Часть 1. Глава 14.
23 апреля 2014 г., 23:32
Они выехали из Солнечного Копья ранним утром. Мирцелла не на шутку испугалась, когда к ней в покои явилась Арианна и сказала куда-то собираться. Она подумала, что в замке случилось нечто плохое, но Мартелл уверила её, что всё в полном порядке, что нужно просто ненадолго выехать из города. Для её же безопасности. Спорить и задавать лишние вопросы Мирцелла не стала, чувствуя, что это будет лишним. За все пять лет, проведённые в Дорне, Арианна стала ей подругой, и девушка не видела причин ставить её слова под сомнение. Если ей надо уехать из Солнечного Копья — надо уезжать немедленно.
Ещё вчера Арианна рассказала ей, как слышала, что кто-то говорил о том, что организуется убийство принцессы. Она не видела, кто это был, а голоса были незнакомыми. Мирцелла подумала, что Арианна подняла её в такую рань именно из-за этого, желая уберечь от рук убийц. Девушка быстро выскользнула из-под одеяла и засобиралась. Она надела лёгкое платье, в котором было бы удобно скакать на лошади, а сверху накинула тёмно-синий плащ. Арианна посоветовала ей заколоть волосы и надеть на голову капюшон. Сама дорнийка уже была готова к отъезду и то и дело поторапливала Мирцеллу. Та всегда была ужасной копушей, но сейчас её тщательные сборы могли не пойти им на руку —Арианна начала замечать лучи восходящего солнца.
— А как же Тристан? — задала вопрос принцесса, развернувшись к своей «спасительнице» и скидывая с золотистых волос капюшон. Это волновало её с самого прихода Арианны, но девушка до сего момента не решалась озвучить свои мысли вслух. За все пять лет в Дорне она вовсе не разлучалась со своим принцем и не хотела делать этого сейчас. Она будет скучать, а он волноваться, ведь наверняка не узнает, где она и почему так внезапно уехала.
Мирцелла поджала губы и подняла глаза на Арианну, которая устало выдохнула и приложила руку ко лбу.
— Принцесса, вы невозможны, —рассмеялась девушка, повергая тем самым юную Баратеон в недоумение и какое-то неясное смущение. — Вам угрожает опасность, а вы даже в такой момент думаете о том, поедет ли принц Тристан с нами или нет?
Блондинка потупила глаза и прикусила губу, смущённо улыбаясь и сжимая пальцы одной руки в ладони другой. Арианна закатила глаза, состроив при этом ужасно недоумевающий вид и коротко усмехнувшись.
— Влюблённые такие смешные, — задумчиво произнесла дорнийка, — Когда я сейчас будила своего младшего брата, он тоже спрашивал о тебе примерно с таким же видом.
Девушка увидела, как лицо Мирцеллы мгновенно просияло, а на её губах появилась лёгкая улыбка.
— Поедет ваш принц с нами, поедет. Не могу же я увозить его «почти жену» без него, верно? — Арианна лукаво подмигнула ей и заметила, как щёки Мирцеллы залились розоватым румянцем. Неожиданно для девушки Баратеон оказалась возле неё, хватая за руку и нетерпеливо таща в сторону выхода. Мартелл подивилась такой резкой смене её настроения, но противиться не стала. Она накинула на голову Мирцеллы капюшон и сама надела свой, надеясь на то, что они смогут выскользнуть из замка незамеченными.
Ещё несколько минут шаги двух девушек раздавались по пустующим коридорам Солнечного Копья, а затем стихли. Две фигуры в плащах вышли за ворота и поспешили к ожидающим их лошадям и людям.
Мирцелла удивилась количеству сопровождающих. Девушка понимала, что она всё-таки принцесса, что её персона требует особо тщательной защиты в момент опасности, но перед ней стоял отряд численностью не менее шестидесяти человек. Она бросила обеспокоенный взгляд на Арианну, но та не заметила его. Мирцелла хотела уже спросить у неё, кто эти люди и почему их так много, но вопрос так и не сорвался с её губ.
Вместо этого девушка расплылась в широкой улыбке, увидев стоящего впереди Тристана. Он стоял возле лошади, держа коня под уздцы и тоже улыбаясь ей. Сердце Мирцеллы ёкнуло в груди, и она быстрым шагом двинулась к нему, силясь не перейти на бег. Ещё несколько секунд — и принцесса оказалась возле него, глядя на молодого человека снизу вверх с сияющей на губах трепетной улыбкой.
— Здравствуй, Тристан, — немного запинаясь и всё равно робея в его присутствии, произнесла девушка, легко сжав его ладонь в своей.
— Здравствуй, моя золотая принцесса, — одними губами прошептал Тристан, наклоняясь к её лицу и дотрагиваясь кончиком носа до лба девушки. Даже такая невинная ласка вызвала в Мирцелле целый ураган эмоций, и она, коротко выдохнув, крепко обняла юношу, прижимаясь к его плечу. Ладони молодого человека легли на её талию, приближая её хрупкое тело к себе. Они замерли в таком положении на несколько секунд, пока не услышали тихое покашливание Арианны.
— Может, мы уже поедем? — осведомилась у них девушка и продолжила, — Скоро рассветёт, нужно уехать до того, как нас могут хватиться.
Мирцелла, пропустив слова про «хватиться», поняла, что на них с Тристаном смотрит множество людей, и густо покраснела. Молодой человек растерялся меньше, чем его возлюбленная, и, заверив сестру в том, что они не будут никого задерживать, помог принцессе забраться на лошадь и сам сел позади неё, забирая в ладони поводья. Арианна мало рассказала ему о месте, куда они направлялись, но он был уверен, что сестра знает, что делает. Ему было важно лишь то, чтобы его принцесса была в безопасности.
В последнее время, после смерти Джоффри, по замку ходило множество слухов. По закону трон после смерти старшего брата должна была занять именно Мирцелла, а не её брат Томмен, которого короновали в Королевской Гавани. Возможно, именно из-за возможных претензий на престол принцессу и захотели убить, как говорила Арианна.
Тристан полагал, что его возлюбленная предъявит свои права на престол, но девушка почему-то молчала и довольствовалась жизнью в Дорне, хотя по всем правилам могла бы стать королевой. Молодой человек не понимал этого, но не лез к Мирцелле с расспросами и разговорами на эту тему.
Они ехали долго. День был в самом разгаре, и принцесса не замечала, как их отряд из шестидесяти человек возрос, пополняясь людьми, идущими с абсолютно разных сторон. Буквально за полдня езды на лошади Мирцелла настолько утомилась, что перестала придавать значение всему, что происходило вокруг, и задремала, уткнувшись виском в плечо Тристана. Он вёл лошадь одной рукой, второй придерживая любимую за талию и не позволяя ей упасть. Она очень нравилась ему во сне, когда казалась спокойной и умиротворённой. Арианна ехала рядом с ними, бросая на парочку обеспокоенные взгляды. Время от времени она отъезжала назад, разговаривая с сиром Арисом Окхартом, возглавляющим отряд. До Тристана долетали обрывки фраз, но он не понимал их значения.
Он просто ехал вперёд.
***
Оберин Мартелл наклонился и взглянул на своё отражение в водах Зеленокровной. Всё шло по их плану. Арианна ещё позавчера прислала ворона, сообщая, что принцесса Мирцелла покинула Солнечное Копьё незамеченной, также говоря о том, что задумывалось покушение на её убийство. Его племянница, как и многие дорнийцы, считала, что именно Мирцелла должна стать королевой Вестероса, а не её младший Томмен. Оберин признавал, что девушка могла бы стать мудрой и хорошей королевой, и опасался, что на троне окажется человек, подобный Джоффри. За все годы своего правления король не сделал ничего для своего народа, лишь развлекаясь. Даже в Дорне носились слухи о том, что Джоффри был очень жесток с теми, кто ему не нравится, любил убивать ради удовольствия. Вероятно, всё это было слишком преувеличенно, но факт оставался фактом: Джоффри Баратеон был плохим королём, и на его место может прийти король ещё хуже. Мартелл помнил, как тот отказался выдать ему Гору, чтобы Оберин мог поквитаться с ним за убитую сестру и племянников, как отстранил дорнийцев от любых государственных дел, как ещё сильнее рассорил их с жителями Простора. С королевой Мирцеллой всё было бы совсем по-другому, и многие это понимали. Именно поэтому вместе с ним на Зеленокровной стояло войско численностью, кажется, семь тысяч человек. Семь тысяч человек готовы были отдать жизнь за то, чтобы Мирцелла стала королевой. Доран, догадавшийся об этом, отказался вступать в открытый конфликт с Королевской Гаванью и Простором, что ещё сильнее злило Оберина. Его брат слишком много думал и слишком мало делал, однако препятствовать Оберину не стал. Сейчас выдалась отличная возможность изменить положение Дорна в королевстве, отомстить Ланнистерам и утереть нос Тиреллам, и Мартелл не собирался упускать её. К счастью, люди любили его намного больше, чем его старшего брата Дорана, поэтому многие и пошли за ним. Он не скрывал, что многие идут на верную смерть, что в глазах Королевской Гавани они мятежники, что их обязательно попробуют остановить. Одна Королевская Гавань не выдержит напора дорнийцев, ведь после смерти Джоффри был потерян политический союз с Тиреллами. Отличная возможность разбить войска Королевских земель и посадить Мирцеллу на трон. Никто не поможет Королевской Гавани. Западные земли отныне под властью Джейме Ланнистера, которого королева лишила белого плаща, Тиреллы не станут вмешиваться в эту безумную войну с Дорном, а остальным всё равно. Они разобьют их довольно быстро, и тогда их жизнь изменится, тогда Оберин сможет отомстить за всё. — Милорд, когда выступаем? — раздался голос откуда-то слева, и Мартелл узнал в нём голос Эндрю Дальта. Это был достаточно молодой мужчина с открытым и приветливым лицом. Он был рыцарем и одним из первых поддержал Оберина и Арианну, с которой они были особенно близки. — Когда наша королева благополучно отбудет из Дорна, — произнёс Оберин, разворачиваясь к Дальту лицом. Племянница обещала прислать ему ворона, когда Мирцеллу доставят в порт, где её ждал корабль с верными людьми, отплывающий из Дорна. Место прибытия держалось в строжайшем секрете; они боялись, что и там окажутся наёмные убийцы. Эндрю не стал более приставать к нему с вопросами и просто отошёл, давая Оберину побыть в одиночестве и ещё раз прокрутить в голове план их действий. Все дома Дорна были за него, кроме Дорана и Айронвудов. Готовящееся восстание держалось в секрете, хотя Мартелл был уверен, что до ушей в Королевской Гавани уже долетели слухи о том, что происходит на юге. Скрыть семитысячную армию и несколько отдельных отрядов численностью 1-2 тысячи человек было не так просто. Оберин усмехнулся. Даже если так, вряд ли кто-нибудь их остановит. Они выступят в тот же самый момент, как к нему прилетит ворон от племянницы. Игра престолов только начинается.***
Он разбудил её глубоким поцелуем в губы, и она встрепенулась у него на плече словно маленький испугавшийся воробушек. Спросонья сначала девушка не поняла, где находится и кто сидит рядом с ней, но буквально через несколько секунд на её лице заиграла тёплая улыбка. Тристан вновь поцеловал её, и Мирцелла ответила на его поцелуй, прильнув к тёплой груди молодого человека и с наслаждением вдыхая родной и любимый аромат его кожи. Рука юноши скользнула на её бедро и сильно сжала его, а сам Тристан нежно, практически невесомо коснулся губами ушка девушки. От его ласк Мирцелла ощутила приятную дрожь, бегущую по коже, но разум призывал её не терять рассудка. По крайней мере, сейчас. Она услышала немного разочарованный вздох Тристана и почувствовала, как он ослабил хватку. Только сейчас девушка заметила, что они не в дороге, а в какой-то прибрежной деревеньке. Она не видела моря, но была абсолютно уверена, что оно рядом. Мирцелла не могла спутать запах солёных брызг и морского ветра ни с чем другим. Спустя пять дней бесконечных передвижений было приятно осознавать, что её мучения, кажется, подходили к концу. В дороге они пробыли пять дней и пять ночей, время от времени останавливаясь на привал, чтобы отдохнуть и поесть, а затем вновь отправляясь в путь по бесконечным песчаным дюнам. А сейчас… Сейчас Мирцелла чувствовала запах моря, запах свежести, запах свободы. Она думала о том, что эта поездка станет её самым большим приключением за пять лет, и улыбалась, глядя куда-то вдаль, туда, где располагалось предполагаемое море. — Где мы, Тристан? — спросила девушка у возлюбленного, прижимаясь спиной к его крепкой груди и слушая его размеренное дыхание, которое приятно щекотало её уши. — Мы у моря, — ответил он ей и увидел на её лице по-детски восторженную улыбку. Тристан прекрасно знал, как сильно Мирцелла любила море. Молодой человек спешился и поймал девушку на руки. Она засмеялась, чувствуя, как её тело обвивают сильные руки возлюбленного и бережно ставят её на землю. Юноша коснулся её лба целомудренным поцелуем и потянул девушку за руку в сторону небольшого здания. Арианна сразу заметила Тристана и Мирцеллу несмотря на то, что на первом этаже теснилось слишком много людей. Сир Арис, не отходивший от неё ни на шаг, поспешил следом за дорнийкой, стремясь вырвать из толпы девушку с золотыми волосами и черноволосого молодого человека. Мирцелла, увидев их, облегчённо вздохнула и сильнее сжала руку Тристана, словно боясь его тут потерять. Тот лишь усмехнулся и пошёл следом за девушкой, сестрой и рыцарем. —Вы отплываете сегодня вечером, — объявила Арианна, когда они оказались в комнате, и шум внизу перестал быть таким слышимым. — Куда? — удивлённо спросила девушка, не рассчитывая на то, что ей придётся куда-то плыть, и, надеясь, что Тристан отправится вместе с ней. — В Штормовой Предел. Вы его законная наследница, ведь у Ренли Баратеона не было детей, — так же спокойно произнесла Арианна, а Мирцелла буквально опешила. Раньше она не задумывалась о том, что она является наследницей своего дяди, ведь наследовать Штормовой Предел должен был Томмен, но сейчас её брат стал королём. Девушка глубоко вздохнула и подошла к окну, выглядывая из него. Отсюда были видны морские воды и большой корабль, стоящий в порту. Тристан и сир Арис предпочли не вмешиваться в их разговор и вышли за дверь. — Даже не верится в это, — тихо-тихо прошептала Мирцелла, но Арианна услышала её и встала рядом с ней, обнимая девушку за плечи. — Почему же? — мягко поинтересовалась она. — Всю свою жизнь я была после своих братьев и не рассчитывала на что-то большее, чем брак с человеком из достойного дома, а сейчас я стала… леди Штормового Предела? — продолжила принцесса, впиваясь пальцами в подоконник. — Не только ей, — загадочно произнесла Арианна и взглянула на девушку. — А кем же ещё? — спросила Мирцелла, но дорнийка оставила её вопрос без ответа, лишь многозначительно посмотрев на неё и тепло улыбнувшись. — Вам нужно отдохнуть, вечером отплываем, — только и сказала Мартелл, оставляя Мирцеллу наедине со своими мыслями.***
Едва Солнце начало опускаться за линию горизонта, за Мирцеллой пришли. Несколько хорошо вооружённых людей проводили её вниз и помогли устроиться на лошади. Арианны и Тристана рядом не было, но они сказали, что будут уже на корабле, когда она прибудет. Успокаивало лишь знакомое лицо сира Ариса Окхарта, не покидавшего её на протяжении пяти лет. Раньше именно он был для неё единственным дорогим и знакомым человеком в Дорне, и Мирцелла была благодарна ему за поддержку. Всё это время её не покидало какое-то странное чувство. Мирцелле казалось, что вокруг готовят нечто большее, чем её отплытие, но девушка не решалась задавать свои вопросы. Она привыкла к тому, что время всё расставит по своим местам, а сейчас будь что будет. Прошло совсем немного времени, и перед её взором предстал корабль. Корабль, на котором она должна будет уплыть отсюда. Надолго ли? Может, навсегда? Этого Мирцелла не знала. Её глаза изучающе рассматривали людей, пришедших к пристани. Среди них она легко узнала своих провожатых сюда и кротко улыбнулась им, услышав в ответ восклицательные возгласы. На мгновение Мирцелла почувствовала себя неловко, но не позволила этому чувству завладеть собой, слезая с помощью сираАриса с лошади и ступая на трап. Все явно чего-то ждали, и у неё в мыслях промелькнуло: «Ждут, наверное, когда уже смогут отделаться от меня». Девушка незаметно для всех усмехнулась и поднялась на корабль, чувствуя на себе почти сотню любопытных взглядов. — Ваше величество, — услышала она голос Арианны, и все находившиеся на палубе в один момент преклонили колени. Она заметила среди них и Тристана и тихо выдохнула, чувствуя, как внутри всё холодеет. Она? Она королева? Почему? Ведь у неё есть брат… — Я не понимаю… — выдохнула девушка и вопросительно посмотрела на Арианну, — Что-то случилось с Томменом? — Нет, ваша милость, — коротко ответила та и поднялась с колен, глядя на Мирцеллу пронзительно внимательным взглядом. — Прошу вас, встаньте, — попросила Баратеон, и все, повинуясь её словам, встали на ноги. В её голове роилось слишком много мыслей. Как? Почему? Почему они называют её королевой? Мысленный поток девушки остановили слова Арианны. — Вы — наша истинная королева. Вы должны наследовать престол за вашим умершим братом, ведь вы старше Томмена. Имеет ли значение то, что вы — девушка, когда речь идёт о благополучии и процветании королевства во главе с мудрой королевой? — последние слова дорнийка выкрикнула нарочито громко, и её поддержало множество голосов снизу и на палубе. Мирцелла не знала, что делать, Она не знала, что сказать им всем. Они привезли её сюда, вырвали из когтей опасности, называют её своей королевой… Девушка сжала руки в кулаках, чувствуя витающее в воздухе напряжение. Она должна что-то сделать, что-то ответить. Вот только что? Была ли она настоящей королевой, как утверждали они? — Ваша милость, — обратился к ней сир Арис, становясь напротив неё и держа что-то в руках. Мирцелла подняла на него взгляд своих изумрудно-зелёных глаз, надеясь найти в его взгляде правильный ответ. — Согласны ли вы быть нашей королевой? — задал вопрос мужчина, поднимая на уровень глаз девушки золотую корону. Мирцелла лишь покорно преклонила голову, позволяя ему увенчать свои золотистые локоны под бурю восторженных криков и одобрительных взглядов.***
Ворон сел на плечо Оберина, и мужчина развернул послание, прикреплённое к его лапке:«Мирцелла – наша королева. Мы на пути в Штормовой Предел».
Текст был, без сомнения, написан рукой его племянницы и скреплён её печатью. Эти новости значили лишь одно. — Выступаем немедленно! — крикнул Мартелл, — Да здравствует королева Мирцелла! «Да здравствует королева Мирцелла!» — подхватили сотни других голосов.середина первой четверти 305 г. от В.Э.
