Эра Ужаса

На мир словно опустилась вечная ночь, вскоре сменившаяся безликим Ничто. Не было больше красок, как не было и света. Все предметы испарились, не оставив после себя даже силуэтов. Тьма, тяжелая, тягучая тьма заполоняла окружающее пространство, подобно плотному туману, застилая собою все вокруг, куда только дотягивался взгляд, прежде чем утонуть в непроглядной темной стене. Дима пробирался по этому царству Смерти в полной тишине, постоянно путаясь во Тьме, которая мешала ему идти, перекрывая путь, затрудняя движения, пытаясь опрокинуть ребенка, заставить его, споткнувшись, утонуть в НЕЙ. Мальчик не понимал ни то, где он находится, ни куда он идет. Направления перестали существовать, старые добрые ориентиры, помогавшие определить свое местоположение, здесь были бесполезны. . В этом месте не было ничего, но оно не было пустым. Время от времени тишину разрывал то замораживающий кровь в жилах нечеловеческий вопль, то несвязные крики о помощи. Отчетливо он услышал голос, сбивчивый, беспокойный, он постоянно твердил, «Пошли они все, всего один шаг... и я свободен..свободен» Этот негромкий голос, полный отчаяния облепил разум мальчика, следовал за ним, путал мысли, не давал двигаться вперед. Но вскоре и этот морок исчез, сменившись тысячей говорящих вразнобой голосов. Дима попытался закрыть уши, не слышать это кошмара, но крики и стоны находили себе дорогу даже сквозь ладошки мальчика, проникая в самую душу. Вскоре появились силуэты. Сотни, тысячи еле видимых призраков, бесцельно бродящих по одним им известным маршрутам. Большинство из них были человеческими, но мальчик также заметил и несколько животных. Один из таких фантомов, матерый далматинец побежал к Диме, радостно виляя хвостом, но, когда ребенок притронулся к нему, тот исчез, растворившись в клочьях серого тумана. Не без сожаления мальчик узнал его: это был пес их соседей, с которым мальчик очень любил играть летними вечерами. Несколько недель назад животное сбила машина, когда тот неосторожно выбежал на проезжую часть, пытаясь поймать неудачно брошенный хозяином мячик. Неожиданно фантомы стали один за другим растворяться, пока вокруг Димы вновь не сомкнулась Пустота. Он уже собрался продолжить свой путь, как за его спиной раздался глухой, с некоторой хрипцой, но в то же время невероятно сильный и властный голос: - Это Грань. Тебе здесь не место. Верни его. Немедленно. Дима обернулся, надеясь увидеть того , кто сказал это, но вдруг оказался в совершенно чуждом помещении. Это не была ни комната, ни зал, ни что-то подобное. Это был…кусок пространства, на котором кто-то небрежно расставил дорогую мебель и поставил камин, оббитый красным деревом, который сейчас нещадно чадил, впрочем, дым почти мгновенно смешивался с окружающей место темнотой. Тьма, казалось, тоже претерпела изменений : из иссиня черной, поглощающей любой свет, она обрела темно-красный оттенок, который мальчику показался удивительно схожим с цветом крови. Дима увидел пару шикарных кожаных кресел, стоящих перед камином, над которым висела картина, искусно нарисованный портрет…его самого. Мальчик был уверен, что в реальном мире такой шедевр никогда бы не нарисовали, настолько он был мастерски выполнен, что был бы практически неотличим от фотографии, если бы не своеобразная подпись в левом нижнем углу, выполненная, похоже, гусиным пером: скрещенные меч, чье острие было направлено прямо на шею ребенка и коса. Не дождавшись приглашения, Дима, не видя иных вариантов, сел в левое кресло, потому что оно, по его мнению, было удобнее, чем правое и стал смотреть на беснующийся в камине огонь. Он был уверен, что сейчас находится там в одиночестве, но ошибся, услышав из правого кресла, голос: - ВОТ МЫ И ВСТРЕТИЛИСЬ. Этот голос, в отличие от того, первого, был груб, с оттенком металла и звериной ярости : так рычат обезумевшие волки, но не разумные существа. Он был настолько потусторонним, что звуки, которые его обладатель издавал, словно раздавались прямо в голове, проникая в самую душу, минуя человеческий слух, и мальчик не был уверен, говорило ли это существо на самом деле, или просто передало ему эту мысль. Дима, услышав этот голос, сперва подумал, что с ним говорит какой-то демон, а не человек: его речь источала ужас и жажду крови. Он обернулся и увидел в соседнем кресле человеческий силуэт. Он был словно целиком сделан из огня, однако языки пламени, образующие существо, хоть и жадно облизывали кресло, но не наносили ни малейшего вреда обшивке. В его груди тускло поблескивало иссиня черное сердце, подобное космической пустоте, и такое же неимоверно холодное. Казалось, оно поглощает свет вокруг себя, впитывает его. Мальчик видел, как его испещряют кроваво-красные вены и артерии, словно заполненные раскаленной магмой. Словно повинуясь взявшемуся из ниоткуда порыву, Дима, опустив глаза вниз, увидел и свое пульсирующее в груди сердце, легко просвечивающееся сквозь одежду. Оно было цвета горного хрусталя, со слегка потерявшими цвет венами, отчего те казались слегка мутными. Дима не мог не заметить, что их сердца были идентичны - каждая вена, артерия или аорта одного словно повторяла такую же у другого.. Сердца бились с одной частотой, они словно были двумя частями идеально работающего механизма, которые кто-то по ошибке раскрасил разными красками. Словно две грани одного целого. Мальчик не видел лица своего странного собеседника, но сразу узнал его по знакомой ауре угрозы всему живому, что всегда сопровождала его друга. - Деймос… - лишь только смог вымолвить он, перед тем как окончательно лишился дара речи. Это все-таки случилось. Его друг с ним заговорил! Он был невероятно рад, и даже жуткий голос Деймоса совсем не портил его счастья и не тревожил сознание. Мальчику этот потусторонний голос показался невероятно родным, словно при встрече с любимым родственником, которого он не видел годами. Дима любил Деймоса как брата, которого у него никогда не было. Услышав голос мальчика, существо отхлынуло от спинки кресла и мальчик увидел его лицо, нижнюю часть которого скрывал черный матовый респиратор, отдаленно напоминавший таковые у пилотов истребителей. С каждым выдохом из клапанов вырывались клубни пламени, грудь существа же оставалась недвижимой. Над маской горели два огненно красных глаза, отчетливо выделяющихся на фоне его пламенного силуэта из-за их тусклости – в них сияла все та же тьма, но куда менее плотная, окруженная пламенем. Во взгляде читалось безумие. Это не был взгляд животного, напротив, он светился разумом и каким-то тайным знанием, недоступным простому смертному. Несмотря на обуявшую радость, мальчик быстро собрался и добавил удрученно, - но тебя, наверное, зовут совсем не так… - ДЕЙМОС…- в голосе существа появились еле различимые нотки радости, - МНЕ НРАВИТСЯ ЭТО ИМЯ…ДЕЙ-МОС…, - медленно повторил он, - ДА…ЛУЧШЕ ЗОВИ МЕНЯ ТАК. - Но у тебя ведь есть настоящее имя? - Я…- Деймос запнулся, - Я НЕ ПОМНЮ..НЕ ЗНАЮ. У МЕНЯ НЕ БЫЛО ИМЕНИ, ПОКА ТЫ МЕНЯ НЕ НАЗВАЛ.ИМЕНА – ВСЕГО ЛИШЬ СЛОВА. ИЛИ НЕТ? Дима смотрел на своего друга и не мог поверить: как это возможно, чтобы у кого-то не было имени? Это ведь неправильно, искренне считал он, у каждого должно быть имя. - Нет конечно, - сказал мальчик наставительным тоном, - Имена очень важны. Иначе как ты узнаешь кто ты? - ИНТЕРЕСНОЕ МНЕНИЕ, - голос существа стал грустным, - ПРОСТИ, ЧТО ТАК ВЫШЛО. Я..НЕМНОГО ЗАИГРАЛСЯ. ЭТО БЫЛО ТАК…ВЕСЕЛО - Ничего, - Дима рассмеялся, - я хоть выжил? - ДА, Я СДЕЛАЛ ВСЕ, ЧТО МОГ И ВЫТАЩИЛ ТВОЙ РАЗУМ ИЗ-ЗА ГРАНИ…ТВОЕ ТЕЛО СЕЙЧАС В КОМЕ, ПОЭТОМУ МЫ ТУТ И…ОБЩАЕМСЯ. - Что это за грань? – ребенок вспыхнул интересом, - это то место, где я был? Что-то вроде Чистилища? - ДА, ЭТО ОНО. ГРАНЬ…ОНА – КАК ВРАТА, СОЕДИНЯЮЩИЕ МИР ЖИВЫХ С МИРОМ МЕРТВЫХ. Я НАШЕЛ ТЕБЯ У САМОЙ ГРАНИЦЫ. ТЫ ЕЕ ПОЧТИ ПЕРЕСЕК.ЕСЛИ БЫ Я НЕ УСПЕЛ, ТО УЖЕ НЕ СМОГ БЫ ТЕБЯ ВЫТАЩИТЬ. - Почему? И чей был тот голос, что приказал меня вернуть? Это ведь не ты был! - Я..ЕЩЕ СЛИШКОМ СЛАБ ДЛЯ ТАКИХ АВАНТЮР, - он хрипло рассмеялся, - А ЭТОТ ГОЛОС…КОГДА-НИБУДЬ ТЫ ЛИЧНО ВСТРЕТИШЬСЯ С ЕГО ОБЛАДАТЕЛЕМ, СЕЙЧАС ЖЕ НЕ ВРЕМЯ ОБ ЭТОМ ЗАДУМЫВАТЬСЯ. ПУСТЬ ОН ТЕБЯ НЕ ТРЕВОЖИТ. - Ты сам, ты ведь из мира Мертвых, да? – внезапная догадка осенила мальчика. По крайней мере, это ответило бы на многие его вопросы. - Я..НЕ ЗНАЮ. Я..САМ МАЛО ЧЕГО ПОНИМАЮ.И МАЛО ЧЕГО ПОМНЮ. ПЕРВОЕ МОЕ ВОСПОМИНАНИЕ.. он замолчал - Что это за воспоминание? – спустя некоторое время, может быть через пару минут, или несколько часов, ибо времени в этом месте, казалось, не существовало, не выдержал Дима. - КАК Я ТЕБЯ НАШЕЛ. - Нашел? Но..я думал, что мы вместе с моего рождения..Разве не так? – спросил растерявшийся мальчик - НЕТ, НО ТЫ ОТЧАСТИ ПРАВ. МЫ ВМЕСТЕ ПРАКТИЧЕСКИ С ТВОЕГО РОЖДЕНИЯ. - Расскажи мне, как это случилось. Прошу. Мне..интересно. - ПОНИМАЕШЬ… - Деймос словно пытался подобрать нужные слова… - ТЫ УМЕР. - Что?! - ПОЧТИ.ЭТО…СЛОЖНО ОБЪЯСНИТЬ. Я ЛУЧШЕ ПОКАЖУ. Горевший все это время камин погас, и все погрузилось во тьму. Обычный родильный дом, каких были тысячи во всей Украине и был он не в лучшем состоянии: облупившаяся краска на стенах, потрескавшийся линолеум на полах и холод из-за отсутствия отопления. Хоть в то время и была осень, но ночи уже были холодные. Несколько дико посреди запустения роддома смотрелась хорошо отремонтированная комната с новенькими аппаратами жизнеобеспечения для новорожденных – подарок больнице от одного из кандидатов в меры города, стремящегося показать заботу о своих гражданах. Разумеется, никто из журналистов не снимал остальные части комплекса, а тем, кто об этом забыл, бесконечно вежливая охрана политика любезно об этом напоминала. Вдобавок к этому, за окном лил ливень, настоящая буря, с грозой и молниями. В комнате лежало несколько малышей, слишком слабых для того, чтобы они могли жить без посторонней помощи. И одним из этих карапузов сейчас был Дима. Этот сон был настолько реален, что мальчик, ставший на некоторое время фантомом, бестелесным и невидимым, ловил малейшие звуки из окружающей среды. Он видел сразу всю картину происходящего, и в тот же момент чувствовал того, другого себя, лежащего в хитросплетениях проводов. Дима, наблюдающий за всем этим со стороны, увидел мощнейший разряд молнии, который ударил прямо в здание, минуя любые допотопные громоотводы, которые установили строители роддома. Спустя всего лишь миг мальчик увидел, как вспыхнула проводка на аппаратах, а из некоторых из них потянулись струйки дыма. Один из таких аппаратов поддерживал жизнь маленького Димы. В тот же момент комната огласилась плачем новорожденных, отрезанных от питавших их жизнь машин. На крики оперативно сбежались нянечки. Началась паника, но всего этого мальчик уже не видел. Все его внимание было сосредоточено на том малыше, которому еще не успели оказать помощь. На самом Себе. Дима чувствовал, как задыхается , содрогаясь в предсмертных конвульсиях новорожденный, не способный даже вздохнуть. Вот его тельце дрогнуло в последний раз и затихло. Дима не мог поверить, что так все и произошло на самом деле, что он действительно мертв и искренне не понимал, почему же в таком случае он все еще жив. Через пару секунд за окном ударила мощнейшая молния, от которой немногая оставшаяся в комнате проводка мгновенно вспыхнула тысячами искр, вызвав еще один приступ воплей у женщин, и что-то, похожее на сгусток огненной энергии, влетело прямо в голову ребенка. Спустя пару мгновений оно стало распространяться по телу малыша, и, когда, энергия разлилась по всему его организму, младенец открыл глазки и снова заплакал. Тем временем над ним зависло нечто, похожее на облако пламени, по размеру равное его тельцу и от него изливалась энергия, щедро разливаясь по голове малыша. Ребенок мгновенно успокоился. Дима видел, как пульсирует огнем его мозг, наполняясь энергией колоссальной силы. Затем, окончив свою работу, когда живительное пламя распространилось по всему телу малыша, заполнив каждую его вену огнем, и словно раскалив их до бела, существо рассеялось в плотный туман и заботливо накрыло собой мальчика, словно одеялом. Последнее, что увидел наблюдатель, были его собственные младенческие глаза. В них бушевал пожар. И все вновь переменилось. Пропали голосующие медсестры, старая больница и сгоревшие машины. Дима снова сидел в кожаном кресле у вновь разгоревшегося камина. - КЛИНИЧЕСКАЯ СМЕРТЬ. ФАКТИЧЕСКИ ТЫ БЫЛ МЕРТВ 21 СЕКУНДУ, - слегка потеплевшим голосом произнес Деймос, - ПЕРВОЕ, ЧТО Я ПОМНЮ – КАК ОЖИВИЛ ТЕБЯ. ВСЕ, ЧТО БЫЛО РАНЬШЕ, БУДТО СТЕРЛИ. ЕСЛИ РАНЬШЕ ВООБЩЕ ЧТО-ТО БЫЛО. - Раз ты этого не помнишь, откуда ты взял те события, что произошли до аварии? – мальчик был все еще потрясен от увиденного, и он не мог сконцентрироваться на чем-либо другом. - ИЗ ТВОИХ ВОСПОМИНАНИЙ, - ухмыльнулось существо, - ЕСЛИ Я НЕ ПОМНЮ ВООБЩЕ НИЧЕГО, ТО У ТЕБЯ, ГЛУБОКО В ПОДСОЗНАНИИ, ЕЩЕ СОХРАНИЛАСЬ ПАМЯТЬ О ТЕХ СОБЫТИЯХ - Я вот только понять не могу, как ты меня вообще нашел? - ПОТОМ, ВСЕ ПОТОМ, - Деймос поднялся из кресла, не оставив на нем ни малейшего следа своего присутствия, - МЫ ЕЩЕ КАК-НИБУДЬ ПОГОВОРИМ НА ЭТУ ТЕМУ И ТЫ ПОЛУЧИШЬ ОТВЕТЫ НА МНОГИЕ СВОИ ВОПРОСЫ, ТЕМ БОЛЕЕ, ЧТО У МЕНЯ ИХ НАКОПИЛОСЬ НЕ МЕНЬШЕ, НО НАМ ПОРА. ОНИ УЖЕ ЗДЕСЬ. И Тьма вновь сомкнулась перед мальчиком.