О дожде и любви с первого взгляда

— Доброе утро, — Коллинз улыбнулся. Дженсен, замечательный сонный Дженсен, который вечером признался в своей влюбленности в него, лежал сейчас совсем рядом, и уже ничто не могло испортить ему настроения. — Тебе того же, Миш, — Дженсен улыбнулся ему в ответ и сжал его руку своей. — Сейчас часов десять… Ну что, еще поспим или будем вставать? Эклз вдруг повернул к нему голову и поцеловал. Уверенно, глубоко, совершенно не стесняясь проявлять свои эмоции. — Ммм… — довольно причмокнув, протянул Миша. — Если это — поцелуй перед сном, то я после такого точно не усну. — А если… нет? — Тогда я не против не спать еще полчасика… Или до вечера… Или вообще уже не спать… Дженсен начал одну за другой расстегивать пуговицы на рубашке Коллинза. У того перехватило дыхание. Казалось бы, все к тому и шло, но как же это волнующе. И Дженсен — такой сосредоточенный и, кажется, уже немного возбужденный, несмотря на сонливость. Пуговицы как-то быстро кончились. Дженсен замер, все еще цепляясь за край рубашки, а Миша повел плечами, и рубашка соскользнула на кровать, оставляя его по пояс обнаженным. — Мы могли бы… — Эклз провел рукой по его груди, а потом оставил на ней влажный поцелуй, четко обозначивая свои намерения. — Если ты хочешь. Тебе же нужен секс. Последняя фраза заставила сомневаться в том, что секс нужен самому Дженсену. Миша тихо рассмеялся и поцеловал его в шею, и в щеку, и в нос, а потом отстранился, ласково улыбаясь и отмечая в зеленых глазах растерянность. Он не знает, получится у них что-нибудь, но в этот раз точно уверен в том, что это — не просто увлечение. Потому что он готов ждать, действительно готов ждать того момента, когда захочет не он сам, а Дженсен. — Нет, Дженс. Только если ты тоже хочешь, — прошептал Миша, вжимаясь в него всем телом. И не потому что он был возбужден, нет, не только из-за этого, а потому что просто хотелось чувствовать тепло, исходящее от Дженса. — Мы можем сейчас просто пообниматься и пойти завтракать, правда. Дженсен поцеловал его, чувствуя себя еще счастливее, чем вчера. — Спасибо. Я просто волнуюсь немного, ну, давно не было и все такое… — Не парься, я понимаю. И, кажется, готов ответить… Важно. Ты стал важен для меня, Дженс. И переспим мы или нет — этот факт не изменится. Так что я не настаиваю. — А мог бы, — Эклз усмехнулся и медленно стянул футболку через голову. — Я хочу тебя. И, раз уж теперь могу быть уверен, что после секса ты не выгонишь меня на улицу с пачкой денег в кармане… Давай сделаем это. — Никаких денег и улиц, — пообещал Миша, обнимая его и укладывая на кровать. — Даже если будешь очень просить. — Вот и отлично, — прошептал Дженсен и впился в его губы поцелуем. Тот застонал, отвечая на поцелуй и стягивая штаны, чтобы дать больше свободы напряженному члену. А если снять и боксеры тоже, он упрется в живот Дженсу… Мише казалось это идеальным положением, пока рука Дженсена не обхватила их члены, соединяя и поглаживая. Позволив ему таким образом мучить их несколько секунд, Миша отстранился. Мало, слишком мало… — Подожди… Он нашарил презервативы и смазку прямо под кроватью, а когда разогнулся, то увидел, как Дженсен дрочит, запрокинув голову. Миша аккуратно потянул за одеяло, чтобы оно не закрывало ему главную часть этой чудесной картины. Эклз перевел на него затуманенный взгляд и остановился, хотя руку с члена не убрал. — Продолжай, — попросил Коллинз и накрыл его руку своей. — Я помогу. Они стали двигать руками в такт, и это простое, казалось бы, действие, заводило обоих. Через минуту Миша отстранил его руку и встал на четвереньки, опуская голову к его паху. А потом резко захватил член в плен своего рта и начал энергично двигать головой, наслаждаясь приглушенными стонами и рваными полувздохами-полувсхлипами. — Дом новый… Тут… Нет соседей… Громче… — прошептал Коллинз, задыхаясь. Провел языком вдоль всего ствола, давая себе — и Дженсену — небольшую передышку и снова принял член в рот. Он старался делать все максимально хорошо — втягивал щеки, прятал зубы и проталкивал глубоко в горло. И был вознагражден низким стоном, сорвавшимся с полных губ. — Мииииша… Но через несколько секунд Дженсен отстранил его. — Я сейчас кончу. — Так это же отлично, — Миша улыбнулся, облизываясь. — Я мечтал довести тебя до оргазма. — Нет. Я хочу… Иди сюда. Он послушно перебрался к Дженсену, а тот вручил ему смазку и презерватив и раздвинул ноги. Все было ясно без лишних слов, и Миша выдавил смазку на пальцы, которые чуть подрагивали от нетерпения и волнения, и аккуратно ввел один палец. Обычно он почти не заморачивался с подготовкой, но то — обычно, а это — Дженс. — Если будет больно — скажи. Дождавшись согласного кивка, Миша продолжил. Дженсен потихоньку расслаблялся, и пальцам двигаться стало легче. — Давай уже, — нетерпеливо попросил Дженсен, подаваясь вперед. — Ляг набок. Коллинз надел презерватив, добавил смазки и медленно вошел в него, целуя в напряженную шею. — Расслабься, просто расслабься. Все хорошо, Дженс… Дженсен повернул к нему голову и благодарно усмехнулся. И тут же застонал от нахлынувших волной ощущений — видимо, Миша нашел «ту самую» точку. — Быстрее… Одного этого слова было достаточно, чтобы он почти потерял контроль и стал двигаться беспорядочно, рвано, стараясь проникнуть с каждым толчком глубже… Они оба абсолютно перестали сдерживаться и выпустили свои эмоции наружу — стонали, кусались, водили руками по телу, приближаясь к разрядке с каждым толчком, с каждым касанием… Слияние их тел и душ нарушил звонок телефона. Nirvana. Вначале они не обратили внимания, да и просто не хотели отвлекаться, но аппарат продолжал настойчиво звонить, раздражая. — Может быть… Что-то… Важное? — задыхаясь, спросил Дженсен. — К черту. Важное — мы, — лаконично ответил Миша и чуть изменил угол проникновения, заставляя того застонать, забывая и телефон, и даже собственное имя. У Эклза осталось только жалобно-просящее: «Мииииш». Мелодия сменилась на уже почти привычную System of a Down. Плохо — кто-то из семейных. Наверное, Викки или отец… — От-веть… Вдруг… Охх.ох.тец? Оторваться от Дженсена, такого тесного, жаркого, страстного — ради какого-то дурацкого телефона? Ну уж нет! — Да ты издеваешься! — Миш… Миша протянул руку, но вместо того, чтобы нажать на кнопку ответа, с силой смахнул телефон на пол. — Это же подарок… — тихо сказал Эклз. — Заткнись и дай мне кончить. Тот тихонечко рассмеялся, но замолчал, лишь сильнее подаваясь назад. Сейчас он был готов любить весь мир — эту кровать, и дурацкий телефон, Мишу… О, любить Мишу у него получилось бы лучше всего, он уверен. — Можешь…? Коллинз понял все с полувзгляда и обхватил член Дженсена рукой. Не прекращая толчков, он несколькими движениями довел его до оргазма, а следом кончил и сам. — Уфф… — выдохнул Миша, слезая с него и практически падая на кровать. — Дааа, — протянул Дженсен. Перед глазами плясали цветные круги, поэтому смотреть на любовника он не решался. — С сексом — оно все-таки как-то лучше, чем без него, если речь о тебе. Коллинз только улыбнулся и потрепал его по голове. Хотелось лежать так и дальше, но тело требовало водных процедур. — Можно в душ? — Конечно. Полотенца там есть, одежду бери… Ну, в общем, разберешься, — Миша подмигнул и натянул на себя одеяло. — А я подремлю. Извини уж — с тобой не пойду, мне слишком лень куда-либо ползти. Дженсен слез с кровати и чуть не наступил на телефон. Точнее, на аккумулятор — корпус валялся рядом отдельно. — Телефон, — напомнил он, кидая части любовнику. Тот рефлекторно поймал и решил соединить. А Дженс, выбрав одежду попросторнее и посвободнее — с намеком на дальнейшее раздевание, потопал босиком в ванную комнату. На душе было легко как никогда, да и физическое состояние тоже радовало…