Расплата

      Несмотря на то, что я считалась человеком довольно-таки неорганизованным, утро мое всегда проходило по одному и тому же расписанному до мелочей сценарию, которому я следовала всегда, везде и в любом состоянии. Даже с невероятного бодуна, как сегодня. Разве что после обильных возлияний ряд доведенных до автоматизма действий начинался с кружечки минералки. Не поднимаясь с постели, я промочила горло с вечера заготовленной водой, только потом откинула одеяло и, как была, в одном только нижнем белье, направилась на балкон курить. По пути я нажала большим пальцем ноги на кнопку запуска компьютера. Как раз за то время, что я потрачу на «ингаляции», он запустится. По-хорошему, надо было бы докупить оперативной памяти, но я каждый раз благополучно об этом забывала, когда планировала свои расходы на ближайший месяц, а когда вспоминала — от доходов оставался пшик.       Я подошла к балкону, отдернула тяжелую плотную штору, впуская в комнату лучи ласкового утреннего зимнего солнышка, перекурила и села за комп — проверить почту перед тем, как идти в душ. Первое, что бросилось мне в глаза — на компьютере почему-то было выставлено не двадцать второе декабря, а пятое января. Недоумевая, я переставила дату на нужное число и открыла браузер. Тот, как обычно, первым делом продемонстрировал мне сайт нашего колледжа, где в колонке новостей значилась статья, в которой сообщалось, будто бы вся техника в мире резко сошла с ума и дата на ней внезапно перескочила на две недели вперед. В комментариях выдавались какие-то немыслимые теории про мега-хакеров (в особенности русских), решивших пошутить, про вирус, невероятным образом оказавшийся даже на тех компах, которые ни разу за все свое существование не выходили в сеть, кто-то вопил про конец света, затронувший, в первую очередь, всю технику, а скоро сбоить начнут еще и люди (на этой теории мне захотелось убиться об стол). Кроме того, сообщалось об аналогичных сбоях даты и времени вообще на всех электронных устройствах, будь то телефоны, фотоаппараты, микроволновки. Устав читать этот бред, я быстро проверила почту и фейсбук на предмет сообщений, после чего свернула окошко браузера и обнаружила на рабочем столе непонятный вордовский документ под названием «Расплата». Открыв его, я пробежалась по нему глазами, удивляясь, откуда же он появился. Создавалось такое впечатление, словно мы с Кейт вчера, основательно накушамшись, упоролись и воплотили свои фантазии в электронном варианте, написав весь этот невероятный бред, после чего подруженька, прихватив свою соседку, укатила домой. Впрочем, осознав, что я вообще плохо помню события вчерашнего вечера и ночи, мы вполне могли накропать нечто подобное. Что ж, пусть остается: места много не займет, а время от времени почитать будет вполне себе забавно. Правда, несколько настораживал тот факт, что мы мужиками махнулись, но так мне даже больше понравилось. Жаль только, что концовку мы, видимо, не настрочили, а сейчас уже вряд ли вспомним то, что задумали как окончание. Усмехнувшись, я решила по-быстренькому дописать фик уже в одиночку — Кейти не обидится. Что странно, пальцы словно сами по себе бегали по клавиатуре, будто кто-то невидимый мне нашептывал на ухо.       Завершив работу, я направилась на кухню, намереваясь сделать себе завтрак. Едва войдя в помещение, я поежилась от холода, а оглядевшись, поняла, что окно почему-то распахнуто. Приперевшаяся вслед за мной Печенька, увидев, что путь на свободу открыт, рванула к окну, но я опередила кошку, захлопнув створку прямо у нее перед носом так, что несчастная киса впечаталась мордочкой в стекло. Потискав для утешения (вот только не знаю, своего или печенькиного) животинку, я сделала себе кофе и разогрела пиццу, а когда вернулась в гостиную и уселась смотреть очередную серию Теории Большого Взрыва, в коридоре хлопнула дверь, тренькнули брошенные на полочку ключи, раздалось какое-то шебуршание и в комнату даже не вошла — приплелась Мелани, буквально рухнувшая на диван рядом со мной.       — Что случилось? — обеспокоенно поинтересовалась я у подруги. Та только что-то невнятно пробурчала, зарываясь носом в диванную подушку. — А четче можно?       — Я с Джошуа поссорилась! — рявкнула на меня Мел так, что я от неожиданности выронила тарелку с пиццей и та живописно шлепнулась на пол.       — Черт, это хреново, но на меня-то так орать не обязательно, — обиделась я и, запихав ногой под диван упавшую посудину, отправилась на балкон курить.       Мелани явилась ко мне через пару минут, принеся свои несколько скомканные, но вполне искренние извинения, и рассказала мне обо всем, произошедшем с ней вчера, включая еще и тот вопиющий факт, что она умудрилась забыть в халупе Джошуа все свои вещи и полученную за машину страховую выплату. Пообещав подруге, что вскорости вместе наведаемся к этому козлу и все заберем, параллельно начистив ему рыло, мы созвонились с Кейт и отправились на елочный базар за главным рождественским атрибутом.       Выбрав, наконец, более-менее приличное деревце, мы столкнулись с проблемой транспортировки елки к нам домой. Самим донести эту махину не представлялось возможным, так что пришлось поскрести по сусекам, то есть по карманам, и набирать денег на такси. Кое-как впихнувшись с елкой в лифт, мы доехали до шестого этажа и лифт… застрял. Пока мы вызвали мастера, пока он соизволил явиться и вызволить нас, прошло что-то около трех часов, так что домой мы попали злые, голодные и крайне недовольные. Мелани отправили на кухню делать бутерброды, в то время как мы с Кейт, отчаянно ругаясь, установили злополучное дерево и, наскоро перекусив, завалились спать, позволив Кэтрин переночевать у нас на диване, дабы ей не пришлось переться к себе через полгорода.       Следующий день для меня начался со звонка мамы, которая все никак не теряла надежды затащить-таки меня в родные пенаты на Рождество. Чуть с ней не разругавшись, но все же отвоевав право провести каникулы в Бостоне, я приняла душ, перекурила, нарядила елку, получила втык от проснувшейся Мелани за то, что сделала это без нее и вообще неаккуратно, перекусила и остаток дня провела за компьютером, вслух зачитывая подругам ту самую «Расплату», параллельно потягивая вино. К вечеру мы упились в такие дрова, что даже умудрились в очередной раз передраться на тему того, кто из ассасинов круче. В общем, спать разошлись побитыми, поссорившимися и злыми как дьяволы.       Утром про ссору, естественно, никто и не вспомнил. Мы с Кейт, решив на тайном совещании не нагружать находившуюся в депресняке Мелани готовкой, пришли к соглашению, что обойдемся без праздничного ужина, ограничившись пиццей и вином. Я быстренько сделала подборочку рождественских фильмов, которые мы решили начать смотреть часиков в пять, а Кэтрин тем временем уселась читать дальше тот фанфик. Я слушала ее, бездумно щелкая пультом, предварительно отключив на телевизоре звук, дабы он не мешал нормально слушать Кейти. Правда, в какой-то момент я остановилась на одном из каналов и даже вернула громкость в нормальное состояние.       — С незапамятных времен омела была одним из таинственных и священных символов европейского фольклора.       В Древней Британии жрецы—друиды чрезвычайно почитали это растение, особенно растущее на дубе. Согласно древней кельтской мифологии, омела, выросшая на дубе, была символом того, что именно это дерево отмечено богами. На шестой день лунного цикла одетые в белые одежды жрецы друидов поднимались на дерево и золотым серпом срезали это магическое растение и собирали его обязательно в белый плащ, ведь поверье гласило, что омела не должна соприкасаться с железом и землей. Там же под дубом приносили в жертву двух белых быков. Ветвями омелы украшали жилища. Считалось, что она дарует жизнь, плодородие и богатство, исцеляет от недугов и защищает от ядов.       — Джеки, я тут для кого распинаюсь? — окликнула меня Кейт.       — И правда, вырубай, не страдай херней, — поддержала ее Мелани. — Что мы там про эту омелу не знаем?       Я выключила телевизор и запихала пульт под диванную подушку, на которой покоилась моя бедовая голова. Кэтрин продолжила чтение, правда, дойдя до описания срачика на тему того, кто из ассасинов круче, ненадолго остановилась и многозначительно глянула на нас.       — А мы тут капец какие вхарактерные, — усмехнулась она. — Вон, наша вчерашняя дискуссия прямо слово в слово.       — Ага, — кивнула я, осторожно дотрагиваясь до свежей царапинки на подбородке. — Жаль, только, что нас некому было разнять.       — Ты сама напросилась, — проворчала Мелани. — Я другого не могу понять: как это вы так упоролись, что настрочили за одну ночь больше двухсот страниц? И думали вы явно не головой, когда вдруг сделали рокировку мужиками: какое нахрен Джецио? Эциошечка мой и только мой!       — Видимо, чем больше алкоголя в крови, тем продуктивнее движется работа, — хихикнула я.       — А серьезно, как это я так упоролась, что променяла моего карамельного няшу на этого мерзкого, эгоистичного, высокомерного, тупого арабского быка?       — Э-э-э-э, полегче! — взъярилась я. — Лишние зубы за ночь выросли? Второй ряд, как у акулы?       — Ну так мы с тобой и есть акулы, — усмехнулась Кэтрин. — Только акулы пера, судя по качеству работы. А Альтаир все равно высокомерный гордец!       Я вытащила из-под подушки пульт и хотела уже кинуть его в эту самоубийцу, раз уж она так убедительно просит прекратить ее страдания в этом бренном и суровом мире, как тут телефон Мел завопил на всю комнату: «Commander, youʼve received a new message at your private terminal», оповещая о новой смс. Я подала подруге телефон, а та, прочитав сообщение, резко побледнела и выпустила мобильник из рук. Я вопросительно взглянула на Мелани, спрашивая, можно ли прочесть мне. Она только махнула рукой, мол, делай что хочешь.       — «Нужно расставить все точки над i», — вслух прочла я. — Мел?..       Та, вздохнув, взяла у меня из рук телефон и ушла на балкон, намереваясь переговорить со своим парнем без лишних ушей. Мы с Кэтрин напряженно наблюдали, как подруга, смоля одну сигарету за другой, разговаривает по телефону, ожесточенно жестикулируя. И только когда она договорила, мы тоже вышли в курилку.       — Ну что? — поинтересовалась Кейт, закуривая и протягивая мне зажигалку.       — Сначала он довольно мило пожелал веселого Рождества, а потом, не отходя от кассы, сразу же сообщил, что, оказывается, уже два месяца как потрахивает Наоми с нашего курса. Ну, помните ту высоченную кобылу с сиськами четвертого размера? — и дождавшись наших с Кэтрин утвердительных кивков, продолжила: — А теперь эта шалава, оказывается, от него залетела и он, как порядочный мужик (это его слова — не мои) повез эту стерву знакомиться с родителями на правах невесты.       — Охренеть, — только и смогла выговорить я, чувствуя, как у меня начинают нетерпеливо подрагивать руки, требуя немедленно начистить этому придурку рожу.       — Он что, мексиканских сериалов насмотрелся?! — воскликнула Кэтрин, и по ее голосу я поняла, что непреодолимое желание натянуть одной нехорошей личности глаз прямо на задницу возникло не только у меня.       — Вот так всегда, — вздохнула Мелани. — Я к нему, значит, со всей душой, а он мне вилкой в жопу. Теперь понятно, почему он полтора месяца так «уставал» на работе, что у нас даже секса не было.       — Ну, хочешь, мы его убьем? — я оглянулась на Кейт в поисках поддержки, а подруга согласно закивала. — Вот хочешь, мы достанем из твоей прекрасной задницы эту вилку, размножим ее на 3D принтере и утыкаем твоего Джошуа так, что он станет на ежика похож?       Мне прямо на душе легче стало, когда я увидела, как на лице Мел появилась какая-то неуверенная, но все-таки улыбка. Я обняла Мелани с одной стороны, а Кейт — с другой.       — Все будет хорошо, слышишь? — пообещала я подруге. — Найдешь себе мужика в миллион раз лучше, чем этот козел. Не зря он мне с самой первой минуты не понравился. В следующий раз послушайся старую мудрую белку.       — Ага, — слабо усмехнувшись, кивнула Мел. — Теперь я всех парней буду приводить к тебе и говорить «Нюхай!».       — А что, как вариант! — согласилась я. — Кто после этого не убежит — точно твой тип!       Рождество встретили, как и планировалось — с вином и фильмами. А лечь спать так и не успели, ибо ранним утром раздался звонок из автосервиса, где меня убедительно попросили забрать свою коняшку. Мелани, встрепенувшись, попросила заодно зарулить к Джошуа, чтобы забрать ее вещи. Клятвенно пообещав, что обязательно так и поступим сразу после того, как заедем в сервис, мы с Мел собрались и направились в мастерскую на метро. Кэтрин же, пообещав заехать завтра, укатила к себе домой.       Забрав «Мустанг», мы рванули в пригород, к дому Джошуа. Когда мы поднялись по лестнице на третий этаж и остановились перед довольно-таки хлипкой дверью в недоразумение, которое только по ошибке можно было назвать квартирой, Мелани как-то заметно осунулась — ей явно было неприятно здесь находиться.       Дверь в квартиру была, естественно, закрыта, так что Мел пришлось идти с поклоном к горячо нелюбимой домовладелице и объяснять ситуацию, что она, мол, просто захлопнула в квартире свои ключи. Полная женщина лет шестидесяти, чем-то отдаленно напоминавшая миссис Морено из нашего дома, скрепя сердце согласилась открыть нам дверь, при этом подозрительно косясь на нас, готовая в случае чего вызывать полицию. Правда, не думаю, что мы представляли для нее хоть какую-то угрозу — при желании эта мадам могла бы раздавить троих девушек такой комплекции как мы и даже этого не заметить. Когда мы вошли, наконец, в квартиру, Мелани, шуганув тараканов, недовольно разбежавшихся в разные стороны, взяла с полочки в коридоре связку и продемонстрировала ее домовладелице, которая, увидев, что мы и впрямь не очень-то ей врем, успокоилась и удалилась, попросив впредь быть аккуратнее. Мы быстренько собрали все вещи Мел и уже собирались уйти, как мне жутко захотелось пить. Подивившись невероятному порядку, царившему на кухне, я налила себе водички и тут заметила в мусорном ведре фотографии, на которых были запечатлены вместе Мелани и Джошуа. Подруга, вошедшая в помещение вслед за мной, тоже обратила внимание на содержимое мусорки, после чего не говоря ни слова, взяла со стола коробок спичек, подожгла, и швырнула прямо в ведро, а затем, все так же молча разгромила всю квартиру к чертям собачьим. Я, решив принять участие в этой прелестной забаве, даже немножко попинала тостер и микроволновку, пока Мел развлекалась «наведением порядка» в комнате.       Совершенно опустошенные и в то же время злые, как свора шакалов, мы вернулись домой. Как назло, не работал ни один лифт, но, хвала богам, когда мы поднимались по лестнице, на третьем этаже нам встретился Джеймс с какой-то цыпочкой, и он, как истинный джентльмен, наш друг, да и мой бывший парень, с которым мы, тем не менее, остались в хороших отношениях, попросив свою девушку подождать, помог нам дотащить вещи Мелани до квартиры. По дороге мы обсудили внезапный сбой техники по всему миру, параллельно выяснив, что Бык недавно прикупил себе «Кадиллак Эскалейд» и приглашает нас как-нибудь на нем прокатиться. Сказав, что примем это предложение к сведению, мы поблагодарили соседа за помощь и, едва войдя в квартиру, буквально рухнули на пол, хватаясь за гудящие после длительного и изнурительного подъема по лестнице ноги.       Очередной день, как и несколько последующих, мы провели за банальным просмотром фильмов и чтением той самой «Расплаты». И, честно говоря, весьма охренели, когда прочли в фанфике описание выяснения отношений между Мелани и Джошуа, а геморроя добавил написанный слово в слово диалог, произошедший между нами в тот день на балконе. Подивившись тому, как все совпало, мы стали читать дальше, постепенно все больше и больше изумляясь. Звонок из автосервиса прямо в Рождество, фотографии в мусорном ведре, погром квартиры Джошуа, новая машина Джеймса. С каждой новой главой Мелани тревожно поглядывала на меня, а потом напрямую поинтересовалась:       — Вы с Кейт оракулы, что ли?       Я только неопределенно передернула плечами, сама удивляясь такому количеству невероятных совпадений касательно повседневных событий, не касавшихся непосредственно ассасинов, которых и быть не могло как в нашей жизни, так и в нашем мире вообще.       Когда мы дошли до сцены с месячными, я призадумалась: а где же мои «праздники» на самом-то деле? Ведь по графику выходило, что они вот-вот должны начаться, а их все нет и нет. Мел одолевали те же мысли. В итоге, месячные все-таки пошли… у Кейт, которой до них, на самом-то деле, было еще порядочно времени. Решив, что наши организмы упоролись не хуже нас самих, мы плюнули на это загадочное явление. В конце концов, париться из-за задержки нам не было никакого резона: моим последним мужчиной был Джеймс, соответственно я была без секса уже почти полгода, а Мелани, как она сама призналась, не спала с Джошуа последние полтора месяца. Видимо, из-за того, что мы перенервничали на особенно сложной сессии, да еще и из-за всей этой херни с Джошуа, циклы у нас сбились.       Дочитав эту самую «Расплату» до конца, мы все втроем, дав волю эмоциям, как следует поревели друг другу в плечо, замочив к чертям футболки — хоть выжимай.

* * *

      Первого января в дверь нашего дома стала буквально колотить ногами и руками какая-то неадекватная личность.       — Я не пойду, — сразу открестилась я.       Мелани, вздохнув, поднялась с дивана и направилась открывать. Щелкнул замок, скрипнула дверь и квартира наполнилась до боли знакомым голосом одного небезызвестного придурка.       — Сука, ты что в моей квартире натворила?! — верещал бывший парень Мел. Я двинулась на голос. В коридоре обнаружился Джошуа, державший вяло сопротивляющуюся Мелани, красовавшуюся разбитой губой, за плечи на весу. С каждым словом парень планомерно вколачивал мою подругу в стену. — Как ты посмела разгромить мой дом?       — Козел, ты что, совсем спятил? — завопила я на него. — Вон пошел — тебе тут не рады!       — Это ты ее подбила, я знаю! — Джошуа, никогда меня, в общем-то, не жаловавший (что взаимно), сразу же нашел, на кого можно скатить еще пару бочек. — Мелани никогда бы до этого не додумалась!       — Да она скоро дышать перестанет, с такими-то темпами, — громко возмутилась я, повисая на левой руке бывшего парня подруги. — Отпусти ее!       Джошуа только тряхнул конечностью, сбрасывая меня на пол, причем так, что я с размаху шандарахнулась головой об стену, после чего он, замахнувшись, еще раз ударил Мел по лицу. Я панически размышляла над тем, что же теперь делать, ибо мы с Мелани вдвоем ни за что с этим амбалом не справимся. Хоть он по габаритам далеко не Джеймс, но… Стоп, Джеймс!       Трясущимися руками я вытянула из кармана мобильный и нажала на тройку в режиме быстрого набора — хорошо, что я так и не удосужилась за полгода убрать номер бывшего с этой кнопки, иначе сейчас пришлось бы париться, выискивая его в справочнике. Джошуа, заметив, что я копошусь в телефоне, ногой выбил его у меня из рук, параллельно очень больно зацепив мои пальцы своим тяжеленным ботинком. Несчастный самсунг, пролетев несколько футов, неблагополучно завершил свое существование, встретившись со стеной и разлетевшись на составляющие. Когда мой взгляд пересекся со злобными глазищами бывшего парня Мел, первым моим желанием было забиться в шкаф и провести там остаток жизни. Но, черт побери, чтобы я спустила этому козлу хоть что-то? Завопив, я подорвалась с пола и рванула к этому придурку, занося сжатые в кулак до побеления пальцы неповрежденной левой руки. Джошуа в две секунды меня заломал, но для этого ему пришлось выпустить из своей хватки Мелани, так что мой порыв того стоил. Подруга сползла по стеночке и теперь почти не подавала признаков жизни. Я лихорадочно соображала, что же теперь делать, как тут не закрытая на замок входная дверь распахнулась и в проеме я увидела Джеймса. Фух, значит все-таки прошел звонок.       — Что тут у вас происходит? — прогромыхал Бык, недовольно глядя на Джошуа, все еще державшего меня в захвате. — Джеки?..       — Нет, блин, твоя покойная прабабушка! — огрызнулась я. — Помоги уже, не видишь, что у нас тут сбежавшая из зоопарка горилла?       Джеймс, хвала богам, уяснил, кого я обозвала приматом, и двинулся прямо на предполагаемую жертву, при этом мерзко хрустнув костяшками пальцев на обеих руках и с таким же очень слышным хрустом размяв шею. Е-мое, хорошо, что я все-таки не мужик, а у соседа, в отличие от некоторых, хватает ума ни в коем случае не бить девушек — не хотела бы я, чтобы на меня надвигалась такая машина смерти, если бы мне случилось вдруг обидеть такую махину. А ведь и немножко обижала в свое время…       Джошуа выпустил меня так резко, что я от неожиданности шлепнулась на задницу, а следом поприветствовала пол затылком.       — Не смей больше сюда являться, — четко выговаривая каждое слово и делая между ними театральные паузы, сказал Джеймс, приближаясь к бывшему парню Мелани.       — Иначе что? — сделав морду кирпичом, ехидно поинтересовался Джошуа. — Сожрешь меня?       — Для начала прикончу и поджарю, — не меняя тона, сообщил Бык. — А там уже посмотрим.       Джошуа, хмыкнув, попытался ударить соседа кулаком в лицо, но Джеймс перехватил удар и, резко дернув, притянул противника поближе к себе, после чего, не церемонясь, ударил бывшего парня Мелани лбом в лицо. Тот взвыл, хватаясь рукой за разбитый нос, из которого капельками сочилась кровь. Бык, открыв дверь, подтолкнул Джошуа поближе к ней, а затем придал этому козлу дополнительное ускорение пинком под зад. Дверь захлопнулась под аккомпанемент скулежа, издаваемого этим недоделком. Джеймс помог подняться с пола и мне, и Мелани, после чего буквально перетащил нас в гостиную, не позволяя идти самостоятельно. Усадив нас на диван, сосед скрылся из комнаты, но вскоре вернулся, неся в одной руке лоток со льдом, а во второй замороженный кусок мяса. Лед вручили Мел, чтобы та приложила его к рассеченной губе, а говядина (хвала богам, находившаяся в пакете) перекочевала из рук Джеймса на мой затылок.       — Это что за урод был? — хмуро поинтересовался друг, глядя на нас с Мелани.       — А это наша Мел очень удачно себе парней находит, — проворчала я, со стоном прикладывая замороженный кусок к одной из многочисленных шишек на затылке. — А еще она у нас очень любит прислушиваться к мнению других людей.       — Ладно, я не буду спрашивать, почему этот ушлепок был здесь и чья вина в том, что он поднял на вас обеих руку, но, в случае чего — обращайтесь, — с этими словами Джеймс, как-то рассеянно потрепав меня по макушке и словив от меня недоуменный взгляд, покинул гостиную, а затем и квартиру.       — По-моему, он все-таки еще что-то к тебе испытывает, — пробормотала Мелани, косясь на меня. Я только пожала плечами в ответ, не зная, что еще тут можно сказать. Мне сейчас было как-то не до этого.       Примерно через час, когда мы более или менее пришли в себя, я вновь уселась за комп, намереваясь проверить почту, где обнаружила письмо от Аманды недельной давности с просьбой завтра явиться на косплей фестиваль если не для участия в дефиле, так хотя бы для массовости. Мы созвонились с Кейт по скайпу, рассказали ей о произошедшем, а в итоге приняли решение, что было бы неплохо после такой херни сгонять поразвлечься, так что договорились завтра в десять встретиться уже на месте.       — Джеки, — тихим голосом позвала Мел, когда я собиралась выключать компьютер и уже закрыла все окна и программы. — «Расплата»…       — Что «Расплата»? — не поняла я.       — Ну смотри, все сходится, — глаза Мелани загорелись каким-то бешеным огнем, а голос был буквально пронизан настороженностью, удивлением и, кажется, испугом. — Там все это было описано. Косплей-пати, приход Джошуа, все!       — Совпадение, — качнула головой я, при этом чувствуя, как меня изнутри начинает точить червячок сомнения. — Случайно угадали — не более того.       — Да?! И с погромом, который я устроила у Джошуа в квартире, тоже? И с смской от него? — подругу буквально трясло, как в ознобе, даже голос ее дрожал.       — Черт тебя дери, женщина, ты тут видишь хоть одного ассасина? — я обвела рукой гостиную. — Если уж верить этому упоротому фанфику, они должны здесь тусить уже больше недели!       — А ты концовку вспомни! — Мелани сорвалась на крик.       — Ой, да забей! — отмахнулась я, осознавая, что меня саму начало колотить от всех этих фантастических предположений. — Я конец вообще одна писала.       — Хорошо, допустим, что это случайность, — вдруг успокоилась Мел. — Но если совпадет еще хоть одна-единственная деталь…       — Вот давай подождем до завтра и ты увидишь, что больше не будет никаких совпадений, — предложила я, изо всех сил стараясь придать своему голосу твердости и уверенности.       На том и порешили. Остаток вечера мы почти не разговаривали, приводя ассасинские робы, в которых решили завтра пойти, в порядок. А потом я полночи не могла заснуть, проводя у себя в голове параллели между написанным и настоящим, раз за разом прокручивая какие-то отдельные моменты из фанфика и любуясь поразительно яркими и четкими картинками, возникающими в моем воображении.       Утро, естественно, было хмурым, а на синяки, появившиеся под глазами от такого недосыпа пришлось перевести чуть ли не полтюбика тонального крема, и то у меня не получилось до конца скрыть следы бессонной ночи.       Когда мы прибыли на место, первым человеком, которого мы встретили, была Аманда в костюме Джейн Шепард. Она приветственно помахала нам снайперской винтовкой.       — Привет, Аманда, — поприветствовала я главу косбенда. — Много там уже народу?       — Коммандер Шепард, — грозно насупившись, поправила меня знакомая. — Достаточно. А я смотрю, вы хорошо подготовились.       — Старые костюмы же, — ухмыльнулась Мелани. — Но отличного качества, не спорю. Не зря мы год назад в них столько денег вложили.       Мы прошли внутрь, заплатили за входные билеты, как и положено, только полцены (как косплееры). Вдоволь нагулявшись (и проблевавшись, увидев жутко жирного Эцио), мы пошли в зал, где проходили выступления. Наш косбенд, сегодня представлявший, как не сложно было догадаться, костюмы из Mass Effect, справился на ура. Потом подряд шли несколько выступлений, относившихся к каким-то аниме, так что мы решили сгонять за сцену, чтобы пообщаться с нашими знакомыми.       Мелани радостно подбежала к одной из наших девочек, косплеившей Гарруса и потребовала у Аманды сделать пару фоток, как они стукаются лбами. Мы с Кейт тоже перефоткались со всеми, с кем хотелось, а по завершении фестиваля все втроем, уставшие как черти, приехали к нам домой.       Наутро я сразу же полезла в почтовый ящик, поскольку Аманда обещалась скинуть нам фотки, которые нащелкала она. Я радостно их всех перекачала себе на комп и, решив не откладывать все в долгий ящик и не засирать рабочий стол кучей файлов, вознамерилась сразу же забросить снимки в соответствующую папку. Скопировав фотки (некоторые из них при копировании вопили, что файл с таким именем уже существует), я стала пролистывать их все и к своему невероятнейшему удивлению наткнулась на такие снимки, которых у меня просто по определению не могло быть, и впала в ступор минут эдак на пятнадцать. Вот вчерашнее косплей-пати, но там, кроме снимков Мел и Гарруса, нас троих с охрененным косплеем Данте и еще кучей разных персонажей, обнаружилась фотография, на которой я целовалась с каким-то парнишей в очень качественно сшитой ассасинской робе Эцио, а на заднем плане этой же фотки виднелась Кейт, что-то говорившая чуваку в костюме Альтаира, при этом обнимая его.       — Кажется, пора прекращать бухать, — пробормотала я.       — Ты мне что-то говоришь? — поинтересовалась Мелани, в сопровождении Кейт входя в гостиную.       — Почти, — выдавила из себя я. — Мел, кажется, твоя теория относительно фанфика была верна.       — Что? Какая теория? — оживилась Кейт. — Расскажите мне, расскажите, ну сестрюни!       Мы просветили Кэтрин, после чего наша троица стала активно щелкать мышкой, листая фотки. И тут-то мы напоролись сначала на снимки Мелани, явно сделанные в нашей квартире, на которых подруга целовалась с каким-то патлатым смуглым чуваком. Его лица не было видно, но шрам на щеке и заплетенная косичка красноречиво свидетельствовали о том, что это, цитируя Мел, Коннор, мать его, Кенуэй! А окончательно добили нас фотографии, сделанные на Тропе Свободы, где нас было… семеро. Все, исключая одного парня, были в ассасинских робах, а этот самый отличившийся — в белой толстовке, из-под которой вместо привычной черной футболки виднелся такого же цвета свитер под горло. Капюшоны на головах наших спутников присутствовали далеко не на всех фотках, так что, приблизив изображение, мы со смесью ужаса и изумления распознали в этих мужчинах вполне реальных ассасинов. А потом я, кажется, упала в обморок.       Когда я пришла в себя, первое, что бросилось мне в глаза — все та же фотка, на которой я целуюсь… с Эцио, черт возьми! Затем моих ушей достиг звук, который люди издают при медитации. Я обернулась на это «ом-м-м-м» и поняла, что оно исходит от моих подруг, сидевших на диване в обнимку, закрыв глаза и раскачиваясь из стороны в сторону.       — Ты спала с моим мужиком, — замогильным голосом протянула Мелани, заметив, что я очнулась.       — Черт, да ты почитай — ты сама его мне отдала! — в испуге завопила я. — И вообще — меня тоже лишили моего мужчинки.       — Э, а ты не прифигела? — вскинулась Кэтрин. — Да я этого не помню даже!       — Так объясни тогда этой упоротой, что раз я не помню, что трахалась с Эцио, — при этих словах Мел заскрипела зубами и сжала кулаки, — то, значит, я с ним не трахалась! И вообще, ты же ей не предъявляешь, что она у тебя Коннора увела.       — У меня гордость есть, — заявила Кейт. — А Альтаир, если задуматься, тоже няша.       Я аж со стула грохнулась, услышав такое заявленьице.       — А, то есть мое мнение никого не волнует? Альтаир же…       — Ой, да забирай ты себе Эцио и все! — рявкнула Мел. — Только отстаньте. Меня уже тошнит от этих разговоров.       Вопреки этому возгласу, мы еще несколько часов провели, обсуждая наше внезапное открытие, еще раз пять чуть не передрались, выясняя, кто чей ассасин (особенно буйствовала по этому поводу Мелани). А потом на нас резко накатила апатия вкупе с депрессией. Осознавать, что в твоей жизни были прекрасные, незабываемые моменты с мужчиной твоей мечты, а ты этого даже не помнишь (да и не до конца веришь, в общем-то), было невыносимо. Бедная Мел вообще находилась на грани прыжка веры с шестнадцатого этажа — за каких-то там две недели ее бросили трижды! Причем дважды один и тот же чудак на букву «м», только вот уровень переживаний подруги по этому поводу варьировался в зависимости от степени отвлеченности на различные сторонние факторы. Хреново было и Кэтрин, поскольку в ее жизни, как оказалось, наконец-то появился нормальный (хотя о чем это я — охренительный!) мужчина, способный хотя бы на осуществление с ней физического контакта и тут — на тебе вилкой в жопу!       Когда подруги ушли в спальню Мел укладываться спать, я, сообщив, что хочу еще немного посидеть одна, втихаря закинула с компа на чудом выживший после стычки с Джошуа телефон фотки и фанфик. Удалившись в свою комнату, я, не раздеваясь, рухнула на кровать, где провела еще одну бессонную ночь, слушая на повторе одну и ту же песню, параллельно то подолгу разглядывая живого, настоящего Эцио, целующего и обнимающего меня, то перечитывая моменты нашей близости. Это все отдавало невероятным мазохизмом, потому что внутри меня все буквально перекручивалось и переворачивалось, сердце колотилось как бешеное, периодически вообще сбиваясь с ритма, а слезы текли просто безостановочно. Осознавать, что те дни, возможно, были самыми лучшими за все мое жалкое существование и, скорее всего, ничего подобного со мной больше не произойдет… Наверное, я еще никогда в жизни не ощущала себя такой несчастной. Тысячи раз я пожалела, что вообще открыла эту «Расплату», а не удалила ее к чертям собачьим, тысячи раз прокляла Минерву за ее «гениальную» идею по переубеждению Дезмонда, тысячи раз хотела убить себя, ту слэшерку и Аманду за сделанные фотографии. И миллионы раз помолилась всем богам, прося, чтобы через минуту все это оказалось дурным сном. Вот только файлы на телефоне говорили об обратном…

Iʼm here again, a thousand miles away from you A broken mess, just scattered pieces of who I am I tried so hard, thought I could do this on my own Iʼve lost so much along the way Then I see your face, I know Iʼm finally yours I find everything I thought I lost before You call my name, I come to you in pieces So you can make me whole