, но при этом не возникало желания сорвать цветок или словить красивую зверушку - зачем? Ведь весь это мир принадлежит ему. В сердце зарождался невероятный восторг и любовь. Дойдя до домика, в котором обитал брат, маг сел на траву и стал ждать, когда хозяин появится дома. Ему не хотелось никого беспокоить, тем более, что его присутствие давно ощутили жители этого тихого места. Ждать было уютно и правильно. Раньше маг был нетерпелив и порывист, что привело к множеству ошибок. Годы, проведенные в адских мирах, научили его терпению, а наставница показала красоту молчания. Ему пришлось нелегко, пока он не понял, что раньше боялся тишины. Он был не уверен в себе, поэтому много говорил и пытался заполнить паузы в диалоге действием или словами. Красота тишины стала ему доступна только тогда, когда он перестал ориентироваться на чужое мнение и бояться осуждения. Кто бы мог подумать, что “великий темный маг” был столь уязвим и зависим от окружающих. За прошедшее время он начал ценить прямой контакт со стихиями и по возможности старался находиться к ним поближе. Так обувь для него стала очень неприятной вещью, впрочем, как и большое количество одежды. А вот такой домик в лесу был во много раз более привлекателен, чем огромный замок, набитый магией. Здоровое тело, обретшее гармонию с природой, выставляло свои требования к еде, сну и одежде, и они сильно отличались от того, к чему привык маг. Солнце клонилось к закату, и хозяева вскорости должны вернуться, такое ощущение исходило от дома. Мужчина уже давно начал различать тонкие волны эмоций, исходящие от объектов и живых существ, с удивлением обнаружив, что всё в этом мире живое. Поэтому сейчас он обдумывал такую идею, как “владение”. Как можно чем-либо владеть, если всё живое? Решение этого вопроса он ещё не нашел. Но не собирался бросать свои поиски. Благодаря его Наставнице поиск ответов на вопросы стал его основным занятием. Как оказалось, раньше он избегал неудобных вопросов, чтобы не получить неудобный ответ, и в результате окончил бестелесным духом с покалеченной личностью. Так что он пообещал себе больше не повторять этой ошибки. Внутренняя тишина начала меняться, предупреждая о приближении человека. Маг не знал, кто это - мужчина не был похож ни на одного из старых знакомых, но похоже, его сопровождал брат, хотя его поля почти не фиксировались, так как не вносили искажения в окружающую среду. Когда зашуршали ветки, на поляну вышел блондин в сопровождении импозантного брюнета, в котором было трудно узнать того угрюмого озлобленного подростка, который оставался с Дагдой. За прошедшие месяцы Северус превратился в молодого хищника, уверенно смотрящего на мир. Вся его дерганность и неуверенность остались в прошлом, уступив место любопытству и авантюризму, которые набирали силу в личности парня. Его тело приобрело грацию кошки или змеи и притягивало своими формами и силой. Это всё ещё был молодой зверь, но с каждым днем его зубы и мышцы приобретали крепость и смертоносность. Он никогда не будет таким мощным как сам маг, но его главным оружием станет скорость и ловкость, помноженная на хитрость. И самым удивительным было то, что парень вполне откровенно разглядывал старшего мага, явно оценивая его как потенциального партнера. В адских мирах мужчина перестал относиться к сексу, как к чему-то особенному, но столкнуться с такой реакцией у своего бывшего Пожирателя он не ожидал. Что же такое сделал с ним брат, что Северус так изменился за какие-то семь месяцев? - Здравствуй, брат, - спокойно поздоровался Дагда, словно они расстались утром. - Я рад вернуться, - ответил маг отмечая, что стал гораздо выше и мощнее Короля, хотя раньше они были одного роста и комплекции. - Сколько для тебя прошло? - Чуть больше ста лет, - сказал мужчина поднимаясь с травы и садясь за стол, который Дагда накрывал вместе с двумя мальчишками, выскочившими из леса. На одном был серый ошейник, а на втором серый с черными полосами, при этом оба выглядели вполне здоровыми и счастливыми. - Как мне тебя называть? - Я пока и сам не знаю. Волдемортом уже не хочется быть, Том для меня маловато. Может, что предложишь? - усмехнувшись, пророкотал темный маг. - Думаю, тебе нужно личное имя, только для этого мира и друзей. Как тебе по ощущениям Карден? - заканчивая хлопоты по хозяйству и беря чашку в руки, сказал седой блондин. - Карден. Это с кельтского “черная крепость”? - примеряя на себя себе имя, как одежду, поинтересовался брюнет. - Да. Или “черная башня”. Мне кажется, что моему брату такое имя подходит, - улыбнулся небожитель. - Но как бы ты не отнекивался, ты всё ещё Волдеморт. - У тебя на меня большие планы, - утверждал, а не спрашивал маг. - Да. Но ты ещё не готов. Пока что будешь учиться вместе с Северусом. Хорошо, что решил взять ещё одно имя, звать к обеду Волдеморта - перебор даже для меня. Темный маг расхохотался, словно где-то пророкотал обвал. -А чему учить-то собрался? - сразу перешел к делу мужчина. - С утра боевые искусства, а потом - кулинария, - беззаботно сообщил Дагда. - Да я как-то и так могу приготовить обед. Пришлось научиться, - скривился брюнет. - Вот завтра и проверим. - Ладно, - маг решил подождать и посмотреть, что его ждет, а пока переключился на второго человека, сидящего за столом и активно его разглядывающего. - Малыш, перестань есть меня глазами, а то может оказаться, что кусок тебе не по зубам. Северус приподнял бровь и с вызовом посмотрел в глаза бывшему хозяину. Если честно, то мужчина привлекал его, как огонь мотылька. От него веяло невероятной мощью, а удивительная фигура атлета делала его неотразимым. Но больше всего манила аура, наполненная чистым огнем. Даже у демонов она была слабее. Для себя Снейп решил, что Волдеморт станет его тестом. Если молодому магу удастся заинтересовать такого мощного и опасного человека, то любого другого соблазнить будет легче легкого. Все эти размышления были прерваны громким и заливистым смехом Дагды, наблюдавший за игрой, которая началась между его двумя учениками. Карден удивленно посмотрел на брата. - Ой! Братишка! Похоже, на тебя охоту объявили! - еле выговорил Дагда. Такого поворота событий бывший Лорд явно не ожидал и удивленно уставился на наглого мальчишку, который посмел бросить ему вызов. - А не боишься за свою шкуру? - решил уточнить Волдеморт. - А вы не переживайте за моё здоровье. Я сам о нем позабочусь, - едко ответил Северус. После этих слов Дагда зашелся в новом припадке смеха. Похоже, ученик начал пробовать свои силы, и учителя ждут веселые времена. _______________ Проснувшись вместе с солнцем, Карден пробежался до реки, по привычке поплавал, заодно совершая утренние процедуры. Вернувшись к дому, он обнаружил всю честную компанию. Брат готовил завтрак, а мальчишки и Северус таскали воду и съестные припасы. Через полчаса все сидели за столом и вдумчиво ели. Дагда был против бесед во время еды, хотя сам иногда нарушал это правило. После завтрака все отправились в Школу. Тут-то Дагде в голову и пришла идея подшутить над Мастерами. - Карден. Твоя вторая форма дракон? - уточнил он на всякий случай. - Да, - настороженно ответил мужчина. - Хочу предложить шалость, - хитро улыбнулся Бог. - Что ты ещё придумал? - У наших наставников есть легенда, связанная с тигром и драконом, вот хочу их удивить. В Школу ведут две дороги: одна с запада, а вторая с востока. Я в форме тигра пойду с запада, а ты в форме дракона с востока, а потом встретимся на главной площадке школы и уляжемся кругом, - почти давясь от смеха, предложил блондин. - И что тут смешного? - не понял темный маг. - Потом увидишь. - Ну ладно. Покажешь дорогу, по которой идти, - нехотя согласился Карден, изменяя форму. Северус с Волдо с восторгом и завистью смотрели на громаду, в которую превратился бывший Темный Лорд. Северус не мог не признать, что теперь Волдеморт заслуживал тот титул, что носил раньше, и стоит ему появиться во внешнем мире, как за ним пойдут как темные, так и светлые волшебники, которые ценят силу и знания, потому что маг стал воплощением самой большой силы в магическом мире. А вот Сандро что-то прикидывал в уме и делал выводы, уж больно расчетливым был взгляд мальчишки. Карден с удивлением посмотрел на белого тигра, появившегося на месте брата, он ожидал чего-то более грозного, но кошка лишь фыркнула на мысли темного мага и поманила его за собой. Через десять минут позиция была занята, а Северус с парнями добрался до Школы, что-бы наблюдать шоу с первых мест. Дагда редко разыгрывал людей, и всегда его шалости имели множество назначений. Как правило, они служили уроком одному из зрителей или участников, а иногда и многим. Вот и сейчас зельевар гадал, кого же на самом деле хочет разыграть Учитель. Забравшиеся на места для зрителей, маги стали ожидать прибытия черного дракона и белого тигра. Шум поднялся уже через пару минут. Ученики Школы издалека заметили черную громадину, вышагивающую в сторону их обители, попыхивая огнем. Маги, коих было подавляющее большинство среди учащихся, приняли боевые стойки и собрались защищаться от магического чудовища, а вот маглы вели себя странно. Они словно впали в ступор, а потом Старейшина приказал проверить западный вход. Когда ему сообщили, что по дороге идет белый тигр, старик печально вздохнул и приказал распахнуть ворота и ни при каких обстоятельствах не атаковать животных. Его решение попытались оспорить, но он напомнил, что маги находятся в его доме и не имеют права указывать хозяину, и в добавок вольны идти, куда хотят. После этой речи большая часть волшебников покинула Школу, собравшись на холме неподалеку. Слишком велик страх был у магов перед магическими существами, особенно такими грозными, как драконы. Странные гости прошли через ворота, при этом дракон планомерно дышал пламенем, как заправский огнемет, но старался ничего не сжечь, а тигр грозно рычал на людей, стоящих, по его мнению, слишком близко к проходу. Встретившись на середине пути, то есть на площадке для поединков, животные улеглись, образуя круг из своих тел. Старый китаец с восторгом взирал на происходящее, ведь в каждой семье, даже не верящей в легенду о Шаолине, знали детские стишки, возникшие словно из ниоткуда. Их начали петь дети в разных уголках Китая, и никто не заподозрил неладного до тех пор, пока эти дети не выросли, и большинство из них не попыталось воплотить легенду. Но тогда уже было поздно, песенка расползлась, как пожар. Это было лет сто тому назад, и до сегодняшнего дня люди не знали, как эти стишки связаны с древней Обителью, кроме упоминания в них легендарных животных. С востока черный дракон, с запада белый тигр, Круг образуют тела, гармония приходит в мир. Суд их будет строг, но спокоен чистый душой, Ведь приходит срок встретить огонь с водой. Последние строки так и остались пока загадкой, но маглы уже не сомневались, что вскорости узнают их значение. Зрители, занявшие места на трибунах, наблюдали за разворачивающимся спектаклем. Даже Северус не сомневался в том, что если бы Мастера могли испепелить братьев взглядом, то на утоптанной площадке уже возвышалась бы большая кучка пепла. Но азиаты оказались быстры на месть, и как только выяснилось, что натворившие столько переполоху животные - это Дагда со своим спутником, дочь Старейшины метнулась в дом и через несколько минут притащила два старинных кимоно с прекрасной вышивкой на спине и груди. На одном красовался тигр, а на втором - дракон. После чего азиат стал перед магами на колени и предложил им одежду, зло процедив: - Вздумаете не одевать их, сделаю здесь же сеппуку. Угроза возымела действие, правда только на Дагду, так как его брат не был посвящен в тонкости азиатской культуры. Но это не помешало ему почувствовать, что он влип. Своими действиями Дагда запустил исполнение древнего пророчества и смог убедить маглов, что они не просто играют в игры, а действительно стали частью древней Легенды. Над зданиями, как по волшебству, взметнулись стяги с двумя животными, а ученики старались нанести их изображения на любую поверхность. Дагда считал это излишеством, но Старейшина и Григорий только хмыкали и говорили, что он ничего не понимает. С этого дня в школе братьев называли только Тигром и Драконом. В последствии эти клички вошли в постоянный обиход, особенно среди воинов нового мира. ______________ Занятия Кардену очень понравились, с его физической формой и типом магии боевые искусства стали тем, что завершило трансформацию в Воина. Петь и рисовать он полюбил ещё в адских мирах, и теперь многие наслаждались его необычным голосом, который рокотал, как костер или обвал. Часто Северус выходил в круг и начинал танцевать под пение Волдеморта. В первый раз это смутило темного мага, но потом ему самому понравилось наблюдать за тем, как молодой брюнет передает его песню движением, при этом он не мог не признать, что паршивец хорош. А занятия с Дагдой размораживали душу, огрубевшую в адских мирах. По возвращении с первой тренировки Учитель собрал всех жильцов дома и сделал ряд сообщений: - Сандро, Волдо. Хватит прятаться по кустам. Вечером вы идете на тренировку как ученики, - мальчишки заорали, не сдержав эмоций, на что Дагда и Северус только улыбнулись, а Карден недовольно скривился. - Так же с сегодняшнего дня все вы будете обучатся у меня. Первым вашим заданием будет принести воды, - заявил довольный собой блондин. - И что тут сложного? - не сдержал удивления темный маг. - В общем ничего. Вот вам каждому по пять баночек, - сказал Учитель, выдавая сумочки с маленькими стеклянными склянками, на которых были цветные крышки. - Ваша задача до вечера принести мне в них воды. Обратите внимание на цвет крышек - он разный. Маги продолжали недоуменно смотреть на наставника. - В округе есть пять источников, их не трудно найти, из каждого наберите воды. В банку с черной крышкой ту воду, что питает, с красной - что дает силу, зеленой - исцеляет, белой - очищает, а с прозрачной - что забирает силу. Пока не выполните задания, можете не возвращаться. Вот тут ученики и оценили подвох. - А как нам её отличить? - растеряно спросил Северус. - По вкусу, - совершенно убежденно ответил Дагда. - Но ты же сказал, что будешь учить нас готовить? - всё-таки решил удовлетворить любопытство Карден. - А я и учу, - ответил наставник и направился в лес. - Только мой вам совет - ищите ответ сами, - послышалось уже из-за кустов. Советом пренебрегать не стали. Но Карден всё же спросил расположение местных источников, так как он тут был новеньким и не хотел потратить весь день на изучение окрестностей. Оказалось, что три источника бьют из скал в лесу, четвертый наполняет небольшое озерцо неподалеку от хижины, а пятый не знал никто. Первым догадался Волдо. Громко хлопнув себя по лбу, он сказал, что река и есть последний источник. С ним все согласились. А вот потом началась веселуха. Уже к обеду маги опились воды до икоты, но только у Северуса получилось определить два вида из пяти - помогли навыки зельевара. До тренировки не успели, а за ужином выяснилось, что их ожидает пост и запрет на остальные уроки до выполнения задания. Первыми справившимися оказались Северус и Волдо, случилось это на третий день. Как выяснилось, голодовка обостряет восприятие энергий в продуктах, и маги смогли различить тонкие отличия в ощущениях, что дарила вода. Последним управился Карден на шестой день. Тогда Дагда собрал их всех и заставил сварить по горсти риса на каждой из вод. Эта незамысловатая пища стала рационом магов на два дня, и при этом они посещали тренировки. Но к концу второго дня Северус первым почувствовал различие в сваренном рисе. От одного клонило в сон, второй давал бодрость и сытость, третий вызвал понос, и т. д. Дальше задание усложнилось. Дагда заставлял каждого испытать яркую эмоцию, варя рис. Кардена довели до ярости, Северуса заставили испытать радость, Волдо грустил, а Сандро недовольно бурчал. В результате от риса Кардена и Сандро магам стало плохо, рис Волдо нагнал тоску и голод, а рис Северуса вызвал сильный прилив сил и сытость. После этого Дагда позволил им нормально наесться, и приступил к разбору опыта: - Что вы поняли за прошедшие дни? - Вода может менять свойство еды, - выпалил Волдо. - Ну, это известно со второго курса любому школьнику, - пробурчал задумчиво Северус. - Вода влияет на свойства зелий, но я раньше не замечал, чтобы она влияла так сильно, в общем, как и эмоции. - Не замечал - ключевое слово, - ответил Дагда. - А почему мы варили рис, а не чай? - не унимался Волдо. - Потому что он сорбент, - машинально ответил Сандро, глубоко о чем-то задумавшись. - Правильно. Рис не несет своей энергетической окраски, он впитывает энергию воды, огня, воздуха и человека. Поэтому это идеальный продукт для начинающего кулинара. - Так что вы узнали? - Чем сильнее развита энергетика человека, тем сильнее на него влияет пища, которую он потребляет, и настроение, с которым она сделана, - ответил Северус. - Правильно. И для этого не нужно быть магом. Любой, живущий в гармонии с природой и самим собой, отдаст предпочтение горсти риса, сваренного с любовью в чистой воде, отвергнув изысканное блюдо сделанное расстроенным поваром из продуктов, лишенных жизненной силы. С этого дня мужчины учились добавлять в рис по одному ингредиенту. Иногда это были ягоды, иногда - мясо или рыба, но всегда имелся выбор, и всегда они всё определяли по вкусу и по тому, как еда влияет на их тела. Для такой цели идеально подходила японская кухня, так как там ценились чистые вкусы. В ней множество компонентов и сложность обработки заменялась качеством ингредиентов и любовью повара. Никого не удивило, что Северус первым освоил эту премудрость и влюбился в незатейливую кухню детей страны Восходящего Солнца, ведь она была просто кладом для любого алхимика. После этого наставник перешел к чаю и кофе, заставляя магов изменять свойства напитков на нужные просто желанием. До этого дня ни Северус, ни Волдеморт не знали, что чай может вогнать в транс или взвинтить активность психики до предела, а кофе - действовать не хуже снотворного. Второй наукой, которой стал обучать их Дагда, оказалось ощущение жилого пространства. Учитель забавлялся, говоря: “К концу обучения вы станете чудными декораторами”. Он заставил их вынести всё из их комнат, а потом вносить по одной вещи, прислушиваясь к себе. С этим заданием первым справился Карден. Он четко смог ощутить, куда нужно поставить кровать, тумбочки и даже сам нарисовал какой-то узор на стене, завершив энергорисунок комнаты. Сложнее всего пришлось Северусу и Сандро. В результате им предложили вырыть себе нору в земле и пожить там недельку в одиночестве. К концу недели Сандро четко смог определить расстановку мебели и предметов в своей комнате, а вот Северуса пришлось выкуривать из его берлоги, так как он там прижился, поэтому наставнику пришлось разрешить ему ночевать в норе. Постепенно части мозаики складывались в целое, и маги начали ощущать всю красоту и многообразие окружающего их мира. Дагда называл эту науку внутренней алхимией, он утверждал, что благодаря ей человек может менять своё состояние с молниеносной скоростью, при этом используя самые обыденные средства. Северус уже не мог дождаться того момента, когда сможет опробовать новые знания в зельеварении. У него начинала кружиться голова от одной мысли: какой силой будут обладать зелья, если их приготовит алхимик. Поэтому он полностью ушел в изучение того, как взаимодействуют человек и окружающий мир. Следующим их открытием стало то, что изменяя своё состояние, они меняли и всё своё окружение, и если Северуса интересовали предметы, в основном ингредиенты для будущих зелий, то Кардена больше занимали люди. Он и раньше замечал, что сильные личности влияют на окружающих, но теперь смог в этом разобраться и осмысленно использовать это умение. Иногда ему стоило успокоиться, как спорщики рядом с ним тоже затихли, а если он хотел поделится своей яростью, то могла возникнуть нешуточная драка, при этом ему даже не нужно было говорить. Ощущение окружающего пространства стало базой для ритуальной магии, которая покорила Волдо. И только Сандро не мог найти своё увлечение и избавиться от черных отметин на ошейнике. Его друг уже давно стал свободным, но ему некуда было возвращаться, поэтому он жил у Дагды, став учеником, а Сандро сам не мог справиться со своими демонами. Однажды парень не выдержал и подошел к Дагде, когда тот был один. - Простите. Мне нужна помощь, - обреченно сказал подросток. - Садись, - ответил мужчина и показал на траву рядом с тем местом, где он сидел. - Что тебя беспокоит? - Я неисправим. У меня не получается избавиться от этой заразы! Вон Волдо уже и не думает причинить кому-то боль. Недавно он так убивался над лисенком, сломавшим ногу, что та у того срослась, а я стоял и понимал, что мне всё равно, - признания рвались из парня, обнажая его боль и стыд. Он уже понимал, что с ним что-то не то, но поделать ничего не мог. - Тебя не пугает наказание, и как я понял, ты и не рвешься мучать всех подряд, - уточнил Дагда. - Да. Но чужие мучения мне скорее интересны, чем противны. В добавок я не могу забыть то пьянящее чувство полного контроля над жертвой, что было у меня, - говоря это, парень почти плакал. - Честно говоря, я не вижу проблемы. Если ты можешь удержать себя от причинения боли другим, то всё в порядке, а жажду доминировать можно выпустить по другому, например в сексе. Ты же видел мои игры с Северусом, - немного беззаботно ответил наставник. - Да. Видел. И мне было бы интересно попробовать, - слегка покраснев ответил мальчишка. - Но тебе нужно понять, чтобы научиться доминировать, тебе придется побывать в шкуре покорного. - Но я не чувствую тягу к своему полу, - ещё больше смутившись, сказал Сандро. - В таких играх секс не обязателен. Ты же не будешь заниматься сексом со своим сыном, подчиненным или питомцем, а ведь эти отношения - тоже доминирование и подчинение. Услышанное заставило парня задуматься. Когда он всё обдумал, то снова заговорил. - Я думал о возможности попасть в адские миры. То, как изменился Темный Лорд, просто удивительно. Я был маленьким, но помню, как он приезжал к нам в поместье, тогда он был совсем сумасшедший, а теперь он ТАКОЙ!!! Под конец мальчишка засмущался и сник. - Этот путь не закрыт для тебя. Но ты слишком мал. Если сейчас я пущу тебя туда, то ты очень долго не вернешься обратно. Тем более, что Госпожа Смерть не будет оберегать тебя. А значит, тебе необходимо стать как можно сильней, и тогда ты, возможно, не забудешь, зачем туда попал. Услышанное воодушевило Сандро, и с этого дня мальчишка с удвоенной силой взялся за занятия. За этими хлопотами никто не заметил пролетевшего времени, и для Дагды стало неожиданностью знание, что Нарциса рожает.