Прекрасный Эсмэ

- Здравствуй, малыш! – ласково сказала женщина. – Меня зовут Найли. Я пришла за тобой. Тьерри грустно посмотрел на женщину, понимая, куда она хочет его вернуть. - Я не хочу туда. Не хочу возвращаться, Найли. Здесь хорошо, спокойно… Здесь нет этого чудовища, моего Супруга. И Эсмэ… Мне кажется, что вот-вот появится. Я хочу подождать его. - Да, малыш, - ласково сказала женщин, - здесь спокойно. Здесь ты можешь скрыться от всех. И Виромиру сюда хода нет. Но и Эсмэ тоже не появится здесь. - Но ведь ты же смогла… - удивлённо сказал Тьерри. - Я – другое дело. Женская Сила отличается от мужской, поэтому я смогла посетить твоё Убежище. Но Эсмэ этого сделать не сможет, как бы он ни был силён. Ты не дождёшься его здесь, милый. Ты просто погибнешь, истратив всю свою Силу. - А разве это плохо, если я просто уйду? – грустно спросил Тьерри. – Мой Супруг ненавистен мне, я его пленник, его игрушка. Эсмэ потерян для меня навсегда. Я просто уйду, и Виромир ни в чём не сможет обвинить мою мать. - Вот как… - протянула женщина, - а об Эсмэ ты подумал? Ты и его смерти хочешь? Сонное оцепенение в мгновение ока спало с Тьерри: - Что??? Как ты можешь говорить такое? Эсмэ дороже мне всех сокровищ мира! Я только одного хочу – чтобы он жил долго и счастливо. - Он не сможет… - покачала головой женщина. – Не сможет без тебя. Вы предназначены друг другу Предвечными, и ваша пара должна соединиться. И если сейчас ты сдашься, перестанешь бороться и просто уйдёшь – ты обречёшь на гибель и Эсмэ. Понимаешь? - Понимаю. Но что я могу поделать теперь? - Жить. И бороться. И когда-нибудь вы будете счастливы вместе. А Виромир получит свою расплату, и она будет жестокой, поверь. Нельзя идти против воли Предвечных. Нельзя предавать свою душу Тьме. Просто потому, что нельзя, ибо Тьма всегда играет краплёными картами. Он так и не понял этого, а теперь уж и не поймёт. - Вы говорите так, словно он ваш близкий человек… Вы любите Короля? - Что ты, малыш… Я? Я, кого он взял против воли, вырвал из родной семьи, лишил всего, дав взамен только статус первой гаремной наложницы? Я его ненавижу. Ненавижу всей душой. Единственное в моей жизни, что он сделал доброго – мой сын Риган. Но я знаю его слишком давно, а ненависть порой сближает сильнее, чем любовь. И, знаешь? - Что? - Я недавно встретила того, кто был моим женихом… когда-то. И он до сих пор любит меня. Так что теперь я тоже намерена бороться. Объединим наши усилия, малыш? - А Эсмэ, правда, не сможет без меня? - Нет, - покачала головой женщина. Тьерри кивнул, опустил голову и на некоторое время погрузился в раздумье. А с фигурой женщины стало твориться что-то странное – она то бледнела, то подёргивалась рябью, как отражение в озере. Наконец Найли не выдержала: - Малыш, прошу тебя, думай быстрее… Моя Сила на исходе, а без моей помощи ты можешь и не выбраться отсюда. Тьерри встряхнулся. Липкая паутина сна стала вновь засасывать его, когда женщина заговорила, и теперь он убедился, что созданное его воображением Убежище может запросто оказаться и ловушкой, в которую он загнал сам себя. Мальчик торопливо вскочил на ноги, и подал руку Найли: - Я готов. Женщина взяла его за руки и повела прочь из шатра. Тьерри с удивлением увидел, что мир, созданный его воображением, стал меняться. Он словно… словно умирал. Ясный солнечный полдень сменился хмурыми сумерками, рощица облетела, и деревья тянули в небу голые ветки, словно протянутые в мольбе тощие руки, трава пожелтела и пожухла. - Вовремя я пришла, - прошелестела Найли, - ещё немного – и ты бы не смог вернуться. И женщина неожиданно громко и резко свистнула. Раздался цокот копыт, и рядом с Найли и Тьерри оказалась та самая пёстрая лошадка. Разрушение мира не затронуло ее, и она казалась на диво живой и яркой. Женщина торопливо вскочила на спину лошадке и протянула руку Тьерри: - Поторопись! У нас мало времени! Тьерри послушался. Теперь, когда он понял, что опасность грозит и Эсмэ, в нём проснулось желание жить и бороться. Вскочив на лошадку, он обхватил руками талию женщины, а та вцепилась в лошадиную гриву и совершенно по-разбойничьи свистнула, выкрикнув: - Дааваай! Давааай, моя хорошая! Лошадка понятливо фыркнула и с места помчалась хорошим ровным галопом. А позади неё что-то трещало и рушилось, Тьерри не хотелось оглядываться и убеждаться – что. Потом за спиной раздался тоскливый злобный вой, лошадка прянула ушами и помчалась ещё быстрее. Тьерри поджал ноги, почему-то вдруг почудились разинутые клыкастые пасти, готовые схватить и утащить туда, назад, где всё нарастали вой и свист. Тьерри покрепче обхватил Найли, отчаянно вскрикнул… и открыл глаза, чтобы тут же увидеть её улыбку. - Ну, вот и всё, - сказала женщина, - ты проснулся. Молодец. И тут же стала стремительно бледнеть. - Эй, кто-нибудь! – отчаянно прокричал, вернее, прохрипел Тьерри, но его услышали. Спальня Королевского Супруга в мгновение ока наполнилась народом – маги, целители, слуги – и началась обычная в таких случаях суета и бестолковщина, пока Тьерри не понял, что голос ему начал подчиняться, и не рявкнул: - Окажите помощь госпоже! Я в порядке! Люди, приученные подчиняться командному голосу, тут же обступили Найли, с посохов магов сорвались серебристые, зеленоватые и золотые вспышки, восполняющие потраченную Силу. Лицо женщины вновь порозовело, и она открыла глаза. - Благодарю вас, госпожа, - тихо сказал Тьерри. – Как вы себя чувствуете? - Неплохо, - улыбнулась женщина, - но сейчас я нуждаюсь в отдыхе. - Прошу вас отвести госпожу в её покои, - спокойно сказал Тьерри, - и пусть кто-нибудь из целителей окажет ей помощь, если она необходима. - Но вы, Ваше Ве… - попробовал протестовать один из магов. - Я в порядке, - спокойно сказал Тьерри. – Госпожа Найли успела вовремя. Слуги вывели Найли из комнаты под руки, в суматохе забыв одеть на неё амулеты. Один из целителей отправился за ней, но остальные всё-таки накинулись на Тьерри, как оголодавшие стервятники. И только осмотрев мальчика со всех сторон и проверив его магически, они вынесли вердикт, что Его Младшее Величество вполне здоров, но встать с постели разрешили только завтра. Тьерри мысленно сплюнул, но позволил себе согласиться с целителями, и те, довольные этой уступкой, ушли. После этого слуги чуть ли не на руках отнесли мальчика в купальню, сделали массаж и помыли, на этот раз облачив в белоснежное одеяние вроде платья, и принц как-то не сообразил сразу, что это ночная сорочка. В жаркой Ардване он привык спать вообще без одежды, как и абсолютное большинство его соотечественников, да и люли отличались свободными нравами и спокойным отношением к наготе, но сейчас Тьерри был даже рад, что его облачили в это глухое закрытое одеяние, и воспринимал его как своеобразный бастион защиты от посягательств Супруга. После этого Тьерри вновь препроводили в спальню и устроили на застланной свежим бельём постели, установили перед ним маленький столик и умостили на него чашку с бульоном, несколько кусочков поджаренного хлеба и стакан с соком. При виде этого живот Тьерри заурчал, как у последнего портового нищего – он ведь так и не ел ничего со дня своей злосчастной свадьбы. Целитель принёс извинения за скудный рацион и вежливо объяснил, что, поскольку мальчик не ел несколько дней, то ему лучше не наедаться сразу. Тьерри кивнул. Целитель был прав, поэтому мальчик попытался взять ложку, но не тут-то было. Руки у него тряслись так, что даже это простое действие пришлось выполнять слугам, им же пришлось буквально кормить его с ложечки. Тьерри было ужасно стыдно, но он был такой голодный, а съев всё, почувствовал странное состояние – что-то вроде лёгкого опьянения. - Всё в порядке, Ваше Величество, - мягко сказал целитель, - думаю, что сейчас вам надо отдохнуть, а завтра вы будете совсем здоровы. Ваша Сила сейчас истощена – правда, не так сильно, как у госпожи Найли, но всё-таки. Госпожа – смелая женщина. Вы оба могли погибнуть в Убежище… - Где? -удивился Тьерри. - Понимаете, - заговорщически склонился к нему целитель, предварительно проверив и убедившись, что ничьи лишние уши не услышат его слов, - когда человек переживает сильное душевное волнение, а у вас это было, несомненно, он может вести себя по-разному. Кто-то может умереть или сойти с ума от отчаяния, кто-то впадает в ярость, кто-то цепенеет. У вас есть магические способности, и вы создали себе Убежище – место, где вам когда-то было хорошо. Очень хорошо, не так ли? - Да, вы правы… - пробормотал Тьерри, - я не хотел просыпаться. - В этом и беда, Ваше Величество, - вздохнул целитель. – Прошлое прошло, и, оставаясь в нём, вы загоняете себя в ловушку, которая может привести к погибели. Госпожа Найли совершила почти невозможное – она спасла вам жизнь. А теперь вам стоит отдохнуть и набраться сил перед завтрашним днём. Но Тьерри не хотелось спать, поэтому он поинтересовался у слуги, имеется ли во дворце библиотека, и, получив утвердительный ответ, попросил принести ему какую-нибудь книгу о путешествиях. Слуга кивнул и исчез. Целитель ещё некоторое время развлекал Тьерри светской беседой, но тут дверь отворилась, и вошёл Виромир. Тьерри тут же почувствовал желание слиться со стеной, так, чтобы Король не заметил его вообще, но тот целенаправленно шёл проведать Супруга и был даже настроен вполне благосклонно. - Как вы себя чувствуете, Супруг мой? – поинтересовался Виромир, взмахом руки отослав целителя, который, несмотря на дородство и почтенный возраст, вылетел за дверь ласточкой. - Всё в порядке, - бесцветным голосом отозвался Тьерри, искренне желая Виромиру провалиться куда-нибудь в тартарары. – Госпожа Найли мне помогла. Она почувствовала недомогание после этого. Могу я завтра навестить её и поблагодарить? - Вообще-то Королевскому супругу не принято посещать гарем, - спокойно ответил Виромир. – Но я приношу вам свои извинения за то, что явился причиной вашего плохого самочувствия. Больше такого не повторится. И вы сможете завтра посетить мою наложницу, коли уж так хотите с ней общаться. Кроме того, нам нужно кое о чём поговорить. Очень серьёзно поговорить. Сказано это было так, что у Тьерри по спине пробежал холодок. А лунница, чудесным образом уцелевшая во всех передрягах, стала просто ледяной. Король же, видя удивление, растерянность и страх своего юного Супруга, хищно улыбнулся, потрепал Тьерри по щеке и величественно вышел. Некоторое время было слышно, как он в коридоре распекает целителя, потом всё стихло. Вернулся слуга с книгами. Тьерри выбрал самую толстую, с красочными картинками и погрузился в чтение – это оказался отменно написанный роман о путешествии некоего морехода на край света в поисках волшебной травы, дарящей бессмертие. Но где-то в подсознании продолжала неотвязно биться мысль: чего хочет Король и есть ли причина, по которой он так переменился? И не сходит ли он, Тьерри, с ума? Не почудилось ли ему присутствие рядом с Королём Другого?