Телепатия

— Мда, ты не соврала, — заметила Вика громко, на английском. Я укоризненно взглянула на нее, отпуская Билли. Тот вопросительно взглянул на меня. — Ты рассказала ей? — удивился он. — Мне пришлось, — пожала я плечами. — Ого, ты, видимо, и вправду ее лучшая подруга! Билли, — проговорил он и протянул руку для рукопожатия. Вика с сомнением взглянула на его ладонь и неуверенно пожала ее, назвав свое имя. — Большинство не верит. Майк, например, до сих пор не верит, хотя доказательство стоит прямо рядом со мной. Он ехидно взглянул на меня, а я обиженно надулась. — Я не доказательство! — фыркнула я. — Ох, прошу прощения, мисс живое доказательство, — ехидно подметил он, на что я обиженно ударила его в плечо, а он сыграл так, будто бы ему действительно больно. — О нет! Прекрати, о страшная и сильная обиженная женщина! — Я буду кричать в мыслях! — Очень страшная угроза, учитывая, что я могу поставить блок, — заметил он, все продолжая улыбаться. — Кстати о мыслях… Ты там недавно только паниковала что-то… Я метнула взгляд на Вику, которая мотала головой из стороны в сторону, начиная вновь краснеть. Я, вспоминая о том, что кроме мыслей, когда мы начали находится так близко, можно было прочитать и образы и эмоции, ощущала подступающую панику. — Ну… Боялась, что не успею, да-а-а, — протянула я, взглядом зовя Вику о помощи. Но та только широко в испуге раскрыла глаза, и вновь замотала головой. — Просто забей, да-да. Армстронг как-то очень обаятельно и, не могу не заметить, сексуально улыбнулся одним уголком губ, и я была уверена, что упаду. Потому что мне показалось, будто земля стала до ужаса мягкой, или что она пропала вовсе. — Я знаю, — хрипло произнес он. — Ничего ты не знаешь, Джон Сноу! — воскликнула я, вернувшись в реальность. Билли резко переменился в лице. Я увидела удивление, пока он не засмеялся, чуть не согнувшись пополам. — Что за смех, а Тре нет? — раздался еще один голос, и я взглянула на Вику, которая тут же побледнела. К нам подошел Майк. Уверена, что в голове моей подруги вновь пронеслась картина, которую она видела несколько минут тому назад в гримерке. — О! Майк! — воскликнул Билли. — Знакомься, это Алиса. Алиса, знакомься, это Майк. — Приятно, — растерянно произнес Дернт. — Мне тоже, но Билли, я и так… — Нет-нет-нет! Во-первых, представить вас друг другу необходимо. Во-вторых, ты не знаешь ни его, ни Тре так, как я. — Но ты ведь рассказывал… — вновь напомнила я. — Ты не понимаешь, это другое!.. — Да-да, конечно! — Эм… — решил остановить нашу «перепалку» Майк. — Я все понимаю… хотя нет, не совсем все понимаю, а точнее, вообще ничего. Но… Мы с Билли обратили внимание на Майка, который смотрел на Вику. Девушка вдруг как-то переменилась. Из той напористой подруги, резко стала скромняшкой-стесняшкой. Правой рукой она держалась за локоть левой, которую она прижала вдоль тела. И взгляд еще потупила. И эти ее заплетенные косички только делали хуже, сбавляя возраст и делая образ скромницы более ярким. — Это моя подруга, — проговорила я, тут же подскочив к Вике и приобняв ее за плечи. Она дернулась и с ужасом посмотрела на меня. — Лучшая подруга. Виктория Середова. — Эм, привет, — она махнула рукой. — Привет, — растерянно произнес Майк. Мы с Билли переглянулись, пытаясь понять, что сейчас вообще происходит. И почему эти двое так странно смотрят друг на друга. Я отпустила подругу и отошла от нее на пару шагов. Билли сделал то же самое. Мы оставили парочку друг с другом. — Это странно, — хмыкнул Билли. — Не стандартное поведение? — заметила я. — У Вики то же самое. — Мне кажется… — начал было Армстронг, как дверь в гримерку с грохотом распахнулась. За направляющимся к нам Тре, я заметила Джейсона Уайта, который закатил глаза. Кажется, ему не понравилось действие Фрэнка, но я не уверена, что правильно распознала эмоцию. Кул направился к нам с каким-то странным суровым выражением на лице. — Вы, значит, тут уже с девушками кутите, а меня не позвали?! — воскликнул он, указав на Билли и Майка. Притчад схватился за лоб, показывая типичный пример того, как должен выглядеть «фейспалм». И Билли прикрыл рукой глаза и тихо засмеялся. — Вот обижу на вас, буду плакать в подушку по ночам и писать в свой розовый дневник о том, какие вы все плохие! — Я думала, дневник должен быть зеленым… — протянула Вика, и Майк удивленно взглянул на нее. Да, Майк, она умеет говорить. — Нет-нет, для таких случаев он должен быть розовый! — помотал головой Тре. — Да и чтобы и подушка, в которую я буду плакать, тоже была розовой-розовой! — Тре, — произнес Билли. — Знакомься, это… Алиса, а это Вика. И они не девушки для кутежа. — Оу, то есть… — протянула я. — Да за такое девушки пощечины дают! Или сразу бьют! Или оскорбляют в ответ! — Хороший выбор, скажи? — злорадно ухмыльнулся Билли. — Давай-давай, выбирай. — Выбираю оскорбления! Хотелось бы сегодня обойтись без рукоприкладства, — заметил Тре. — И, прошу прощения, я же не знал. — О, он все-таки догадался извиниться, — хмыкнула Вика. — И прошу, поинтереснее оскорбляйте, — закивал Фрэнк. Майк засмеялся. Мы с Викой переглянулись и улыбнулись друг другу. — Кактус ты засушенный, — проговорила я на русском, постаравшись сыграть так, будто я говорю что-то очень страшное и злое. — Утенок ты гадкий! — поддержала меня подруга. — Это нечестно! — воскликнул Тре. — я же не понял ни слова. — В этом и прикол, — ослепительно улыбнувшись, протянула Виктория. — В самое сердце, — схватившись за грудь, трагично произнес Фрэнк. — Кстати, я вообще-то тут… — Вика замялась. — Короче, Пол, ну, вы знаете, кто это, попросил вас поскорее собраться. Потому что перед поездкой в отель, вы едете ужинать в ресторан русской кухни. — М, поздний ужин, — протянул Билли, потянувшись. Футболка поднялась, и я не удержала своего взгляда от открывшегося вида на его живот. Я еще подумала, что у Армстронга штаны держаться на одной силе мысли. Иначе я не могла объяснить, как они не упали, открывая вид… Вика ткнула меня локтем в бок. Я кашлянула, в кулак, пытаясь скрыть свое внезапное смущение. — Борсч, — протянул Тре. — Столько о нем слышал, и хочу попробовать. — Но это не русская… — начала было Вика, на что я шикнула на нее. — Ты их запутаешь. Да и, можно рассказать об этом за ужином. — Эм, не хотелось бы тебя расстраивать, но нас не приглашали, — заметила подруга. — Мисс, — вдруг произнес Майк, который подошел к нам с Викой. Он протянул руку, как будто приглашал на танец. И сам при этом пытался подавить улыбку и выглядеть серьезным. — Могу ли я пригласить вас? — О, только с удовольствием, мистер, — кокетливо проговорила Виктория, вкладывая ладошку в его протянутую руку. — Это, конечно, мило, но конкретно с вами мы все равно не поедем, — заметила я, и на меня все обратили внимание. — Фанаты там вас ждут, знаете. — Так можно сказать Полу, чтобы пока мы тут все собираемся, — Билли укоризненно взглянул в сторону гримерной. — Водитель вас забрал. С парковки там, или еще откуда. Все фанаты все равно будут ждать из другого выхода нас. — Я позвоню ему, — заметил Майк. Я тяжело вздохнула, а потом ощутила вибрацию своего телефона. Я открыла сообщения. Это был мой шеф, Макар, который прислал несколько смайликов с пальцами вверх. А потом написал, что работа была сделана отличная. Я оглядела тех, кто стоял тут у гримерки. Билли болтал с Тре и смеялся. Майк и Вика, кажется, уже начали флиртовать друг с другом… как-то быстро, нет? Джейсон, о котором, кажется, все забыли, облокотился о стену и залипал в телефоне. Оставался только Матика и Фриз, которые что-то задерживаются в своих сборах. «На сегодня моя работа окончена?» — написала я в ответ. «Конечно да, персонал знает свою работу, и ты это знаешь. Но к чему ты спрашиваешь?» «Да у меня тут наметилось одно мероприятие… И, не хотелось бы загадывать, но скорее всего завтра я поеду в Питер» «Это как-то связано с требованием Армстронга видеть тебя в зале? Вы знакомы?» «Да, мы знакомы. И можно сказать, что да, связано» «Тогда я выпишу тебе отпуск. Все-таки, год с предыдущего почти прошел. Отчеты потом сделаешь, они не так важны» «Но меня не будет только два дня…» «О, Остроумова, я уверен, что это не так. Потом еще спасибо скажешь. Все, не отвлекаю тебя от общения со знакомым» Я в замешательстве смотрела на последнее сообщения Макара, пытаясь понять, на что он намекает? Он думает, у меня с Билли что-то вроде отношений? Или что? Откуда вообще такие предположения? Да, у Армстронга была странная просьба (приказ) насчет меня. Да, мы знакомы из-за этой ментальной связи. И хотя он прямо не звал меня ужинать с ним (и не только)… И он не звал меня в Питер! Я просто предположила такой исход, учитывая, как мало у нас времени. — Пол сказал, что машина вас ожидает на парковке, — проговорил Майк. — Номер… — А, так мы все-таки везем их с собой на ужин? — удивился Тре. — Ну, э-э-э, — протянул Билли, понимая, что ему нужно объяснить нашу с Викой роль. А точнее, кто я вообще такая, и почему подруга со мной прилагается. Хотя ее пригласил Майк, так что тут претензий быть не должно. — Алиса моя подруга. — Подожди, до меня только сейчас дошло, — проговорил Майк. — Алиса? Та самая Алиса? — А вот и мы, заждались? — из гримерной вышел Матика, а за ним и Фриз. Я же взяла Вику за руку и пошла в сторону выхода, пока все обратили внимание на тех двоих. Она на меня обеспокоенно взглянула, вырвав руку и последовав за мной. Я чувствовала себя очень странно. Внезапно появилось ощущение, что мы тут с ней лишние. Точнее, с Билли я бы не почувствовала бы себя лишней. Мы могли с ним говорить так, что даже его лучший друг, Майк, не понял бы, о чем мы. Ну, знаете, локальные приколы, которые шутили мы с ним и все-такое. Но вот остальные… Кто мы для них в их глазах? И если, увидев мою связь с Билли, вопросы могли как-то прекратиться, то Вика… Что подумал Майк о Виктории? Флиртовал ли он с ней потому, что она ему понравилась? Или, как Тре и сказал… — Ты слишком много думаешь, — заметила Вика, когда мы вышли на улицу. — Ты не первая, кто это говорит мне. — Знаю, вторая, — усмехнулась она. Я вопросительно взглянула на нее, и она пояснила. — Ну, первый Билли. Уж он то точно знает, как много ты думаешь. — Ему это порой даже нравится. — Мазохист! — ужаснулась Вика. — Что у тебя было с Майком там? — спросила я по пути к белому микроавтобусу марки Мерседес, с затемненными черными окнами. — Я… не знаю, — протянула Вика, и я взглянула на нее. Она выглядела какой-то потерянной и задумчивой. — Это не объяснить. Что-то похожее на лавину. Сначала, перед ее приближением я остолбенела, а когда она меня все-таки накрыла… И я перестала понимать, что я говорю и делаю. И это было так круто! Но сейчас мне кажется, что это было так глупо! — Попробуй продолжить также, только держись на расстоянии, — заметила я. — Если он переступит эту установленную тобой черту, то он хочет только одного. Однако если он продолжит быть с тобой любезным… — Знаешь, я понимаю, о чем ты. И я хотела так сделать. Но я, почему-то, уже уверена в том, что он не зайдет далеко, — подметила она. — Это не «вспышка», это… — Лавина, ты говорила. — Нет-нет! Это скорее разгорающаяся свеча, — задумчиво завершила она. Водитель, сидящий в фургоне, хмуро взглянул на нас. Мы вдвоем показали ему свои пропускные карточки, и он открыл нам раздвижную дверь. Мы уселись на заднем сиденье, чтобы нас не было видно при открытии двери. Микроавтобус тронулся с места, и вскоре мы уже слышали кучу голосов фанатов, ожидающих, когда выйдут Green Day. Несколько охранников создали коридор, один встал у двери в салон, еще двое сторожили вход в Олимпийский. Мы видели толпу фанатов, многие держали листы, блокноты, кто-то держал свои рисунки. Видимо, хотели подарить. Но, боюсь, их только подпишут, и брать не будут. Хотя, кто знает?.. Наконец, дверь открылась, и вышли сначала Джефф и Фриз, который махали фанатам. Они ничего не подписывали, и мне как-то стало их жалко. Может, кто-то хотел их автограф?.. Затем вышел Джейсон Уайт, он подписал парочку листов, как новоиспеченный четвертый участник. Он улыбался фанатам, кому-то что-то говорил. Кажется, спасибо. Потом вышел Тре, и в этот момент толпа зашумела и стала более активной. Тре бросил пару палочек в толпу и, пока шел к автобусу, что-то, улыбаясь, говорил, так же иногда останавливаясь и подписывая листы. За ним шел Майк, который так же, как и Тре, часто останавливался. Он о чем-то говорил с теми, кто протягивал ему рисунки с ним. Ну и Билли. Он тоже уделял внимание фанатам, подписывая чуть ли не каждый лист, который видит. По губам видела, как он направо и налево говорит «спасибо» и на русском и на английском. Наконец, все забрались в автобус. Мы с Викой не заметили, наблюдая за всем этим действом, как Джефф Матика сел на сиденья справа перед нами и внимательно начал на нас смотреть. Мне стало как-то не по себе. — Эм, привет? — спросила я. — Будешь задавать вопросы, как на своем интервью? — Возможно, — протянул он. — Не смущай девушек, — заметил Фриз, а потом взглянул на нас и улыбнулся. — Меня зовут… — Джейсон Фриз, да-да, как не знать лучшего саксофониста, — подметила я, улыбнувшись. — А ну-ка кыш! — зашипел подошедший Билли, замахав руками на Матику и Джейсона. Потом он замахал рукой на Вику. Та слегка обалдела. Да и не она одна. — Но-но! Я не дам свою подругу на твое растерзание! — воскликнула Вика, приобняв меня. — Она была на моем растерзании столько… Ох, Господь, дай мне вспомнить. — Не нужно было школу бросать, глядишь, математике бы поучился, — подметила Вика. Билли опасно прищурился. — Да-да, так его, молодец! — поддержал Вику Майк. Я же засмеялась. Тем временем, водитель решил не дожидаться того момента, как мы тут все рассядемся и перестанем устраивать детский сад с типичным «нет, я хочу сидеть с ней!». В какой-то момент автобус резко остановился. И Билли, который стоял между рядов, полетел назад и шлепнулся на пятую точку. От этой картины я буквально заржала, да и не я одна. — Видимо и тебе тоже надо говорить, чтобы ты оставил девушек в покое! — проговорил Фриз, отсмеявшись. — Я не видел Алису много лет! — присев на одно из сидений, пояснил Билли. — Я хочу нормально с ней пообщаться! — Вы типа… переписывались, или что? — Да, у них была переписка, — за Билли ответил Майк. — А почему я не знал? Вечно мне ничего не рассказываете! Я ведь обижусь! — Тре сложил руки на груди и обиженно надулся. — Ты знаешь, взрослые многое скрывают от своих детей. Так что не обижайся, — проговорил Билли. — Подрастешь, поймешь, — кивнул Майк. И мы вновь засмеялись. — Так, Остроумова и Середова? Верно? — проговорил мужчина, и я узнала в нем менеджера группы. Мы общались с ним перед концертом. Правда, Вика общалась с ним больше, чем я. — Я же говорила, по именам, — протянула Вика. — Наши фамилии из ваших уст звучат ужасно, честно. — Это грубо, — заметила я. — Но это правда. — Кстати, а ваши фамилии говорящие? Типа, можно ли их перевести на английский? — О, да, — заметила я и ехидно улыбнулась, взглянув на Вику, которая закатила глаза. — Например, фамилию Вики можно перевести как Уэнсдей. — Она просто любит меня сравнивать с Уэнсдей Аддамс, хотя я ни капли на нее по характеру не похожа. И моя фамилия скорее переводится как Миддл. А у нее… — Шарпмайнд, — проговорила я. — Острый ум? — переспросил Билли. — Про тебя не скажешь… — Эй! — воскликнула я. Жаль, тут не было чего-то такого, что можно было в него кинуть. — Да не, ее фамилия переводится скорее как Вит, — заметила Вика. — А это уже больше похоже на правду, — кивнул Билли. — А как вы познакомились? — спросил вдруг Джейсон, который Уайт. — Э-э-э, — протянул Билли. — Есть такой проект, посткроссинг, — вспомнила я. Майк мне закивал, мол, молодец, выкрутилась. — Типа, пересыл друг другу открыток с разных стран. — Да, я решил попробовать, что это такое. — Тебе было недостаточно туров по странам? — хмыкнул Тре. — О, это другое. Там есть свои особенности. Но… так случилось, что я отправила открытку Билли, а он решил написать ответное письмо, и… — протянула я, чувствуя, какая сырая выходит легенда. — Да, завязалась переписка, — закивал Билли. — И вот типа мы так удачно встретились. Я, честно, не знал, что она концертным промоутером работает. — А я долгое время не знала, что он, оказывается, знаменитость, — подметила я. Ну хоть какая-то часть правды от нас двоих. — О, это так мило, — протянул Тре. — Как будто сама судьба вас свела. — Да-а-а, — протянул Билли, засмеявшись. Я засмеялась вместе с ним. Эх, знал бы Тре, что попал прямо в точку! — Я вообще начал не просто так, — заметил Пол, — но мы уже почти на месте, так что обсудим это пока будем пробовать национальные блюда. Вскоре мы оказались в ресторане. Кроме нас тут почти никого не было. Этот ресторан русской кухни был круглосуточный, внутри интерьер был сделан на русский мотив. Что-то похожее на типичную избушку в деревне. Здесь были и деревянные лавочки, и удобные плетеные кресла. Минуя основной зал, мы ушли в отдельное огороженное место. Если бы тут была дверь, это место можно было даже назвать комнатой. Здесь было два стола, соединенных вместе. Вокруг них стоял диван, сделанный в тон помещению. Но он все равно как-то выделялся из всеобщего интерьера своей новизной непохожестью на типично русский интерьер. Официант оставил меню Полу, нам с Викой пришлось побыть переводчиками, когда мы заметили, что Пол хотел достать телефон для перевода. Я не успела задуматься над тем, где их переводчик и сопровождающий от нашей страны, как меня схватил за руку Билли и все-таки заставил сесть рядом с ним. «Ты ненормальный», — подумала я, закатив глаза. «Я знаю», — вернулся мне ответ. Билли был очень довольный и был похож на кота. Пока все остальные пытались рассесться, понять меню (хотя там был вариант и на английском), обсуждали варианты заказа и допрашивали Вику о тех или иных блюдах, нас никто не замечал. Поэтому я, подвергаясь своей мысли, что Билли — просто огромный кот, протянула руку к его голове и зарылась рукой в его волосы у затылка, почесав. Они, кстати, не выпрямленные после душа, забавно завились. И только я хотела убрать руку, как Армтсронг остановил меня. «Продолжай» «Другие заметят» «Похуй» И вправду. Я провела ногтем у его уха, так же слегка почесав. И я, могу поклясться, услышала, как Билли мурлыкнул. «Ты что, кот?» «Как ты это поняла?! О нет! Меня раскрыли!» «Ну все, жди в подарок на Рождество кошачьи ушки» «М, если тогда ты станешь моей хозяйкой, то я буду не против такого подарка», — заметил он. «Мне показалось?» «Что?» «Тут был некий намек?» «Не понимаю, о чем ты говоришь» «Да?.. А мне вот кажется, что все ты понимаешь!» — Кхем! — очень громко кашлянула Вика, и мы с Билли перестали неотрывно смотреть друг на друга. Понятия не имею, когда мы оказались почти вплотную друг у другу. Понтия не имею, почему моя рука не перестала поглаживать и почесывать волосы Билли, особенно у затылка. Понятия не имею, когда начался продолжительный зрительный контакт. Понятия не имею, когда его рука оказалась у меня на талии. И когда мы стали?.. Чувствовать это напряжение? Хотя нет, напряжение мы ощутили только сейчас. До этого все казалось таким правильным и необходимым… Билли нехотя убрал руку, когда я отсела от него слегка подальше. На нас смотрели все. Мне стало очень неловко и жарко. Я, заметив один из стаканов воды, стоящих на столе, схватила тот, что ближе, и сделала вид, что пью. Мне просто нужно было спрятаться за ним. Ну и во рту тоже что-то как-то резко пересохло. — Вы заказали? — спросил, наконец, Майк. — А, да, точно, — проговорил Билли. В его голосе я услышала некую нервозность. Отчего-то это добавило мне довольства. Армстронг уткнулся в меню. — А ты что, Алис? — спросила Вика. Я оглядела всех. Уайт продолжал вчитываться в меню. Тре что-то показывал Джеффу и порой они вдвоем смелись, а к ним иногда присоединялся Фриз. Пол что-то записывал в записную книжку. А Майк безотрывно смотрел на Билли. Тот, кажется, решил спрятаться за меню. — А, не знаю. Цезарь, наверное, — протянула я. — Только Цезарь? Ты что, хочешь, чтобы тебя ветром сдуло? — удивился Билли. — Давай тебе… м-м-м… ты же не вегетарианка. Поэтому… о! Это выглядит сытно. Билли ткнул пальцем в картинку с шашлыком. Я вздохнула, но согласилась. Армстронг остался доволен этим фактом. Пока наш заказ готовился, а меню унесли, нам пришлось разговаривать. Хотя почему «пришлось»? На самом деле общение в этой компании было веселым и непринужденным. Говорили о всякой чуши, нас с Викой спрашивали о России, и мы иногда шутили с ней о некоторых инцидентах, которые происходили с нами в этой стране. Но все было по-доброму, без зла. О зле говорить не хотелось, не так была обстановка и не те люди. Некоторые истории Билли знал, ведь я ему порой пересказывала произошедшее со мной. Но он смеялся так, будто слышит их в первый раз. И мне это нравилось. -… Так эта идиотка не нашла ничего лучше, как спрятаться за занавеской! Конечно же, моя мама ее тут же нашла, ноги то видно! — смеялась Вика. — Почему-то она была уверена, что это я споила ее дочь, а не она меня, — заметила я. — Ну и, конечно же, запрет только побуждает. Поэтому через пару дней… — Мы снова напились… А это уже совсем другая история о том, как мы под покровом ночи пробирались в общагу нашей однокурсницы. — Опустим момент, что ее в итоге чуть не выселили, — подметила я. Вскоре еда показалась на столах. Я была благодарна Билли за то, что он решил, что мне нужно больше еды. Потому что я ощутила, насколько я, оказывается, была голодна, когда передо мной оказалась заветная тарелка с горячим мясом, приготовленном на углях. Билли самодовольно улыбнулся, заметив, с каким аппетитом я поглощала еду, слушая историю Тре. В какой-то момент фокус сместился с меня и Вики, а внимание на себя перетянул Фрэнк. О, он был душой компании. Веселил и поддерживал всеобщее настроение. В какой-то момент я ощутила прикосновение к своей ноге. Я постаралась не терять заинтересованного выражения лица, слушая Тре, пока аккуратно откидывала руку Билли под столом. Так это гад просто взял мою ладонь и нагло переплел свои пальцы с моими, сжимая. Я, все же, невольно взглянула на него. Но он не смотрел на меня, а слушал Фрэнка. Хотя, как мне кажется, это было так же наигранно, как и у меня секундой тому назад. Но, почувствовав мой взгляд, Билли только сильнее сжал руку. Ну, это меня устраивало больше, чем его рука на моем колене. Тогда бы мне стало слишком жарко, а из воды остался только мой коктейль, который вряд ли бы охладил меня в полной мере. Армстронг большим пальцем поглаживал мою ладонь. Иногда он участвовал в разговоре, дополняя какую-то историю. Или рассказывая что-то свое. В эти моменты я могла безотрывно смотреть его. Рассматривать мельчайшие детали его лица, его мимики. Подмечать каждое было каким-то извращенным удовольствием, и я не могла остановиться. Я была уверена, что я буду чувствовать себя с ним, как с другом. Нет, конечно, это тоже было. Но я ощущала что-то такое приятное, теплящееся в груди… Трепещущее при каждом его слове и вибрации голоса. Мне даже стало страшно. Это было похоже на одержимость. Это было похоже на те чувства на концерте… Но это было узконаправленным, такое же безмерное, но только для одного человека. А были ли это только мои чувства?.. Мне стало страшно. Я аккуратно выпутала ладонь из хватки Билли. Кажется, от него я ощутила эмоцию разочарования и тревоги. Но я попыталась это игнорировать. Я попросила Джейсона и Пола выпустить меня. Мне срочно нужно было ополоснуть свое лицо ледяной водой. Хотя я не уверена, что это могло бы привести меня в адекватное состояние. Отражение в зеркале женского туалета смотрело на меня с каким-то странным блеском в глазах. Я не хотела давить это чувство трепета. Мне хотелось подчиниться этому ощущению, и начать просто глупо улыбаться, вспоминая прикосновения Билли, наши переглядки, его руки на моей талии, мои в его волосах… Наши прикасающиеся друг к другу бедра. Даже это приносило странную приятную дрожь. Я думала, я знаю, что такое влюбленность. Я была в отношениях только дважды. И я думала, что я знаю ощущения при первой влюбленности, при контакте с возлюбленным. Но, кажется, я ошибалась. Потому что те ощущения и на процент не были близки к тому, что я чувствовала сейчас. Это даже словами не выразить. Хотелось кричать, хотелось визжать, хотелось сделать что-то сумасшедшее! Это так сбивало с толку и так мне нравилось одновременно! Разум говорил остыть, насторожиться. Но сердце трепетало и желало!.. И я вышла из туалета с мыслью о том, что я сейчас закажу такси домой. Потому что это нечто ненормальное нужно было прекращать. Однако… Я врезалась в Билли. — Ты что здесь?.. — Давай сбежим, — вдруг сказал он, а в глазах горел азарт. И то же безумие, что я видела недавно в отражении. — Что? Ты хоть понимаешь?.. — К черту! Пусть катятся к черту. Хочу сделать что-то сумасшедшее. Не хочу через час вернуться в номер и мирно лечь спать. Точно не сегодня, — проговорил он, перебивая меня. Я смотрела на него, в его зелено-ореховые горящие глаза. И понимала, что не могу отказаться. Потому что я не хотела возвращаться сейчас домой и ложиться спать. Я знала, что я не смогу уснуть. И он не сможет. И мы оба будем думать. А наши мысли отражаться в уме друг друга. — Показать тебе ночную Москву? — спросила я, хитро улыбнувшись. — О да, я все ждал, когда ты предложишь! — проговорил он, так же ослепительно улыбнувшись в ответ. И он схватил меня за руку и повел прочь. К сожалению, Билли и не подумал о конспирации, поэтому то, как мы проходили мимо VIP столика, заметили все. Пол тут же подскочил. Билли, заметив это, рванул вперед, потянув меня за собой. Мне не оставалось ничего другого, как побежать за ним. Почему-то я смеялась, пытаясь поспеет за ним. А он подхватывал мой смех. — А ну стойте! Армстронг блять! — кричал Пол. — Валите нахер! — кричал в ответ Билли, а я только больше смеялась. Улица встретила нас свежестью города. То есть, не то, чтобы свежесть природы, но и не так хреново, как бывало в самую жару днем. Идеальное время для прогулки. — Элис, только чтобы были на связи завтра, поняли?! — прокричал Пол. — Удивительно, что они так долго тянули, — проговорила Вика одновременно с Майком. Но я этого уже не слышала. И не видела того, как они вдвоем многозначительно переглянулись между собой, понимая, что это не могло быть совпадением. Не видела и не слышала, как Тре кричал нам о «юности» и «расцвете любви». И что-то про свадьбу тоже. И довольного Джейсона, и смеющегося Фриза, и недоумевающего Джеффа. Все это осталось позади. Впереди же был только Билли. Его спина, его смех. А еще его ладонь, сжимающая мою так крепко, будто он боялся, что я исчезну.