Совместимость

Matenrou Opera - sara RENTRER EN SOI – Metempsychosis

POV Мето.       Я не знал, что произошло, но странное ощущение тревоги не хотело меня покидать. Предчувствие, ощущение чего-то неизбежного, и ни от кого не зависящего, противной пеленой окутывало меня, не давая сосредоточиться даже на самых незначительных, казалось бы, вещах.       Но я никогда особо не верил в интуицию и прочие чувства, наукой не объяснимые, потому и в этот раз пытался не обращать на них внимания, но это было не так-то просто, как могло показаться на первый взгляд. Слишком уж сильно тревожила меня на этот раз необъяснимая тоска.       Отец, конечно же, заметил моё беспокойство и по дороге в школу, и на обратном пути. Он ничего не говорил, в принципе, но по слишком пристальному вниманию становилось понятно, что мне вновь не удастся скрыть от него всей правды. К счастью, удалось оправдаться волнением перед экзаменами, это ведь совершенно нормально для любого школьника, какими бы хорошими не были его отметки. Поверил. Вроде бы. Не устроил более тщательного допроса, и даже, пожелал удачи, попытался поддержать.       Любые темы связанные с моим текущим обучением вести с отцом было легко, конечно, ведь школу выбирал он сам. Но стоило мне коснуться темы Тсузуку, и попытаться расспросить отца, чем тот вызвал его неприязнь, как впервые у нас появилась тема под знаком «Не обсуждается». Вторая, появилась почти следом за ней, когда я намекнул, что дальнейшее после школы обучение хотел бы продолжить в колледже с художественным направлением. Он и слушать меня не захотел, утверждая, что существует огромное количество более прибыльных профессий, нежели творческие. Конечно, он был прав, но если бы дело было только в деньгах, этот разговор и не начинался бы.       Тревожил Тсузуку. Хоть он и стал более сдержанным, было в этом что-то ещё более пугающее, чем в нём немного безумном, одержимом страстью. Он будто бы что-то скрывал от меня, но вести допросы как Тоя, я не умел, а потому приходилось довольствоваться сомнительным «Всё в порядке» и довольствоваться тем, что я вообще могу видеться с Тсу. Хотя бы так. Хотя, надо сказать, я жутко рисковал и практически подставлял Тсузуку, прося его вновь довести меня до Таканори. Если верить словам отца, а не верить им было невозможно, меня ждала не самая приятная участь, если бы я продолжил общение с соседом.       Но как можно не общаться с человеком, о котором думаешь постоянно? Как можно… Как позволить себе мыслить о таком, если даже просто, сидя рядом с ним в машине, я себя чувствую в сотню раз живее, чем когда-либо? Я бы мог сказать, что рядом с Тсузуку, я попадал в другой мир, отдельный от остального, но это было бы правдой не до конца. Повседневность никуда не исчезала, просто рядом с ним, и она становилась в радость, зацветала подобно радуге. И наш с ним личный мирок, мог бы существовать без остального общего мира, в то время как общий, без нашего, становился бессмысленным. Так о каком прекращении наших отношений могла идти речь, если это было просто невозможно?       Уже поднимаясь на этаж Таканори, я подумал, что мои мысли заносит слишком далеко и замысловато. На деле всё было гораздо проще. Я не мог сказать отцу, что я гей, а он, наверно, подозревал это и хотел отстранить от самого опасного источника, к однополым отношениям располагающего, но… По какой-то причине, вечно прямолинейный отец, на этот раз избрал более замысловатую тактику, потому что… не желал признавать всей возможности того, что мне нравиться парень? Я не знал. И не верил до конца, что он сможет причинить вред Тсу, и мне, тем самым. Я надеялся, что все эти предупреждения лишь слова, которые просто не могут обернуться чем-то серьёзным.       В дебри отцовской логики, к счастью, я забрести не успел. Легкая мелодия и дверки распахнулись на уже знакомом этаже. В этот раз я не переживал, по поводу встречи с Такой. Во-первых, потому что в прошлую встречу, он явно дал понять свой дружественный настрой, а во-вторых, потому что переживаний хватало и так. А потому, я надеялся хоть ненадолго, в квартире Матсумото-сана, расслабиться, отдаваясь рисованию полностью. Кто бы мог подумать, что я буду грезить о работе, чтобы отдохнуть… -Такашима-сан?! – Я так и замер на пороге, когда вместо низкорослого мужчины, мне открыл сам главный редактор. Высокий, статный, даже сейчас, когда его одежда составляла домашние тапочки и махровый халат, он оставался всё тем же изысканным мужчиной. -О, здравствуй Мето, день добрый! Проходи. – Кою улыбнулся мне и, отступая в сторону, продолжил сушить свои шикарные волосы. -Может я… не вовремя? – Чувствую, что краснею и поспешно опускаю взгляд, на что Кою только усмехается. -Думаешь откосить от работы? – Голос принадлежит уже Таканори, и раздаётся он откуда-то из кухни. Ойкаю, и всё же захожу в квартиру, после чего Такашима-сан спешит закрыть за мной дверь. -Вы живёте вместе? – Шепотом интересуюсь я у Кою, и едва не откусываю себе язык за такую наглость, прикусывая его, сильно, но запоздало. Но всё равно, к Такашиме-сану я не чувствую этого неосознанного страха, который всегда остаётся при общении с Такой, пусть и в малых количествах. -Ну да. А чему ты удивлён? – Усмехается, вновь, но подражает моей шепчущей интонации, явно забавляясь этим. – Будто бы не сёнен-ай рисуешь, и натурал самый натуральный. -Но я ведь ещё и не говорил, что гей! И вообще, работа в этом жанре ещё ничего не значит! – Возмущаюсь, кажется, слишком громко, потому как возня на кухне нарастает. Сейчас, наверное, Така раскричится на меня нерасторопного... Хоть он ещё ни разу не повышал на меня голос, но мне даже хотелось, чтобы это произошло. Почему-то казалось, что голос при этом у мужчины должен становиться совершенно иным. Волшебным. -Да, ладно? – Кою смотрит на меня, слегка склонив голову на бок, и в его медовых глазах танцуют смешинки. Я и сам не знаю, с чего вдруг вспылил, по поводу своей ориентации. Просто этот мужчина буквально провоцировал своим видом на то, чтобы поспорить с ним. На любую тему. - А думаешь, Тсузуку бы просто так что-то стал делать для человека, с которым ему ничего не светит? Так что не притворяйся ангелком, милый. Така, ты сделал мне кофе? -Сам делай. – Голос Таканори звучит совсем рядом, отчего я наверняка подскочил бы, если бы не прирос к месту от слов Кою. Матсумото бредёт в свою комнату, с чашкой дымящегося напитка, практически не обращая на нас внимания, и только наполовину скрывшись в дверном проёме, интересуется, долго ли я ещё буду любезничать, чем заставляет меня пулей последовать за ним.       Прохожу следом, и сразу же, отдаю папку с новой порцией рисунков в требовательно протянутую в мою сторону руку. Мнусь в нерешительности, стараясь не сильно пялиться на Таку, пока он занят. Смотрю в отражение. На нём такой же халат, как и на Кою, только вместо тапочек светлые носки, видимо, потому что… тапочки Таки я видел на ногах Кою. Будь всё немного иначе, я бы обязательно подумал, что они просто друзья, знакомые или родственники, в конце концов! Но почему-то верить в то, что они любовники удавалось с трудом. Даже когда Такашима дал это чётко понять.       Вырываюсь из неправильных, совершенно не тех мыслей, под шорох листов, и в ожидании своей участи поглядываю на молодого мангаку. Таканори быстро просматривает мои работы, кивая на каждом следующем рисунке, и только один вытаскивает из общей стопочки, ложа его передо мной на стол. -Перерисовать. Совсем никуда не годится. – Строгий голос Таки, не домашнего, а того - виденного мной в офисе, и контрастный ему голос Кою, раздающийся из дверного проёма, неожиданно. -Така, помягче. Ты ведь можешь, когда хочешь. – Передаёт мне чашку с ароматным кофе и предлагает присесть за стол, получается, прямо перед рисунком Матсумото не понравившимся. -Смысл разводить все эти сопливые мягкости, если они не спасут работу от переделывания? Этот тоже подправишь. – Второй лист ложится передо мной, заставляя нервно сглотнуть, подступившее к горлу возмущение. Но сейчас, когда Матсумото не в духе, лучше не спорить, тем более он всё равно окажется прав. – Сегодня работать будем меньше времени, но эффективнее. Так что стоит поторапливаться. Начни с этого. – Передаёт мне ещё один лист. – Пара неточностей тут и тут. -Да, не обращай на него внимания. Он просто проспорил мне, вот и не в духе. – Такашима располагается на диванчике, по-царски, умудряясь занять собой большую его часть. И, хоть полы халата даже отдалённо не напоминают королевскую мантию, я готов верить в высокое происхождение этого человека, только из-за одной плавности его движений. Принимаюсь за работу, отмечая, что Таканори прав и исправления, указанные им, лишними не будут. -Может, ты пойдёшь, погуляешь и не будешь нам мешать? – Така шипит в сторону «царской особы», но тот, жестикулируя ложечкой, оглашает своё мнение. -Я, как главный редактор, обязан следить за издаваемой нами мангой, тем более за самыми важными проектами этого месяца. А ваш, находиться именно среди важных. Что удивительно, при таком-то ворчливом авторе. -И много ли ты там выслеживаешь, развалившись на диване? -Достаточно, чтобы понимать, что сейчас ты больше разговариваешь, чем работаешь, и задерживаешь, между прочим, гостя, который свою часть работы уже сделал. – Я даже вздрогнул, когда эта тихая перепалка коснулась и меня. Така что-то прорычал и, взяв себя в руки, спокойно забрал у меня готовый лист, отдавая другой, также требующий правки. Его настроение, никоим образом, не отражалось на мне, он наклонился ближе к столу, и вполне добродушным тоном пояснил, что от меня требуется. А после распрямился и не испепелил Кою взглядом только лишь потому, что тот оказался огнеустойчив, и гневоустойчив тоже. -Следующая манга будет про слишком наглого главного редактора, который не хило получал за свою наглость, между прочим. – Едва не шипит Таканори, а я стараюсь всё внимание уделить новой работе. -Ой, не рассказывай мне всё сразу! А то, потом не интересно же читать будет! – Такашима хлопает в ладоши, заставляя Таку замолчать, уворачивается от ручки, летящей в него, незамедлительно. А я едва сдерживаюсь, чтобы не засмеяться. Такое ощущение, что вне офиса эта пара, которую мне сложно признать как пару, меняется ролями и Така из подчинённого становиться начальником, в то время как Такашима, наоборот, свой ранг понижает.       В этой странной обстановке я продолжал исправлять не понравившиеся Таке места, умудряясь поговорить при этом с Кою на незначительные темы, и даже позволить себе пару раз вслух посмеяться над ворчаниями Таканори. Несмотря на угрозы молодого мангаки, не постесняться гостей и убить Такашиму при мне, атмосфера в доме оставалась самой что ни на есть добродушной и к работе располагающей. Меня не покидало ощущение какой-то гордости за то, что я прикладываю руку к созданию той манги, которую ещё не так давно читал и гадал, скоро ли выйдет новый том. А теперь, время выхода продолжения в продажу зависело и от моей поспешности и, в тоже время, от аккуратности.       Рабочее время подходило к концу, как и все подколки Кою в адрес Таки, так, что он даже успел заскучать, кажется, но уходить куда-то даже не думал. В итоге, когда запланированное было готово, Така оповестил, что завтра последний день работы, после которого, как он и намечал ранее, том будет закончен, и можно будет позволить себе пару дней отдыха. Больше всех от этой новости почему-то ликовал Такашима-сан, я же, трясущимися от усталости пальцами пытался набрать сообщение Тсу, о том, что на сегодня свободен. ***       На обратном пути компанию нам составил Руи, которого Тсу, за время моего отсутствия успел забрать с работы. И собственно о его работе большую часть пути наш разговор и был. Единственное, что меня немного беспокоило, так это то, что брюнет занял переднее сидение, рядом с Тсу, а попросить поменяться местами у меня не хватило наглости. По этой причине я слушал Руи с заднего сиденья машины, а он, с искренним восторгом рассказывал мне о необычности и сказочности ресторана, будто бы не подозревая, что мне там доводилось бывать. Я же, в свою очередь, не удержался от хвастовства, что тоже принял участие в создании идей для второго этажа и мой вклад там тоже присутствовал. Но Руи, как и мама, не умел скрывать своего нетерпения спросить что-то, о чём я его и оповестил. -Мето, ты завтра, правда, никак не сможешь отправиться на ужин с нами? – Руи поворачивается ко мне, с мольбой в глазах. – В твоей компании, мне было бы немного спокойнее. -Прости, но завтра мы с Такой доделываем последние листы манги, это очень важно, только вот… Маме я сказал, что меня в школе загрузили очень, дополнительные занятия перед экзаменами и я, скорей всего, не успею… - Хмурюсь, потому как врать маме мне не нравилось никогда. Вообще не нравилось врать, но ей особенно. -Хорошо! Понял. Мы тебя прикроем! – Подмигивает и вновь отворачивается к дороге. – Но всё же жаль, что тебя там не будет… Тогда бы и Тсу, наверное, согласился пойти. А вдвоём с вами совсем не страшно. С вами хоть куда! -Ты мог бы просто отказаться, если так переживаешь, на самом деле. – Тсузуку пожал плечами, не отрывая взгляда от дороги, а мне, даже от этого невинного действия с его стороны, стало как-то не по себе. Будто бы я был связан невидимыми нитями и каждое его шевеление, заставляло вздрагивать и меня. -Не мог. Как я откажу самой Хитоми-сан? А вдруг бы она обиделась? -А она могла бы, между прочим. – Поддерживаю я Руи, вспоминая с каким трепетом мама относиться ко всем этим приглашениям и прочим прелестям гостеприимства, которые она всегда возводила чуть ли не в культ, и уж точно ставила наравне со своей обожаемой работой. Шикарные столы, надраенная до блеска посуда, всевозможные блюда и сладости – всё это приводило в восторг всех гостей побывавших у нас хоть единожды, но мама, кажется, всё равно получала удовольствия от этого процесса больше всех остальных. -Чёрт! - Только повернув к дому Тсузуку разворачивает машину и едет прочь, ничего не объясняет, но… Всего мгновение. Мне кажется, я видел машину отца у нашего подъезда? Почему-то реакция Тсузуку, только подтверждает мою догадку, хотя и выглядит слишком уж яркой. -Я могу сказать, что был у Тои… А ты меня довёз по пути. – Предлагаю я первое, пришедшее в голову, не понимая столь рьяного желания Тсу избежать встречи с отцом. – Тем более, его может и нет в машине, он наверно у Ю, уже. -Всё равно. Руи, дойдёшь отсюда? – Останавливается за углом здания соседнего с нашим. Брюнет кивает, молча выходя из машины. Он явно понимает больше меня, а я не понимаю ничего! Стоит Руи захлопнуть за собой дверь, как Тсу срывается с места. – Адрес. -Что? – Нервозность Тсузуку передаётся мне паникой. -Адрес Тои. – Называю его, пытаясь добавить про то, что тут не далеко и вообще нет нужды так скрываться. Что ничего плохого в том, что Тсу меня подвёз, и отец ничего на это не возразит. Да, даже все компрометирующие рисунки остались у Таки дома. – Предупреди его, чтобы в случае чего прикрыл тебя. -К чему всё это Тсу? -Ты не понимаешь? -Совершенно. -Мето, но он же сказал тебе… -Но это же не может быть настолько глупо! – Я не верю! Не верю, что всё дело лишь в моих словах. – Он ничего не сможет возразить на то, что ты просто довёз меня, а Тое я напишу, да. Он ничего не сделает. Это же ведь может быть просто, по-дружески, по-соседски! -Мето, только не у нас. – Всё внутри холодеет, когда Тсу бросает взгляд на меня в зеркало. Столько беспокойства в этих глазах, что я даже не в силах возражать дальше. – Он видел нас у дома, вчера. -Что? – Заикаясь, одними губами шепчу, единственное слово, и то поддаётся мне с трудом. Вспоминаю, как сам же затянул Тсу в поцелуй, а позже, окрылённый своей смелостью, помчался домой. Даже не обратив внимания на то, как быстро следом за мной пришёл папа. -Он сказал, чтобы я к тебе не приближался. – Голос Тсузуку… такой мёртвый, мне не хочется слышать его таким. Еле сдерживаюсь, чтобы не зажать уши руками. Паника, и какое-то детское неконтролируемое отчаянье накрывают меня быстрее, чем получается взять себя в руки. -Тсу, и что ты собираешься теперь делать? Ты послушаешь его, да? – Кажется, мой голос срывается на всхлипы, но мне всё равно. Мне важен ответ. – Ты не хочешь, чтобы мы больше виделись? Почему ты молчишь, Тсузуку!       Он останавливается у обочины. А я всё кричу, спрашиваю и стучу кулаками в кресло, ни в чём не повинное, пустующее сейчас. Зажмуриваю глаза со всей силы и чувствую, как по щекам вниз стремятся две обжигающие дорожки. Всхлип. И меня накрывают его крепкие объятия, тёплые нежные руки гладят мою спину безостановочно, а мне, вопреки этой успокаивающей ауре, хочется разреветься, выкричаться до потери голоса, но удаётся лишь всхлипывать и обнимать его в ответ, также крепко, сминая пальцами жесткие волосы на затылке. -Я не хочу потерять тебя, Мето. – Хрипло произносит он, на что даже сквозь слёзы, сквозь всхлипы, я улыбаюсь, так тепло становиться от одной его фразы. Он не видит этого, прижимая меня к себё всё крепче, но я всё равно улыбаюсь, потому что верю ему. – Но для этого, нам нужно быть осторожнее. Сейчас, ты отправишься домой пешком и предупредишь Тою и брата, как можно быстрее. Мне самому не нравиться вся эта затея с враньём, но вряд ли получится иначе, ты ведь понимаешь, Мето? -Я понимаю. – Отстраняюсь, чтобы посмотреть на Тсу, и спешно вытираю влажные дорожки, вовремя вспоминая про них. Беспокойство в его глазах… Оно кажется мне сильнее собственных чувств, а потому, в поцелуй перед расставанием, я вкладываю всего себя, хоть как-то стараясь передать ему свою поддержку, хоть и сам в ней нуждаюсь. -Будь осторожен. – Касается моей щеки, когда я уже стою рядом с машиной, прикрыв за собой дверцу. И, кажется, наше смотрение друг на друга может длиться вечно, но медлить нельзя, бреду прочь, а машина за мной, срывается в противоположном от дома направлении. Вслушиваясь в её затихающий гул, выделяемый мной среди шума других машин, я постепенно возвращаюсь в серую, не примечательную и бессмысленную реальность.