Добраться до острова

Десять минут прошли в полной тишине. Том, проболтавшийся почти час в воде и тащивший на себе Каулитца, предпочёл бы ничего не менять в сложившейся идиллии ещё какое-то время, но мерзкий мальчишка и тут всё испортил. - Что это за место? Ты знаешь этот остров? – поднявшись на ноги, Билл попытался стряхнуть песок хотя бы с ладоней. - Да. - И? Он вообще обитаемый? - Относительно, - Том открыл глаза, понимая, что Каулитц не отвяжется. - Ты, бл*ть, издеваешься? Я только что чуть не сдох, а ты решил загадками поговорить? - Остров уже давно выставлен на продажу, но покупателей пока не нашлось. Видимо, власти задрали цену, - приняв сидячее положение, Трюмпер чуть отодвинулся, потому что весь песок, стряхиваемый Биллом, летел прямо ему в лицо, - так что, сейчас здесь никого нет. - Зашибись. И когда нас отсюда заберут? -Не знаю. Надеюсь, что скоро. - Шутишь? Они ведь знают, что с нами произошло? У тебя ведь хватило мозгов передать сигнал бедствия? - А что с нами произошло, Билл, а? Разве мы терпели крушение, тонули? – Том вскочил на ноги, но всё ещё пытался сохранить самообладание и не повышать голос, - эта яхта выдержала бы шторм и посильнее, если ты не заметил, она спокойно поплыла дальше, поэтому у меня не было причин передавать “СОС”. Если бы не нашлось идиота, который умудрился вылететь за борт, мы бы сейчас швартовались, а не мёрзли бы хрен знает где! А ещё этот идиот попросил никому не говорить, куда мы направляемся, поэтому сразу нас никто не хватится, и диапазон поиска будет в разы больше! - Это ты меня назвал идиотом? - Я не закончил. Может, увидев, как ты барахтаешься в океане, мне стоило вернуться в кабину и передать сигнал спасателям? Так надо было поступить? О да, они бы тебе помогли. Тебе бы очень повезло, если когда-нибудь твой труп всё-таки смогли обнаружить. - Ты забываешься, Трюмпер. - Будешь мне угрожать? Да пожалуйста! Яхта, которой я управлял, сейчас курсирует неизвестно где, и я очень надеюсь, что она никого не снесёт на своём пути. Так что работы я уже лишился. Благодаря тебе, Билли, - парень со злостью пнул лежащий неподалёку жилет, - знал же, что не нужно с этим связываться. Знал, и так сглупил, - скорее себе, нежели Каулитцу добавил он и сел на плот, закрыв руками лицо. Повисла недолгая пауза. Том даже удивился этому факту. - Что-то мне подсказывает, что не меня ты спасал, Трюмпер, когда прыгал в воду, а свою шкуру. Так у тебя появлялся хотя бы шанс выжить, а вот если бы отец узнал, что я утонул, шансов бы не было никаких. - Что? Что ты несёшь, придурок? - Да пошёл ты! - Головой ударился, когда падал? - А ты ждал, что я тебе буду в ноги кланяться? Всегда удивлялся, почему отец тебя нанял, ты больше напоминаешь обкуренного дегенерата, чем человека, управляющего шикарной яхтой. Собственно, я был прав: нормальный Капитан бы не повёлся ни на какие деньги, зная, что может угрожать смертельная опасность. А ты даже не удосужился разъяснить мне правила поведения при шторме. Так что, Трюмпер, ты не имеешь права выставлять меня крайним и обвинять во всех бедах. Поэтому повторю: пошёл ты! Развернувшись, Билл зашагал вдоль пляжа, по щиколотку проваливаясь во влажный песок. Но далеко уйти ему не дали – не успел парень сделать и десяти шагов, как был схвачен за руку и повёрнут обратно. - Не смей ко мне прикасаться! – завопил он, тщетно пытаясь вырваться из крепкой хватки. Но Том был явно сильнее. И злее. - А теперь послушай ты, избалованный кусок дерьма: мне даром не нужна твоя благодарность, но и оскорблять я себя не позволю. Ещё одно слово в мой адрес, и будешь пересчитывать зубы, сидя под пальмой. А хотя, можешь попробовать: ты ведь свято веришь, что из-за страха перед твоим папашей я буду лизать тебе зад. Так что, рискнёшь? – Трюмпер встряхнул опешившего парня и выжидающе уставился в испуганные глаза, которые мерцали в свете проглянувшей из-за туч луны. - Отпусти. Том, не говоря ни слова, убрал руку и отошёл обратно к плоту. По тону Билла было понятно, что лезть на рожон парень не будет, по крайней мере, сейчас. Нужно было придумать, как провести ночь и из чего выложить опознавательные знаки на случай, если их будут искать с вертолёта. От всей вылитой друг на друга желчи парень попытался абстрагироваться. Зря он так вспылил, да и доля правды в обвинениях Билла присутствовала. Радовало, что погода успокоилась, хоть Трюмпер и подозревал, что это ненадолго. Полная луна прилично освещала берег, давая возможность осмотреться и найти укрытие. Заходить в джунгли было бы крайне глупо, можно и проходящие яхты проворонить, да и что ожидать от густых зарослей, тем более ночью, лучше не проверять. Оттаскивая плот от воды, Том краем глаза наблюдал за мальчишкой, который не решился подойти к нему после перепалки. Билл отошёл метров на десять и сел прямо на песок, обхватив колени руками. Как бы Трюмпер не был зол на парня, за него он был в ответе, поэтому не мог допустить, чтобы Каулитц скрылся с поля его зрения. А Каулитц и не собирался. Для него самого было жизненно необходимо держаться рядом с Томом. Темнота пугала, парень не знал, чего ждать от джунглей, раскинувшихся за спиной, и вообще, он впервые в жизни оказался в подобной ситуации. Решение отойти от Трюмпера было спонтанным, вызванным злостью и гордостью, и теперь, вслушиваясь в каждый шорох, он всё больше о нём жалел. Было стыдно за собственную трусость, за осознание собственной никчёмности и полной зависимости от человека, от которого хотелось держаться подальше. Ведь если Том скроется в зарослях, он побежит за ним и попросит подождать. Возможно, даже извинится. Трюмпер что-то усердно мастерил, из-за тусклого света Билл не мог понять, что конкретно, но очень надеялся, что Том его окликнет. Попросит помочь или просто присоединиться, неважно. По ощущениям парня, прошло уже не менее двух часов, даже одежда практически высохла, а Том так и не сказал ему ни слова, будто вообще забыл, что на острове он не один. Наверное, так ему и надо, Билл прекрасно понимал, что многого не должен был говорить, он даже так и не думал вовсе, но дурацкий взбалмошный характер часто не позволял держать язык за зубами. В тот момент он преследовал одну цель – вывести Трюмпера из себя. И с успехом этого добился, о чём сейчас отчаянно жалел, чувствуя себя нашкодившим ребёнком, которого поставили в угол. Точнее, он сам себя туда поставил. А перед Томом снова было стыдно. Второй раз за этот незадавшийся день. Почему он оказался здесь именно с этим человеком? С тем, кого так отчаянно избегал и пытался игнорировать с первого дня знакомства. “Судьба зла”, - придя к такому заключению, парень глубоко вдохнул и снова перевёл взгляд в сторону, где копошился Том. Однако, тот уже закончил все свои манипуляции и, развесив на ветке влажные вещи, забрался под импровизированную крышу. Стало как-то совсем не по себе. Том анализировал. На яхте включен GPS, её обнаружат сразу, как только почувствуют неладное. Порт выйдет на связь через сутки, если, конечно, герр Каулитц не вернётся на большую землю раньше и не заметит отсутствия “Нэссы”. Но это вряд ли, обычно он проводил на острове не меньше недели. Есть другой вариант, если отсутствия Билла не заметит отец, то, возможно, другие родственники поднимут тревогу, когда он не будет отвечать на звонки. Опять же, всё это не минутное дело. Худший сценарий, особенно для Тома, это если яхта во что-нибудь влетит. Вряд ли в другое судно, любой радар засечёт приближение объекта и курс подкорректируют, но в остров или на рифы – возможно, хоть шансы и невелики. Тогда сработают аварийные датчики, и сигнал бедствия будет отправлен автоматически. Другой вопрос: как отреагируют люди, поняв, что на судне никого нет? Искать будут, это без вариантов, и искать усиленно, речь идёт о сыне миллиардера, но на такой площади найдут далеко не сразу. Нервы у родственников прилично подпортятся. Том представил, что предстоит почувствовать его родителям в далёкой Германии, когда их оповестят о пропаже сына, и руки непроизвольно сжались в кулаки. Оставалось надеяться, что оповестят их не сразу. Начинался дождь. Пока это были лишь редкие капли, но грозы в этом регионе так просто не отступали, Трюмпер знал об этом не понаслышке. Парень к этому подготовился, соорудив крышу из плотной гибкой коры пальмы и широких листьев растения, вид которого он даже не определил в темноте. Да и какая разница, главное – листья подходящие. Через два края этого сооружения Том пропустил верёвку, служившую на яхте креплением для плота, и крепко обвязал вокруг стволов двух пальм, которые находились на небольшом отдалении друг от друга. Под другие два конца были подставлены сухие коряги, обнаружившиеся при прогулке вдоль берега, и получился вполне сносный навес, который был удачно закрыт плотным кустарником со стороны ветра и позволял остаться сухим в случае дождя. Прошлое Трюмпера здесь помогало. Выживать он умел, чего не мог сказать о Каулитце, который находился как раз в его обозрении, в той стороне, которая не была прикрыта кустарником. Билл так и просидел на одном месте эти несколько часов, лишь изредка ворочая головой из стороны в сторону, будто чего-то опасаясь. Часто Том ловил его взгляды и на себе, но виду не подавал. Он всё же надеялся, что где-то в глубинах сознания этого недоумка зародится такое чувство, как совесть и заставит погасить никому ненужный конфликт. Выбравшись из-под крыши, чтобы собрать высохшую одежду, Том застыл на месте от представшей перед ним картиной. Билл резко вскочил с каким-то непередаваемым писком и стал крутиться вокруг своей оси, пытаясь что-то стряхнуть с задницы и посылая матом невидимого обидчика. - Отцепись от меня! Бл*ть, как больно! Что это за хрень? Том дёрнулся в его сторону, не понимая, что происходит, но остановился на месте, услышав слово “краб”, сопровождаемое многочисленными проклятиями. Парень еле сдержался, чтобы не засмеяться в голос, но до конца остаться серьёзным не удалось. По мнению Трюмпера – это было идеальное наказание для такого мудака, как Каулитц. Когда Билл с трудом, но всё же оттащил несчастного от своей задницы, Том уже давился смехом, и только дождь, который на глазах становился сильнее, заставил его оторваться от зрелища и вернуться обратно под крышу. Билл опять закричал. Трюмпера это начинало злить – кто знает, что за живность водится в зарослях, поэтому источать лишний шум совсем необязательно. Тем более, когда на то нет причины. - Грёбанные крабы! Откуда они повыползали? – продолжал свои стенания Каулитц. Том глубоко вдохнул, борясь с желанием выйти из-под крыши и придушить кретина, который уже наверняка перебудил всю местную фауну, если таковая имелась, но останавливал дождь. Мокнуть отчаянно не хотелось – на сегодня было уже достаточно. Подняв глаза, Трюмпер увидел бегом приближающуюся в темноте фигуру. Луна снова скрылась за тучами, поэтому что-либо рассмотреть стало практически невозможно. Каулитц приземлился в метре от Тома, но на парня даже не взглянул. Молча сидел под проливным дождём, обхватив себя руками, чтобы хоть как-то справиться с ознобом. Билл понимал, что внутри Трюмпер ликует, видя его, такого жалкого, который запаниковал из-за темноты и устроил целый спектакль из-за краба, а теперь сидел рядом, наплевав на гордость. Это было полное фиаско – он опозорился по всем фронтам. Больше просто было некуда. Хотелось взвыть от всей бури негодования, творившейся внутри, но Билл только крепко зажмурил глаза и прижал руки к телу ещё сильнее. Уже всё было неважно. Сейчас у Каулитца было единственное желание – чтобы Том позволил оказаться ему под крышей. Дождь бил с такой силой, что, казалось, на спине останутся синяки от этих гигантских капель. Начиналось какое-то тропическое безумие, к которому прибавился ещё и ветер. Но Трюмпер молчал. Ждал ещё больших унижений? “Наверное, я это заслужил”, - пронеслось в голове у Билла, после чего он всё же подошёл к навесу, закрывая лицо от ливня. - Это невыносимо, Том. Можно я пережду ливень с тобой? – из-за сильного шума приходилось кричать. - Я ослышался или ты сподобился назвать меня по имени? - Ты решил издеваться надо мной? Сейчас? - Ты не с того начал разговор. Я жду извинений. - Тебе ведь не нужны мои извинения? Ты сказал мне это несколько часов назад. - Не нужны. Дело принципа. Не тебе ведь одному манипулировать людьми, Билли. - Ты…ты знаешь кто? – от злости Каулитц даже подумал, что сломает к чертям крышу, дабы согнать довольную улыбку с этого лица. - Решил продолжить дискуссию? - Извини. Я на самом деле так не думаю. Том ожидал саркастичного тона, кривляний, но никак не того, что эта фраза будет произнесена довольно искренне. Может, Билл и хороший актёр, но попытка была не плохая. Трюмпер придвинулся к дереву, освобождая место. Билл понял без слов. - Нет, нет…так не пойдёт. - Я же извинился! – голос Каулитца сорвался на писк. Нервы были оголены до предела. - Сначала разденься. Здесь сухо. Том держал над головой Каулитца жилет, пока тот избавлялся от отяжелевшей в разы одежды. Оставшись в боксерах, Билл повернулся к нему: - Доволен? - Волосы выжми как следует, - парень цыкнул, но возражать побоялся, сделав так, как и просили. Под навесом Каулитц никак не мог согреться. Они молчали, даже не смотрели друг на друга, обстановка была довольно напряжённой, но разрядилась в один момент. Живот Билла заурчал, причём так громко, что этого не скрыл даже шум дождя. Парню хотелось провалиться под землю, когда Трюмпер засмеялся, поняв, что же это был за звук, который на секунду его даже напугал. - Сам не отпустил меня на обед, - голос Каулитца звучал, как у обиженного маленького ребёнка, что заставило Тома смеяться ещё громче. - Я предлагал тебе сходить за бургерами, помнишь? Так что сам виноват. - Знаю, сейчас бы я от них не отказался. - Надо же, не могу поверить своим ушам. - Так ты не злишься? – Билл убрал с лица мокрые волосы и исподлобья взглянул на Трюмпера. - На что? - Я думал, ты не станешь здесь со мной разговаривать. - Не все живут по твоим правилам, Билл, - Каулитц только кивнул и прикрыл глаза, отворачиваясь. Лучше бы Том на него злился. Какое-то время они снова сидели в тишине. Этот бесконечный день не оставил никаких сил: ни физических, ни моральных. Безумно хотелось спать, пить, есть, но возможности для этого не было. - У тебя губы синие. Накинь это, - Том снял с себя рубашку и кинул в Каулитца. - А ты? - Я не попадал под дождь, - Билл кивнул, накидывая на плечи вещь. Долго уговаривать его не пришлось, - да и краб меня за зад тоже не кусал, к счастью. - Ну как же об этом не вспомнить, - парень закатил глаза, - кстати, а когда ты успел переодеться в форму? Ты же был в этой своей дурацкой огромной футболке. - На яхте всегда есть отглаженный комплект. Я помню твою истерику год назад, когда я был в штатском, поэтому сегодня решил не рисковать. - Это была не истерика. Адекватное требование, знаешь ли. - О да. Со стороны это выглядело как истерика, поверь. - Да иди ты, - Каулитц толкнул Тома коленкой, рассмеявшись. - Кстати, почему каждый раз, как мы встречаемся, ты называешь меня укурком? Каждый долбанный раз, Билл! - Да потому что ты выглядишь, как растаман. Эти дреды, это жуткое шмотьё. - А знаешь, что самое смешное? Я ни разу в жизни не курил траву. - Ни за что не поверю. - Ну и не верь. Оба парня рассмеялись, но Трюмпер прервал этот смех, подавшись в сторону Билла и заткнув ему ладонью рот. Каулитц в первые секунды растерялся, но всё понял, когда со стороны зарослей послышался шорох и отчётливые шаги. От страха сердце пропустило удар, и парень даже не заметил, как обеими руками схватил Тома за плечи, сжимая изо всех сил.