Hard luck

      - Такого просто не может быть, - выносит вердикт Дин, скрестив руки на груди. Он, прищурившись, смотрит на Дженкинса, ожидая, что тот скажет. Генри молчит долгие пару минут, обдумывая только что сказанное Дином. Такое, действительно, ни в какие ворота не лезет. Это и смешно и страшно одновременно.       Днем ранее       - Что за хрень?! Как ты это сделал?! – Дин не верит своим глазам, произошедшее разом выбивает его из колеи. Это не укладывается у него в голове никаким образом.       - Дин, нам надо поговорить, - спокойствия у Джимми не занимать, это точно.       - Да уж, парень, тебе придется душу вывернуть, чтобы объяснить мне, что это было!       - Джимми больше нет.       - То есть как, нет? А ты кто? – Дин смотрит на парня, пытаясь понять, это такие новые приколы, или что?       - Я – Кастиэль, - парень смотрит на Дина, чуть нахмурившись. – Ангел Божий. Меня поставили охранять твою жизнь.       Дин пытался сказать что-нибудь. Пытался, правда, но слов не находил. Какие Ангелы? Какой Бог? Что вообще несет этот полоумный? Кажется, кто-то попал в не очень хорошую компанию, вон как мозги промыли, будь здоров!       - То есть… ты хочешь сказать… ты из этих, что ли? – Дин между делом так постучал по виску пальцем. – Сектант?       - Что? – парень (Кастиэль?) непонимающе посмотрел на него. – Я настоящий, Дин. Тебе мало доказательств?       - Предостаточно, Ка… как тебя там… - Дин нахмурился, вспоминая. Хотя зачем это ему? То, что сделал этот якобы ангел, не вписывается в его рамки. Дин не верит. Или не хочет верить. Потому что это сумасшествие. – Ангелов не существует, - выплевывает Дин.       Джимми (Кастиэль) хмурится. Дин ждет от него ответа. Хоть какого-нибудь доказательства. Снова. Ему мало было того, что его мозги перемкнуло воспоминаниями, того, что от недавнего побоища на нем не осталось и следа. Даже грязи. Плевать. Это все бред сивой кобылы. Его просто разыгрывают. Его сознание играет с ним. На самом деле лежит сейчас Дин где-нибудь в подворотне с пробитой головой.       Только этот якобы ангел явно не разделял его мнения. Парень подошел к Дину внезапно и то, что случилось дальше заставило Дина еще больше поверить в то, что он свихнулся. Да, на почве самотерзания и нервного потрясения. За восемь лет так и не научился держать себя в руках. А сколько раз заставлял перестать думать о прошлом и начать жить заново? Нет. Таки сошел с ума. Таки свихнулся. Доигрался.       Теперь они были в комнате Дина. Он с трудом погасил в себе желание сбегать к фарфоровому другу и обнять его. Так сильно его не укачивало даже на каруселях в детстве. Неприятные ощущения.       - Поверь, Дин, - не-Джимми внимательно наблюдал за ним. Дин не видел, но чувствовал спиной, как этот чувак прожигает в нем дыру взглядом. Интересно, а ангелы умеют так делать? Если да, то Дину не следовало бы поворачиваться к нему спиной так часто.       Но то, что они внезапно переместились из парка домой не по человеческой воле, а благодаря какой-то сверхъестественной силе ясно даже ежику. Дин поспешил присесть на так услужливо стоящий стул у рабочего стола – голова начала кружиться и новый приступ тошноты подбирался, отдавая неприятными отголосками из желудка.       - Я расскажу тебе все, - ангел стоял у окна, высматривая что-то на улице. – Придет время, и ты все узнаешь.       Кастиэль исчез, а Дин решил, что обязательно должен поговорить с доктором. Причем срочно.       Сейчас       - Это действительно странно, Дин, - Дженкинс подпирает подбородок сцепленными в замок пальцами. Его все это тревожит не меньше Дина. Он вообще с таким сталкивается впервые.       - Только не говорите, что я сошел с ума, - Дин устало вздохнул, развалившись в кресле. Напряжение потихоньку отпускало его и теперь неимоверно хотелось спать. Генри проигнорировал его слова. Только выдвинул свои предположения по поводу Кастиэля и его сверхъестественных сил.       - И все-таки, Дин, тебе придется разобраться в этом самому.       - Не думаю, что у меня этой получится, - Дин устало вздыхает. Он и правда не знает, что ему делать со всем этим. Рассказать, кроме Дженкинса он никому не может, потому что мало того, что засмеют, могут быть еще и последствия, от которых Дину в будущем придется очень несладко.       Дин покидает кабинет решительно настроенный поговорить с Кастиэлем нормально. Он не уверен, что готов услышать правду, не уверен, что поверит в нее с первого раза, но попробовать-то стоит.       Что он там говорил, про использование Новака в своих целях? Планы рухнули, не успев даже воплотиться в жизнь. Дин с трудом сдерживается, чтобы не убежать от этого (не)человека подальше.       По совету Дженкинса обращаться к нему только в особо критических случаях, Дин старался, правда, старался не бежать к нему чуть что. Потому что это действительно невозможно. Дин игнорировал Кастиэля ровно до того момента, пока не показалась черта: «ХВАТИТ!». У этого ангела совершенно отсутствует в арсенале такое понятие как «личное пространство», а Дина это до коликов в кулаках бесит. Еще чуть-чуть и он вмажет этому идиоту, чтобы уже, наконец, усвоил урок и не приближался к нему ближе вытянутой руки.       Любые попытки Кастиэля заговорить с ним Дин пресекал на корню. Потому что Дин еще пока не готов. Как будет - так сам подойдет, начнет разговор, намекнет, пнёт, сделает хоть что-то, а сейчас увольте. Не было никакого желания не то, что бы разговаривать, даже стоять рядом, даже находиться в одном помещении вместе с этим...Дин даже не знает как назвать его!       Ему просто необходимо всё обдумать, взвесить все «за» и «против», иначе у него ничего не получится. Не редко, он ловил себя на том, что разговаривает сам с собой. Иногда он даже спорил и ругался. Обижался, делал выговоры, сетовал. Только не дрался, еще чего не хватало. К чему это? Да к тому, что половина его считала, что с Кастиэлем стоит подружиться, стоит подпустить его к себе, поверить всему, что он говорит и, возможно, все будет хорошо. Другая же негодовала, требовала держаться подальше от этого парня. Потому что… ну кто знает, какие у него заскоки, может, он и вовсе сумасшедший.       - Как я, например, - выдает Дин, в потолок. А ведь действительно, кто сказал, что сам он здоров? У него настолько же повернуты мозги, как у этого Кастиэля. Кто знает, может, им удастся спеться. Так что ничего плохого в том, что он попробует поговорить с ним, нет.       Дин стоит возле фонарного столба - пришел сюда после школы. Он видел его сегодня. И точно знает, что Кас не мог сбежать раньше него. Только если не использовал свою чертову телепортацию. Хотя в глубине души Дин надеется, что все так и было. И он постоит здесь еще минут сорок, а потом пойдет домой с чистой совестью и отговоркой, что «не прокатило сегодня, не прокатит и завтра, зачем тогда париться?».       Но он продолжает упорно стоять, высматривая в прохожих знакомую фигуру. Дин начинает нервничать, потому что… ну сколько можно-то? Что у него там за дела такие в школе, что можно вот так просто не пройтись по парку. Да этот парк единственное нормальное место, через которое можно ходить из школы, не считая окольных путей, о которых Кас вряд ли знает!       - Вот сукин сын, - в сердцах бросает Дин, отлипает от фонарного столба, который все это время подпирал спиной и шагает домой. Ну а что еще делать, если Кастиэль и его Божественное существо решило не ходить сегодня домой? Мудак пернатый.       Дорога до дома не предвещает ничего плохого. На улице тепло и пахнет весной. По парку бегают дети, на лавках сидят их заботливые мамаши, которые, видимо, найдя интересную тему для обсуждения, даже и не смотрят в сторону своих чад. А зря. Потому что эти мелкие, особенно, когда собираются в группы, очень походят на монстров и готовы наброситься на любого, не смотря на то, человек это или какое животное. Всеядные монстры, стоит заметить.       Дин идет не спеша, на встречу то и дело попадаются женщины, девушки, мужчины, а так же пары с колясками и без. День сегодня и вправду хорош. Только мысли его занимает вовсе не солнечный день, хорошая погода или распускающиеся деревья и цветы. Нет. Мысли Дина полностью и бесповоротно, не обращая внимания на все потуги своего хозяина не думать, обращены к Кастиэлю и к тому, как ловко тот его продинамил.       Это несправедливо. Хотя, может, и не совсем так. Дин, например, вообще забыл о том, что назначил ему встречу. Сам назначил, сам и не пришел. Кастиэлю, возможно, тоже обидно было.       - Сам виноват, - бурчит Дин себе под нос, в сердцах пиная небольшой камушек. Только сейчас он понимает, что все это время шел с опущенной головой и не заметил, что рядом с ним кто-то идет.       - За что ты себя винишь, Дин? – интересуется кто-то. Этот «кто-то» и есть Кастиэль. Дину стоит огромных усилий не дать ему в морду, потому что его личное пространство снова непозволительно нарушили.       - Какая тебе разница? – огрызается Дин и, вскинув подбородок, прибавляет шаг, стараясь, непонятно зачем, оторваться от ангела. Но тот не отстает, идет почти шаг в шаг с ним. Дина это начинает бесить.       - Мы можем, наконец, поговорить? – удивительно спокойно интересуется Кастиэль, словно Дин сейчас не пытается сбежать от него.       - Поговорить, - передразнивает Дин, сбавляя темп. Кастиэль хмурится, но не говорит ничего. Ждет, пока Дин даст добро? Или что? – Окей, мы можем поговорить, - и кивает, чтобы Кас понял, что он серьезен. А он серьезен, и не собирается убегать. Ну, по крайней мере, пока не собирается. Дальше – по стечению обстоятельств. Он решает не загадывать и дает Кастиэлю право выговориться. Ему придется очень постараться, чтобы Дин поверил.       - Ты готов? – Кастиэль серьезно смотрит на него, и всё желание поторопить его, или попросить проваливать, у Дина разом отпадает.       – Мы, Ангелы, посланники Бога. Разделение на небесах происходит, по воле Господу. Ангел никак не решает, кем он хочет стать. Есть те, кого отправляют на фронт, где их готовят как воинов. Такие ангелы не имеют своей точки зрения, права слова или свободы. Они могут только подчиняться. Но, как не крути, являются элитой небес. Я знаю это, потому что сам был в их рядах, пока не получил серьезную травму. Если вы, люди, думаете, что мы ничего не чувствуем, то далеко ошибаетесь. Та, боль, которую приходится терпеть каждому из нас, покажется для вас муками Ада. Мое существо не выдержало последнего испытания и меня, как и других моих собратьев, выбраковали.       Кастиэль сник, словно это было для него ударом ниже пояса. Конечно, кто захочет спуститься с верхних рядов. Если, как понял Дин, это является их работой, то Кастиэля просто выбросили, даже не дав нормально обжиться на своем новом месте.       - Сочувствую, Кас, - Дин похлопал ангела по плечу, поддерживая. Ну, не то, чтобы он действительно понимал, о чем идет речь, но он не мог все оставить так. Тем более для ангела Кастиэль выглядел слишком уж подавленным. Кастиэль молчит долго, и Дин уже думает, что он закончил свой рассказ. Или просто дает переварить новую информацию?       - На небесах есть своя система распределения, как я тебе уже говорил. То есть, выбракованных ангелов, не способных воевать, отправляют на обучения для охраны людей. Каждый из таких ангелов приставлен к человеку для его защиты. Не все ангелы исполняют свою миссию добровольно. Думаю, я бы тоже стал таким, если бы меня приставили к кому-нибудь другому, но мне интересно было наблюдать за тобой, - Кастиэль замолчал, а Дин не смел задавать вопросов.       Они уже навернули кругов пять вокруг парка. Начало вечереть, и многие родители забирали своих отпрысков и уходили. Парк пустел, а вместе с ним пустел и Дин, не смотря на то, что он, вроде как, сейчас не один, ему все равно становилось грустно, от мысли, что ночью этот парк вряд ли кто посещает.       - Думаю, тебе пора домой, Дин, - спокойно говорит Кастиэль. Он снова встает слишком близко к Дину, почти соприкасается с ним телом.       - То есть, продолжения не будет? – интересуется Дин, делая шаг назад. Не любит он этого, ох, как не любит.       - Всему свое время, Дин, - и Кастиэль исчезает. Снова. Оставляет Дина одного, наедине со своими мыслями.