Lions are coming

- Милорд, вы уверены в том, что следует так поступить? – лорд Кракехолл стоял возле постели Джейме, в нерешительности протягивая своему сюзерену ладонь, чтобы тот мог встать с кровати. Ланнистер крепко обхватил руку Тиболта, приподнимаясь над простынями и подушками и тяжело дыша. Было видно, что мужчине ужасно тяжело даётся каждое движение, но он больше не мог позволить себе валяться в постели и отдыхать, несмотря на просьбы окружающих не давать себе лишних нагрузок. Всё тело жутко болело и словно занемело – сказались те четыре дня, которые Джейме провёл практически без движения и в какой-то сонной дымке. Мужчина отпустил ладонь Кракехолла и попросил того налить ему воды. Ланнистер сел на кровати, чувствуя лёгкое головокружение и тянущую боль в спине. Он слабо помнил, что с ним случилось тем вечером. Последнее, что сейчас всплывало в памяти мужчины, было то, как он пытался пробраться к дверям замка, а дальше всё словно погрузилось в какой-то туман. Очнулся Джейме уже в лагере на следующее утро, где ему радостно объявили, что они выиграли битву и взяли замок. Местный мейстер сказал ему, что его тяжело ранили в голову, и вообще чудо, что Джейме жив и так быстро пришёл в себя. Ланнистер мысленно поблагодарил Богов за свою живучесть, ведь теперь он точно сможет выполнить данное сыну и жене обещание вернуться домой. При мысли о них на его губах появилась невесомая улыбка, и Джейме попробовал встать, но голова снова закружилась, и мужчина тяжело сел на кровать. Лорд Кракехолл подал ему воду, и тот жадно выпил всё, чувствуя, как живительная влага приятно разливается по его телу и орошает сухие губы. Ланнистер не просил Тиболта помогать ему, это была его личная инициатива, тому, видимо, было только в радость находиться подле своего сюзерена, а Джейме не имел ничего против. Коротко поблагодарив мужчину, он жестом снова подозвал его к себе. - Лорд Кракехолл, помогите мне подняться, пожалуйста. Если вас не затруднит, позовите какого-нибудь оруженосца, который помог бы мне одеться. Пора вылезти отсюда на свет божий, - грустно усмехнулся Ланнистер, обращая взгляд на впавшего в полнейшее замешательство Кракехолла. - Милорд, может, стоит подождать? Вы ещё не совсем оправились после вашего ранения, вам нужен отдых, - начал быстро говорить Тиболт, но Джейме отрицательно покачал головой на его слова, и мужчина устало выдохнул, поняв, что спорить с ним абсолютно бесполезно. – Хорошо, милорд. Я пришлю вам оруженосца. Только… - Кракехолл замялся, и «лев» вскинул на него полные непонимания глаза. - Только что? – осведомился тот, приподняв бровь и вопросительно взглянув на своего знаменосца. - Вам следует прочесть это, милорд, - лорд Тиболт вытащил из-за пазухи сложенный вчетверо лист бумаги и протянул его Джейме. Тот смерил его недоумённым взглядом и взял бумагу из рук мужчины, разворачивая её и пробежавшись глазами по нескольким первым строчкам. Буквы расплывались перед глазами и не желали выстраиваться в одну линию, и Ланнистер на мгновение закрыл глаза, а затем снова открыл, узнавая в буквах знакомый почерк. Джейме хотел спросить, какого чёрта ему не показали этого раньше, но решил обойтись без расспросов – голова всё-таки до сих пор очень сильно болела. - В ту же ночь мы отправили послание в Утёс Кастерли вашей супруге, где сообщили о том, что вы были ранены в бою, милорд. Ворон принёс ответ только вчера вечером, когда вы уже спали, и мы решили вас не тревожить, - произнёс Кракехолл, внимательно глядя на своего сюзерена, который едва ли слушал его. – Я пошлю за оруженосцем, милорд, - тот снова подал голос и, коротко поклонившись, вышел из шатра, оставляя Джейме наедине со своими мыслями и письмом из дома. Ланнистер облегчённо выдохнул, когда лорд Кракехолл покинул его, и стал читать. «Дорогой Джейме, нам сообщили, что ты был ранен в голову. Сказали, что рана серьёзная, что ты вряд ли скоро очнёшься, что тебе повезло выжить после подобного. Буду надеяться, что к тому времени, как это послание долетит до тебя, ты придёшь в себя. Мы с Тайгетом очень сильно волнуемся за тебя. Он каждый день спрашивает о том, где папа, вчера даже порывался ехать к тебе на помощь. Мы не видели тебя больше месяца и очень сильно скучаем. У нас всё хорошо, сейчас всё хорошо. Не так давно с нами случилось нечто странное – в спальню Тайгета заявился человек с ножом, грозясь убить нашего сына, но, слава Богам, всё обошлось. Мне кажется, что это дело рук Серсеи. Я боюсь, как бы ничего снова не произошло… Без тебя я чувствую себя совершенно беззащитной. Возвращайся поскорее, мы любим и ждём тебя.

Санса и Тайгет».

Мужчина тяжело выдохнул, силясь не скомкать письмо в руках. Сердце грело то, что его любят и ждут, но это покушение вызвало в нём целый водоворот чувств. Джейме был одновременно озадачен, зол и шокирован, – он никак не ожидал, что Серсея даже из мести, даже из ревности может совершить нечто подобное. «Ничего, сестрёнка, я ещё посмотрю тебе в глаза после этого и потребую объяснений», - подумал Джейме, качая головой и поднимаясь с кровати, собрав все свои силы. Он пошатнулся, но не упал, и доковылял до стола, садясь за него и нацарапывая короткий ответ. «Я тоже люблю вас и очень скучаю. Со мной всё в порядке – мне повезло, скоро восстановлюсь полностью. С Серсеей я сам разберусь, не волнуйся. Я не могу приехать домой прямо сейчас, я должен доставить принцессу в Королевскую Гавань, а после этого уже отправлюсь домой. Поцелуй за меня Тайгета.

Джейме».

Джейме закончил как раз вовремя – в дверях появился мальчик лет двенадцати, и мужчина жестом пригласил его войти в шатёр. На одевание ушло больше времени, чем обычно, руки и ноги не хотели слушаться, а голова отчаянно кружилась, но Ланнистер всё равно настоял на том, чтобы его вывели отсюда – у него было ещё одно важное и незавершённое дело. Он вышел из душного помещения, опираясь на плечо оруженосца, и глубоко вдохнул, чувствуя, как голова свежеет и даже начинает меньше кружиться. Мужчина размял плечи и осторожным шагом направился в противоположную сторону от своего шатра. Ланнистер попытался вспомнить доклады своих знаменосцев о жертвах среди дорнийцев, но точно знал, что Оберин Мартелл погиб от рук Горы, а тот вскоре сам умер от яда, которым было смазано копьё дорнийского принца. Арианну нашли неподалёку от замка всю в крови, Квентин сбежал, воспользовавшись всеобщей суматохой, и, кажется, ещё были убиты три дочери Оберина – Обара, Нимерия и Сарелла, но Джейме не помнил этого точно. Он решил, что прочтёт все доклады сам, когда вернётся обратно. - Могу ли я войти, моя принцесса? – хриплым голосом поинтересовался Джейме, остановившись у шатра принцессы Мирцеллы. Он не видел её пять лет, и сейчас из девятилетней малышки она превратилась во взрослую девушку. Хоть Джейме никогда не чувствовал себя её отцом, но он очень любил и её, и Томмена. В отличие от их старшего брата, они не проявляли каких-то садистских наклонностей и всегда были милыми детьми. Сейчас же его страшила неизвестность. Он знал прежнюю Мирцеллу, но очень боялся не узнать в ней прежнюю девочку, найти в её взгляде что-то чужое и враждебное. От зародившегося волнения Джейме внезапно перестал чувствовать и головокружение, и боль в мышцах. - Да, входите, - послышался ответ, и Ланнистер, оставив мальчика снаружи и поблагодарив его за помощь, вошёл внутрь. Девушка стояла к нему спиной. Она была одета в платье яркого зелёного цвета, а длинные золотистые кудри струились по её плечам и спине. По коже Джейме пробежал холодок – ему даже показалось, что перед ним стоит не его юная дочь, а Серсея. - Прошу простить меня за то, что не смог посетить вас раньше, я…- начал говорить Ланнистер, но Мирцелла прервала его. - Я знаю, вы были ранены, милорд, не стоит извиняться, - тихо-тихо прошептала девушка, и Джейме подошёл к ней поближе – теперь их разделяло всего несколько шагов. Внезапно принцесса обернулась, и мужчина увидел стоящие в её прекрасных зелёных глазах слёзы. – Я так скучала по тебе, дядя Джейме, - сказала она уже совсем по-другому, совсем иначе. В голосе Мирцеллы не было официальных ноток, её губы дрожали, и сама девушка старалась не заплакать. Все страхи Джейме отступили – перед ним стояла его прежняя Мирцелла, его любимая племянница. Его прекрасная дочь. Время пошло ей на пользу – девочка стала фантастически красивой девушкой, с которой даже Серсея не шла в сравнение в этом возрасте. Мирцелла как-то по-детски шмыгнула носом и бросилась в его объятия, обвивая хрупкими ручками плечи мужчины и утыкаясь лицом в его дублет. - Мне было так страшно, так страшно… Я не знала, что всё так обернётся. Я не хотела, чтобы всё было так. А теперь Оберин и Арианна умерли… Боже, что же я наделала? – быстро-быстро шептала она, сбиваясь и вытирая с щёк горькие слёзы. - Моя маленькая, маленькая принцесса, в этом нет твоей вины, не стоит плакать, - ободряюще улыбнулся Джейме Мирцелле, чуть отстраняя девушку от себя и осторожно стирая с её кожи солёные следы. Только сейчас он вспомнил о том, что её тоже ранили, ранили возле уха, но, приглядевшись, Джейме с облегчением вздохнул – ранка не была серьёзной и уже затягивалась. Нападающему повезло гораздо меньше, кажется, Рендилл Тарли приказал ему отрубить руку, которой он нанёс ранение принцессе, но он мог и ошибаться. – Теперь всё будет хорошо. Мне велено доставить тебя в Королевскую Гавань. Доставить к матери и Томмену. Не знаю, что будет потом, - осторожно пожал плечам Ланнистер, глядя в её глаза. Девушка набрала в грудь воздух, словно собиралась сообщить ему что-то, но Джейме ошибся – Мирцелла ничего не сказала и только чуть улыбнулась. Она заговорила чуть позже, всё ещё глотая слёзы. - Будет чудесно увидеть матушку и брата после пятилетней разлуки. Я иногда очень сильно скучала по ним в Дорне, - произнесла принцесса, глубоко вздыхая. - Не знаю, разрешат ли тебе вернуться туда, Мирцелла. Сама понимаешь, что случилось. Серсея теперь так просто тебя не отпустит, - выразил свои опасения Джейме, заинтересованно наблюдая за девушкой. Сейчас она напоминала ему маленького забавного ребёнка, а её милая реакция на происходящее вызывала трепетную улыбку на губах. - Да, я знаю. Я просто чувствую, что вернусь туда, понимаешь? – глаза Мирцеллы вновь как-то живо заблестели, и девушка тепло улыбнулась. Ланнистер кивнул, снова привлекая дочь к себе и крепко обнимая её. Она больше не плакала и просто касалась лбом его плеча. – Можно тебя попросить кое о чём? – девушка прикусила губу и взглянула на своего дядю, ожидая его ответа. - Конечно, - улыбнулся Джейме, легонько потрепав её по золотистым волосам, так, как делал это в её детстве. Мирцелла издала короткий забавный смешок, а мужчина подивился тому, как быстро меняется её настроение – то она заливается слезами, то весело смеётся и улыбается. - Тристана держат взаперти. Он кто-то вроде… заложника, хотя не сделал ничего плохого, он всё время был со мной. Прошу, попроси освободить его, - Мирцелла взглянула на него умоляющим взглядом. – Он правда не представляет никакой угрозы, он защищал меня. Пожалуйста. Ради меня. - Если только ради тебя, - рассмеялся мужчина, целуя девушку в макушку и чувствуя, как головная боль совсем отступает.

***

Она наблюдала за всей процессией из окна своих покоев. Впереди Серсея отчётливо увидела золотые доспехи брата и его не менее золотистые волосы, а рядом с ним на белой лошади сидела молодая девушка с длинными кудрявыми локонами такого же цвета, что и у Джейме. Сердце женщины пропустило несколько ударов, когда она поняла, что эта юная особа – её дочь, принцесса Мирцелла, уже не такая малышка, какой Серсея её запомнила. Она поставила бокал с недопитым вином на подоконник, внимательно следя за тем, как девушка спускается с лошади. Руку ей подал какой-то темноволосый молодой человек лет семнадцати, и Серсея недовольно фыркнула. Женщина не могла поверить тому, что Джейме допустил приезда Тристана Мартелла в Королевскую Гавань, хотя следовало отослать мальчишку в Дорн или вовсе покончить с ним, а вместо этого он притащил его сюда. Однако увидев счастливую улыбку дочери, обращённую к молодому человеку, Серсея смягчилась, и морщинки разгладились на её лбу. Женщина заметила, как Мартелл отошёл от Мирцеллы, уступая место Джейме, который взял девушку под руку и отправился с ней в сторону входа. - Сир Бейлон, прошу, сообщите лорду Ланнистеру, что я жду принцессу у себя в покоях, - обратилась она к стоящему возле входной двери её комнаты Бейлону Сванну. Мужчина лишь безмолвно кивнул своей королеве в знак согласия и удалился; его шаги ещё долго разносились по безлюдным коридорам замка. Серсея бросила короткий взгляд на белоснежный плащ королевского гвардейца за спиной мужчины и тихо вздохнула, с какой-то горечью поймав себя на мысли, что немного скучает по такому же плащу Джейме. Она потрясла головой, стараясь выбросить навязчивые мысли, но они не оставляли её. Женщина обречённо вздохнула и опустилась на кушетку, надеясь, что дочь скоро будет здесь. - Ваша милость, - раздался за её спиной голос Бейлона Сванна. Ждать долго действительно не пришлось, Серсея пробыла в одиночестве максимум пятнадцать минут. Когда она обернулась, сира Бейлона уже не было, и на пороге, переминаясь с ноги на ногу, стояла Мирцелла. Губы принцессы украшала по-настоящему тёплая улыбка, а платье нежного розового цвета идеально подчёркивало её фигуру. Ни она, ни Серсея не решались что-либо сказать, просто глядя друг на друга и не веря в то, что они вновь рядом. - Матушка…могу ли я войти? – нарушила тишину Мирцелла, расплываясь в ещё большей улыбке и делая шаг в комнату, не дожидаясь ответа матери, ведь она заранее знала, что та ответит ей согласием. - Конечно можно… - только и прошептала Серсея одними губами, глядя на дочь с нескрываемой радостью и каким-то восхищением, моментально вставая со своего места и оказываясь рядом с дочерью. – Моя родная, - улыбнулась женщина, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. Всегда холодная Серсея сейчас внутри разрывалась от радости и счастья вновь быть рядом с ней, рядом со своей дочерью, которую она теперь ни за что не отпустит от себя. Пальцы женщины легко скользнули по щеке девушки, на мгновение останавливаясь на почти зажившей ранке от меча возле её уха. - Это ничего, ерунда, - так же тепло улыбнулась Мирцелла, заметив замешательство матери. – Всё в порядке, правда в порядке, - девушка сжала руку Серсеи и крепко обняла её, чувствуя, как та отвечает на её объятия и не спешит их разрывать. – Мне ужасно не хватало тебя… Тебя и Томмена. Я так рада тебя видеть, - прошептала она в плечо матери, крепче сжимая в своих руках её плечи. - Я тоже рада тебя видеть. Не было ни дня, чтобы я не думала о тебе, моя милая, храбрая принцесса, - губы Серсеи дрогнули в искренней улыбке, и она чуть-чуть отстранилась от дочери, чтобы увидеть её лицо. Ресницы девушки едва заметно подрагивали, глаза блестели, а руки немного дрожали. – Теперь всё будет совсем по-другому. Томмен не станет тебя судить и позволит остаться здесь, с нами. Я не хочу, чтобы ты снова уехала от нас, Мирцелла. Серсея заметила, как дочь судорожно выдохнула и прикусила нижнюю губу, а с её лица мгновенно ушла прежняя улыбка, уступив место какому-то недоверию и страху – она увидела его в глазах дочери. - Не волнуйся, милая, Тристану Мартеллу разрешат отправиться домой к отцу, его никто не тронет, я обещаю тебе. Мы можем разорвать вашу помолвку, ведь ты сама понимаешь, что действия членов его семьи угрожали твоей жизни. Я люблю тебя, Мирцелла, и клянусь, что всё теперь будет хорошо, - женщина улыбнулась, сжимая руки дочери и надеясь вновь увидеть её улыбку, но этого не случилось. - Я тоже люблю тебя, матушка, но мы не можем разорвать эту помолвку, - едва слышно произнесла девушка, переплетая пальцы Серсеи со своими и тяжело вздыхая. Мирцелла старалась не смотреть в глаза матери и ужасно нервничала – сердце буквально ухнуло вниз, а в висках неприятно застучала кровь. - Почему не можем? Думаешь, принц Доран не позволит? Так мы… - начала Серсея, но дочь покачала головой. - Нет, дело совсем не в этом, - сквозь губы сказала принцесса, решившись поднять на мать глаза и тут же сталкиваясь с непонимающим взглядом женщины. – Я люблю его, мама, очень люблю, и… - Мирцелла набрала в грудь побольше воздуха и на одном дыхании выпалила. – Мы не можем разорвать эту помолвку, потому что я уже замужем за ним и жду от него ребёнка, - щёки девушки мгновенно покрылись лёгким румянцем, и она отвела взгляд в сторону. Серсея непонимающе взглянула на дочь, гадая, шутка ли это, попытка ли это уехать обратно в Дорн, но с каждой секундой она всё больше понимала, что Мирцелла говорит правду. - Как? Когда? – только и смогла сказать женщина, тяжело выдыхая и ошарашенно глядя на свою золотоволосую принцессу. - Это случилось сразу после нашего прибытия в Штормовой Предел. Было решено никому не сообщать о нём, и мы с Тристаном поженились, - сказала Мирцелла, выпуская руки матери из своих ладоней и делая несколько шагов назад. Повисло неловкое молчание. Мирцелла в смущении не могла посмотреть в глаза матери, Серсея же не могла отойти от такой новости, не зная, что теперь делать. Вся затея с воссоединением с дочерью пошла прахом, и это не могло не ранить её в самое сердце. - Получается, что я скоро стану бабушкой? – наконец произнесла Серсея, внимательно глядя на дочь; её губы тронула лёгкая улыбка – она никогда не думала, что это произойдёт так скоро. - Получается, что так, - смущённо подтвердила девушка, улыбаясь матери в ответ. Серсея вновь подошла к дочери и обняла её, ласково целуя в висок. Внутри женщины происходила нешуточная внутренняя борьба. С одной стороны она уже давно мечтала вернуть себе дочь, и сейчас Мирцелла была как никогда близко, а с другой стороны Серсея понимала, что не может разлучить дочь с её супругом и отцом её будущего ребёнка. Женщина сжала губы и незаметно смахнула набежавшую на глаза слезу, понимая, что не может поступить так, как хочет она, и разрушить счастье Мирцеллы. Не этого ли Серсея хотела от своего отца? - Неожиданно, но как-то приятно знать, что я скоро стану бабушкой, - улыбнувшись, прошептала она. – Я не хочу тебя отпускать, моя милая принцесса, но я не могу поступить иначе. Твоё место теперь не рядом с нами, а рядом со своим мужем и ребёнком. Только пообещай мне, что будешь счастливой, хорошо? - Обещаю, - выдохнула Мирцелла, всем телом прильнув к матери и чувствуя, как её руки крепко обнимают её в ответ.

***

Её всё ещё трясло после встречи с матерью. Она не думала, что будет настолько тяжело и неловко рассказать ей всё – про свадьбу, про беременность. Мирцелла узнала о том, что ждёт ребёнка, в день штурма Штормового Предела. Она прекрасно помнила счастливый и восхищённый взгляд Тристана, он тогда ещё долго сжимал её в объятиях, кружил на руках, осыпал поцелуями лицо девушки. От этих воспоминаний на душе стало легче, а сердце приятно согрелось. Мирцелла действительно скучала по матери и брату, но сейчас она не чувствовала себя здесь как дома, как в прежние времена. «Мой дом в Дорне, вместе с Тристаном», - подумала девушка, сворачивая в знакомый коридор и больно сталкиваясь с кем-то. Точнее, она ударилась лбом о чью-то челюсть, и этот кто-то тихо ойкнул от неожиданности. - Простите меня, я такая невнимательная, - начала оправдываться Мирцелла, смущённо поправляя юбки и не решаясь взглянуть на человека, в которого она так врезалась. - Мирцелла? – до её ушей донёсся до боли знакомый голос, и девушка вскинула голову, встречаясь взглядом с такими же изумрудно-зелёными глазами, как и у неё. Она застыла, чувствуя, как сильно забилось её сердце, а на губах невольно заиграла широкая улыбка. - Мирцелла! – воскликнул молодой человек, не веря своим глазам, и заключил её в крепкие объятия, приподнимая над полом и немного кружа. Его руки бережно обнимали девушку за талию, а ей оставалось только прижаться к его груди и положить ладони на его плечи. - Томмен, Томмен, мой милый младший братик… - зашептали её улыбающиеся губы ему на ухо, а руки сильнее сжали плечи брата. – Каким ты стал… - немного смутившись, произнесла девушка, подмечая то, что Томмен теперь выше неё на голову и совершенно не походит на тринадцатилетнего мальчишку, коим он и являлся. Джоффри было столько же, когда он взошёл на трон, но Томмен выглядел совершенно иначе. Вроде бы те же волосы, глаза, черты лица, но эти светящиеся от счастья глаза и искренняя улыбка отличали его от их старшего брата. - Это можно считать за комплимент? – улыбнувшись во все зубы, поинтересовался юный король, приподнимая бровь и глядя на Мирцеллу. От этого зрелища любому захочется рассмеяться, и девушка не стала исключением, стараясь сдерживать смешки. - Да, считай это комплиментом, - подтвердила она, чуть отстранившись от брата, но оставляя ладони на его плечах. – Ты выглядишь очень мужественно, - улыбнулась девушка, взглянув на него. - Я знаю, многие так говорят, - было заметно, что Томмену ужасно приятно слышать такое, хоть он и старался не выдавать себя. Он, обычно серьёзный и холодный, сейчас словно превратился в того же мальчишку, каким он был ещё до отъезда Мирцеллы, когда они часами играли вместе и безобидно подтрунивали друг над другом. Юноша одарил сестру тёплой улыбкой и нашёл ладонями ладони девушки. – Ты стала восхитительно красивой, Мирцелла. Думаю, Тристан очень рад такой прекрасной невесте. Молодой человек заметил, что сестра немного смутилась, но тихо поблагодарила его и снова обняла его. - Ты смущаешь меня, - широко улыбнулась Мирцелла, отпуская плечи брата. - Я просто говорю правду, - пожал плечами юный король и усмехнулся. – Ладно, ладно, не смущайся, сестричка, ты же знаешь, что я просто рад тебя видеть. - И я рада тебя видеть, Томмен. Я очень сильно скучала… Не хватало мне всего этого, - призналась принцесса, набирая полную грудь воздуха и заинтересованно глядя на Томмена. Тот кивнул, соглашаясь с её словами, и Мирцелла о чём-то задумалась. - Эй, ласточка, очнись! – внезапно раздалось над ухом девушки, и она буквально подпрыгнула от неожиданности, вновь ударяя Томмена по челюсти, но уже затылком. - Ну ты и…- засмеялась она, чуть ли не сгибаясь пополам от представшей взгляду картины. – Так тебе и надо, вот! Не будешь больше старших сестёр пугать! – заявила она, вскидывая носик к потолку и не скрывая шутливой улыбки на губах. - Да уж, не буду теперь, - усмехнулся юноша, потирая руками подбородок. Взгляд Мирцеллы на мгновение стал тревожным, но брат заверил её в том, что всё в полном порядке. - Я боялся за тебя. Отправил приказ, запрещающий причинять тебе вред, - голос Томмена из шутливого превратился в более серьёзный, и он внимательно посмотрел на девушку, замечая ранку возле её уха. – Кто это сделал? – в его голосе послышались стальные нотки. - Не волнуйся, всё нормально, - пожала плечами Мирцелла, не желая заострять на этом внимание, но Томмен был другого мнения. - Кто это сделал? – повторил король уже холоднее. - Не волнуйся, виновного уже наказали, - вздохнула девушка, вспоминая этот пренеприятный момент. – Ты простишь меня? – внезапно спросила она, заглянув в глаза брата. - За что простить? – искренне удивился Томмен, и улыбка вновь скользнула по его губам. - За восстание. Ведь я виновата… - начала девушка, но брат прервал её, прижав к себе и тихо говоря: «Ни в чём ты не виновата, ты же не знала, что будет. Главное то, что теперь ты останешься со мной и матерью». Молодой человек почувствовал, как Мирцелла отрицательно качает головой, и немного отодвинулся от неё. - Я не смогу остаться с вами, Томмен, - вздохнула она и виновато поджала губы. - Почему? - Я уже замужем за Тристаном, - улыбнулась Мирцелла, глядя, как брови брата взлетают вверх, а челюсть медленно опускается вниз. – И я беременна, - добавила девушка уже тише, замечая, что Томмен начинает выпадать в осадок от этих новостей. - Ну ты и даёшь, Мирцелла! – удивлённо воскликнул он и широко улыбнулся. – Я-то думал, что первый сделаю нашу мать бабушкой, но ты меня опередила. Нахалка, вперёд короля… - он наигранно по-детски надул губы и засмеялся, Мирцелла рассмеялась вместе с братом. – А если серьёзно, то я очень рад. Только подумать, я стану дядей! – глаза юноши восторженно заблестели, и он на радостях обнял сестру так крепко, что она даже закашлялась. Томмен поспешно отпустил её, ещё долго извиняясь перед ней за свою резкость, на что она только улыбалась. - Лучше расскажи, как ты тут, - поинтересовалась Мирцелла, подняв на брата пытливый взгляд зелёных глаз. - Ну, я король, у меня есть жена. Пожалуй, всё, - усмехнулся тот, и девушка тоже не смогла сдержать улыбки. – Пойдём, мне нужно тебя с ней познакомить, - потянул её Томмен за руку, Мирцелла послушно пошла следом за братом. - Торопитесь куда-то? – донёсся родной голос откуда-то из-за их спины, и брат с сестрой одновременно обернулись. За ними стоял дядя Джейме, уже переодетый из золотых доспехов в алый дублет со львом на груди. – Могу ли я вас проводить? – спросил он у них, подходя ближе. Они одновременно кивнули, и Джейме зашагал рядом с королём и принцессой, который счастливо улыбались, рядом со своими сыном и дочерью – такими же золотыми львами, как и он.

***

Стоял поздний вечер, и все уже разбрелись по своим спальням, кроме женщины, чьи волосы отливали золотом, которая шла по безмолвному коридору, сжимая что-то в руках. Она подошла к двери чьих-то покоев и в нерешительности остановилась, уже занеся руку для того, чтобы постучать. Серсея не знала, правильно ли поступит сейчас, не будет ли потом об этом жалеть, но отбросила все эти сомнительные мысли прочь и постучалась в дверь. За ней что-то зашуршало, послышались шаги, и она отворилась, представляя её взору взъерошенного Джейме. Мужчина смерил сестру недоумевающим взглядом и свёл брови на лбу, недоверчиво глядя на неё. - Ты пустишь меня? – тихо спросила Серсея, взглянув на него и сильнее сжав в руках белоснежный плащ королевского гвардейца, хватаясь за него словно за спасательный круг. На лице Джейме отразилось искреннее удивление, и он на мгновение задумался, но потом тяжело вздохнул и отнял руку от двери. - Хорошо, входи, только ненадолго, - предупредил он Серсею, и та согласно кивнула, проходя в комнату. Мужчина закрыл за ней дверь и встал, опершись спиной о неё и смерив сестру заинтересованным взглядом. – Ты что-то хотела? – спросил Джейме, но даже не дал сказать ей и слова, перебив её мысли. – Может быть, ты желаешь объяснить мне, какого чёрта подослала наёмного убийцу к моему сыну?! Ты хоть понимаешь, что всё могло не обойтись? Зачем ты это сделала, Серсея? Зачем?! Ты же прекрасно знаешь, что Санса не виновата в смерти Джоффри, так почему же ты это сделала? Почему?! Почему?! – мужчина начал тихо, постепенно повышая голос и в конце концов переходя на крик. Всё внутри него клокотало от злости, но радовало только одно – сегодня он покончит с этим навсегда. - Не кричи на меня! – возмущённо воскликнула Серсея, не ожидая такого начала разговора и таких эмоций от Джейме. Она почувствовала, как по коже бежит ужасно неприятный холодок. Повисло молчание. Брат смотрел на неё полными боли, злости и непонимания глазами, а она не могла решиться сказать ему что-то – настолько грозным и пугающим он сейчас выглядел. – Потому что я люблю тебя, Джейме, - почти неслышно прошептала Серсея, но она была уверена, что тот её услышал и судорожно выдохнул. – Я люблю тебя, а она забрала тебя. Родила тебе сына. С ними ты выглядел счастливее, чем со мной. Ты никогда так не смотрел на Джоффри или Томмена, как смотрел на Тайгета. Ты вызвался защищать Сансу на суде, не встав на мою сторону, и это очень, очень разозлило меня, - склонив голову, выдохнула Серсея и поймала на себе удивлённый взгляд Джейме. Может, не всё ещё потеряно? Может, он всё ещё любит её? Женщина с надеждой взглянула на брата, но тот лишь сурово покачал головой. - Если ты любишь меня, почему решила сделать мне больно? – просто спросил Джейме немного дрожащим голосом. - Я хотела отомстить Сансе и тебе, - продолжила она, внезапно почувствовав себя не в своей тарелке. Может быть, зря она всё это затеяла? Никогда ещё Серсея не ощущала себя настолько жалкой, беспомощной и отвратительно опустошённой. Ей было пусто без него. Как жаль, что она поняла это так поздно. - За что? – снова поинтересовался мужчина, и ей показалось, что в его голосе проскользнули с детства знакомые ей тёплые нотки. Или ей просто показалось? - За то, что ты был счастлив и без меня, - сказала она и задержала дыхание. Сердце отчаянно забилось в груди, ей казалось, что и Джейме слышит его стук. Собрав всю свою волю в кулак, Серсея подняла на него свой взгляд и прошептала одними губами: «Прости меня, Джейме, если сможешь». Она услышала тихий вздох и его тяжёлые шаги, звук которых подбирался к ней всё ближе и ближе. Ланнистер остановился напротив сестры, внимательно изучая её взглядом. - Я прощу тебя, если ты сделаешь для меня кое-что, - произнёс он, приподнимая подбородок Серсеи вверх и заставляя её посмотреть на него. - Что? – дрожащими губами спросила она, и сердце женщины на секунду замерло в груди. Неужели сейчас он попросит поцеловать его? Неужели всё будет как прежде? - Прошу, не вмешивайся больше в мою жизнь, - холодные слова Джейме больно резанули по сердцу, а его пальцы отпустили её лицо. Ей стало трудно дышать, а плащ чуть было не выскользнул из рук женщины. – А сейчас я хочу побыть один, завтра я возвращаюсь к жене и сыну в Утёс Кастерли. – не оборачиваясь к ней, произнёс он, и Серсея осознала, что всё теперь действительно кончено. После того, как захлопнулась дверь комнаты, до ушей Джейме донеслись тихие всхлипы, и он понял, что Серсея плачет. Она никогда не плакала. Никогда. Однако Ланнистер был твёрд в своём решении. Он не пойдёт следом за ней и не станет успокаивать. Он свой выбор сделал – ему нужно вернуться домой к Сансе и Тайгету. P.S. С Серсеей так надо - стоит показать её и с другой стороны, как считаете? :)