Одна секунда

Вскоре он был на месте, сжимая пальцами горлышко бутылки с текилой и чувствуя исключительно горечь и усталость. Именно таким его и увидел друг, когда открыл дверь. Сделав приглашающий жест рукой, Сойк посторонился, пропуская в квартиру. - Есть хочешь? – поинтересовался он. - Не хочу, - Леда с угрюмым видом расшнуровывал ботинки. - А будешь? Подумав немного, он вздохнул: - Буду. - Вот это мудро, - удовлетворенно кивнул Сойк. – Проходи тогда на кухню, что ли. Сперва Леда присел на стоящий у стены диванчик, но тут же передумал и растянулся на нем почти в полный рост. Сойк задумчиво покачал головой, рассматривая, словно оценивая его состояние. А Леда уныло наблюдал из-под полуопущенных ресниц за развалившимся на полу Ваччей и от души завидовал безмозглому созданию, не обремененному людскими проблемами. - Ты, друг, еще и кастрированный, поди… И не ведаешь никаких бед, - тихо прошептал Леда. - Ты что-то сказал? – оглянулся на него Сойк, до этого изучавший содержимое холодильника. - Я разговариваю с Ваччей. Не мешай, - объяснил Леда. - Это правильно, - похвалил Сойк. – Вачча – идеальный собеседник. Все понимает, со всем соглашается, никогда не спорит. Услышав свое имя, кот зашевелился, принял сидячее положение и внимательно посмотрел на Леду. - Классно быть Ваччей. Одна проблема в жизни – выклянчить у дяди Сойка кусочек рыбки. И то, разве это проблема? Сойк в разговор с котом не встревал, улыбался и творил на столе что-то похожее на бутерброды с рыбой, а Вачча поглядывал на Леду укоризненно и иронично. - Слушай, Сойк, а ты уверен, что Вачча обычное животное? Мне почему-то кажется, что он мои слова понимает, - спустя пару минут игры в гляделки с котом спросил Леда. - Как тебе такое могло прийти в голову? – удивился Сойк и тут же уточнил. – Как можно усомниться в том, что он все понимает? Леда расхохотался, хотя смех получился натужным и безрадостным. Сойк вежливо улыбнулся, а Вачча принялся старательно вылизываться лапу. - Лови! Кусочек рыбы отправился на пол, но ловить его никто не собирался. Лишь завершив свой туалет, кот неторопливо потянулся и сделал шаг к предложенному угощению. Понюхал, оценил, презрительно зажмурился и уселся рядом. - Ничего себе! Красную рыбу не жрет! Избаловал ты его! – возмутился Леда. Вачча строго взглянул на него, а Сойк, присаживаясь на корточки и поднимая с пола кусочек лакомства, пояснил. - Он хочет, чтобы его покормили из рук. - Охренеть, - прокомментировал Леда, наблюдая, как стоило Сойку протянуть рыбу на ладони, кот в мгновение ока проглотил угощение. – Мне бы научиться так манипулировать окружающими. "Ты не такой очаровательный, как я, на тебя никто не поведется", - говорил взгляд облизывающегося, искоса поглядывающего Ваччи. А Леда, ненадолго забывший о своих терзаниях, лишь горько вздохнул. - Ну, что? Пьем? – без слов понял его Сойк. - Пьем, - согласился Леда. После третьей опрокинутой в себя порции спиртного, Леда понял, что план забыться в алкоголе потерпел крах. Даже сейчас, будучи еще трезвым, он осознал, что ему не полегчает. Вежливый Сойк, памятуя просьбу не задавать вопросы, пробовал завести непринужденную беседу на отвлеченные темы, но односложные ответы и печальное выражение лица Леды свели на нет эти попытки. Сойк замолчал, и очередную порцию текилы они выпили в полной тишине. - Честное слово, мы как на поминках, - наконец не выдержал Сойк. Леда горько усмехнулся и устало закрыл лицо руками. - Я понял, что рассказывать ты не хочешь, но… - Сойк замялся. – Как Агги довел тебя до такого состояния? Леда изумленно уставился на друга, с тревогой поглядывающего на него. - Откуда ты?.. – начал было он, но не договорил. Сойк в ответ слабо улыбнулся. - Логика, лидер-сан. Ты никогда не был склонен проводить со мной время в неформальной обстановке без особого повода. Твой лучший друг и сообщник в пьяных авантюрах Агги. Но сегодня тебе паршиво, и ты предпочел мою компанию. Значит, в твоем состоянии виноват никто иной, как сам великолепный и неповторимый Агги. - Шерлок Холмс, - хмыкнул в ответ Леда. - Куда уж мне… - мотнул головой Сойк. Повторять вопрос он не спешил. Возможно, ждал, что Леда начнет говорить сам. А, может, просто не хотел надоедать и допытываться. Покрутив в руках свой стакан, Леда решился. - Сойк… Ты знаешь, что Агги… нетрадиционной сексуальной ориентации? Прозвучало коряво, но иные слова Леде просто не давались. - Ну, и? – на лице Сойка не дрогнул ни единый мускул. - Что значит – ну, и? – глаза Леды широко распахнулись. – Он что, говорил тебе? - Говорил что? – уточнил Сойк. Леда тяжко вздохнул. Почему-то очень нелегко было произносить вслух эпитеты в адрес друга. Но, хвала небесам, Сойк все понял сам. - Говорил ли он мне, что любит мальчиков? Нет, не говорил. Но это и так понятно. - Как понятно? – Леда себя почувствовал отстающим школьником перед мудрым учителем. - Оттуда же, откуда понятно, что ты Леда, гитарист, а это – Вачча, кот, - рассмеялся Сойк. – Есть очевидные вещи, не требующие подтверждения. Леда взглянул на Ваччу, словно желая убедиться в услышанном, и тот утвердительно шевельнул усами: так и есть, Леда, я – Вачча, кот. - А почему я не знал? – растеряно спросил он. - А ты не знал? – в свою очередь удивился Сойк. - Не знал, пока он мне не сказал, совсем недавно. Сойк задумчиво потер лоб и улыбнулся каким-то своим мыслям. - Что? – веселье друга показалось Леде неуместным. - Не обижайся, лидер-сан, - Сойк посмотрел на него с некоторой снисходительностью. – Но я вижу только одно объяснение. Ты слишком много смотришь на себя, чтобы замечать окружающих. Слышать такое было, мягко говоря, неприятно, и Леда, моментально скинув оковы апатии, возмутился. - Это я-то не замечаю? - Не сердись, - примирительно попросил Сойк. – Я не хотел тебя обидеть. Просто других причин я не вижу. Списать все на твою слепоту или глухоту ввиду их отсутствия мы не можем. Остается только одно – невнимательность. Леда замолчал, позабыв о текиле и о хозяине дома. Потому, когда Сойк заговорил, он не сразу понял, о чем тот спрашивает. - Так ты из-за этого? - То есть? - Я уже испугался, что беда какая-то произошла. А ты из-за этой глупости напиться решил? - Это не глупость, - вздохнул Леда. – И пью я не из-за этого. Не только из-за этого. Немногословный Сойк терпеливо ожидал продолжения истории, и Леда решился. - Я, когда узнал, очень удивился. Много думал об этом. Об Агги, обо всем. А вообще все не с этого началось. А с того, как мы напились. - Ого… - теперь глаза друга округлились в неподдельном изумлении. – Неужели ты и он… - Совсем рехнулся?! – тут же вспылил Леда. – Как ты мог подумать такое?! - Ну, прости, прости, - поспешил успокоить его Сойк. – Я не хотел. Просто что тут подумаешь еще?.. - Мы просто целовались, - выдохнул Леда и зажмурился, не желая видеть реакцию на его слова. - И?.. – осторожно спросил Сойк. - И потом Агги мне рассказал эту новость. Я многое успел передумать. А сегодня в студии, когда вы с Джури ушли, он… Леда замолчал, будучи ни в силах описать произошедшее, а Сойк опять потрясенно протянул. - Ого-о… - Что "ого"? Что "ого"?! – окончательно взъерепенился Леда. – Он меня просто поцеловал. Опять! Никакого "ого" не было! Ошарашенный Сойк какое-то время не отвечал, но так как Леда также отмалчивался, несмело спросил: - Леда. Вы с ним когда-то по пьяни поцеловались. Ты был удивлен, когда узнал об Агги правду. Сегодня вы опять поцеловались. Почему тогда ты истеришь? Это ведь уже даже не в первый раз… - Сойк, мне понравилось, - прошептал Леда, уставившись широко открытыми глазами на друга. – Тогда было по пьяни, я и не помнил всего, а сегодня… Я был трезвый. Не сопротивлялся. И мне понравилось. Ты не представляешь насколько. А еще… - самыми трудными были первые слова, дальше откровения полились сами собой. – Еще он меня прижимал к себе. А потом он опустил руку и… Леда вдохнул поглубже, чтобы рассказать о самом большом позоре, но Сойк его остановил. - Я понял. Что дальше было? - Ничего, - Леда отвернулся и уставился в стену. – Я сказал, что лучше бы сдох, а он… Обиделся, наверное. Не сказал ничего и ушел. А я тебе позвонил. - Ого, - уже в третий раз за сегодня выдал Сойк и о чем-то задумался. Леда тоже умолк, мучительно перебирая в памяти эпизод в студии. - Зачем же ты так… - как-то расстроено произнес Сойк. - Что так? – Леда уже потерял нить разговора и пытливо поглядел на своего друга. - Куда там, сдох бы он лучше. Скажешь тоже… - Господи, Сойк, да ты не о том думаешь! - Конечно, не о том, - неожиданно огрызнулся тот. – Не об обиженном Агги надо думать, а о прекрасном Леде, который в двадцать с гаком лет испугался собственной эрекции. - Ты чего?.. – потрясенно взглянул на него Леда. - Ничего, идиот-сан! Подумай сам! Ты ему явно нравишься. Он тебя поцеловал, заметь, не впервые. Ты был только за. И что в результате получил Агги? Сообщение о том, что лучше смерть, чем его общество. - Сойк… Это ненормально. Это неестественно. Так нельзя, это извращение… - Леда! – голос Сойка был полон неподдельного раздражения. – Объясняю тебе, как человеку неграмотному и с биологией незнакомому. Гомосексуализм встречается не только у людей, это распространенное явление в природе. Животные, Леда, не могут заниматься извращениями, у них нет мозгов, чтобы эти извращения придумывать. И, тем не менее, гомосексуализм у них случается. Задрав хвост, возмущенный и оскорбленный услышанным Вачча удалился из кухни, но хозяин этого не заметил, сердито буравя взглядом своего гостя. Леда пораженно молчал, и, немного успокоившись, Сойк продолжил. - Как ты не понимаешь… Для него целовать и обнимать тебя совершенно нормально и правильно. Зато оскорбительно слышать подобные комментарии к своим действиям. А ты, эгоист хренов, только о себе и думаешь. Знаешь… Чтобы лучше понимать, что ты творишь, представь на месте Агги какую-нибудь девушку. И вообрази, что бы она чувствовала после такого. Мне вот, например, никогда не говорили подобного, но что-то подсказывает, я бы нехило так расстроился. Леда слушал, отчаянно тер руками глаза и размышлял о том, что пусть Сойк говорит редко, но зато очень метко. По крайней мере, на его эгоистичное поведение он указал настолько умело, что и предъявить было нечего в свое оправдание. Интересно, как утешает себя Агги после того, что Леда наговорил ему? - Ты думаешь, я ему… нравлюсь? – переспросил Леда несчастным голосом. - Похоже на то, - пожал плечами Сойк. - И что мне теперь делать? Леда взглянул с такой надеждой, что Сойк смутился и не ответил. - Думаешь, что меня к психоаналитику послать надо? – невесело усмехнулся он. В ответ Сойк неожиданно рассмеялся. - Веришь? Как раз об этом подумал. - Прости, - Леда опустил глаза. – Достал я тебя… - Дело не в этом, - отмахнулся Сойк. – Сейчас мне пришло в голову, что просить советы у друзей – неблагодарное дело. Друзья предвзяты, у них есть свое мнение, и даже невольно они его навязывают. А психоаналитиков специально учат подталкивать к самостоятельному правильному решению. Леда положил локти на стол и опустил голову на сложенные руки. - А какое твое предвзятое дружеское мнение? – поинтересовался он у Сойка, глядя исподлобья. Тот задумался ненадолго, очевидно, подбирая верные слова. - Слышал о таком дяде - Зигмунде Фрейде? – спросил он. - Только не это… - подобное начало Леде сильно не понравилось. - Он считал, что все люди по природе своей бисексуальны, - не обратил внимания на слабый протест друг. – А в гетеросексуальные рамки нас вгоняет исторически сложившееся навязанное воспитание. - Слышал, - не поднимая головы, Леда водил по столу пальцем. – А еще слышал, что Фрейда только ленивый не оспорил. - Ну и что? – ухмыльнулся Сойк. – Ты помнишь имя хоть одного этого неленивого? Зато о Фрейде знают все. Дарвина вот тоже все оспорили, да только взамен ничего лучшего не предложили. Потому до сих пор все верят, что произошли от обезьяны… - Сойк, давай не вдаваться в науку, я не в том настроении, - попросил Леда. - Давай, - не стал спорить друг. - Я все понял, - с мрачной улыбкой продолжил он. – Фрейд и ты думаете, что все мы потенциальные пидарасы. В ответ Сойк лишь расхохотался. - Нет, - отсмеявшись, выдохнул он. – Я думаю, что не надо навешивать ярлыки. А еще мне кажется, что к своему однополому другу до мозга костей гетеросексуальный человек не станет приставать, каким бы пьяным он ни был. Леда задумчиво посмотрел на него, пожал плечами и снова спросил: - Допустим. Но все же. Что мне делать? Вместо ответа Сойк взял бутылку и снова налил им. Проглотив горькое пойло, он поморщился. - Не знаю я, что тебе делать, лидер-сан, и советовать потому ничего не стану, - наконец сообщил он. – Кроме одного. Леда тут же обратился в слух, будто одним словом его друг мог разрешить все проблемы. - Никогда не надо бояться, - поведал Сойк. – Мысли материальны. Все гадости и ужасы, которые ты себе воображаешь, чем больше о них думаешь, тем скорее воплотятся. - Легко сказать… - протянул в ответ Леда. - Легко, - кивнул Сойк. – Бояться – это нормально и естественно. Но увлекаться не стоит. В конце концов, ничего ужасного и непоправимого не случилось. Завтра извинись перед ним, объясни, что не хотел обидеть. А потом обдумаешь и проанализируешь свои чувства. И прекрати трястись. Никто твою задницу без разрешения не тронет. От такого заявления Леда неожиданно хихикнул, и Сойк улыбнулся ему в ответ, снова наливая текилу. Прежде чем выпить, Леда покрутил стакан в руках. - Как ты думаешь, - вдруг спросил он. – Агги красивый? - Не знаю, - Сойк пожал плечами. – Я в мужской красоте не разбираюсь. - Вот и я не разбираюсь, - ответил Леда, поднес стакан к губам и, прежде чем выпить, добавил. – Но мне кажется, что все же красивый.