Однажды ты увидишь радугу

Любовь – это похороны сердец И ода жестокости, Когда ангелы плачут кровью На распустившиеся цветки зла. Похороны сердец И прошение о снисхождении, Когда любовь – это оружие, Разлучающее тебя и меня. HIM "The Funeral Of Hearts". -Что ты несешь? – Акира уставился на Нэко, не желая верить в только что произнесенные ею слова. -Мы должны расстаться. И на этот раз навсегда, - резко бросила девушка, стараясь выглядеть спокойной и равнодушной, хотя сердце мучительно ныло, а в горле застрял ком. -Что случилось? – игнорируя ее тираду, спросил музыкант, - буквально вчера все было отлично, а сегодня ты вдруг решила расстаться? За дурака меня держишь? – он схватил ее за плечи, сильно и больно. -Нет. Просто я боюсь, что наши отношения повредят моей карьере, - соврала певица. Она уже давно придумала все ответы. Главное, чтобы он поскорее ушел, оставив ее одну. Иначе, она не выдержит и сдастся. -Глупость! – оборвал ее юноша, в темных глазах плескалось неверие. Несмотря на жестокие слова, Сакамото знал, что это всё ложь. Он не представлял, откуда взялась такая уверенность, но не сомневался в ее правдивости. -Давай, прекратим этот бестолковый разговор. Уже ничего не изменить. Нам не нужно было начинать сначала. Это было ошибкой, - продолжила Нэко, но он не дал договорить, рывком прижал к своей груди, и она, уткнувшись носом в его плечо, замолчала. -Когда-то я уже потерял тебя из-за недопонимания, но этого больше не повторится. Я не такой идиот, как ты думаешь, и прекрасно понимаю причину твоего бредового заявления, - музыкант говорил быстро, уткнувшись носом в волосы девушки, а она слушала и слушала, потому что не могла заставить себя оттолкнуть его, хотя должна была, - ты делаешь это из-за своей сестры. Я слышал часть вашего разговора. Если хотели что-то скрыть, то нечего было орать на всю улицу, - повисла тишина, и Наоко, вздохнув, отстранилась. -А разве она не права? – больше не было смысла врать, - ты всегда стремился стать настоящим музыкантом. У тебя есть талант и шанс, который выпадает не каждому, а я могу все испортить, - она заглянула ему в глаза и поняла, что переубеждения бесполезны. Пустая трата времени. -Я хочу быть с тобой. И это главное. А с остальным как-нибудь сам разберусь. Не волнуйся, - Акира тепло улыбнулся и заправил прядь светлых волос ей за ухо, - договорились? -Хорошо. Я сдаюсь, - певица тоже улыбнулась и, потянувшись, коснулась губ брюнета в легком поцелуе. Они справятся. Главное, всегда быть вместе. -Пошли домой? – Сакамото потянул собеседницу в сторону подъезда. Все это время они стояли на улице. -Нет, подожди. Надо сходить и купить чего-нибудь поесть, а то у нас холодильник пустой, - она устало потянулась, сегодня была съемка клипа, и режиссер был явно в ударе. Они пересняли огромное количество дублей прежде, чем работа была закончена. -Я схожу, куплю. Только провожу тебя до квартиры, - Акира видел, что Нэко очень утомлена, и не хотел мучить ее лишний раз. -Не нужно. Я сама дойду, - отмахнулась от его предложения блондинка, но музыкант отрицательно мотнул головой, - все нормально. Этот маньяк уже давно не появлялся. Наверно, переключился на другую жертву, - попыталась пошутить Наоко. Не получилось, - нет, правда. Здесь всего пара лестничных пролетов, и еще даже не стемнело, - похоже, последний агрумент оказался самым весомым, потому что на лице Сакамото мелькнуло сомнение, - ну, же! Соглашайся и иди в магазин, а то я с голоду помру! – во взгляде мелькнула мольба. -Ладно. Хотя, мне это совсем не нравится, - проворчал молодой человек, но певица тут же заткнула его поцелуем, а потом, махнув на прощание, направилась в подъезд. На душе было легко и радостно. Быстренько миновав первый и второй этаж, девушка начала на ходу рыться в сумке в поисках ключа, когда услышала чьи-то тихие шаги. Интуиция взорвалась в сознании криком о том, что нужно бежать, кричать, но не стоять на месте, как истукан. Ведь это он, тот самый человек. Но Наоко поняла, что от ужаса не может сдвинуться с места. Ее словно парализовало, она чувствовала его взгляд и понимала, что спасаться слишком поздно. Но все-таки, в самый последний момент, она отчаянно ринулась вперед. Не успела. Он схватил ее, зажав рот потной, мерзкой ладонью. А потом последовал легкий, но очень болезненный удар по голове и темнота. Акира чувствовал странную тревогу. Он стоял в огромной очереди в кассу, которая как назло двигалась с черепашьей скоростью. -Не нужно было ее оставлять, - прошептал парень, когда раздался телефонный звонок, и привычная мелодия показалась вдруг враждебной и чужой, по спине пробежался холодок. Он знал, знал, что что-то случилось. Дрожащей рукой, музыкант достал мобильник и ответил. Он словно слышал свой голос со стороны. -Значит, не хотел с ней расставаться? – раздался из трубки девичий голосок. Очень знакомый, но Сакамото никак не мог вспомнить, кому он принадлежал. -Кто это? – прохрипел брюнет, чувствуя, как сердце сжимает ледяная рука. Он не мог пошевелиться, и кто-то грубо пихнул его в спину, потому что очередь продвинулась вперед. -Ты даже не узнал меня! – выплюнула собеседница, - эта идиотка всегда была впереди меня. Ей везло. Известность, любовь, самостоятельность, - начала истерично бормотать собеседница, и Акиру вдруг осенило. Вздрогнув, он судорожно вцепился в трубку. -Наоми? – перебил музыкант, в интонации слышалась уверенность. -Ну, наконец-то! – девчонка рассмеялась, и Сакамото снова осенило. В голове возникла новая мысль, такая четкая и ясная, что он даже удивился своей глупости. Разве можно было не понять сразу, что она - чокнутая? -Где Наоко? – он старался говорить спокойно, но это давалось с невероятным усилием. Хотелось орать, бушевать, разнести все к чертовой матери. -Она со мной…вернее, с нами, - собеседница захихикала, - он так ее любит. Очень любит. Сильнее, чем ты. Намного сильнее. Мне не составило труда найти его. Он признавался ей в любви на каждом форуме, сайте, я заметила это. Написала ему, сказала, что помогу быть с ней, - девушка говорила несвязно, перескакивая с одного на другое, но Сакамото все понимал, и с каждой минутой ему становилось хуже и хуже, - он поверил мне, поверил. Я сказала ему, что лучше убей ее, чем позволь ей быть с другим. Лучше пусть она умрет. Тогда вы всегда будете вместе… -Заткнись! – не выдержав, заорал Сакамото, и окружающие изумленно и подозрительно воззрились на него. Но Акире было плевать. Бросив пакет с продуктами, он выскочил на улицу, - что вы с ней сделали? Чего ты хочешь? – ему казалось, что он вот-вот свихнется. Бессилие рвало сердце на мелкие, кровавые кусочки. Он метался, вцепляясь свободной рукой в свои волосы, чтобы хоть как-то прийти в себя. -Успокойся, - раздался довольный голос Наоми, - сейчас я продиктую тебе адрес, и ты приедешь сюда. Я хочу, чтобы ты увидел, как эта сука сдохнет. Ты выбрал ее и должен за это заплатить, - а потом она назвала координаты, тягуче спокойным голосом, будто издеваясь, - поторопись, а то опоздаешь, - тишина в трубке оглушила. Мгновение юноша стоял, не в силах пошевелиться, а потом сорвался с места, бросившись к ближайшему такси. Наоко очнулась от боли в конечностях. Девушка попыталась пошевелить руками, но не смогла. -Очнулась, сучка? – раздался голос, который певица тут же узнала. Это была ее сестра. -Наоми? – прошептала блондинка, с трудом разлепляя тяжелые веки. Голова кружилась, к горлу подкатывала тошнота. Сознание напоминало белый лист, - где я? Что случилось? – тихо спросила Нэко. Каждое слово давалось с трудом. -Ты там, где давно должна была оказаться, - радостно отозвалась собеседница, и тут память начала возвращаться. -На меня напали, ударили, но…, - осознание пришло резкой вспышкой, глаза широко распахнулись, мозг взорвался безумной болью. -Да, это все сделала я! Я! Я! Я ненавижу тебя! И, наконец-то, ты сдохнешь, - забормотала Наоми. -Что за бред ты несешь? – до Наоко вдруг дошло, что она стоит привязанная к столбу, а вокруг разбросана сухая трава, какие-то дощечки, и царит ужасный запах…запах бензина, которым пропитана вся ее одежда, - что ты собралась сделать? – она уже знала ответ, и от ужаса перехватило горло. -Я собираюсь устроить тебе роскошные похороны. Блистательные и яркие. Такие, которых достойна самая великая звезда, - шатенка приблизилась и залепила сестре увесистую пощечину, а потом еще и еще, пока не разбила ей нос и губы, - ты сгоришь! Огонь…яркий, ослепительный…ты сдохнешь в его пламене…мучительно, больно…а все, потому что ты меня не послушала. Ты всегда стояла у меня на пути. Тупая, упертая сука! – она ударила еще. -Прекрати! Хватит! – закричала певица, понимая, что это бесполезно. Страх, отчаяние, боль…все смешалось и жгло грудь. Она попала в западню. Идиотка…дура… -Скоро придет твой любимый…хотя, не знаю, дойдет ли он…надеюсь, что дойдет…или нет…кто окажется сильнее – он или твой вечный фанат, а? Как думаешь? – от слов родственницы у Нэко всё похолодело. Она изумленно воззрилась в безумное лицо девушки. -Что? Что ты сейчас сказала? – сознание внезапно просветлело, паника отступила. Он в беде…в беде…она не может позволить ему пострадать, не может сдаться так легко. Руки дернулись в попытке вырваться из тисков. Безуспешно. -Твой драгоценный ублюдок спешит сюда, но скоро он встретит кое-кого, - шатенка противно захихикала, - ладно, мне нужно позвонить маме, а то она волноваться будет. Не скучай. Я скоро вернусь, - и девчонка скрылась за поворотом. -Нет…Нет…Я должна освободиться, - лихорадочно шептала Наоко, обшаривая глазами округу. Она находилась на каком-то складе. Судя по всему заброшенном. Значит, помощи ждать неоткуда. Сердце колотилось, как безумное, когда пришло решение. Такое явное, лежащее на поверхности, что девушка сама удивилась, как раньше до него не додумалась. Помимо всякого мусора, на земле валялось полно битого стекла. К счастью она могла легко скользить по столбу, путы позволяли, а ноги оставались свободны. Быстро опустившись, Наоко изловчилась и ухватила онемевшими пальцами осколки стекла. Перерезать веревки было нереально. Слишком толстые. Но был другой выход. Зажмурившись, певица принялась резать себе ладони. Больно, очень больно. Но она продолжала, кусая губы, чтобы не пискнуть. Кровь…кровь…руки заскользили в путах…рывок…еще чуть-чуть…и свобода.