Расплата

      Сначала в клуб нас пускать не хотели по той простой причине, что до открытия было еще что-то около часа. Но Дезмонд наплел охраннику каких-то небылиц и нас пропустили. Чертово ассасинское обаяние!       Внутри мы расположились перед барной стойкой, за которой предстояло работать Майлсу. Я с интересом рассматривала разномастные бутылки у него за спиной, при этом причудливо отражавшиеся в зеркальном потолке, что создавало видимость прямо какой-то бесконечности алкоголя на полках. Я далеко не сразу обратила внимание на тот факт, что в помещении как-то уж слишком многовато шестов для обычного клуба. Я бы, наверное, и до открытия не заметила бы, если б на их наличие не указала Мелани.       — Это что, стриптиз-клуб? — возмущенным тоном спросила она, указывая пальцем на пилоны по обоим краям барной стойки. Дезмонд кивнул в ответ, меланхолично протирая стаканы. — А предупредить?..       — Я же не в бордель вас притащил, — невозмутимо ответил ассасин, возвращая вытертый бокал под стойку и вытаскивая оттуда следующий. — Ничего особенного тут не будет… надеюсь.       — Стриптиз — он и в Африке стриптиз, — заявила я, косясь на Эцио и понимая, что сегодня меня явно сожрет черная зависть напополам с неконтролируемыми приступами ревности. — Знаете, я не хочу тут оставаться.       — Так не пойдет, — заявил Дезмонд. Я вопросительно приподняла бровь и он продолжил свою мысль. — Вы уговорили нас съездить тогда с вами на косплей-фестиваль? Уговорили. Теперь ваша очередь быть там, где вам не хочется находиться.       — Сволочь ты, Дез, — проворчала я, признавая правоту Майлса.       Когда клуб открылся и в помещение запустили пару десятков человек, стриптизерши повылазили, казалось, буквально из ниоткуда. Я потребовала у Дезмонда сразу штук пять разномастных коктейлей и выхлебала их один за другим, не сводя глаз с Аудиторе, который, кажется, на несколько мгновений о моем существовании вообще забыл, глядя на танцующих и постепенно раздевающихся девушек с нескрываемым интересом. Альтаир с Коннором тоже не отставали от итальянца, глазея на работниц сего заведения попросту безумными глазами. Радунхагейду, не привыкший к такого рода зрелищам, постоянно отводил глаза, правда когда он попытался перевести свой взгляд на потолок, обнаружил и там очень много интересного, только с другого ракурса. Не облегчила его участи и Мел, указав пальцем на одну из стриптизерш и воскликнув: «Смотри, какие шикарные сиськи! Может мне себе такие сделать?». Кейт предпринимала попытки отвлечь Ла-Ахада, но Альтаир, справившись с первым шоком, сам отвернулся обратно лицом к Дезмонду, правда не прекращая периодически поглядывать на стриптизерш, благо одна из них танцевала буквально в паре десятков дюймов от того места, где сидел араб. Я, в свою очередь, даже не пыталась переключить внимание Эцио на себя, решив, что раз мальчику хочется — пусть развлечется. А сама в это время просто вертела в руках высокий стакан с каким-то коктейлем и занималась самокопанием, втаптывая свою самооценку все больше в грязь.       Спустя час соображала я весьма смутно, зато хоть чувство ревности уже было не таким диким, приуменьшившись и став намного терпимее. Я даже немного упоролась и, хихикая, засунула в трусики одной из стриптизерш, работавших на барной стойке, десять баксов. Для того, чтобы это сделать, мне пришлось встать со своего места, а когда я вернулась, то обнаружила, что на него уселась уже тоже порядком выпившая Мелани. Справа от нее сидел Альтаир, которого Кэтрин вынудила сменить дислокацию, как она выразилась «от опасной близости бабской жопы», в то время как она сама заняла место Ла-Ахада.       — Альтаир, — старательно выговаривая каждую букву, обратилась к ассасину Мел. — Смотри, — подруга взялась правой рукой за безымянный палец левой и сделала вид, что его отрывает, в то время как сам палец она попыталась незаметно согнуть так, чтобы его не было видно. — Фокус с пальцем. Оп! И пальчика нет. Прямо как у тебя! Вот только я могу его вернуть обратно, — Мелани произвела обратные действия и продемонстрировала оттопыренный безымянный палец. — А ты так сделать не можешь.       В глазах араба читалось очень большое желание почесать свой скрытый клинок между шейных позвонков Мел. Та, видимо, тоже это осознала, потому что, тихо ойкнув, сползла с табурета и ретировалась за спину Коннора.       Я все так же хмуро наблюдала за Эцио, не сводившего глаз с танцовщиц, параллельно выпивая уже, наверное, десятый по счету коктейль. На противоположном конце барной стойки несколько мужчин развлекались тем, что употребляли текилу традиционным для таких злачных мест способом — с живота развалившейся прямо на столе стриптизерши слизывали соль, после чего-либо брали руками, либо сразу ртом рюмку, стоявшую между ее грудей, выпивали и закусывали ломтиком лайма, который девушка держала в зубах. В голове стала оформляться какая-то авантюрная идейка, но для ее окончательного обдумывания мне было необходимо еще больше нажраться.       Вот через час, предварительно обговорив последующие свои действия с Дезмондом и заручившись его поддержкой, я приблизилась к Эцио и обняла его со спины, обвивая руками живот ассасина.       — Виски пьешь? — поинтересовалась я, заглянув в стакан и понюхав содержимое. — Пойдем-ка, я научу тебя пить текилу.       — Она как-то по-особенному пьется? — мягко улыбнувшись, уточнил Аудиторе.       — В таких местах — да, — кивнула я, хватая итальянца за руку и, потянув его на себя, заставляя встать, после чего повела мужчину к свободному пространству у барной стойки.       — А какая она на вкус? — спросил Эцио, наблюдая, как я усаживаюсь прямо на стойку.       Я ничего не ответила, демонстративно стягивая с себя футболку и разваливаясь на поверхности, которую Дезмонд, за что ему огромное спасибо, несколькими секундами ранее протер чистой тряпкой. Себе на живот я насыпала соль, разделив ее на две неровные дорожки разной длины, а потом Майлс, ухмыляясь, подал мне ломтик лайма. Я поставила себе в область декольте рюмку с текилой и практически замерла, стараясь дышать животом, дабы не расплескать содержимое стопки. Не успела я приступить к объяснениям изумленному Эцио о процессе употребления текилы, как к нам приблизились подруги с расширенными от удивления глазами.       — Сестрюня, ты в дрищи ужралась уже, что ли? — без обиняков поинтересовалась Мел, глядя на меня. Я аккуратно, медленно помотала головой, при этом наблюдая, как рюмка на моей груди опасно закачались из стороны в сторону, грозя упасть на пол.       — Учишь бодишоту? — догадалась Кейт, показывая глазами на виновника этой картины, который смотрел в нашу сторону. Я кивнула, подтверждая догадку подруги. — О, ну давай я наглядно продемонстрирую.       — Заодно объясни Эцио, какова она на вкус, — невнятно из-за ломтика лайма в зубах попросила я.       Кэтрин, кивнув, наклонилась ко мне и, почти не касаясь кожи языком, слизала с живота соленую дорожку. Потом переместилась правее вдоль моего тела, обхватив губами рюмку, запрокинула голову, вливая в себя текилу. Затем, сдвинувшись выше, подруга цапнула у меня изо рта лайм. Я, несколько зависшая от происходящего, не успела разжать зубы и теперь у меня во рту красовался полуобгрызенный фрукт, а по губам потек кислый лаймовый сок. Сделав усилие, я заставила себя разжевать и проглотить остатки несчастного цитруса.       Дезмонд, сочувственно улыбаясь, протянул мне еще один ломтик лайма, а затем вторую стопку.       — Тебе разве работать не надо? — проворчала я, хватая кусочек фрукта и поднося к губам, параллельно устанавливая емкость с текилой куда положено.       — А я чем занимаюсь? — вопросом на вопрос беззлобно ответил Майлс и отошел к другому концу барной стойки принять заказ от какого-то тучного мужика в белом костюме.       — Ты все понял? — подмигнув Эцио, поинтересовалась Кейти. Тот кивнул, похабно улыбаясь. — Ну тогда вперед! Больше страсти, дети мои! И, да, отвечая на твой вопрос насчет вкуса: по правилам перед тем, как выпить, надо слизывать соль с кожи любимой женщины! Если ты после этого запомнишь какой-то вкус, то текила была паленая… Да и женщина не твоя.       Аудиторе приблизился ко мне и посмотрел прямо в глаза, после чего, не меняя направления своего взгляда, коснулся языком моего подрагивающего живота, медленно проводя по нему. Боги, как же трудно мне было удержаться и не затрястись, чтобы не расплескать всю текилу к чертям собачьим. Эцио, тем временем, переместился выше, проведя по моей коже влажную дорожку, залпом выпил спиртное, отбросив рюмку куда-то на пол, а затем склонился к моим губам, настойчиво вытягивая из них лайм. Я выпустила ломтик изо рта, после чего, совершенно не церемонясь, притянула ассасина обратно к себе за шею, вовлекая его в поцелуй. Он положил свою левую руку мне на талию и рывком дернул на себя, буквально сметая меня с барной стойки и прижимая к себе уже в вертикальном положении.       — Да снимите вы уже себе номер! — наигранно возмутилась Кейт. — Или лучше вообще погнали по домам. А Дезмонд на машине Джеймса уже после смены доедет.       — А как мы доберемся? — спросила я, осознавая, что, по идее, мне нужно было оставаться трезвой, поскольку я же извечный водитель для нашей упоротой компании.       — На такси, — пожала плечами Кэтрин. — Мы с Альтаиром двинем к нам домой, а вы вчетвером тогда вполне себе поместитесь в другую машину.       Я покорно кивнула, соглашаясь со словами подруги, после чего взяла с барной стойки свою футболку и натянула ее на себя. Пробиваясь через толпу, к нам как раз вовремя подошли Коннор с Альтаиром.       — А вас где носило? — поинтересовалась Мелани, прильнув к груди Радунхагейду.       — В туалет ходили, — пояснил индеец, хмуро взглянув на молчащего Альтаира, напрочь игнорирующего Мел. — Мы что-то пропустили?       — Нет, ничего, — поспешно заявила та. — Но мы уже едем домой, если ни у кого нет возражений по этому поводу.       Ассасины отрицательно покачали головами, демонстрируя, что ничего против такого расклада не имеют. Мы все направились к Дезмонду, дабы распрощаться с ним до утра, заплатить по счету и выдать ключи от Кадиллака. Я заодно взяла с бармена честное слово, что вести машину он будет максимально осторожно, ибо попадаться без прав в лапы полиции — не лучший вариант развития событий.       — Сейчас, я только в дамскую комнату сбегаю, — сказала Кейт и скрылась в нужном направлении. Мы с Мел остались в обществе остальных ассасинов, инструктируя Майлса, как себя вести в той или иной ситуации, при этом совершенно игнорируя тот факт, что ему нужно было работать и что он взрослый мужчина, во многом соображающий получше нас. Минут через десять мы заволновались, а когда наших ушей, перекрывая достаточно громкую музыку, достиг возмущенный вопль Кэтрин, мы все, не сговариваясь, рванули в сторону уборных.       Картина, представшая нашим взорам была неутешительной: два жирных одышливых мужика, видимо приняв подругу за работницу клуба, активно ее домогались, зажав у стеночки и ощупывая фигуру не только своими масляными глазками, но и вполне себе позволяя распустить руки. Я обратила внимание, что с другого конца зала в их сторону поглядывали привлеченные воплями секьюрити, однако предпринимать они ничего не спешили, поскольку Кейти на самом-то деле сотрудницей не являлась, а значит ее вполне себе можно было лапать.       Коннор и Альтаир, подоспевшие первыми, сперва попытались объяснить мужикам, что те обратились не по адресу. Любители стриптиза же были настолько пьяны, что слов не понимали совершенно, зато решили показать себя во всей красе и попытались надавать внезапно возникшим противникам «культурных развлечений» по морде. Вот тут-то охранники уже зашевелились, ибо разнимать драки в их обязанности все-таки входило. Правда, к тому времени, как работники клуба подошли к нам, ассасины прицельными ударами отправили обнаглевших боровов в нокаут, при этом умудрившись рассчитать траекторию падения тел своих невольных жертв так, чтобы те не придавили Кейт. Охранники, убедившись, что конфликт исчерпан и, оценив степень физической подготовки Кенуэя с Ла-Ахадом и стоящего в расслабленной позе со скрещенными на груди руками Эцио, вежливо, но настойчиво попросили нас покинуть помещение клуба. Поскольку мы уже и так собирались уходить, возражать никто не стал, а я, желая сгладить впечатление, напоследок еще и помахала бравым секьюрити ручкой.       Пока мы ждали такси, Альтаир торжествующе проворчал:       — А ведь я предупреждал: оденься скромнее!       — Отлично! В следующий раз оденусь в монашескую рясу, — ехидно ответила Кейт. — Только, уж не обессудь, монашки здесь выступают по вторникам.

* * *

      Дома мы сразу же разбрелись по комнатам, правда совершенно не для сна. Часа три спустя явился Дезмонд вместе с ключами от моего Мустанга, а еще через час мы все сидели в гостиной, уплетая за обе щеки яичницу с беконом, на скорую руку приготовленную нашим гениальным шеф-поваром и ее командой. После завтрака прибыли Кейт с Альтаиром и мужчины уселись за иксбокс, явно вознамерившись за сегодня пройти игру до конца. Подруги меня первую погнали в душ, дабы потом я сразу же уселась за работу, благо было о чем писать.       С обедом решили не заморачиваться, попросту потушив завалявшиеся в морозилке замороженные овощи, так заинтересовавшие Коннора в первый день пребывания ассасинов в нашем отражении. Мужчинам понравилось, что не могло не обрадовать женскую часть нашей компании: теперь было понятно, что в те дни, когда нам будет влом готовить, ассасины не будут возмущаться, что мы, такие плохие и ленивые, не сварганили им чего-нибудь мясного.       — Кстати, звездочка моя, что тебе приготовить на день рождения? — нежным голосом поинтересовалась Кэтрин у араба. Ла-Ахад удивленно поднял глаза и уставился на подругу.       — Странный вопрос — двадцать шесть мне только через неделю, — сказал он.       — Двадцать шесть? — хихикнула Мелани. — А восемьсот сорок восемь не хочешь? Кстати, Кейти, подмети потом в коридоре, а то там песка полно, похоже это из твоего мужика высыпалось.       У Альтаира дернулся глаз, но он явно сдержал свои низменные порывы пожать Мел горло.       — А мне тогда выходит… пятьсот пятьдесят три года, — задумчиво протянул Эцио. — А Коннору двести пятьдесят шесть.       — Да, по сравнению с вами мы просто молокососами выглядим, — пробормотала я, мысленно поставив рядом свои двадцать один и пять с половиной сотен лет Аудиторе.       — Не считается, — заявила Кэтрин. — Эти годы не прожиты, а, значит, и жизненный опыт не накоплен. Так что двадцать шесть — и точка. Возвращаемся к заданному вопросу.       — Я не знаю, — пожал плечами Альтаир. — А если я сегодня подумаю и отвечу тебе завтра?       Кейт молча кивнула, сосредоточившись на том, чтобы словить и насадить на вилку последнюю, убегающую от печальной участи быть съеденной фасолинку по всей тарелке.       По завершении трапезы мужчины снова потащились задротничать, правда Мелани, вовремя заметив, к какому конкретно моменту приближается игра, утянула Коннора прочь из гостиной, поскольку ей «срочно понадобилась его помощь». Так что внутриигровой Радунхагейду убил Ганадогона без наблюдения за этой сценой настоящего Кенуэя. Да, метис уже совершил это в своей жизни, но, в конце концов, это не совсем та вещь, которую хотелось бы освежать в памяти, да и смотреть на нее с стороны тоже.       Остальное прохождение, в общем-то, прошло без эксцессов. Коннор, так же, как и в игре, довольно холодно отреагировал на то, что собственноручно отправил своего отца в мир иной.       — Эх, а ведь Хэйтем был такой клевый, — вздохнула Мелани, а мы с Кейт закивали в унисон, соглашаясь со словами подруги. — Плевать, что он был тамплиером — он все равно был клевым.       Ассасины, все как один, уставились на нас недоуменными взглядами, а их лица выражали крайнюю озадаченность и очередное сомнение в нашей психической адекватности.       — Что, уже свое мнение выразить нельзя? — возмутилась Мелани. Мужчины, пожав плечами, отвернулись обратно к экрану, видимо, решив, что лучше сейчас не вступать в дебаты на эту тему. Хотя по лицу Коннора было заметно, что он взял высказывание подруги себе на заметку и к этому вопросу еще обязательно вернется.       Вот когда пришло время Ахиллесу умирать, Мелани, резко подорвавшись, направилась в свою комнату, а через минуту позвала к себе индейца, дабы он помог ей прибить на место упавшую полочку. Судя по стонам подруги и скрипу нещадно эксплуатируемой кровати, полочку прибивали явно каким-то нетрадиционным способом и почему-то в горизонтальном положении. Пока они справлялись с этим невероятно трудным делом и его последствиями, Дезмонд быстренько прошел опасный для психики Кенуэя момент игры.       Убийство Чарльза Ли Радунхагейду совершал самолично, с мрачной решимостью на лице. Мелани все это время сидела перед своим ассасином, опираясь спиной на его грудь и прижав руки ко рту. Когда Кенуэй все же завершил этот ответственный момент, подруга, повернувшись, принялась его обнимать, целовать и периодически ощупывать тот бок, который в будущем будет поврежден.       — Я все понимаю, этого козла надо было прикончить, но что же ты так неаккуратно-то, а? Солнышко мое, ты же чуть не умер там! Нельзя так, — причитала она.       Метис принялся успокаивать Мел, обнимая ее в ответ и поглаживая по волосам и спине, а на его лице в это время сияла довольная улыбка.       За всеми этими бурными проявлениями чувств мы не заметили, что за окнами успело стемнеть. Я, уже давно освобожденная от писанины, сидела на полу в кольце рук Эцио, периодически закрывая глаза и чуть ли не мурча от удовольствия, когда тот время от времени почти невесомо целовал меня в висок. В таких же или аналогичных позах пристроились и мои подруги в объятьях своих мужчин. Самую концовку едва заметно напрягшийся Дезмонд проходил сам за себя, забрав у Коннора геймпад. Как раз в тот момент, когда на экране Минерва стала демонстрировать Майлсу возможное развитие событий, все предметы вокруг внезапно почернели и исчезли, а перед нами возникла вышеназванная богиня.       Мы все как один резко подскочили и уставились на незваную гостью. Та мягко, едва заметно улыбнулась, словно бы представительницу Первой Цивилизации позабавила наша реакция на ее появление.       — Пора делать выбор, Дезмонд, — сказала Минерва, обведя нас всех взглядом и остановив свой взор на Майлсе. — Время пришло.       — Стоп, подождите, что значит пришло?! — завопила я, не дав Дезу и рта раскрыть.       — Глупое дитя, — Та, Что Была До с сожалением посмотрела на меня. — Ты ведь не думала, что это будет длиться вечно? Я и так допустила большую ошибку, не уследив и случайно отправив вместе с Дезмондом его предков, слишком сильно отпечатавшихся в его сознании из-за длительного пребывания в Анимусе.       — Вы ведь понимаете, что это чистой воды издевательство? — обратилась к Минерве Мелани, глядя на нее растерянным взглядом.       — Я с самого начала сказала Жаклин о своей цели, — представительница Первой Цивилизации чуть заметно повела головой в мою сторону. Я тем временем призадумалась, насколько много на самом деле знают о нас Предтечи, если им известны даже такие мелочи как мое имя. — Мне просто нужна была ее помощь, дабы заставить Дезмонда изменить свое решение и не дать ему выпустить Юнону на свободу. Мне нужно было, чтобы она показала ему, что даже знающим о его существовании и его жертве людям плевать на то, что он совершил (или, в данном случае — совершит) ради них. Хотя все пошло насмарку в тот момент, когда ты, дитя, проболталась Дезмонду о нашем с тобой уговоре.       Я испуганно вжала голову в плечи, опасаясь справедливого гнева древней богини, способного обрушиться на мою голову за то, что я нарушила условия нашего хоть и устного, но все-таки договора. Минерва, все так же жалостливо улыбаясь, покачала головой, показывая, что никакой кары не последует. Хотя осознание того, что ассасины буквально через несколько мгновений навсегда исчезнут из нашей жизни, оставшись лишь на экранах в виде своих игровых прототипов, нарисованных персонажей и героев фанфиков, казалось большим наказанием, чем даже смерть. Я, наплевав на присутствие Той, Что Была До совершенно беззастенчиво прижалась к груди Эцио, ища у него защиты. Тот лишь рассеянно приобнял меня в ответ, даже не удостоив взглядом, поскольку во все глаза настороженно таращился на Минерву. Конечно, одно дело видеть ее в игре и совсем другое — когда эта полуженщина-полуголограмма стоит перед тобой.       — Не забирайте их! — заорала Кейт, заливаясь слезами. — Не надо, пожалуйста!       Она рванула вперед, явно намереваясь наброситься на Минерву, но Альтаир благоразумно перехватил Кейти поперек живота и приподнял над полом, справедливо опасаясь, что в таком истерическом припадке, да с учетом повышения адреналина, она вполне может потянуть ассасина за собой. Я же стояла столбом, не в силах вообще выдать хоть какую-то реакцию — меня словно заморозили, в то время как Мелани просто судорожно рыдала.       — Им не место здесь — в вашем времени, в вашем мире, — спокойно ответила Минерва, поворачивая голову в сторону Кэтрин, отчаянно бьющейся в руках Ла-Ахада. — Они сами хотят назад, в свои эпохи, хоть и не признаются в этом.       «Один косвенно признавался», — подумала я, переплетая свои пальцы с пальцами Аудиторе и с силой сжимая их, словно бы этот жест мог его удержать.       Мел стоявшая вплотную к Коннору, который держал ее за плечи, одновременно с ним открыла было рот, собираясь сказать что-то еще, но Минерва только подняла вверх раскрытую ладонь и покачала головой, требуя тишины и пресекая дальнейшие расспросы и уговоры.       — Дезмонд, — обратилась к застывшему с геймпадом в руке Майлсу. — Что ты решил?       — Я не изменю своего решения, — ответил тот. — Я коснусь Пьедестала. Люди найдут, как справиться с Юноной, я уже говорил вам это однажды.       — Такой же решительный и уверенный в своей правоте, как и твои предки, — укоризненно проговорила Минерва, но мне показалось, что одновременно в ее голосе мимолетом проскользнула нотка гордости. — Что ж, ты дал свой ответ…       — Подождите! — вмешалась я, пытаясь сделать шаг вперед к Той, Что Была До, но меня удержал возле себя Эцио, видимо, опасаясь, что я последую примеру Кейт и попытаюсь наброситься на Минерву — не важно зачем. — Что будет с нами?       — Вы все забудете, — пожала плечами представительница Первой Цивилизации. — О произошедшем будет помнить только Дезмонд — более никто. Я верну каждого из вас в тот момент времени, откуда вы были перенесены, и в этом отражении все повернется вспять.       — Словно ничего и не было… — прошептала Мелани и, стирая с лица слезы тыльной стороной ладони, уткнулась носом в грудь Коннора. Тот крепко прижал ее к себе и рассеяно погладил по голове.       — Да, словно ничего и не происходило, — бесстрастным тоном подтвердила Минерва.       — А если мы отправимся с ними? — с надеждой спросила я, подаваясь вперед и делая умоляющие глаза.       — Девушки, — представительница Первой Цивилизации с жалостью взглянула на меня, — у них у всех своя жизнь и своя судьба. И вам в ней места нет.       — Дайте хоть попрощаться, — попросила, а точнее потребовала Кейт, переставшая биться в руках Ла-Ахада и теперь просто глотавшая слезы, периодически шумно всхлипывая.       — Я не вижу в этом смысла, ведь вы все забудете, — протянула Та, Что Была До.       Я так много хотела еще сделать. Попрощаться с Дезмондом, Альтаиром и Коннором, послать Минерву куда подальше, хотелось упасть на пол, колотить по нему кулаками и визжать, как сумасшедшая. Хотела еще раз сказать Эцио, что люблю его. Хотела хотя бы поцеловать на прощание. Только я ничего этого не успела, поскольку золотистые всполохи, периодически возникавшие вокруг нас, начали сливаться в одно ослепляющее, невероятно яркое пятно, а ставшие такими родными черты лица Аудиторе теперь выглядели совершенно размытыми. И только напоследок я услышала одно-единственное слово:       — Прощай…