Я - Китнисс Эвердин. Мне семнадцать. Я люблю тебя.

- Вы с ума сошли!? - орёт парень, - если они умрут, восстание исчезнет, будто его и не было! - У нас есть Финник, - в том же тоне проговорила Койн. - Они наши друзья! Я лишь подливаю масла в огонь, а они, они зажгли его! Без них, мы - ничто! Женщина глубоко вздохнула. Такого непреклонного человека, я ещё не встречал. Я, вообще, не уверен, что она человек. Слишком жестока, бесчувственна, бесчеловечна. - Хорошо, мы отправим спасательную операцию, - с холодным блеском в светло-зелёных глазах, проговорила она, - но, через некоторое время. Возможно, через пару недель, но не раньше, - резко развернувшись, сказала Президент. В душе начало разливаться неприятное ощущение. Ярость. - Пару недель!? - кричим мы с Гейлом в один голос, - их могут убить! - Это не обсуждается! - рявкнула женщина. В её сторону было направлено два уничтожающих взгляда. - Идём, - выходя из комнаты, говорю я Гейлу, - не забывайте, о чём мы с вами договаривались! - выталкивая парня из кабинета, говорю я. Теперь, всё по - другому. Есть повстанцы, есть государство, есть Тринадцатый Дистрикт. Иногда, я спрашиваю сам себя: "Почему я не считаю Тринадцатый Дистрикт - повстанцами?". Ответ на мой вопрос всегда появляется в самый подходящий момент, сопровождая себя холодным, безразличным взглядом и властным голосом. Хотя, мы находимся здесь всего неделю. Я уже ненавижу Койн. А вот с Гейлом мы стали друзьями. Он хороший парень. Такой же, как Китнисс. Если бы я не знал правды, то думал бы, что они, правда, родственники. Парень ужасно за неё волнуется, нет, не как за любимую девушку. Как за сестру. Но, я не понимаю, зачем ему спасать Пита. Ведь, они даже не друзья. - Гейл, почему ты хочешь спасти Пита? Почему не хочешь оставить его там? - Китнисс любит его. По - настоящему любит, - грустно улыбаясь, проговорил парень. Я похлопал его по плечу. - Слышал, что противоположности притягиваются? Так вот, Пит и Китнисс - полные противоположности. И ты найдёшь себе такую. Обещаю. - Ну, раз мне что-то обещает сам Финник Одэйр, наверное, стоит поверить! - смеясь, еле выдавил из себя парень. Через десять минут хождения по длинным, серым коридорам подземного Дистрикта номер Тринадцать, мы наконец нашли свои отсеки. - Встретимся за ужином, - бросил я, уже закрывающему дверь в свою комнату, Гейлу. В Тринадцатом все живут по расписанию. Всё бы ничего, но подъем в семь часов утра, это слишком! От нескончаемых кошмаров и мук, которые я испытываю каждую ночь, нет средства. Поэтому, мы с Энни спим по пять часов в сутки. Пока этого хватает. В нашем отсеке царит спокойствие. Энни уже тихо сопит, свернувшись клубочком на твердой, словно камень, кровати. Ей здесь не нравится. И она права. Всюду серые стены, потолки, полы. Здесь всё серое! Даже одежда. Видимо, национальный цвет. Жизнь, у нас тоже, серая. Мебели совсем немного. В основной комнате две кровати, которые мы сдвинули, небольшой шкаф, пару столиков, зеркало. Хорошо, что есть отдельная ванная комната. Нам повезло больше, чем Джо, например. У нас есть большое окно во всю стену. Я на этом настоял. Энни становится плохо без свежего воздуха. - Ну, здравствуй, милый дом, - тихо шепчу я, пытаясь не разбудить Энни. Конечно, у меня не выходит. После ночей, проведенных на Арене, ты чувствуешь всё, что происходит вокруг. За тебя говорят инстинкты. - Финник, ты меня напугал, - с укором говорит девушка. - Извини, - улыбаюсь, медленно подходя к ней. Девушка похлопала по месту рядом с собой. Я быстро двинулся вперед. Не раздеваясь, ложусь рядом с ней. Она придвигается ближе. Я её обнимаю. - Обещай мне! - неожиданно говорит мне любимая. - Что? - пытаюсь спокойно спросить я, но дрожь в голосе меня выдает. - Обещай, что бы с нами не случилось, мы будем вместе. Обещай, что мы будем счастливы, - обводя пальцем контур моих губ, смотря мне в глаза, сказала Энни, - обещаешь? - Обещаю, - поцеловав её, прошептал я.