Дело об убийстве программиста из Осаки

      – Жертва – владелец этой квартиры, Кумадера Акира, двадцати восьми лет, – докладывал один из криминалистов инспектору Отаки. – Был заколот кухонным ножом, который оказался зажат в его левой руке. Время смерти между четырнадцатью - четырнадцатью с половиной часами сегодняшнего дня. В семнадцать часов сорок пять минут жертву обнаружила его жена – Кумадера Мария. После чего на крик женщины подоспели Хаттори Хейджи и Эдогава Конан. На орудие убийства были найдены только отпечатки пальцев жертвы. На полу под рукой жертвы был обнаружен знак написанный кровью – латинская буква «А». Вероятно, это предсмертное послание. В квартире практически всё перевернули. Возможно, было ограбление.       – Молодцы, продолжайте расследование.       – Отаки-хан, – Хейджи подошел к инспектору. – Жену жертвы уже привели в чувства?       – С ней сейчас работает психолог, Хей-чан, – ответил мужчина. – Не стоит беспокоиться. Ты останешься или пойдешь дальше? Такие убийства при ограблениях случаются часто. Придется обыскивать район, как узнаем у хозяйки, что было украдено.       – Отаки-хан, это не ограбление, – покачал головой Хейджи. – Убитый знал преступника, а если что и украдено, то только для вида. Поэтому мне нужно как можно скорее поговорить с его женой.       – Хаттори! – позвал мальчик, поднявшийся на стул и разглядывающий настенный календарь, приклеенный к боковине шкафа около включенного компьютера. – Смотри.       – Что такое, Кудо? – спросил Хейджи, подойдя к нему.       – Тише ты, балбес! – зашипел на него мальчик.       – А, прости, – прошептал парень, сложив ладони перед лицом. – Ну, так что у тебя?       – Глянь на этот календарь. Жертва записывала фамилии всех, с кем собиралась встречаться. Под каждым днём свои фамилии.       – Ага, значит, сегодня их должно было быть четверо: Ушинари Маса, Такамори Шика, Некоджима Сачио, Анишима Муги. Отаки-хан! – Хейджи подозвал инспектора. – Нужно вызвать на место преступления вот этих четверых. Кто-то из них может быть убийцей.       – Хорошо, Хей-чан, – кивнул инспектор.       – Один из них с фамилией Анишима, – вернул внимание к календарю мальчик.       – Думаешь, что это он убийца? – задумчиво всмотрелся в запись парень.       – Не знаю, – прищурился Шиньчи. – Пока что прямых доказательств нет…       – А судить по предсмертному сообщению нельзя, – подхватил Хейджи. – Кстати, об этой четверке. В мобильном убитого было три сообщения. Двое из них писали, что не придут, один написал, что задержится и придёт вечером.       – Кто из них?       – Такамори написала, что сегодня на работе завал и поэтому она не придёт. Сообщение пришло в девять утра. Некоджима написал, что у него появились дела, и он придёт вечером. От него пришло в половине первого. Ушинари написал в пятнадцать часов пятнадцать минут, что сегодня не может прийти. Причину не объяснил. Ничего примечательного.       – Хм, – мальчик задумчиво посмотрел на смуглое лицо напарника. – Пожалуй, пока что это нам ничего не даёт.       – А что у него в компьютере? – тут же поинтересовался Хейджи.       – Сплошной программный код, – Шиньчи спрыгнул на пол. – И ничего про людей, с которыми он должен был встретиться. Что-нибудь нашел в квартире?       Они отошли ближе к окну, чтобы не мешать остальным.       – В соседней спальне такой же беспорядок. Только на кухне рыться не стали. Но ничего примечательного я там не нашел. А ты?       – В мусорной корзине под столом мятые стикеры с записями о встречах и яблочные огрызки. На стикерах он записывал фамилию имя, дату и время посещения. Самое интересное, нет заметок о тех, кто сегодня должен был прийти.       – Возможно, убийца забрал их с собой, зная характер жертвы.       – Да, – мальчик задумчиво глядел в окно, зажав подбородок меду большим и указательным пальцами. – Что с тем платком, что мы нашли в кармане брюк жертвы?       – А вот тут уже интереснее, – ухмыльнулся Хейджи. – У жены убитого нет таких духов. И дезодоранта с таким запахом в доме тоже нет. Так что тут…       – Попахивает изменой, – хмыкнул Шиньчи.       – Думаешь, жена прознала и заколола его? – азартно прошептал парень.       – Вполне возможно, но тогда она отличная актриса. Сыграть такой шок при виде убитого мужа.       – Да уж. Тогда возможно, что это провернула любовница. Такамори вполне может претендовать на эту роль. Убитый не захотел бросать жену и та в ярости его заколола.       – Как вариант. Пока улик недостаточно. Если что, я переслал фотографии места преступления Хайбаре. Может быть, она что-нибудь заметит.       – То, что не увидели ты и я? – удивился парень. И самодовольно улыбнулся.       Мальчик хмыкнул.       – Инспектор, – психолог вошел в комнату. – Я закончил. Можете начинать допрос. На всякий случай я пока побуду здесь. Вы диван уже проверили? – обратился он к экспертам.       – Да, можете занимать.       – Пошли, – оживился Хаттори.       Шиньчи пошел впереди, проследив взглядом за тем, куда сел психолог, приостановился, нахмурив брови, и рванулся к дивану, оббежав белые отметины на полу обозначавшие расположение трупа, который уже увезли. Под ошарашенным взглядом психолога, с разбегу прыгнув на диван, он сунул руку в белой перчатке между спинкой и сиденьем.       – Что такое, Ку… Конан? – подоспел Хейджи.       Мальчик выудил из промежутка чуть погнутую визитную карточку. Взглянул на неё и, ухмыльнувшись, протянул её Хейджи. Парень прочитал надпись и, хмыкнув, поглядел на мальчика.       – Понюхай, – шепнул Шиньчи, довольно вышагивая мимо напарника.       Хейджи поднёс визитку к носу и внимательно втянул воздух.       – А это становится интереснее. Сегодня тут действительно был кое-кто.       – Да.       – Что ж пойдём, послушаем, что расскажет жена убитого. Возможно, что зря мы вызвали тех четверых.       – Сейчас и узнаем, – серьезно кивнул Шиньчи.