Сердце викинга

Кэролайн больше не прислуживала за столом. Ее перевели в прачечную и, таким образом, лишили единственной радости: общения с тетушкой Мэри. Но на самом деле Ник не хотел даже видеть девушку, ставшей причиной его душевных терзаний. Он уговаривал себя, что это только злость на пленницу, скрывшую от него важную вещь, но в глубине души понимал, что впервые в жизни испытал самую настоящую ревность. И это новое чувство ему совсем не понравилось, поэтому Кэролайн работала теперь в другой части крепости. Через несколько дней после последних событий Ник, в сопровождении двух охранников, пришел в барак, где обитали саксонцы. Когда он вошел, Стефан сидел на большом камне, окруженный пленниками, и вполголоса говорил что-то. Ник уловил только два слова: "Кэролайн" и "вытащить". При виде его саксонцы вскочили как один, только Стефан остался сидеть, с невозмутимым видом глядя на норманна. - Выведите всех, - приказал Ник. Его люди начали подталкивать саксонцев, но те стояли, опасливо глядя на Стефана. Тот, не сводя спокойного взгляда с Ника, слегка кивнул, и только тогда пленники ровным строем вышли с барака. - Иногда у меня складывается впечатление, что только из-за твоего приказа саксы работают на викингов, - сказал Ник, усаживаясь на груду кирпичей, сложенных у входа. - Не из-за страха смерти, а из уважения к тебе. - В твоих словах есть доля правды, - ответил Стефан. - Но ты не во всем прав. - Можешь не говорить загадками. Я знаю, что самое ценное для вас - пленники внутри моей крепости. Стефан слегка напрягся. - Кажется, ты ошибся, викинг. У тебя один наш человек. - Ты уже соврал мне раз, Стефан, - покачал головой Ник. - Не вынуждай меня выбивать из тебя правду силой. Я знаю, что человек, который оказался у меня во время первой атаки саксов, - ваш. Вы за ним и приплыли, верно? Лицо Стефана немного побледнело, но взгляд остался таким же невозмутимым. - Допустим, ты прав. Что ты намереваешься сделать с этим знанием, викинг? Ты и так держишь нас в узде, пряча от нас Кэролайн. Этого хватает, чтоб мы и не помышляли о побеге. Мэтт не дает тебе лишнего преимущества. Ник встал и заходил по бараку. - Кто он, Стефан? - спросил он, остановившись и уткнувшись глазами в пол. - Кто он вам? - Он - один из нас, милорд. - Просто ответил тот. - Это все, что я могу сказать. - И я должен поверить, что вы приплыли обратно за рядовым воином? - криво усмехнулся Ник. - А девчонка? Что вы так трясетесь? Рядовые шлюхи не пользуются таким почетом. Она - личная шлюха этого вашего Мэтта? - Они близки, - уклончиво сказал Стефан. Ник посмотрел прямо на него. - Мне ведь бесполезно угрожать тебе насилием, верно? - Абсолютно, милорд, - Стефан твердо сжал подбородок. Клаус вздохнул. Было в этом саксе что-то, что внушало ему уважение. Он симпатизировал Стефану. Его сила духа, непоколебимость, смелость и чувство собственного достоинства импонировали Нику. Не будь тот саксом, они наверняка могли бы подружиться. Но многолетняя вражда народов - слишком сильное препятствие. После пятой кружки эля Ник почувствовал, что захмелел. Он отпустил приближенных сегодня пораньше и сидел в своей комнате с графином бодрящего напитка. В голову ему лезли разные мысли. Вряд ли Кэролайн была всеобщей шлюхой на корабле - видимо, Мэтт был у них за главного, а девушка - его любовница, раз за ней все так носятся. И эта любовь во взгляде и голосе... Ник мотнул головой. Какая ему, к черту, разница, как эти вонючие саксы смотрят друг на друга? Гори все в аду. К концу этого года Харальд женит его на богатой красивой норманнке, которая без ума от него, и все у него будет отлично. В дверь постучали. Ник пожалел, что не выставил охрану. - Убирайтесь прочь! - крикнул. Но дверь отворилась, и, к его огромнейшему изумлению, в ней показалась Кэролайн, несущая огромный кувшин с водой. - Что ты здесь.... Да как ты посмела?? Она поставила кувшин на пол и выпрямилась. Глаза ее метали молнии. - Поверь, мне самой мало радости лицезреть твою ненавистную рожу, но служанка, несшая этот кувшин, подвернула ногу, а я единственная, кто оказался поблизости. Ты утром приказал принести тебе воду перед сном. Забыл? Ник смутно припомнил, что действительно строго-настрого приказал принести ему воды, чтоб умыться.Но это ничего не меняет. - Я приказал, чтоб ты не попадалась мне на глаза, - проревел он, вскакивая. - Думаешь, мне приятно? Поэтому я ухожу. Вода холодная, надеюсь, ты заболеешь и умрешь. - С этими словами она повернулась к нему спиной, но Ник двумя гигантскими прыжками преодолел расстояние от кровати до двери и захлопнул ее у Кэролайн перед носом. - Если ты еще раз посмеешь дерзить мне, саксонка, я прикажу отрезать палец кому-нибудь из твоих приятелей, - сощурившись, прошептал он. - А за следующую дерзость - руку. И так ты будешь получать в дар по одной части тела. Не сомневайся, я держу свои обещания. Кэролайн, глядя в его глаза, не испытывала и тени сомнения, что он говорит правду. Одарив его ненавидящим взглядом, она тихо сказала: - Я поняла. - И тут же добавила: - Но если Мэтт умрет у вас в подвале, клянусь, я убью твою сестру. Я найду способ, обещаю. Око за око. - Не думал, что такое холодное, как у жабы, сердце способно на такие чувства, - зло и пьяно усмехнулся Ник. Он все еще заслонял дверь. - Что, он так хорош в постели? Глаза Кэролайн округлились. - Ч... Что? - А ты неплохо умеешь врать, скажу я. Даже меня провела. Хвалю, - он вытянул руки и несколько раз хлопнул в ладоши. - Хотела любовничка спасти? Спешу тебя огорчить: твой план провалился. - Какого любовничка? Ты с ума сошел? Мэтт - мой родной брат!