Любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда, или Забрачья любовь

Случилось непредвиденное! Shinedown — Sounds of Madness Сразу три женских фигуры с головами, покрытыми капюшонами, вышли навстречу опасности и разъяренной толпе. Ведьмы ошарашенно наблюдали за этим, переглядываясь друг с другом. Кто-то уже злобно шипел, проклятия, а кто-то кричал:  — Да уберите вы их отсюда!!!  — Время только теряем!  — С этим забраком и так проблем не оберешься, а тут еще и жена нарисовалась!  — Да какая она жена?! Сама первой хочет пройти, без очереди!  — Точно! Вот примерно такие возгласы оглашали ритуальный Зал. При всем при этом Сестра-Владычица из Клана Серых, похоже, совершенно не реагировала на происходящее. Она была абсолютно спокойна, с глубокой усмешкой наблюдая за тройкой и буравя их недобрым взглядом. А три ведьмы остановились за спиной неподвижного Дарта Мола, чуявшего ситхской задни… Силой, что что-то вот-вот произойдет.  — Держись, любимый, — тихонько позвал женский голос, до боли знакомый. И ситх воспрял духом.  — М-м-мм-м?! — промычал он, стараясь позвать жену по имени. Увы, это плохо получалось с завязанным ртом. А все три незнакомки уже сорвали свои капюшоны. К ярости собравшихся, два лица были смутно им знакомы —, а вот третье отнюдь нет. Но даже издалека, с дальних рядов, было видно, что она уже на сносях.  — Джарла и Игнасса, — медленно сказала Сестра-Владычица, шагая навстречу тройке. — Вот так сюрприз! Сестры, изгнанные из родного клана… Ассола вскинула брови, удивленно глядя на Джарлу. Та лишь вздохнула.  — И ты, незнакомка, — могучая ведьма презрительно разглядывала Ассолу Сарин, которая уже замерла в напряженной стойке, что в сочетании с круглым животиком выглядело безобидно и ми-ми-мило.  — М-м-м-мммм! — глухо стонал Дарт Мол, ожесточенно сражаясь с цепями. Нет! Ассола здесь! В ловушке! Зачем она пришла сюда, глупая?! Она же может пострадать… и поставить под удар их детей, будущих ситхиков!!! Мысль об этом вонзилась ножом, а затем сын Датомира принялся с садистским упорством представлять, что проклятые ведьмы могут сотворить с его ненаглядной женой. Если хоть волосок упадет с ее прелестной головы… Если хоть один вздох сорвется с ее губ…  — Отпусти моего мужа, — грозно сказала Ассола, буравя взглядом заалевших глаз Сестру-Владычицу. — Немедленно! - О, я не могу сделать это, — холодно откликнулась та. — Прости, сестра, но твой забрак останется с нами, и мы доведем начатое до конца. И после этих слов, как после сигнала к атаке, четыре жрицы ринулись в бой против незнакомок. Джарла и Игнасса ловко выхватили из недр плащей клинки, закаленные в огнях датомирских кузниц, и бросились в ответную атаку.  — Действуй, скорее! — крикнула Ассоле Джарла, и та стремительно побежала вперед. Но, увы, до мужа она не успела добраться — преодолев лишь несколько шагов, она была отброшена назад мысленным посылом Сестры-Владычицы. Ассола Сарин упала набок, отлетая на другой конец арены, и скорчилась от резкой боли в правом боку.  — М-м-м!!! — это издал несчастный забрак. Игнасса взяла на себя двух жриц, а Джарла уже расправилась с одной, и ее меч разил и вторую противницу. Толпа неистовствовала, но не решалась вступить в бой. Ассола встала на ноги, проворно уклоняясь от очередного удара Сестры-Владычицы — та сконцентрировала мощный заряд молний в ладонях и выпустила его. К счастью, у нашей дорогой героини была достаточно хорошая реакция. Она контратаковала, формируя электрические заряды и выпуская их — один за другим — в своего врага. Сестра-Владычица упустила только один заряд из трех, и фиолетовый искрящийся шар ударил ее в руку. Она издала короткий вопль — даже не от боли, а скорее от гнева. Да как посмела эта ведьма пробить хоть на йоту ее великолепную оборону! И, когда молнии ударили в Ассолу… …а на другом конце арены Джарлу теснили уже три противницы… …а Игнасса, бросившаяся ей на помощь, была схвачена подоспевшим ведьмами, прежде следившими за боем… …именно в тот момент, услышав тихий стон, слетевший с губ дорогой жены… …ситх почувствовал, как во всем теле что-то переменилось. Что-то щелкнуло, сменяя его на кого-то другого. Кого-то еще более сильного. Более могущественного. И очень злого. Цепи внезапно лопнули, и он медленно опустил руки, на которых все еще оставались их жалкие обломки, а запястья по-прежнему украшали кандалы. Ситх повел рукой, и путы спали и с ног. Теперь он был полностью свободен. Сестра-Владычица обернулась, бледнея лицом и шепча приказ, который в создавшейся тишине (а все ведьмы, включая и наших доблестных героинь, в ужасе замерли, следя за разъяренным ситхом):  — Взять его! … Но было слишком поздно. Темная Сторона забрала воина на свою сторону, поглотив его и оставив место ярости. Пока что он прятал ее под маской абсолютного спокойствия, и поднял руку лишь для того, чтобы снять с губ повязку. Ведьмы, двинувшиеся было со своих мест, испуганно замерли. А глаза ситха были по-прежнему закрыты черной полосой. Ему показалось, что он и так все прекрасно видит. Каждое испуганное и настороженное лицо, каждый боязливый взгляд и неловкое движение. Когда одна из ведьм тронулась вперед, нарушая общее оцепенение, ситх чуть повел рукой. Ведьма с воплем врезалась в стену, мягко оседая на пол и замирая там навсегда.  — Кхамеир… — пискнула Ассола.  — Терпение, — железным тоном отозвался тот. — Я постараюсь справиться побыстрее. Ох предупреждал его некогда Учитель (гори он синим пламенем в джедайском костюме!), что нужно контролировать свою Силу. Иначе случится именно то, что случилось сейчас: абсолютный доступ к неисчерпаемым темным ресурсам, короткая вспышка, подпитанная гневом, яростью, желанием уничтожать. Ассоле показалось, что его фигура разом потемнела, и только черные татуировки ярко виднелись в этой режущей глаза тьме. Само воплощение смерти шло ей навстречу, и слабо верилось, что забрак некогда мог быть совершенно иным. Поборов ужас, несколько храбрых ведьм ринулось наперерез ему, обнажая свое оружие. Увы, из этого боя им не суждено было выйти живыми. Схватив за горло одну и сжимая в воздухе кулак (ведьма, бледнея, замерла на месте и приподнялась в воздухе), ситх отправил в нокаут другую противницу, подкравшуюся слишком близко. Все происходило чересчур быстро, и вскоре ситха окружали неподвижные тела убиты ведьм.  — О духи, — выдохнула Сестра-Владычица, — что ты творишь?! На этот вопрос ситх, горделиво раздувший ноздри и вздернувший подбородок, решил не отвечать. Он медленно направился к главной ведьме, по пути разделываясь с теми, кто все еще препятствовал ему. - Ты, — тихо начал он, подходя все ближе, - ты, ничтожная, связалась не с тем ситхом. Сестра-Владычица оскалилась, выхватывая из-под простор своего одеяния острейший меч. Мускулы на ее руках напряглись, когда она встала в оборону, исподлобья глядя на приближающееся рогатое зло. Зло, кажется, готово было справиться с ней голыми руками, как вдруг послышался крик до сладостной боли знакомого голоса:  — Кхамеир! Словно почувствовав колебание воздуха, ситх поднял руку, в которую опустился подкинутый Ассолой дезактивированный сабер. Эффектно крутанув его и собираясь было по привычке сбросить с себя мешающее верхнее одеяние (и останавливаясь, вспоминая, что на сей раз тыл прикрыть будет нечем), Дарт Мол поманил к себе противницу, держа отключенный сабер в ладони.  — Жаль убивать тебя, — глумливо произнесла Сестра-Владычица, кружа перед ситхом и плотоядно улыбаясь, — ты бы очень пригодился нам. Верно, сестры? Но ни одна ведьма не откликнулась на этот призыв. Все дружно замерли, боясь даже пискнуть. Почему-то воительницы Клана Серых без труда поняли, что этот рогатый (и по какому-то недоразумению прежде относительно спокойный) забрак способен навалять всем в одиночку. Ассола дернулась было на помощь, но ситх обратил на нее взор завязанных глаз, так резко повернув в ее сторону голову, что она почувствовала: он буквально пригвоздил ее взглядом. «Нет! — шептал вкрадчивый голос. — Я не позволю тебе вступить в эту схватку!». Ситх он или тряпка юнлинговская?! Сестра-Владычица бесшумно метнулась к нему с обнаженным клинком, но он был наготове. Перед глазами ведьмы мелькнули красные вспышки, и она, чудом уворачиваясь от смертоносного удара Моловского сабера, замерла и стиснула зубы.  — Если ты так крут, — прошипела она, — зачем позволил пленить себя?  — Я не знал, что могу быть настолько крутым, — с холодной ухмылкой ответил забрак. Such a badass… Жаркая битва разгорелась между двумя искушенными воинами. Схлестнулись сталь и световой меч: двусторонний грозный клинок пел в воздухе, мелькая в смертельной близости от ведьмы. И, хотя на помощь Сестре-Владычице пришло еще две воительницы, Дарту Молу даже не потребовалось тратить много сил. Он расправился с ними так быстро, что дернувшиеся было Джарла и Ассола тут же застыли, зачарованно наблюдая за танцем-сражением. Скаля зубы, Сестра-Владычица скрестила клинок с ситхом, приблизившись к нему так, что чувствовала даже горячее дыхание на своем лице. Но забрак не стал затягивать противоборство. Он скользнул клинком по клинку, наотмашь нанося мощные удары снова и снова и наконец совершая превосходный прыжок и резко толкая ведьму стопой в грудь. Подвижный и страстный Джуйо вместе с Джар-Кай был непобедимым, особенно теперь. Мол чувствовал себя прежним! С громким и яростным воплем Сестра-Владычица кинулась на него, так быстро работая клинком, что глаз Ассолы не мог уловить всех ее движений. Но ее рогатый супруг не менее быстро реагировал, хотя спектр его боя был куда шире. Помимо сабера, в бою он использовал удары ногами, коленями, плечами и локтями. Тесня ведьму и явно играясь с ней, он наконец сделал то, что должно. Убыстрив свою технику и ударяя то одним концом сабера, то другим, он совершал эти механические движения… пока Сестра-Владычица не просчиталась. Резко толкнув клинок вперед, ситх пронзил грудь женщины, и та злобно расширила глаза, понимая, что произошло. Даже в глупом ритуальном одеянии ситх выглядел устрашающе. Резко оправляясь и дезактивируя меч, он снял с глаз повязку, но не смотрел на умирающую ведьму, что дрожала в предсмертной агонии перед ним. Равнодушно пройдя мимо нее и не опасаясь удара в спину — ибо он готов был отразить и его — ситх чуть приблизился к жене… …и вдруг услышал, что в сердцах его тихонько зашептали: «Тьма. Тьма — это все, что нужно тебе. Тьма — это твое спасение, а она тянет тебя к свету. Ты теряешь часть себя и Силы, погруженной во Тьму, и истины ты не достигнешь… пока тебя тяготит этот груз…». Ассола с беспокойством заметила, как взгляд забрака словно остекленел. Он ожесточенно, не моргая, разглядывал ее, словно впервые видел. И вот в его руке медленно вспыхнул красный клинок.  — Дарт? — настороженно спросила она, явно не понимая, ее ли это муж, любящий и любимый, или это проснулась самая темная часть его души. Он сделал маленький шаг вперед, но, чем ближе он становился, тем больше холодела Ассола. Почему он активировал сабер?  — Дарт, — ее голос дрогнул. С ожесточенной складкой в уголках губ, на которых не было и намека на улыбку, ситх подошел к ней, и Ассола смогла разглядеть в прежде спокойных глазах другую ипостась этого спокойствия: сдерживаемое зло. Он крепко схватил ее предплечье, притягивая к себе и приближая тем самым световой меч к ее лицу. В страхе Ассола покосилась на красный клинок. - Нет! — слабо пискнула за спиной ситха Игнасса. Прошла мучительно долгая секунда. А следом другая. Ассоле показалось, что все в Зале замерли, ожидая конца этого ужаса. Она могла бы защищаться. Она могла бы воспользоваться своим даром. Но не хотела. Она была так близко к нему, что слышала и даже чувствовала быстрый стук, увеличенный вдвое — это два забрачьих сердца бились не в унисон. Ситх осторожно прижал сухие горячие губы к ее уху. Ей почудилось, что сейчас он скажет страшное слово: «Прощай». Она приготовилась к этому, понимая, что все прошлое казалось нелепым фарсом и злой шуткой… ведь не может зло быть таким, каким был он. Ситх хрипло шепнул:  — Медленно уходим отсюда, милая. Мне вкололи потрясающую дурь, от которой аж в глазах темнеет. Не веря своим ушам, Ассола заморгала.  — Пока они не опомнились, драпаем, — снова шепнул забрак с грозной миной. Сарин почувствовала, что и сама вот-вот ступит на Темную сторону. Кхамеир!!! Подлец, каких мало!!! Да она думала, что вот-вот погибнет от его же рук! Стараясь унять впервые появившееся желание навалять мужу по первое число (или объявить ему беспощаднное сексуальное сопротивление), Ассола ощутила, что хватка, ставшая почти что нежной, ослабилась. Ситх отвернулся, поманив рукой двух ведьм — Джарлу и Игнассу, и те, словно в горячечном бреду, от испуга бросив свои клинки, поплелись вперед. Смысл был сопротивляться?! Он все равно убьет их! Горько оплакивая свои юные жизни, ведьмы шли на смерть, глядя в желтые свирепые глаза. И Джарла подумала, что у нее крыша зашуршала шифером, когда один такой свирепый глаз лукаво подмигнул ей, после чего ситх едва заметно мотнул подбородком в сторону выхода. Козел рогатый! Он их надул! Да как ловко!