Однажды ты увидишь радугу

Икуто исподтишка рассматривал новенькую. Девушка сидела рядом с ним и прилежно писала объяснительную. Длинные, розовые волосы, заплетенные в косу, растрепались и падали на симпатичное личико. Светлая кожа и большие глаза делали её похожей на куколку. Симпатичная, но этим все сказано. Музыкант, вздохнув, отвел взгляд в сторону. -Тсукиоми, почему твой листок еще пуст? – господин Ямамото недовольно поморщился. Он терпеть не мог этого высокомерного гитариста, вечно создававшего проблемы. -Я же уже все вам сказал! – спокойно протянул юноша. Его все достало. Хотелось встать, уйти и никогда сюда не возвращаться. -Ты, что, совсем отупел? Пиши объяснительную, я сказал! – взбесился директор, - иначе, вылетишь из школы! Между прочим, ты уже и так столько прогулял и натворил всяких глупостей, что висишь на волоске от отчисления! – разразился мужчина гневной тирадой, но получил в ответ лишь холодный, пустой взгляд. Этот малолетний ублюдок всегда вел себя так, будто он принц какой-то. -Ну, и чего вы тогда ждете? Отчисляйте! – буркнул Икуто, поднимаясь со стула и направляясь к двери. -Снова показываешь свой поганый характер? Что ж, уходи! Выходит, твоя сестра зря потратила силы, умоляя совет учителей дать тебе еще один шанс, - резко бросил Ямамото в спину музыканту и тот замер на месте. Пальцы застыли в сантиметре от дверной ручки. Директор не видел, как лицо Тсукиоми исказилось удивлением и болью. Он знал, что Утау очень хотела, чтобы брат закончил школу. Но никогда бы не подумал, что гордая сестра способна унизиться, ради него. -Хорошо, я напишу объяснительную, - сдался юноша, возвращаясь на свое место и беря в руки листок, - но ничего нового вы из нее не узнаете. -Ты не только напишешь объяснительную, но и останешься после уроков, чтобы докрасить стены в кабинете японского языка, - директор сладко улыбнулся, довольный своей победой, а Икуто от его слов передернуло. Он уже хотел ляпнуть какую-нибудь гадость, снова послать всех куда подальше, но, встретившись с глазами Ямамото, заставил себя заткнуться. -Хорошо, - выдавил из себя молодой человек, чувствуя, как злость зашкаливает все мыслимые и немыслимые пределы. Пальцы сжали ручку до такой степени, что побелели костяшки. Тсукиоми ненавидел, когда им помыкают. Ненавидел проигрывать. Даже в мелочах. -А наша новенькая тебе поможет, - продолжил мужчина, настроение которого поднималось все выше и выше. Он просто источал радость и благодушие, - правда, Хинамори – сан? - в тоне главы учебного заведения послышались металлические нотки. -Но…, - попыталась возразить Аму, которая все это время тихонько наблюдала за поединком между Икуто и Ямамото. И утвердилась во мнении, что у этого парня ужасный характер. -Правда, Хинамори – сан? – категорично повторил мужчина, и девушка удрученно кивнула. Выхода не было. Не хватало еще в первый же день вылететь из школы. Тогда уж точно придется возвращаться в Иокогаму. -Вот и прекрасно. Теперь можете идти на урок, - торжественно объявил директор, мысленно похвалив себя за прекрасно проделанную работу. -Короче, я написал то, что сказал вам в коридоре, - буркнул Тсукиоми, а потом встал и быстрым шагом покинул кабинет, Аму поспешила за ним. -Стой! – она с трудом догнала музыканта, - давай, сходим в кабинет японского языка и посмотрим, сколько там работы. А потом разделим все пополам, - предложила девушка. Хоть этот придурок ее и раздражал, она решила пойти на временное перемирие. Главное, поскорее разделаться с этой проблемой. -Кто сказал, что мы будем делить что-то пополам? Это же ты орала на весь коридор! – Икуто резко повернулся и уставился прямо в лицо собеседницы. Темно-синие глаза превратились в льдинки. Колючие и холодные. -Но ты меня спровоцировал! – смело возразила Хинамори. Она еле выдерживала его взгляд. Чувствовала смущение и обиду, но продолжала держаться, хотя хотелось убежать. -Слушай, ты достала уже! У меня нет никакого желания продолжать этот бестолковый разговор. Встретимся после уроков в кабинете японского языка, - произнес юноша, смотря на Аму, как на назойливую букашку, - и, кстати, смотри не запачкай свою форму, принцесса. Последние слова были сказаны с таким презрением, что розоволосой захотелось врезать этому наглецу по его красивой физиономии. Но она не стала этого делать. Сдержалась, хотя руки так и чесались. -Постараюсь, - ядовито ответила бывшая миллионерша, сладко улыбаясь, а юноша, хмыкнув, развернулся и вскоре скрылся за углом. Кукай проснулся с жуткой головной болью. Где-то в глубине сознания мелькнула мысль о том, что нужно идти в школу, но парень тут же её отмёл. Один день можно и прогулять. Мир от этого не перевернется. А до тренировки еще полно времени. Но стоило парню снова отправиться в объятия Морфея, как его принялись нагло расталкивать. -Да…что такое? – рассержено забурчал Сома, пытаясь натянуть на себя одеяло. Ему было хреново, очень хреново. -Вставай. Иначе твои родители меня выгонят, если узнают, что ты прогуливаешь занятия, - послышался голос его тетки, которая, в принципе, заменила юноше семью. И отцу, и матери не хватало времени на воспитание ребенка. -Не говори глупости. Я им это не позволю, - спортсмен нехотя приподнялся. Солнечный свет ударил в глаза, и мозг разлетелся на тысячи звенящих осколков. Застонав, Кукай повалился обратно. -Кто бы тебя ещё спрашивал! – усмехнулась женщина. Очень моложавая и симпатичная, как ни странно, Томоми Сакурай так и не обзавелась семьей. Поэтому племянник стал ей сыном, которого она безумно любила, но держала в ежовых рукавицах, - поднимайся, прими душ, а я пока сделаю тебе кофе. Сегодня у меня и так полно дел, так что не капризничай. Еще надо глянуть на новую прислугу, посмотреть – годится она для работы или нет. Тетка болтала без умолку, продолжая стягивать с Сомы одеяло, и тот понял, что сопротивляться бесполезно. Немного поворчал для приличия и сполз с кровати. -А зачем нам новая прислуга? – спросил парень, чтобы хоть как-то проснуться. Глаза так и слипались. -Как будто бы ты не знаешь! – в голосе женщины появились ехидные нотки, и Кукай начала кое-что припоминать. Нехорошее и постыдное. -Она сама ко мне клеилась! – воскликнул парень, уставившись на собеседницу невинным взглядом. Кстати, он совсем не врал. Девица постоянно ошивалась возле хозяина дома, посылая ему недвусмысленные намеки. Вот все и закончилось его кроватью и внезапным приходом мамы, - так ее уволили, что ли? -Нет, повысили до звания твоей личной служанки, - спокойно ответила Томоми, и Сома окончательно проснулся. -Хватит издеваться. Знаю, что был не прав, - молодой человек виновато понурил голову, совсем как маленький мальчик. -Не ври. Я тебя знаю. Ни в чем ты не раскаиваешься, - вздохнула родственница, с укоризной смотря на любимого племянника. Все-таки, Кукай вырос настоящим красавцем. Неудивительно, что девчонки на него вешаются. -Ну, даже, если и так, то не могу же я просто так об этом забыть. Если мама расскажет отцу, то мне несдобровать, - юноша провел ребром ладони по горлу, показывая, что его ждет за такой поступок. -Да. Твои родители не примут никого, кроме Каору. Не говоря уже о девушке из низов, - тетка понимающе кивнула. Сама она была против таких радикальных взглядов, но изменить ничего не могла. -Это точно. Но им не стоит волноваться. Я не стану противиться их выбору. Ты же знаешь, что я и сам считаю Каору лучшим вариантом. Красивая, милая, понимающая. Разве можно желать чего-то еще? – Сома улыбнулся, но как-то грустно, будто бы сомневался в собственном заявлении. В зеленых глазах мелькнула неуверенность. -Но ты же ее не любишь, - утвердительно проговорила Томоми. Она прекрасно понимала чувства Кукая. Понимала, что он никогда не станет противиться воли матери и отца. И причина не в слабости, а в нежелании причинять им лишние проблемы. -Возможно, и нет, - Сома снова улыбнулся. Он всегда был таким веселым, легкомысленным, что у окружающих создавалось впечатление, будто у богатого наследника нет никаких забот и беспокойств. Человек, легко идущий по жизни, ни о чем и ни о ком не переживающий. И только тетя знала, что это не так. -Ладно. Забудем этот инцидент. Я помогла девчонке устроиться на другую работу. Надеюсь, сегодня придет кто-то постарше или, по-крайней мере, поумнее, - усмехнулась женщина, направляясь к двери, - жду тебя внизу. Поторопись. Оставшись один, спортсмен отправился в душ. В голове царил беспорядок, виски противно пульсировали, и еще…он никак не мог избавиться от той песни, которую исполняла светловолосая певица. Мелодия так и крутилась в голове, постоянно напоминая о той девушке. -Жаль, что я больше никогда тебя не увижу, - зачем-то произнес Кукай вслух, чувствуя, как в душе зашевелились грусть и сожаление.