Ice Queen by Helga_Aleera

Я пришла в сознание из-за резкого звука, мигом пронзившего слух. Разлепив глаза, насколько это было можно, я ощутила, что мои руки и ноги цепко привязаны к койке. Осмотревшись вокруг, я пришла к выводу, что лежу прикованная к больничной кровати. Рядом с мой постелью стояла какая-то непонятная штука, которая пикала, вероятно, показывая мой пульс. Голова жутко раскалывалась. Ужасно хотелось пить. -Воды...- с моего рта раздался приглушенный хрип. Тут же вбежала молодая медсестра. А за ней вошли отец с матерью. Мое сердце взволновано застучало. Боль охватила меня снова, и я не выдержав напряжения, снова свалилась на кровать. Но при этом оставаясь в сознании. -Как она? – холодно спросил отец у сестренки. - Да, все более менее хорошо, если можно так сказать. После аварии у неё несколько ушибов и трещина в тазовой кости и бедренной. Ничего серьезного, в принципе, но нужно лечить. Есть возможность того, что она будет немного хромать, – девушка погрустнела. Я не могла пошевелить даже губами, находясь в объятиях страха. Медсестренка поднесла к моему рту стакан с водой, и я немного отпила. Стало чуточку легче. В голове начали проясняться некие события. Вино, Слава, Октябрина Владимировна и Subaru Forester, наехавший на меня. Мне кажется, или это был муж исторички? *** Отец с мамой ушли, и я провалилась в дрёму из-за режущей боли. Как я позже увидела, мои ноги были обе перебинтованы и находились в гипсе, на руках виднелись легкие ссадины. Проснулась я уже от звонка телефона. Мм, песня Земфиры. Делай со мной, что хочешь, Стань моей тенью на завтра, Ломай мои пальцы, Целуй мою кожу. Так тянет расстаться, Но мы же похожи. Каким-то образом, эта песня мне напомнила об Октябрине. Черт, что-то я очень много о ней думаю в последнее время. - Наташ! – выкрикнула я имя медсестры, которая сидела около моей палаты. Она тут же вбежала и с ошеломленным видом спросила: - Что случилось? – и услышав звонок моего телефона, поняла все и подала его мне. На дисплее светилось имя тетушки. Ну, как всегда. - Да…- устало протянула я. - Дуреха, совсем свихнулась что ли? – всхлипнула Слава, - Я сейчас буду. Мы сейчас будем, – и гудки… Что значит «мы»? Мысли метались со стороны в сторону. Так хотелось убежать отсюда, но боль не давала. Минут через пятнадцать в дверном проеме показалась фигура заплаканной тети. И за ней еще кто-то стоял. Неужели? - Идиотка ты моя! – она улыбнулась сквозь слезы и подошла ко мне. За её спиной стояла Октябрина Владимировна. Да, черт, она мне мерещится что ли? - Я тут тебе фруктиков принесла. Ты прости, но мне нужно бежать к твоему отцу, просил помочь. Рин... Словно вышедшая из прострации, женщина, стоящая рядом с тетей, ответила: - А я посижу с ней…- она указала пальцем на меня. Что-то в этой женщине очаровывало меня все сильнее. Но что? Её лукавый сероглазый взгляд? Или пламенно-рыжие волосы? Или же простое женское обаяние? Плевать на все. Главное, что все таки она притягивала чем-то меня к себе. После её слов я улыбнулась. Именно её я сейчас хотела видеть рядом с собой. Никого больше. Слава осторожно чмокнула меня в щеку и ушла. Мы остались совсем одни. Так близко… С каких это пор я стаю таким романтиком? - Эх, как же тебе угораздило-то так? – Октябрина взяла меня за руку, в которой по-прежнему находился телефон. Я молча отвела взгляд. Её руки… Такие мягкие и теплые. Она гладила мои запястья, ладони. И смотрела на меня так нежно, ласково. Вот честно, впервые в жизни её такой вижу за столько лет нашего знакомства. Но такой она нравилась мне гораздо больше, чем строгой, занудной училкой. Она словно открылась мне, выпустила себя наружу. Мы, молча, сидели, а вернее она сидела, а я лежала. Но эта тишина была какой-то необыкновенной. Не навязчивой, легкой что ли? Так было приятно всматриваться в её бездонные глаза. Хотелось утонуть в них, но обрывистый берег с названием «Совесть» не давал мне этого сделать. Я просто смотрела на неё. А она на меня. На моем лице расплывалась улыбка. Так приятно. Мне не хочется осознавать, но я все-таки без ума от этой женщины. Часть В больнице я лежала еще два месяца. За все это время меня пару раз навестили родители, тетушка развлекала медсестер и меня заодно, буквально жила в больнице, а вот Октябрину Владимировну я давно уже не видела. Как-то странно все это… Она заходила ко мне пару недель назад и то, буквально, на пару секунд. После её ухода мне всегда становилось тоскливо, грустно. Ну, тетушка, как всегда, не давала мне заскучать. Каждый день я доставала её с вопросом: «Как там Октябрина Владимировна?», но, она постоянно отнекивалась, говоря, что все в порядке. Но даже эти каждодневные положительные ответы мое беспокойство никак не приглушали. Я постоянно думала о ней. Как она? Где она? Эти два месяца оказались для меня целой вечностью. Каждый день был скучным, монотонным. Гипс мне уже сняли, но все равно нельзя было напрягать ноги и по возможности меньше ходить. Ужасно хотелось курить. Да, а вы что думали? По прошествии этого времени мне хотелось сделать только две вещи: увидеть Октябрину и покурить. И треснуть тетю. О, вот в очередной раз вваливается ко мне в комнату это сумасшедшее создание, которое я так люблю. Но, на мое удивление, она входит не одна. А с моим лечащим доктором. На её лице сверкает довольная улыбка. - Доброе утро, Ксения.- произносит равнодушно врач. - Да какое же оно к черту доброе, а? Если я даже с постели встать не могу! Бесит меня ваша больница! - Ксюха, не бузи! - помахала рукой Слава. Врач улыбнулся. - Ну почему же? Мы как раз с вашей тетушкой пришли вас обрадовать. После обеда вы можете, со спокойной душой, отправится к себе домой. Я вас выписываю. На последнее предложение моя реакция была такой: выпученные глаза, открытый рот, ну, вообще радостный вид, да. -Ура, ура! – прокричала я и свалилась обратно на койку. Немного приоткрыв глаза, я увидела, как Слава похлопала по плечу ошалевшего доктора и произнесла: - Не переживайте, с ней такое бывает. Шел двенадцатый час. Доктор давно ушел, а Слава носилась по палате как угорелая, собирая мои вещи. Да вещей там толком не было, но это создание было не против побегать по закрытому помещению. Господи, как малое дитя. - Так, все, вставай мелкая, как раз пока поднимешься, уже будет два! – рассмеялась красноволосая. Блин, чего она ржет? Сейчас как тресну костылем! Я начала потихоньку вставать, что у меня получалось гораздо лучше, чем в предыдущие дни. Как только я встала, к нам в палату вошла медсестра и с грустным тоном произнесла: - Можете идти, доктор вас отпустил. За месяцы моего пребывания здесь, мы очень подружились с Наташенькой и мне, честно говоря, тоже не хотелось её отпускать. - Наташ, подойди ко мне. – я распахнула руки. Она улыбнулась и подошла к моей персоне. Я тут же заключила её в крепкие объятия и почувствовала, как по моей щеке скатилась слеза. Господи, с каких это пор, Ксения стает такой сентиментальной? - Так, хватит тут «сюси-муси» разводить! Нас уже ждут на улице! Наташ, и меня обними! – вскрикнула тетя и, подойдя к нам, присоединилась к «обнимашкам». Через несколько минут мы уже спускались на первый этаж в лифте. На улице нас ждала машина. - Вау! – вскрикнула я, и мы подошли к шикарной машине, за рулем которой сидел довольно таки симпатичный парень. Боясь за свою жизнь, моя скромная персона не стала задавать лишних вопросов Славе, и мы просто сели и поехали. Стоп, а куда мы поехали? А, ко мне домой. Ну ладно… - Слава, а может к тебе? - Нет, ребенок, сначала нужно тебя показать твоим родителям, а потом уже хоть на Канары, ну или в Магадан, как пожелаешь! – запела давнюю песенку тетя. - Ловлю тебя на слове! – ехидно усмехнулась я. Мы приехали домой. Ни единой живой души в доме не было. Я вошла в свою комнату. Ничего не изменилось с тех пор, как меня не было. Даже та самая бутылка стояла за шкафом. А запах какой доносился по всей комнате из-за неё. Уу, словами не передать. Я пооткрывала все форточки и тут услышала шикарное предложение от Славы: - Ксюх, пойдем, покурим, а? Моя, ну, очень скромная персона бросилась на шею к тете. - Да, да, да, пойдем! Мы вышли на балкон. Слава протянула мне сигару. Вернее, это было жалкое подобие сигары, которые делали у нас в стране. Но знаете, мне они жутко нравились. Одно нажатие на кнопку зажигалки и по мои легкие прокатилось волна шоколадного дыма. Помутилось в глазах от наслаждения. С каждой затяжкой мне становилось все приятнее и приятнее. - Слав, так как там Октябрина Владимировна? Слава закашлялась. - Да что ты ко мне пристала? Влюбилась что ли? О-па, этот вопрос застал меня врасплох. Я стала отнекиваться и все остальное время мы продолжали курить. Молча. - Вот завтра в школу пойдешь и узнаешь! – прервала молчание женщина и лукаво усмехнулась. Мое лицо залилось краской. Температура, наверное, да. *** Утро началось со звона будильника на телефоне. Мой вам совет – никогда, слышите, Никогда не ставьте на будильник свою любимую песню! «Красиво ты вошла в мою грешную жизнь, Красиво ты ушла из нее. Но, играя, разбила мне душу, А ведь это совсем не игрушка, Это сердце мое...» Да, я ведь говорила, что я люблю рок и готик-метал? Ну не всегда же его слушать? Нужно разбавлять его чем-то попроще… - Фа-а-а-ак!- вот обычно с таким восторженным возгласом я встаю в школу. Поднявшись с кровати, я огляделась. Рядом со мной, мирно сопя, спала Слава, рука которой закрывала мое лицо. Как только я дотронулась до руки, то её хозяйка тут же подскочила и с криком: «Какого овоща?» посмотрела на меня. - Так, нужно собираться в школу. Но с чего бы начать? - я почесала затылок. Нужно было умыться, одеться, поесть, покурить, собрать рюкзак и шагом марш на мины. Ну, вообщем - то стандартный список. Ровно за час переделав все это, я уже стояла на пороге обутая и попрощавшись с тетушкой, ушла. За все утро мы с ней почти не обмолвились ни единым словом. Она все время молчала, задумчиво рассматривая стены и свои волосы, а я… А что я? Я тоже молчала, тем более, что сегодняшнее утро было таким напряженным, что просто не хотелось говорить. Совсем. Включив музыку на телефоне, я отправилась в школу. Но, как обычно, мои мысли заглушали слова песен. Я решила позвонить классному руководителю и сказать, что немного опоздаю на её урок из-за того, что ели иду. Набираю номер. Длинные гудки. - Алло, Ксения? - Да, Виктория Витальевна, я хотела вам сказать, что я немного задержусь, так как после больницы мне трудно идти…- я если выговорила это предложение. Стало как-то тяжело дышать. - О, Ксюша, а я и не надеялась тебя сегодня увидеть в школе. Так ты будешь? Хорошо, тогда иди потихонечку, осторожно и не спеша. Кстати, Фролова, а что это ты там с учителем истории подружилась? Она тебя сегодня искала. Последняя фраза учительницы ввела меня в замешательство. Я не знаю, что в тот момент на меня нашло, но я пробормотав что-то вреде «хорошо», села на ближайшую скамью и руками взялась за голову. Мозг как-будто плавился. Я достала из рюкзака, заранее подготовленную холодную воду и немного выпила. Голова все кружилась, но стало легче. Нельзя было останавливаться на полпути. Мне сейчас как никогда хотелось увидеть Октябрину Владимировну. Я не понимала зачем, но не могла противиться своему подсознанию. Дошла я до школы к середине первого урока. Ну, что же, весьма неплохо, можно сказать – личный рекорд, с моими-то ногами. Войдя в школьный двор, я сразу отправилась за теплицу, которая находилась за этим двором, дабы, словно путник, передохнуть с дороги и, конечно же, покурить. Я села на ободок маленького здания, прислонилась к его стене и достала из кармана пачку «Capitan Black» с вишней. Импортные. Черт, да какая разница? Нащупав в кармане зажигалку, я достала её и зажгла сигарету. Частенько меня посещает мысль, что я много курю, но очередная сигарета отгоняет эти мысли подальше. Выдыхаю ртом вишневый, терпкий дым. Чтобы не потерять сознание, ближе прижимаюсь к стенке. - Ксения? – послышался за мелким домишкой до боли знакомый голос. Я встаю и устремляю свой взгляд в то место, где только что слышала свое имя. Источник звука приближается ко мне. - Октябрина Владимировна? – закашлялась я и выбросила сигарету. Этого еще не хватало. Учительница подошла ко мне и схватила меня за руку. Из её глаз вылетали искры. Я начала вырываться, ибо её цепкая хватка меня немного разозлила. - Можно поинтересоваться, что же такого произошло, что вы курите здесь посреди белого дня? – сложив руки в замок на груди, спросила женщина. - А какая вам разница? – Боже, ну за чем я снова начинаю? - Ксения, вы можете перестать мне хамить и нормально объяснить, что случилось? – настаивала на своем рыжеволосая, - Я, конечно, понимаю, что у вас не в порядке семейные отношения, травма и все такое, но хамить людям – это не выход. Я вообще в последнее время вижу, что твои родители безответственно к тебе относятся. Ты для них как игрушка. Ведешь себя как беспризорница. Ужас какой-то. За тобой нужно лучше смотреть. Это действительно меня разозлило. - Да какого хрена вы лезете в мою семью, прежде не разобравшись со своей? Муж вам ведь изменяет, сынулька вырос идиотом, еще и гей в придачу. Теперь понятно, почему вы всех окружаете своей заботой. И да, кстати, любовница вашего мужа беременна и он вскоре собирается вас бросить! А вы так и ходите и смотрите, что делают девятиклассницы, вместо того, чтобы дома мужа хорошо накормить и удовлетворить! По другому поводу он бы от вас не уходил на «заседания», как считаете? На щеке Октябрины блеснула дорожка слез. - Ты.. Ты… Да как ты! – заикалась она. Женщина зажмурила глаза от слез, развернулась и стремительным шагом ушла. Раньше, от того, что я грубила учителям, мне становилось хорошо, но почему-то сейчас совсем наоборот. - Да как я могла? - внутри я корила сама себя, но ничего сделать не могла, Октябрина была уже далеко. Оставалось только закурить. Докурив очередную сигарету, я все таки решила пойти на уроки. После разговора с историчкой, мне было трудно проходить по второму этажу, где находился её кабинет. Взгляд невольно устремлялся в распахнутые двери. Неужели эта железная леди обронила слезу из-за моих слов? Pov Октябрина Владимировна Ну вот, доигралась, дура старая. Даже не знаю, как теперь реагировать на все это. В душу словно бросили большой камень. Очень больно. Еще пять уроков. Боже, вот никогда, как сейчас мне не хотелось бросить все и просто убежать. Хотя от проблем не убежишь. Меня никак не покидают слова Фроловой. Вроде бы она взяла и открыла мне глаза на все, но почему-то она сделала это до такой степени нагло, что я видеть её не хочу. А ведь следующий урок истории у них. Она словно с цепи сорвалась. - Так дети, присаживаемся и достаем двойные листочки! Сегодня пишем самостоятельную работу, задания на доске! – произнесла я и удалилась из кабинета. Бежать. Не знаю куда, но подальше от всего этого. Бежать до слома каблуков. До слома тела. Но что-то держит меня. Что, не могу понять. Выхожу из школы и направляюсь на то место, где утром меня так унизила Ксения. Захожу за угол и дрожащими руками достаю сигарету, которой меня вчера угостила Слава. Закуриваю. Вдруг, я ощущаю в глазах помутнение, ноги подкашиваются. Я теряю сознание, падаю и ударяюсь головой обо что-то твердое. Видимо это стена…. *** Не знаю, через какой промежуток времени я очнулась, но открыв глаза, услышала крики и шум учеников. Видимо, закончился урок. Но какой? Поднимаюсь и трогаю рукой свой затылок. Стает немного больно, вероятно из-за удара. Голова по-прежнему кружится. Иду обратно в здание и мельком смотрю на часы. О, недолго я там пролежала. Надеюсь, меня там никто не видел в таком состоянии, а то скажут еще. Так, мне определено нужно пойти к директору и взять отгул. Я постучалась в дверь кабинета, на которой видела табличка «Директор. Руденко Т.В.» и вошла. Женщина, сидящая в кабинете, улыбнулась мне и жестом предложила сесть. - Татьяна Владимировна, можно вас попросить об одолжении одном? - меня бросало со стороны в сторону, как березу на ветру. - Что-то случилось, Октябрина? – она испугалась, увидев мое состояние. - Простите, я видимо перенервничала и сейчас чувствую себя ужасно. Я могу взять отгул до конца недели? – в сердце закололо, и я схватилась рукой за грудь. -Конечно, конечно, Октябринушка, можешь идти прямо сейчас, не мучай себя! А я поставлю тебе замену, – она улыбнулась и погладила меня по руке. Так, это получилось гораздо легче, чем я ожидала. Теперь оставалось пойти, забрать из кабинета сумку и вызвать сына, чтобы забрал. Ибо домой я не дойду пешком. Я вошла в кабинет и увидела, что еще не все его покинули. А именно: за партой, которая стояла прямо перед моим столом, сидела Ксения Фролова. Видимо, она дожидалась меня. - Я не желаю с тобой разговаривать! Пошла вон! - холодно промолвила я, взяв сумку и посмотрела на девушку. - Да идите вы к чертовой матери! – крикнула Ксения и выбежала из кабинета. Мои ноги снова подкосились, и я еле удержалась, чтобы не упасть. Забросив сумку на плече, я закрыла кабинет и вышла на улицу, к ждавшей меня машине сына. - Мам, что случилось? – спросил он и провел по моей щеке. - Да, плохо что-то мне, - еле дыша, произнесла я и мы, сев в машину, направились к дому. Ветер из окна, который дул мне прямо в лицо, немного привел меня в чувство. Возле наших ворот стояла машина мужа. - Артем! – обратилась я к сыну, - давай заедем с заднего двора, а то мне все это кажется очень странным. Сын не стал сопротивляться, и как я хотела, мы въехали к дому со стороны сада. С подозрением я вышла из машины и направилась в дом. Своим ключом, открыв двери, я услышала странные звуки. Слышался голос моего Толи и еще присутствовал незнакомый голос. Женский голос. Я поднялась наверх и увидела картину, собственно какую и ожидала. В нашей с Анатолием комнате, на нашей же кровати лежал абсолютно голым мой муж, а сверху на нем самим, пожалуй, догадаетесь, что делала молодая, совсем не знакомая мне, голая девушка. - Октябрина? – он выглянул из-за тела девицы. Я, ничего не ответив, зло посмотрела в их сторону и, резко развернувшись, вышла из комнаты, не забыв при этом громко хлопнуть дверью. Облокотившись о стену возле двери, я стала чувствовать, что вновь теряю сознание. Конец POV *** POV Ксения - Да как же бесит она меня! – кричала я на всю комнату. - Ксюх, ты чего орешь? – с сигаретой в зубах ко мне подошла тетя. - Да эта чертова историчка меня достала! Я ей сегодня нахамила немного, а потом, не смотря на всю свою натуру, пошла к ней извиняться, так она послала меня! Понимаешь, Слав? В ответ женщина только молча покивала головой. Я же не понимала, что нужно сейчас делать. Даже курить после сегодняшнего утра не хотелось. Я носилась по дому, как будто волосы себе подожгла, забыв о больных ногах. Слава внимательно следила за моими движениями, а затем все-таки решилась прервать мучительную тишину. - Фроль, а пойдем ко мне? – это лучшее, что она могла мне сейчас предложить. Тем более, другого выхода у меня не было. Родители уехали на целый месяц в Австрию, а одной мне оставаться совсем не хотелось, ибо это грозило необратимыми последствиями. Я согласно кивнула и уже буквально через минут двадцать мы были в доме у тетушки. Заняться было особо не чем, и Слава предложила посмотреть фильм. Методом «Пальцем в небо» я выбрала диск, и мы начали смотреть фильм, который назывался «Полюбить Аннабель» Смотрим… Смотрим… И тут выясняется по ходу сюжета, что фильм-то тематический. О любви учительницы и ученицы. При чем, наверняка, с пометкой «18+». Тетушка на фильм почти не попала, так как все полтора часа просидела на балконе, болтая по телефону. А мне вот, этот фильм пришелся очень даже по душе. Хоть я и не любила всяких меньшинств, но этот фильм заставил меня всерьез задуматься о своем сегодняшнем поступке. И я твердо решила, что мне все-таки нужно еще раз попытаться извинится перед Октябриной. Срочно же.