Жизнь на цепи

      Закрыть глаза и лишь слушать, как бьется встревоженное сердце. Тук-тук, тук-тук... Кажется, оно готово вырваться из груди. Уилл напряженно вздрагивает в объятьях своего заклятого врага и мучителя, он чувствует, насколько сильно нуждался в нем, как соскучился. И кажется, будто вся история в Балтиморе лишь гнусная выдумка, одна из его страшнейших иллюзий, невыносимо долгий сон, который, наконец-то, закончился.       Ганнибал в какой-то момент отступает и смотрит в глаза, взяв его лицо в свои руки, будто любуясь неким оригинальным творением, скульптурой выдающегося мастера или же картиной талантливого художника. Грэм застывает, будто окаменев от этого прикосновения, внимательно подняв взгляд на него - создателя своих худших кошмаров, самого разыскиваемого преступника во всей Америке. Кажется, будто Лектер владеет каждым его словом, каждым сомнением и замыслом, но нет, уже все не так, как прежде; у профайлера появляется какой-то огонек в глазах, абсолютно новый, заинтриговавший доктора. Теперь это не безвольная игрушка, нет, где-то внутри запустился механизм, и Уилл ожил, он сделал свой выбор. Сейчас в его глазах спокойствие и уверенность, сейчас внутри плещутся волны чувств, вместо полного покорения и затишья, как это было обычно в присутствии психоаналитика. Несомненно, профайлер изменился, он уже не тот. Что же с ним произошло? Ганнибал бросает взгляд на помятую постель и снова приближается, вбирая в легкие аромат Грэма.       - Ты спал с ним… - презрительно выдыхает, а в глазах его вспыхивает убийственная ярость, он внезапно хватает мужчину за горло, но тот больше не одинок в своих бедах.       - Отпусти его! – требуют позади, Шерлок поднимает пистолет на доктора, а тот оборачивается, хмыкнув с иронией.       – Вы сделали огромную ошибку, мистер Холмс, за которую поплатитесь, – Лектер делает шаг навстречу, и детектив уже почти готов нажать на курок, Уилл видит это в его глазах, в его сосредоточенности и напряжении в руке.       Кажется, время приостанавливается. Грэм понимает, что сейчас Ганнибал сделает еще одно движение, и Шерлок выстрелит, он обязательно выстрелит, потому что это опаснейший преступник, убивший огромное количество людей. Почему-то последняя информация не воспринимается вообще, эмпат лишь видит уверенность своего друга и движение своего доктора, когда тот все-таки поднимает ногу, чтобы сделать шаг, возможно, последний в его жизни. Сердце пронзает настоящая паника. Он не в силах просто смотреть на это. - Нет!! – восклицает шатен, отчаянно, испуганно. - Нет! Не надо! – он быстро становится перед Ганнибалом, прикрывая его собой, и подносит руку на уровне пистолета, который держит Холмс. - Не стреляй в него! Не стреляй, пожалуйста… - тяжелое дыхание, ему жаль, ему так жаль, но он делает свой выбор. Его сердце принадлежит только Лектеру. Ему и больше никому... На лице Шерлока удивление, а психоаналитик многозначительно смотрит на противника, будто говоря – «Ты понял, кого он любит? С дороги, сошка!» Они встречаются взглядом, все так же безмолвно, но детектив не опускает пистолет, а лишь крепко сжимает губы, вытягивает наручники и подает их Уильяму. Пускай сам арестовывает своего избранника, если так сильно беспокоится о его жизни.       Грэм замирает на месте, пораженно уставившись на протянутый предмет, понимая, что просто не смеет не принять его, несмотря на все чувства, что бурлят внутри, сводят с ума, толкают на безрассудные поступки. Он должен посадить доктора Лектера, каннибала-убийцу, которому нет места в этом "слишком нормальном мире".       И сейчас Уилл думает о том, что и для него здесь места нет.       Опустив голову, на ватных ногах и с комом в горле профайлер оборачивается к своему бывшему психоаналитику, горько взглянув ему в глаза. Так должно быть. Он понимает это. Так должно было случиться довольно давно. Он должен был узнать правду еще в Америке. Если бы только так сильно и искренне не влюбился в него, доверив свою судьбу, преподнося свои чувства, свое тело ему на тарелочке.       Щелкают блестящие «браслеты», охватив кисти Ганнибала, и Уилл смотрит на эти руки, залюбовавшись. Он знает, как ловко и аккуратно они справляются с едой, как безжалостно разделывают человеческое тело, насколько бывают нежными и умелыми в любовных ласках. Тонкие пальцы, запястья, к которым хочется прикоснуться еще раз, в последний... Он хочет запомнить их, только их. Навсегда.       - Уилл... – позади слышен голос Шерлока, тот стоит у окна. - Внизу собрались люди, – сообщает он немного напряженно, все также сжимая в руках пистолет.       - Я понял, – отводит взгляд собеседник, он раздумывает о том, скольких Ганнибал успел уничтожить только в этом городе, какие слова бросят Потрошителю родственники убитых? А потом осторожно касается плеча Лектера, проводя его к двери, тот не сопротивляется, со странной улыбкой наблюдая за объектом своих желаний, как и всегда, увидев для себя больше.       Грэм выводит преступника на улицу. Как и говорил Шерлок, перед гостиницей собралась толпа. Кто знает, кто их позвал? Они все молча смотрят на двух мужчин. Проходит несколько секунд в этой неловкой тишине, и вдруг среди людей слышаться звонкие медленные аплодисменты и довольный смех. Откуда-то из толпы выходит Чарльз Магнуссен. Он останавливается перед Ганнибалом и любопытно осматривает его, не обращая ни малейшего внимания на Уильяма.       - Неужели мне-таки посчастливилось увидеть подобное? – он склоняет голову на бок, будто любуясь положением брата. – Сделка за моей спиной. Как не красиво, - подмечает, слегка нахмурившись.       - Я знал, что ты придешь, – спокойно заявляет Лектер, кивнув в сторону окна, где сейчас пребывал Шерлок, - но не он.       - Ты всегда недооценивал силу власти. Тебя никогда не привлекали мои методы, хотя, не спорю, это было взаимно. Но в этот раз именно моя власть в этом городе спасет тебя. Как это восхитительно. Ты только посмотри! – Чарльз смеется и оборачивается к жителям, поднимая руки, будто дирижер перед оркестром.       - Поймайте мне Уилла Грэма. Немедленно! – усмехается предовольно, и ко всему ужасу кудрявого консультанта, люди сперва в растерянности переглядываются, а потом начинают идти прямо на него. Это все напоминает те жуткие фильмы ужасов, где главного героя окружают зомби.       - Прекратите! – восклицает Уилл, он стреляет в землю, чтобы никто не подходил, но это не помогает. - Вы что, не понимаете?! Это тот самый Потрошитель, что убивает ваших сожителей. Если его не остановить, он перебьет вас всех!       Он и представить не может, насколько крепко держит в кулаке Магнуссен каждую семью в этом небольшом городке, ему не понять, насколько велика власть шантажиста над этими беднягами. Манипулятор будто управляет каждым из них, как кукловод безропотными марионетками. У каждого есть дети, сестры и братья, матери и отцы, у каждого в сердце страх, отражающийся в глазах, покорность обстоятельствам. Глупые овцы, направляющиеся вперед, борющиеся за собственные интересы.       - Остановитесь! – Грэм снова стреляет в землю, но его обступают со всех сторон, отбирают пистолет. - Что вы делаете?! Вы же не понимаете! Он перебьет вас по одному… - он пытается сопротивляться, но его крепко держат и затыкают рот, Чарльз смотрит на это с искренним удовольствием, легонько дирижируя указательными пальцами.       - Как тебе мое маленькое представление? – он оборачивается к Ганнибалу, тот лишь удовлетворенно хмыкает, зная, что брат умеет быть эффектным, когда это нужно.       Шерлок молча наблюдает за происходящим из окна, он и не думает бежать, лишь пораженно замерев на месте, слышит шаги на лестнице, зная о том, кто поднимется к нему в первую очередь. И крепко сжимая мобильник в руке, детектив отправляет смс: «Магнуссен жив» единственному человеку, который может помочь ему в данной ситуации и к которому он никогда бы не обратился, не будь все настолько плохо.