Lions are coming

Девушка с рыжими, словно сама осень, волосами чувствовала себя маленькой девочкой, сидя под сенью большого дерева возле пруда и наблюдая за играющими на солнышке детьми. Их волосы отливали золотом на солнце, и до её ушей доносился звонкий смех. Санса широко улыбнулась, подтягивая к себе колени и кладя на них подбородок. Глядя на их счастливые юные лица, она подумала о том, что когда-нибудь и её дети будут вот так играть на лужайке, смеяться, подбегать к ней с только что сорванным цветком или ранкой на коленке. Санса помнила, как однажды, играя с Роббом, она упала и поцарапала себе ногу. Плача скорее от обиды, нежели от боли, она тогда подбежала к отцу, а он посадил её к себе на колени, подул на царапину, ласково гладя её по голове, и всё моментально прошло. От этих воспоминаний в глазах девушке заблестели слёзы, и она быстро смахнула их рукой. Сейчас Санса сама уже стала матерью, но Тайгет, даже ушибившись, предпочитал сделать вид, что этого не было. Джейме как-то сказал, что их четырёхлетний сын кажется куда более мужественным, нежели некоторые десятилетние мальчишки. Губы девушки дрогнули в короткой улыбке, и в этот момент Тайгет, Герольд и Джени прекратили свою игру, разговаривая о чём-то. Санса не слышала слов детей, но спустя мгновение к ней со всех ног бежал сын. Мальчик остановился напротив неё и улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой. - Мама, а можно мы сходим к кузену Герольда? Пожааалуйста, - протянул Тайгет, умоляюще глядя на мать. - А ты уверен, что туда вообще можно кому-либо ходить? – мягко поинтересовалась Санса, поднимаясь с земли, отряхиваясь и поправляя юбки. - Да! Даже папа уже ходил! – воодушевлённо воскликнул мальчик, делая абсолютно ангельский взгляд, перед которым матери было очень трудно устоять. Девушка хотела спросить, почему Джейме был там, но вспомнила, что Мартин, отец новорождённого, приходится её мужу кузеном, и тот не мог упустить возможность увидеть маленького Ланнистера. - Мама, а пойдём с нами? Уверен, никто не будет на нас ругаться, - улыбнулся Тайгет и потянул Сансу за руку в сторону Герольда и Джени. – Он же тоже наша семья, и ты говорила, что мы сможем вместе играть, - продолжал настаивать мальчик, и Санса с боем согласилась. Она не думала, что кто-либо будет против леди Ланнистер и будущего лорда в покоях малыша, ей просто не хотелось тревожить его мать, которая и без того наверняка уставала с ним. Такое было трудно объяснить трём воодушевлённым детям, поэтому девушка лишь широко улыбнулась, подходя к Герольду и Джени. - Готовы идти, львятки? – спросила у всех троих девушка, беря за руку Тайгета и осторожно поправляя волосы Джени. Те мгновенно просияли и дружно закивали головами в ответ на её вопрос. Санса заметила, как в глазах Герольда отразилась искренняя радость за то, что она тоже назвала его «львёнком», ведь такое прозвище могли носить только настоящие Ланнистеры. Путь до комнаты занял не так много времени. Тайгет, кажется, знал замок лучше, чем она сама, а Герольд бежал впереди, чуть ли не подпрыгивая и таща за собой Джени, которая едва за ним поспевала. Сансе нравилась маленькая компания сына. Герольд был невероятно светлым и добрым мальчиком, не способным расстраиваться и заражающим всех своим оптимизмом, а единственная дочь Кивана Ланнистера иногда напоминала ей саму себя. - Элейна, привет! – улыбнулся Герольд, тенью проскальзывая в комнату вместе с девочкой, а девушке ничего не оставалось, как просто последовать за ним. Санса выпустила руку Тайгета, но тот не решался войти в комнату без матери. - Могу ли я… - она даже не успела произнести свой вопрос, как дверь отворила очаровательная хрупкая девушка лет семнадцати с пушистыми каштановыми волосами и тёплыми карими глазами. На её губах отражалась добродушная улыбка, и она пропустила Сансу и Тайгета внутрь. - Я никак не ожидала увидеть вас здесь, леди Ланнистер. Это стало для меня очень приятным сюрпризом, - она присела в лёгком реверансе, и Санса внезапно почувствовала себя ужасно неловко. Они были почти ровесницами, и им следовало бы избегать глупых формальностей. - Можно для вас я буду просто Сансой? – смущённо поинтересовалась она, взглянув на девушку. Та одобрительно кивнула и повернулась к колыбели сына, над которым уже ворковали Герольд, Джени и Тайгет. На лице последнего отражалось искреннее удивление и свойственный только детям восторг. Это зрелище вызвало на губах девушек улыбки, и они одновременно посмотрели друг на друга. - Я почти не видела вас в замке, Элейна, - тихо пробормотала Санса, чувствуя, что сказала ужасную глупость, но её собеседница совершенно этого не заметила. - С пятого месяца беременности я практически не вставала с постели. До этого я долго болела и была ещё слаба, потом выяснилось, что ребёнок повёрнут неправильно и что высока угроза выкидыша… Несмотря на всё это, я не скучала. Мартин не отходил от меня ни на шаг, Герольд, Джени и леди Дорна тоже часто приходили ко мне в покои, - задумчиво начала Элейна, но по мере рассказа на её губах стала появляться тёплая улыбка. – Теперь у меня есть сын, а большего я и желать не могу. Муж назвал его Виллемом в честь своего погибшего брата-близнеца. - Теперь в замке будет ещё веселее, - улыбнулась Санса, глядя на то, как Герольд начинает покачивать колыбельку с Виллемом. Джени шикнула на него, но тот лишь показал ей язык и расплылся в солнечной улыбке. - Да, верно. С появлением здесь Герольда вообще никому скучать не приходится, вечно он что-нибудь вытворяет, - кивнула девушка и повысила голос. – Герольд, осторожнее, не переверни колыбельку! Тот спешно заверил Элейну, что он вообще не сделал ничего такого, а Тайгет клятвенно пообещал проследить за ним. Джени, в свою очередь, сказала, что присмотрит за ними обоими. Девушки рассмеялись, глядя на их наигранно серьёзные лица, и подошли к ним. - Такими темпами здесь скоро будет целый львиный прайд, - шепнула Элейна Сансе, и та почему-то очень смутилась. – Так, ребята, дайте Сансе посмотреть на него, - попросила она детей, и они отошли от кроватки, освобождая место для девушек. Элейна взяла на руки спящего сына и взглядом спросила у Сансы, хочет ли она подержать его. Девушка кивнула и протянула руки, и через мгновение она уже прижимала к груди маленький свёрточек. «Как же он похож на маленького Тайгета», - подумала Санса, глядя на золотистый пушок на головке Виллема. Она улыбнулась, чувствуя, как по сердцу растекается приятное тепло, как сын прижимается к ней и обвивает своими ручками, как знакомое ощущение материнства возвращается к ней.

***

Санса поднялась в башню мейстера, где находились вороны. Она не любила доверять кому-либо отправку своих писем, поэтому всегда выбирала момент, когда мейстера Грейлина не было на месте. В такие моменты девушка чувствовала себя каким-то воришкой, но от лёгкого страха быть замеченной было даже приятнее. С приезда в Утёс Кастерли она стала отправлять письма в родной Винтерфелл своему младшему брату Рикону. Сейчас ему было уже десять, и Санса едва ли могла вспомнить черты его лица, но девушка всё равно ужасно радовалась, каждый раз получая от брата письмо, выведенное мелким округлым почерком и скреплённое печатью с лютоволком. Они рассказывали друг другу о жизни: он – на Севере, она – на Юге, говорили о разных мелочах, Санса в одном из писем рассказала ему про море и Пентос, очень часто упоминала в письмах своего сына. Рикон как-то написал, что хотел бы увидеть её, но сейчас это казалось невозможным в силу его юного возраста. Санса скучала по младшему брату, и ей было приятно знать, что где-то далеко живёт ещё один её родной человечек. Девушка свернула письмо и насыпала в свою ладонь немного зерна, стараясь подманить к себе ворона. Обычно птицы легко слушались её, поэтому она всегда успевала завершить все дела до возвращения мейстера Грейлина. - Так-так-так, что это леди Ланнистер делает в башне мейстера? – послышался насмешливый голос за её спиной, и Санса от неожиданности выронила письмо, которое она прикрепляла к лапе ворона, а тот возмущённо каркнул и, взмахнув крыльями, оказался на своём прежнем месте. Её щёки покрыл густой румянец, и она наклонилась, поднимая бумагу и стараясь не встречаться с ним взглядами. - Небось любовнику письма пишем? – снова этот бархатистый баритон, от ноток которого по коже девушки пробежалась мелкая дрожь, а щёки заалели сильнее прежнего, когда она поняла смысл сказанного. – Так я раскусил вас, леди Ланнистер? Санса вскинула наигранно возмущённый взгляд на откровенно улыбающегося Джейме и сильнее сжала в пальцах письмо брату. Она знала, что он шутит, поэтому ей трудно было сдержать свою улыбку. - А я-то думала, что смогу сохранить это в тайне… - состроив расстроенное личико, девушка с вызовом посмотрела ему прямо в глаза, принимая правила его игры. Она заметила, как брови мужчины взлетели вверх от удивления, но Ланнистер не отступил. Джейме провёл языком по губам, нахально усмехаясь, и плотно закрыл за собой дверь в маленькую комнатку в башне. Сердце Сансы отчаянно забилось у неё в груди, и девушка невольно сделала шаг назад, утыкаясь спиной в стол. Поняв, что бежать ей некуда, а его взгляд говорит обо всём лучше всяких слов, она поёжилась, чувствуя, как дыхание начинает горячими волнами срываться с её губ. Ей было очень трудно контролировать свои эмоции рядом с ним, а сейчас, когда он был так близко и улыбался так откровенно эротично, контроль казался невозможным. Джейме подошёл к ней ещё ближе, почти вплотную. Девушка слышала его тяжёлое дыхание, порхающее на губах, чувствовала приятное тепло его тела и его прожигающий взгляд изумрудно-зелёных глаз, которые она так любила. Санса вздрогнула, ощутив, как горячие подушечки его пальцев медленно заскользили вниз по её шее. Ресницы девушки дрогнули и прикрылись, ей казалось, что кожи касается раскалённая сталь, но это прикосновение было настолько приятным и возбуждающим, что она почувствовала, как внизу живота всё сладко напряглось. - Санса… - его голос для неё – это сотни иголок, пронзающих кожу. Она подняла на него взгляд, сталкиваясь с его глазами, подёрнутыми дымкой откровенного желания. Грудь мужчины тяжело вздымалась и опускалась, словно кузнечные меха, его дыхание раздавалось над её ухом. Санса сама не поняла, как приподнялась на цыпочки, но в следующее мгновение горячие губы Джейме накрыли её уста. Девушка выдохнула и обхватила руками его шею, прижимаясь к нему грудью, а он сжал в руках её талию. Этот поцелуй не был таким, как вчера вечером в спальне. Тогда его губы были нежными и ласковыми, сейчас же они словно источали огонь. Когда его язык легко коснулся её губы, проникая в рот, Санса задрожала, подаваясь ближе к нему. Такие поцелуи переворачивали всё внутри неё с ног на голову, заставляли чувствовать… желание? Раньше она бы смутилась от таких мыслей, но сейчас девушка улыбнулась сквозь поцелуй и раскрыла свои губы, сплетаясь с его языком. Санса до сих пор не могла понять, что именно чувствует к нему, но с каждым его взглядом и прикосновением, с каждой улыбкой Ланнистера она осознавала, что влюбилась в него. Влюбилась в этого Цареубийцу. Именно поэтому девушка тянулась за его прикосновениями, объятиями и поцелуями, которые заставляли её сердце биться чаще. Ладони Джейме спустились с её талии на ягодицы, сжимая их, а затем его сильные руки подхватили её и усадили на стол. Они не прекращали поцелуй ни на миг, задыхаясь, глуша в груди готовящиеся вырваться стоны, сжимая друг друга в объятиях. Санса обхватила ногами его бёдра, прекрасно ощущая, как в её ногу что-то упирается. Она положила ладони на его грудь, а он теснее прижался бёдрами к ней и ворвался в её рот новым поцелуем… Девушка разочарованно ахнула, когда его губы оторвались от неё, а ладони отпустили её бёдра. Всё внутри неё вопило и хотело большего, но Джейме лишь прижался лбом ко лбу Сансы, дыша через раз и облизывая губы. Она заметила лёгкую печаль, промелькнувшую в глазах мужчины, а затем он, легко коснувшись губами её губ, отстранился и быстро покинул комнатку, оставляя Сансу в полном недоумении. Девушка не понимала, что сделала не так, и только сейчас поняла, что сидит на столе с задранными до бёдер юбками. Покраснев, она оправила их и слезла со стола, кусая губы. «Неужели для него это всё просто игра?» - думала Санса, а в её глазах блестели горькие слёзы.

***

Джейме сидел под деревом, где сидела утром Санса и с мечтательной улыбкой наблюдала за детьми. Он видел всё это из спальни, и в тот момент его сердце наполнилось приятным теплом. В последнее время с ним происходило нечто странное. Он не руководил собой и своими поступками, когда оказывался… рядом с ней. Присутствие Сансы буквально сводило Ланнистера с ума, и каждый раз он проявлял немало силы воли, удерживая себя в руках. Он боялся напугать её своей резкостью и напором, боялся оттолкнуть от себя. Джейме никогда не чувствовал ничего подобного по отношению к женщине. Это было желание не просто обладать, но и защищать, быть рядом, стать для неё всем и впустить её в своё сердце навеки. Он не раз ловил себя на этих мыслях и улыбался, чувствуя себя глупым влюблённым мальчишкой. Однако сегодня, когда Ланнистер увидел её вызывающий взгляд, он не смог сдержать себя. Впервые за много лет она была так близко… Такая любимая, такая родная и хрупкая. Джейме окончательно забылся, целуя её и чувствуя, как её руки обвивают его шею, как внутренняя сторона бедра касается его возбуждённой плоти… От её прикосновений хотелось сгореть и растаять одновременно, в груди клокотало, воздуха предательски не хватало. Он мог бы пойти дальше, расшнуровать её платье, сорвать с неё нижнее бельё и дать волю своим желаниям, но, почувствовав, как по телу девушки проходит глубокая дрожь, Джейме нашёл в себе силы остановиться. Он не мог воспользоваться её усыплённой бдительностью, хоть мужчина и видел, что небезразличен ей. Всё должно быть и будет по-другому, а сейчас стоит усмирить свои разбушевавшиеся эмоции. Несмотря на всю благость своих намерений, Ланнистер чувствовал неприятный осадок на сердце, который не покидал его с того самого момента, как он увидел непонимающий взгляд Сансы. Он не хотел её обидеть или сделать ей больно, но, кажется, всё получилось именно так. «Дурак ты, Джейме Ланнистер. Влюблённый дурак», - мужчина мысленно поставил себе диагноз, откидывая голову назад и упираясь в прохладную кору дерева. Преследуемый своими мыслями, он не заметил, как к пруду подошла грустная юная леди и, приподняв платье до щиколоток, стала скакать по небольшим камням, видневшимся из-под воды. Джейме буквально подпрыгнул на месте, когда за его спиной раздался оглушительный всплеск и испуганный крик до боли знакомого и родного голоса. Он вскочил на ноги и бросился к пруду, находя там сидящую возле каменной гряды Сансу. На лице девушки застыло обиженное выражение, а её платье ужасно промокло, облегая её стройное тело. Мужчина нервно сглотнул, пытаясь отогнать от себя ненужные мысли, и ступил одной ногой в воду. - Санса, я… - начал он, делая к ней несколько шагов и протягивая свою ладонь, но Санса, увидев его, подскочила и вперила в него крайне расстроенный и рассерженный взгляд. Никогда до этого Джейме не видел, чтобы в её потрясающих синих глазах одновременно плескалась жгучая боль и холодная злоба. - Отойди от меня, - дрожащими от холода губами прошептала девушка, отодвигаясь в сторону от его рук. – Уходи, Джейме! – её голос сорвался, а по щекам заструились дорожки солёных слёз. Ланнистер не терялся, когда на него двигалось четверо мужчин с окровавленными мечами, но при виде плачущей женщины, любимой женщины, он начинал чувствовать себя до ужаса беспомощным. - Санса, что-то случилось? Тебе больно? – взволнованно поинтересовался мужчина, не понимая причины подобного поведения. Он вновь сделал несколько шагов к ней, заходя в воду почти по колено, но девушка попятилась назад и увернулась от его рук, стараясь стереть с щёк предательскую влагу. - Больно ли мне? Знаешь, мне больно, - внезапно заговорила она, всхлипывая и сжимая руки в кулаках. – Мне больно вот здесь! - вскричала Санса, указывая пальцем на своё сердце. Внутри Джейме всё внезапно упало, а руки моментально похолодели. Нет, не от практически ледяной воды, а от осознания того, что он стал причиной её слёз. Он судорожно выдохнул, желая заключить её в объятия, стереть губами влажные потёки на её щеках и подбородке, но Ланнистер словно застыл на месте, не в силах вымолвить что-либо. - Почему ты делаешь мне так больно, Джейме?! Неужели я для тебя просто глупая игрушка? Конечно, Санса Старк не так прекрасна, как Серсея Ланнистер, - девушка горько заплакала, уткнувшись лицом в ладони, но продолжая говорить. – Чем я заслужила такое отношение к себе? Ты то целуешь, заставляешь всё внутри меня переворачиваться, улыбаешься так тепло, что моё сердце тает, то отстраняешься от меня и словно втыкаешь нож промеж моих рёбер! – стараясь унять плач, вырывающийся из её груди, Санса подняла на Ланнистера покрасневшие от рыданий глаза и совсем тихо спросила. – Почему ты это делаешь, Джейме? Почему? Неужели я настолько ужасна? В следующий момент её глаза встретились в его глазами – полными ужаса и нестерпимой боли. Зелёные глаза мужчины блестели, а губы непроизвольно дрожали. - Потому что я люблю тебя, - произнёс Джейме совсем тихо, но Санса услышала его и разразилась ещё большими рыданиями. – Я люблю тебя. Люблю. Люблю. Я могу повторить это сотню тысяч раз, потому что это правда, - в следующее мгновение мужчина оказался рядом с ней и заключил её в крепкие объятия. Сердце отчаянно билось и разрывалось на кусочки, но губы шептали ей на ухо самые главные и заветные слова. - Я люблю тебя и никогда от себя не отпущу. Прости меня, прости меня, прошу. Я не хотел сделать тебе больно, я не мог так просто воспользоваться тобой, - бессвязно говорил он, осыпая поцелуями солёные щёки девушки. Она продолжала плакать, но теперь на губах Сансы светилась счастливая улыбка. - Я тоже люблю тебя, мой белый рыцарь, - улыбнулась девушка, приподнимаясь на носочки и прижимаясь губами к губам мужчины. Ланнистер шумно вобрал в себя воздух, стискивая её в руках и поднимая Сансу над водой. Он не отрывался от её губ, всё ещё остающихся солёными. Он просил у неё прощения, а она улыбалась ему – улыбалась так, что ради этой улыбки он готов был вплавь пересечь Закатное море. Теперь Санса была рядом. Такая любимая. Такая родная. Теперь его. Отныне и навеки. Мужчина почувствовал, как её ноги обвили его бёдра, и ласково провёл пальцами по её спине, заставляя девушку вздрогнуть от неожиданно горячего прикосновения и выгнуться навстречу ему. Джейме оторвался от губ Сансы, жадно впиваясь в её шею и оставляя после себя алые засосы. Пальцы девушки зарылись в его волосы, её грудь судорожно вздымалась… Всё её тело было видно под абсолютно мокрым платьем. Ланнистер глухо зарычал, ощущая, как Санса выпускает руку из его волос и скользит влажной ладонью по его груди к животу. Царапнув ноготками пряжку ремня мужчины, девушка, удивившись собственной распущенности, провела языком по его губе и прикусила её, затем прильнув к ним в жадном поцелуе. Он сходил с ума от её близости и пьянящего желания. Подхватив Сансу под ягодицы и крепко держа её, Джейме вышел из воды, быстро двинувшись в сторону замка и не прекращая осыпать короткими, но горячими поцелуями её щёки, лоб, шею, выступающие косточки ключиц… Когда тяжёлая дверь захлопнулась за ними, Ланнистер прижал её к стене в пустом коридоре, не давая ни малейшей возможности вырваться. - Я хочу тебя, - эротично прошептал он ей на ухо, заставляя девушку задрожать от его слов и опаляющего дыхания на шее. – Хочу сейчас же, - отчеканил Джейме, впиваясь в её рот голодным поцелуем, скользя языком по её губам и сталкиваясь с её язычком. Он задрал юбки девушки, обнажая её стройные ноги, и буквально разорвал на ней тонкое нижнее бельё. Пальцы мягко коснулись обнажившейся нежной плоти, и Санса тихо застонала ему в губы, чувствуя, как по телу пробегают оглушающие волны удовольствия, концентрируясь внизу живота. Дрожащими от сладкого наслаждения руками она потянулась к пряжке его ремня, расстёгивая её и спуская его брюки. Ланнистер поставил девушку на ноги, целуя её в губы, и она мягко проскользила рукой по его возбужденной плоти, желая доставить ему удовольствие и вызывая у него сдавленный стон. - Где же моя прежняя стеснительная Санса? – хрипя, поинтересовался Джейме, едва дыша от плавных движений её ладони. - Она слишком пьяна тобой, - выдохнула она ему в губы и отпустила руку, прижимая мужчину к себе. Ланнистер, рыча от возбуждения, вновь поднял её над полом и властно прижал к стене, раздвигая её ноги и резким толчком погружаясь в неё на всю глубину. Девушка издала сладкий стон, обхватывая его торс ногами и заставляя его прижаться ещё ближе. Движения сводили с ума, дыхание сбивалось, а губы едва находили губы между громкими стонами. Его руки сжимали её бёдра, а тело дрожало от адского, испепеляющего наслаждения. С каждой секундой резче, сильнее, глубже, с каждой секундой поцелуи всё чувственнее и горячее… Её зубы прикусывают его губу, когда всё тело предательски дрожит от наступающего оргазма. Его зрачки становятся больше, и он забывает, как дышать, когда мышцы внутри девушки начинают сокращаться… Она стонет в последний раз, и он вместе с ней. Их губы находят друг друга, целуя уже ласково и нежно. - Моя, - шепчет Ланнистер ей на ухо, а Санса счастливо улыбается, мягко касаясь пальчиками его волос и зарываясь в них. - Мой, - повторяет девушка, трепетно касаясь губами его лба.

***

Начинало холодать. Санса не могла не узнать этот северный ветер – он значил, что зима скоро укутает землю в снежную перину. Девушка не очень любила это время года, но оно напоминало ей о давно ушедшем детстве. Иногда глядя на сына, Санса боялась, что и его детство пройдёт так же незаметно, как и её. Раньше она думала, что отъезд в Королевскую Гавань стал началом её конца, но сейчас девушка понимала, что это не так. Этот отъезд стал началом её жизни, её новой жизни, в которой было место и для счастья, и для любви. Санса закуталась в свой красный плащ, стараясь укрыться от этого ветра. Её любимое дерево у пруда сменило зелень на хоровод красных, оранжевых, малиновых и жёлтых листьев. Они с Джейме начали маленькую традицию – они вырезали послания на коре этого дерева и думали, что, быть может, те дойдут до потомков, и когда-нибудь их внуки прочитают всё это и вспомнят о них. Девушка грустно улыбнулась, понимая, что её любимых мальчиков нет здесь слишком долго. Джейме и Тайгет ушли куда-то, пообещав, что будут недолго, но ей стало казаться, что она не видела их вечность. Они старались отвлечь сына от грустных мыслей – пять месяцев назад отец Герольда, Лансель Ланнистер, умер, и замок Дарри перешёл к его младшему брату Мартину. Санса помнила, как мальчик тогда плакал, и утешала его, а Тайгет не понимал, как можно так тосковать по тому, кто тебя даже не любил. Мартин забрал в Дарри жену, сына, мать, младшую сестрёнку и племянника, не желая разлучаться с ними. Джейме едва увёл плачущего сына от Герольда и Джени, когда те уезжали. Девочка тоже плакала, но Хилл улыбался по своему обыкновению. Он тогда ободряюще похлопал Тайгета по плечу и сказал, что, когда они увидятся в следующий раз, он будет рыцарем и победит Тая в поединке. Юный Ланнистер мгновенно забыл про слёзы и сказал, что ещё посмотрит, кто кого победит. - Мамочка! – услышала девушка звонкий голос сына, а потом увидела его и любимого мужа, который держал мальчика за руку. Джейме улыбался, и Санса не могла не улыбнуться ему в ответ. Через несколько мгновений она уже таяла в его объятиях, а Тайгет протянул ей букет из ярких листьев разных цветов. Девушка растроганно улыбнулась, силясь не заплакать, и поцеловала сына в щёку, сказав, что он – настоящий мужчина. Джейме улыбнулся, услышав это, а глаза Тайгета довольно заблестели. Мальчик прижался ухом к её округлому животу, слушая, не толкается ли малыш. Санса ласково погладила сына по золотистым локонам, а затем положила руку на свой живот. Джейме уткнулся подбородком в её висок и обнял её, привлекая к себе. Ласково поцеловав возлюбленную, мужчина подхватил Тайгета на руки и усадил к себе на плечи. Мальчик восторженно ахнул, оглядываясь по сторонам с небывалой высоты, а Ланнистер положил свою руку поверх руки девушки. - Ты думал об имени? – улыбнулась Санса, подняв на него свой взгляд, в котором плескались любовь и доверие. - У нас ещё три месяца, - вздохнул он, а затем коротко усмехнулся. – Конечно, я думал об имени. Девушка погладила его по тыльной стороне ладони, вопрошающе глядя на мужа и легко улыбаясь. - Если девочка, то Кейтилин, - задумчиво начал Ланнистер, но Санса оборвала его. - А если мальчик? - Если мальчик, мы назовём его Эддардом.