Забытое мастерство. Книга II "В поисках истины"

Роберт Броус задумчиво обходил свои владения. Сейчас тюрьма была полупуста, всего две камеры заняты, не то, что еще десяток лет назад, когда все уровни тюрьмы были забиты под завязку. Бобби – так уже много десятилетий звали Роберта - чувствовал, - что-то назревает, беспокойство зудело где-то на периферии сознания. Хоть этот старый и, что тут скрывать, странный человек, выглядел глупым и подобострастным отребьем, но он таким не являлся, это была его рабочая маска, временами ему было весело наблюдать за чванливостью очередного чиновника, а на своем веку он повидал их множество. Уже больше ста лет он работал хранителем костяной тюрьмы Манавидана*. Даже не так, он уже больше ста лет служил духу этого невероятного места. Он знал, что костяная тюрьма упоминалась в кельтских мифах, но те истории очень отдаленно напоминали реальность. Да, когда-то эту тюрьму воздвиг в Гоуэре сам Манавидан фаб Лир**, об этом мифы не врали, но в остальном они ошибались. Ну или приукрашивали действительность. Костяной она звалась из-за страшного ритуала, проведенного в первые же дни после завершения ее строительства. Манавидан в этом месте провел ритуал черной плоти над несколькими десятками своих пленных врагов, страшнейший черномагический ритуал, заставляющий гнить плоть еще живых людей, оставляя только нетронутые скелеты. В результате этого ритуала стены тюрьмы обзавелись душой и бессмертным хранителем. Истлевшая плоть и кости пленных были зарыты на самом нижнем уровне тюрьмы, связывая её с миром мертвых и изымая из реальности. Остался только узкий перешеек, связывающий мрачные своды тюрьмы с миром живых. Через этот перешеек можно было попасть сюда, но только с ключом. Небольшим кувшином, полным останков тех пленных, и крови живого хранителя. Хранитель или сама тюрьма могли в любой миг перенести вход в любое место по своему усмотрению, окутывая его невероятными чарами, делающими незаметным сам вход, убивающими любые магические чары и артефакты в своих пределах. Идеальная защита от магов и магглов. В этой тюрьме не властно время, тут можно прожить не старея тысячи лет. Время не властно над служителями и пленными. О да, пленники умирали в этих стенах, но не от старости, а от пыток, голода, болезней, что не удивительно, учитывая условия жизни заключенных. Сам Бобби разменял уже пятнадцатый десяток, но выглядел лишь немногим старше, чем когда поступил на эту службу. Только когда у него был выходной, и он выходил из этих стен, его догоняло время. Вот уже несколько дней Бобби Броус чувствовал, - что-то меняется, это чувство было острее, чем обычно, перед очередной сменой власти, и его это беспокоило. Как хранителю ему было совершенно все равно, кто и за что сидит в этой тюрьме, он давно уже не испытывал жалости или сочувствия к пленникам. Да и нынешний министр магии был немногим лучше прошлого. Так что Бобби лишь передернул плечами и продолжил свой обход. В любом случае, новый министр обнаружит в своем кабинете одноразовый маячок и без труда найдет сюда путь. Так что тюремщик никогда не окажется без работы, а тюрьма без свежих заключенных. Бобби как раз поднялся с самого нижнего уровня, когда вдруг от входа потянуло гарью, и он почувствовал, как на территорию проникло четверо магов. У них был ключ, но аура магов была ему не знакома. Бобби еще сильнее сгорбившись, зашаркал ко входу, роль туповатого тюремщика ему давалось хорошо. - Господа? – спросил он хрипло и подобострастно улыбнулся, – чем могу вам помочь? - Мы пришли забрать мистера Тримса, - непререкаемым тоном проговорил темноволосый мужчина, выходя вперед, с палочкой наперевес. - А вы, собственно, кто, уважаемые? - еще сильнее скрючиваясь, спросил Бобби, - Я не имею права… - Это не важно, - нетерпеливо прервал его блондин, - мы его заберем и лучше, если ты покажешь нам его камеру. - Ну-ну! – осклабился хранитель и выпрямился. Одновременно воздух зарябил и где-то вдалеке появился все усиливающийся гул. Непрошеные гости вскинули палочки, нервно оглядываясь. Толстяк не выдержал первым и кинул какое-то заклятие в хранителя, но чары просто отскочили от него и устремились в сторону пославшей его палочки. Толстяк еле успел отскочить. Единственная девушка из присутствующих ахнула, судорожно перебирая в голове все известные ей заклинания. Блондин сунул палочку в чехол и достал из кармана пистолет, внушительный, и по виду очень тяжелый. Маг умело встал в устойчивую позу для стрельбы и выстрелил, раз-другой. Пули расплющились о защитный купол хранителя и со звоном откатились в сторону. Гул все усиливался и воздух вокруг магов стал густеть, темнеть. Было видно, что им все труднее дышать. - Гарри, - начала девушка, преодолевая одышку, - что ты чувствуешь? Бобби перевел взгляд на темноволосого мага и увидел, что тот стоит, закрыв глаза, и судя по виду, к чему-то прислушивается. Потом ноги мага подкосились, и он упал на колени, обеими руками упираясь в пол. Палочка откатилась в сторону, прямо под ноги к девушке. Та моментально ее подхватила. Блондин попытался приподнять черноволосого мага, но лишь обессилено упал рядом с ним, ловя ртом уходящий воздух. Хранитель Костяной тюрьмы глумливо ухмыльнулся и повернулся, чтобы уйти, он никогда не любил наблюдать, как умирают нежеланные гости тюрьмы. Это было не самое аппетитное зрелище, вакуум, образующийся сейчас вокруг них, совсем скоро разорвет их тела изнутри***. Стоило ему отвести взгляд, как вдруг вновь что-то изменилось. Стены тюрьмы содрогнулись, а гул оборвался на самой высокой ноте. Сразу же со стеклянным звоном развалился купол, под которым медленно умирали непрошеные гости. Судорожно вздохнув, маги распрямились и встали. Девушка передала темноволосому магу его палочку и тот хриплым голосом проговорил: - Мы пришли забрать мистера Тримса. Где он? - Как? – пораженно выдохнул Бобби. Он чувствовал, что дух тюрьмы признал силу этого мага и велит ему, хранителю, не препятствовать гостям. - Прошу господа, - Бобби по привычке вновь скукожился и повел всех на нижний уровень тюрьмы. *** Когда план по захвату тюрьмы был продуман и каждый получил свою задачу, все разошлись по своим делам. Гермиона и Кати засели за ноутбук и долго копались в Интернете. Идея с проверкой была отброшена как не самая удачная. Вместо этого Кати было поручено изобразить из себя журналистку, ведущую расследование о ходе следствия по делу о маньяке, которого уже несколько месяцев не могли поймать. Гарри заперся у себя в лаборатории и творил дымозажигательный артефакт****. Воспламенение начнется только после истаивания магической капсулы под воздействием антимагических чар, установленных у входа в тюрьму. Он тонко рассчитал дозу горючего материала так, чтобы ярко полыхнуло и повалил дым, но чтобы горючая смесь почти сразу же прогорела и потухла. Достаточно было буквально нескольких секунд, чтобы началась эвакуация и, если повезет, паника. Гораздо сложнее было наложить несколько слоев магической защиты, чтобы гореть начало не сразу, а через пару минут, после того как Кати его оставит. В принципе, Гарри мог сделать обычную маггловскую дымовую шашку или зажигательную бомбу, но было решено, что чем меньше будет объяснима причина возгорания для маггловских экспертов, тем лучше. Конечно, остатки вещества они найдут, но не поймут, как оно воспламенилось, и точно не свяжут это с журналисткой, которую будет изображать Кати, ведь она будет прикрывать всю спасательную операцию. Драко Малфой тоже был занят, он достал из тайника свой вальтер и отправился в свой любимый тир - практиковаться. О его любви к маггловскому огнестрельному оружию не знал никто. Родители, малочисленные друзья и коллеги не поняли бы потомственного чистокровного мага, и поэтому Малфой никому не рассказывал о своей страсти. Только сегодня днем он, старательно отводя глаза, поведал команде гриффиндорцев, что является владельцем боевого маггловского оружия. Стараясь не глядеть на ошарашенное лицо Гермионы, он также рассказал, что неплохо стреляет. Он и сам не мог понять, почему слова, произнесенные Поттером восхищенным шепотом, перевернули все у него внутри. Простая фраза: - Не врешь? А меня научишь? - Всколыхнула в нем все те чувства, которые он старательно прятал даже от себя самого. Так и получилось, что задачей Малфоя стала маггловская огневая поддержка команды. Отстреляв пару обойм, Драко вернулся домой и занялся чисткой пистолета, вновь возвращаясь мыслями к сегодняшним событиям. В какой-то миг руки замерли, а взгляд остановился. Он вдруг очень четко понял, что хочет, чтобы Поттер был его. Очень четко осознал, что все мысли против их сближения - это наносное и не стоит внимания. А важно только то, как он, Драко, чувствует себя в компании бывшего недруга, как он тает от его поцелуев и случайных прикосновений. А главное, Малфой вдруг понял, что уже много лет позволяет всем вокруг принижать его, Драко, человеческое достоинство. Эта нелепая работа, затворничество родителей. Круг общения почти полностью только из магглов. Да и любовников он всегда выбирал среди немагического населения. Раньше он сам себе это объяснял мифической репутацией, но сейчас, спустя столько лет, он отчетливо увидел, что просто прятался. Его репутация уже много лет как похоронена, а он и не пытался что-либо изменить в своей жизни. А сейчас, когда у него впервые появилась симпатия к кому-то (про любовь Малфой старался не думать), он вновь прячется, хотя уже все случилось и после той ночи он имеет все права попытаться еще больше приблизиться к нравящемуся ему человеку. Шквал мыслей выбил Малфоя из равновесия. Он осторожно отложил полуразобранный пистолет и встал. Ему срочно надо было выпить. Не обращая внимания на измазанные в смазке руки, он взял из бара бутылку скотча и чистый бокал. Налил, выпил. Налил еще на два пальца, поставил бутылку и упал в рядом стоящее кресло. Алкоголь снял напряжение. Где-то внутри разжалась невидимая пружина, и на волю стал проситься смех, щекочущими пузырьками вырываясь откуда-то из солнечного сплетения. Откинув голову и зажмурившись, Драко рассмеялся. Смех - легкий и звонкий, как в детстве, заполнил унылую гостиную. Невилла выпустили из тюрьмы в районе двенадцати пополудни, Гермиона ждала его в холле. После всех формальностей его отпустили и он, играя свою роль, устало повалился на скамейку у дальней стены. Гермиона тихо пересказала ему план. Они просидели, наверное, не меньше пятнадцати минут, когда в дверь полицейского участка вошла Кати. Девушка по случаю оделась в строгий, деловой костюм и кокетливую блузку. Костюм был накануне тщательно подобран. Длинная юбка-карандаш только подчеркивала точеную фигурку. Умеренный вырез на блузке будоражил фантазию. Строгая высокая прическа, открывающая прелестную шейку. В общем, придраться было не к чему, все прикрыто, но тем интереснее и привлекательнее стал образ. Все взгляды были приклеены к ней. За стеклянными перегородками офицеры аж привставали, чтобы лучше рассмотреть посетительницу. Девушка уверенно прошла через холл и подошла к столу дежурного офицера. - Люси Медок, корреспондент «Сандей Таймс»*****, мистер Тобиус Керроу ждет меня. - Да-да, - чуть осипшим от волнения голосом проговорил юный полицейский, подскакивая, - пойдемте, я провожу вас. Кати милостиво улыбнулась расторопному юноше, чем еще сильнее вогнала того в смущенный восторг. Они прошли вглубь полицейского участка. Проходя мимо копировального аппарата, в нескольких шагах от коридора с кабинетами руководителей, Кати легким движением поправила лямку сумки и прошла дальше. Именно это движение активировало пусковой механизм артефакта, придуманного Поттером. Он незамеченный отлетел в сторону техники и, спланировав на розетку, затаился. Если бы люди вокруг могли видеть магические слои, то увидели бы, как истончаются прослойки одна за другой. Наконец они полностью исчезли и тогда смесь, от соприкосновения с воздухом, загорелась. Сверкнула яркая, даже можно сказать ослепительная вспышка, сопровождаемая громким хлопком и ядовито-желтым, густым дымом. Моментально сработали пожарные датчики, громким верещанием уведомляя всех о пожаре, сразу же включилась аварийная система тушения, заливая все пространство водой. Смесь, которой снабдил свой артефакт Гарри, не боялась воды и продолжала радостно гореть, да и дым не стал реже. Началась легкая паника и неразбериха. Когда все началось, Кати была в кабинете начальника полицейского участка. Когда сработала пожарная сигнализация и включились поливалки, этот важный полицейский организовал эвакуацию прелестной журналистки. Остальные сотрудники во главе с заместителем начальника, выводили несчастных мокрых заключенных, другие спешно запирали бумаги в несгораемые шкафы, в общем, делали все, что предписывает в таких ситуациях инструкция. В суматохе никто не заметил, как два посетителя из приемной пропали. Никто не отследил, что они не выходили из здания. Кати, как отвлекающий фактор, отлично сыграла маниакальную заинтересованность в происходящем, и те, кто не пускал слюни по соблазнительной девушке, старательно пытались увести назойливого репортера от входа в полицейский участок, куда уже прибыли первые пожарные. Так четверо друзей вошли в тайный ход тюрьмы. Гарри с Драко под мантией-невидимкой и Гермиона с Невиллом под покровом дыма и суеты. Не обращая внимания на свою чуть подмокшую одежду, они приготовились к бою. Проход их легко пропустил. Тайная тюрьма встретила полутемной прохладой, сюда просачивался дым, но дышать не мешал. Не успели друзья толком оглядеться, как из дальнего прохода послышались шаркающие шаги. Из прохода вышел смотритель тюрьмы, вся компания успела уже за ним по разу понаблюдать. Сгорбленный, даже жалкий с уродливой подобострастной улыбкой на изможденном лице. - Господа? – спросил он хрипло, – чем могу вам помочь? - Мы пришли забрать мистера Тримса, - твердо выговорил Гарри, сильнее сжимая палочку. - А вы, собственно, кто? Я не имею права… - Это не важно, - перебил надсмотрщика Драко, ему было не по себе от этого типа и этого места, - мы его заберем и лучше, если ты покажешь нам его камеру. - Ну-ну! – мерзким голосом проскрипел надсмотрщик и вдруг выпрямился. Одновременно воздух зарябил и где-то вдалеке появился все усиливающийся гул. Невилл вскинул палочку и кинул несколько заклинаний в мерзкую ухмыляющуюся рожу. Но заклинания мало того, что не сработали, они рикошетом полетели от надсмотрщика, так, что маг еле успел отскочить в сторону. Гермиона пораженно вскрикнула, тоже отступая. Её арсенал чар и заклинаний был велик, но она не представляла, как пробить настолько незаметный щит. А кидаться в замкнутом пространстве проклятиями было опасно. Драко не стал даже пробовать, быстро выхватил пистолет и выстрелил. Мощные выстрелы в нарастающем гуле почти потерялись, а пули расплющились о защитный купол, не принеся надсмотрщику никакого вреда. Рев невидимого ветра все увеличивался, дышать становилось все труднее. Воздух, казалось, просто исчезал, вздох давался с трудом, в голове все мутилось. Гермиона первая заметила, что Гарри прислушивается к своему дару, ищет выход. - Гарри, что ты чувствуешь? Но юный артефактор Гарри Поттер не мог ответить подруге. Он слушал перезвон чар, разлитый вокруг них. Перед его закрытыми глазами предстало все невероятное плетение древней магии, что сейчас пыталась убить непрошеных гостей. Ему категорически не хватало воздуха, да и магическое истощение было близко. Он отправил все свои умения и таланты на поиск лазейки из этой ловушки. Ноги подкосились, но Гарри не утратил концентрации. Попытки Драко помочь были отмечены на заднем плане восприятия. Именно его помощь теплой волной омыла разум Гарри, и он увидел то единственное место в плетении чар, которое могло их спасти. Гарри не видел, как упала Гермиона, как рядом корчились Драко и Невилл. Как глумливо скалится надсмотрщик, собираясь уходить. Он собрал все свои силы, злость, надежду и ударил. В ответ на его действия стены тюрьмы содрогнулись, а гул оборвался на самой высокой ноте. Сразу же со стеклянным звоном развалился убивающий их купол. Живительный, прохладный воздух наполнил измученные легкие, даря божественное ощущение легкости в голове. Воздух! Не успев толком отдышаться, друзья встали, не время расслабляться. Они пришли сюда по делу. Драко успел заметить, как дрожат колени и руки у Гарри, он приобнял истощенного товарища, поддерживая. Гермиона отдала Гарри его палочку. - Мы пришли забрать мистера Тримса. Где он? – Хриплым голосом спросил Гарри. - Как? – выдохнул надсмотрщик, было заметно, как сильно его ошарашила их победа над чарами, но он достаточно быстро оправился. Скукожившись, он прохрипел: - Прошу господа, - и повел их на нижний уровень тюрьмы, - я не имею права чинить вам препятствия, раз Тюрьма признала вашу силу. Друзья только недоверчиво переглянулись. Надсмотрщик безбоязненно повернулся спиной к незваным гостям и провел их на нижний уровень тюрьмы. Этот уровень был еще хуже освещен, чем надземная часть - всего несколько чадящих масляных ламп на весь коридор. С двух сторон узенького прохода зияли черные провалы открытых дверей камер. Они прошли мимо запертой камеры. - Тут кто? – спросил Гарри. - Ваш друг дальше, - проскрипел надсмотрщик, не останавливаясь. - Я спрашиваю тут кто? - Какой-то чокнутый зельевар. Он тут уже много лет, совершенно невменяем. - Гарри, зельевар, - в неверном свете светильников стало видно, как стремительно бледнеет Малфой. Одними губами он выдохнул: - Снейп. - Мы его тоже заберем. - Как господам будет угодно, - безразлично согласился надсмотрщик. Подковылял к закрытой двери и открыл её, просто потянув на себя ручку. Гарри, стоящий рядом, почувствовал, как мощной волной дохнула магия. Трудно представить, что стало бы с любым другим, кто дотронулся бы до этой ручки. – Забирайте. Лестницы тут нет. - Гермиона, Невилл, - Гарри глазами указал на смотрителя, а сам вместе с Драко осторожно заглянул в камеру. Над дверью вспыхнул очередной маленький масляный светильник. Его света хватало, чтобы осветить небольшой каменный балкончик под самым потолком камеры. Осклизлые гнилые стенки, и не менее смрадное темное дно под ногами. В мокрой соломе глубоко внизу копошился человек. Под слоем грязи трудно было различить знакомые черты. - Мерлин, - Драко затошнило, но он еще держался. - Усыпи его, - Гарри тоже был в шоке от его вида, но времени на размышление не осталось. - Я приманю его чарами левитации, а ты подстрахуй. Усыпив несчастного узника сонными чарами, они осторожно подняли его со дна камеры и в два приема перенесли в коридор. Аккуратно уложив на пол спящее тело, Гарри дал волю эмоциям. От его магии еще раз тряхнуло тюрьму. Все это он сопровождал отборным матом на идише, китайском, английском и русском. Друзья уважительно притихли, такого разнообразия они никогда еще не слышали. - Во дает, - Малфой от удивления даже забыл, что его тошнит. - Гарри, успокойся, - Гермиона уже присела у тела зельевара и запустила сканирующие чары, - Мерлин, как он еще жив? Истощение физическое и магическое, язвы, несколько плохо залеченных переломов, одно ребро почти пробило легкое. А этот шрам на шее, - девушка почти плакала, - там по-прежнему присутствуют токсины, сильнейший яд Нагайны за столько лет так и не вывелся из организма. - Вот, дай ему, - Гарри передал девушке флаконы с зельями, - судя по всему, местные чары на них не повлияли. Бобби, зелья здесь не портятся? - Нет, сэр. - Отлично, - они осторожно влили в рот бывшего профессора укрепляющее, ранозаживляющее и тонизирующее зелье. - Драко, побудь с ним, пожалуйста. Пусть спит пока, я надеюсь, мы скоро. - Давайте, - кивнул блондин, не отводя полный ужаса взгляд от тела на полу. - Кто еще в тюрьме? - Больше никого, сэр. Этот и ваш друг. - Веди. Мистер Тримс нашелся в самой дальней камере. Он был в сознании и сразу же узнал Поттера. Его со всеми предосторожностями подняли наверх. Маленький, изможденный, но не сломленный. - Гар-р-ри, - радостно прохрипел он и закашлялся, видимо, помимо травм, нанесенных мучителями, он успел простыть в сырой камере, - я так р-р-рад тебя видеть. Невилл, Гер-р-миона. - Старичок сидел, привалившись к стене, и блаженно улыбался. На перепачканном кровью и грязью лице эта улыбка смотрелась чудовищно. Гермиона наложила на учителя Гарри диагностические чары. Картина была ужасающая. Сильнейшее магическое и физическое истощение, левая рука сломана, множественные очаги воспаления в мышечной ткани, часто встречающиеся у попавших под пытки круциатусом. - Бобби, кто сделал это с моим учителем, - Гарри зло уставился на надсмотрщика. - Я - Хранитель Костяной тюрьмы, много поколений чиновников сменилось на моем веку. Одни сменяли других, но у всех были одни те же методы, - безразлично протянул он. - И все же? - Я не помню их имен, через год-другой они опять поменяются,- Гарри осталось только молча скрипеть зубами, нападать на надсмотрщика было опасно. Невилл нервно крутил головой, ему вдруг стало не по себе. - Ребята, пора заканчивать. - Да, сейчас идем, еще минуту, - Гермиона помогла мистеру Тримсу выпить несколько зелий. - Выход в противоположной стороне холла. Уходите, - хранитель развернулся и ушел в стену. Гарри дотронулся до того места рукой, но ничего не почувствовал. - Тут нет прохода, я его не чувствую. - Гарри, надо идти, - Невилл всегда прислушивался к своей интуиции, и она никогда не подводила. Так вот сейчас эта интуиция кричала благим матом, что пора уходить. - Да, идем, - Гарри подхватил на руки учителя, и они почти бегом отправились обратно. Малфой за это время успел уложить Снейпа на носилки, зафиксировав. Это хитроумное маггловское изобретение они принесли с собой. Оно использовалось магглами для эвакуации пострадавших из труднодоступных мест. Друзья сразу же решили полностью не полагаться на магию. Применив к ним облегчающие чары, Невилл и Малфой схватили носилки и быстрым шагом двинулись дальше. Гермиона шла первой, готовая в любую минуту к атаке. Они поднялись с нижнего уровня и без проблем нашли выход из тюрьмы. Сразу же после того, как они пересекли порог, магия истаяла и носилки приобрели свой исходный вес. Ребята ждали этого и аккуратно опустили их на землю. Вышли они на окраине Ричмонд-парка, в густых зарослях. Чуть в стороне начиналась пешеходная дорожка. - Уже не имеет смысла таиться, аппарируем, - Гарри осторожно передал Невиллу учителя, - Невилл, с пересадкой отнеси его домой, пожалуйста, а мы с Драко сейчас Снейпа перенесем. - Увидимся, - Невилл крутанулся и исчез. - Гарри, помочь? - Нет, справимся. Если не сложно проверь, пожалуйста, как там Кати. - Хорошо, - Гермиона кивнула и аппарировала. - Драко, помоги, - они отцепили безвольное тело от носилок, подняли его и обняли с двух сторон, удерживая. - Драко, я веду. Не отпускай меня ни в коем случае. Готов? - Да, - и они перенеслись. ____________ ------Комментарии к ссылкам мудреные, извините------ * Костяная тюрьма Манавидана – неоднократно фигурирует в кельтской мифологии. Не планирую углубляться в мифологию, просто показалось забавным привлечь мифическое место в свой фик, так что это только название. В мифе она такая: «Так вот, костяная тюрьма - это мрачное сооружение - было реальным зданием, возведенным якобы из костей «цезариан» (то есть римлян), погибших в битве с Кимрами. Это мрачное сооружение состояло из множества больших и малых камер, некоторые из них возвышались над землей, а другие располагались под ней. Пленники, захваченные на поле боя, помещались в более удобных камерах, тогда как в подземных томились изменники родины. «Цезариане» несколько раз сносили эту тюрьму до основания, но Кимры всякий раз восстанавливали ее и делали даже более прочной, чем предыдущая. В конце концов, кости переломались и, будучи рассеянными по земле, стали прекрасным удобрением!» В моем фике она несколько другая, но суть близка. ** В мифологии валлийских кельтов Манавидан фаб Лир - сын Лира (кельтский аналог ирландского бога Лира. Лир — один из богов племени Туата Де Дананн в ирландской мифологии. Предстаёт перед нами в двух разных ипостасях. Первая — безграничная, безличная сущность, соизмеримая с морем; нечто вроде греческого Океана. Вторая — конкретное существо, незримо обитающее на Слив-Фуад — небольшой возвышенности неподалеку от Ньютаут Гамильтон в графстве Армаг, где, согласно преданию, расположен сид (холм) Лира Финнахайд («Холм белого поля»). Данные из Википедии. *** Ну может и не вакуум, но пониженное атмосферное давление под магическим куполом. ))) **** Например, с белым фосфором. Судя по всему, эта штука очень опасная. Пока полностью не прогорит, не потухнет, даже если залить водой. На воздухе легко воспламеняется при 34 °С. Но Гарри мог и другую смесь сделать. ***** «Сандей Таймс» - газета политической направленности, достаточно толстая, со множеством рубрик. Славится горячими репортажами и сенсационными сообщениями, однако иногда ошибается, как в случае с публикацией «Дневников Гитлера», которая оказалась липой.