Кори. Вырезанные сцены

Арахна зашла в комнату Асуры. Естественно там сидел Джастин с блаженным выражением на лице и как всегда слушал музыку в наушниках. Как же Арахне хотелось повесить этого мелкого на его же проводах, но она терпела Безумную Косу Смерти в своем замке. Хотя в некоторые моменты его присутствие было просто неприемлемым. - Выйди, - приказала ведьма гильотине, легонько пнув его ногу своей туфелькой. Тот открыл глаза, посмотрел на женщину как на будущую добычу и снова их закрыл. - Асура, дорогой, - обиженно обратилась Арахна к Кишину. – Я хочу побыть с тобой наедине. Пусть он уйдет. Кишин, до этого просто лежащий на кровати, приподнялся на локте и обратился к ведьме: - Он не мешает. Асура относился к Джастину как к дорогой побрякушке: стоит в углу и молчит, а при необходимости может и досуг разнообразить. - Даже так… - Арахна осторожно подошла и поцеловала Кишина, - …не мешает? Воплощению безумия тут же смекнул, зачем Арахне оставаться с ним наедине, поэтому приказал своему Оружию удалиться. Может Асура и был Кишином, но интимные встречи предпочитал проводить с глазу на глаз. Лоу встал и удалился. В дверях он обернулся и стал свидетелем очередного поцелуя. В его душе поднялась волна фанатичной ревности. «Как она смеет дотрагиваться своими грешными руками до моего Бога!» - так и читалось в его глазах, но юноша вышел, не проронив ни слова. В голове гильотины билось всего одно слово: «Почему?!» Почему Бог его выгнал? Больше не доверяет? Почему позволяет этой падшей ведьме прикасаться к божественному телу? «Почему она, а не я?!» Ответ нашелся сам собой: Джастин не умел целоваться. Пара не слишком удавшихся раз – вот и весь опыт Косы Смерти. Естественно, что у ведьмы навыков в этом плане куда больше. Гильотина начал злиться. Он понял, что не может удовлетворить все потребности своего Бога. А если так, то какой же он истинный верующий? С этим надо было что-то делать, и не очень светлая мысль озарила мятежную голову Джастина. Посему он решил найти Гирико. Чародей, по мнению Косы Смерти, обладал достаточным опытом и знаниями, чтобы объяснить что к чему. Обойдя цехи по созданию големов и не закончив поиски, Джастин решил отправиться в комнату бензопилы. В провожатые был выбран самый медленно бегающий арахнофоб, а в награду за работу проводником обещано сохранение жизни. Гильотина постучался в дверь и, не дожидаясь разрешения войти, открыл ее, здраво рассудив, что если Гирико не хочет никого видеть, то дверь будет заблокирована. Сказать, что чародей был удивлен, - ничего не сказать. Он был шокирован своей столь скорой смертью. Зачем еще к нему мог припереться этот безумный святоша? - Чего тебе? – как можно спокойнее спросил Гирико, не позволяя своему голосу дрожать. - Я решил, что ты единственный, кто может мне помочь. Чародей отметил, что в этих голубых глазах безумие уступает место… любопытству? интересу? Возможно. - А как же твой бог? - Он занят, - ответил юноша, плохо скрывая раздражение. - Ну, говори, зачем пришел. - Как целоваться по-взрослому? Бензопила впал в анимэшную каплю. Он ожидал всякого от этой безумной гильотины. Но ТАКОГО?!!! «Главное не заржать! Главное не заржать! Главное не заржать!» - убеждал себя Гирико. - С чего тебя заинтересовала подобная тема? Джастин молчал, сверля пытливым взглядом собеседника. - Странно, что вопрос возник только сейчас, - размышлял вслух чародей. – Хотя… ты же у нас святоша. Тебе интересоваться подобным не положено. - Ответишь на вопрос или нет? – начинал злиться юноша. Как мыслил Гирико: «Злая Коса Смерти => Мертвая 800-летняя Бензопила». Поэтому он лаконично ответил: - Целоваться по-взрослому, значит, с языками. Джастин переваривал полученную информацию. И, кажется, она его не очень устроила. - Это как? Гирико впал в анимэшную каплю второй раз. И пока бензопила соображал, как бы поскорее отделаться от этого недоразвитого создания, Коса Смерти выдал новый вопрос: - Покажешь? Вот тут-то чародей почувствовал, что у него крыша уехала куда-то в сторону Города Смерти, а то и дальше. Он просто охренел от подобного предложения и, не подумав о возможных последствиях, резко ответил: - Я не педик, чтоб с парнями лобызаться! Видимо, Джастин не знал значения некоторых слов, но общий отрицательный посыл понял. - А какая разница? У Гирико было ощущение, что паренек просто издевается над ним, прикидываясь дурачком, но эту теорию портил взгляд гильотины. Он действительно не понимал, почему чародей не хочет продемонстрировать взрослый поцелуй с использованием его (джастинового) рта. - Ты в курсе разницы между мужиками и бабами? – бензопила попытался нащупать хоть тень понимания своей категорической позиции в вопросе о поцелуях. - Конечно, - ответил гильотина (тут Гирико облегченно вздохнул). – Разница в хромосомах. У женщин хромосома Икс-икс, а у мужчин – Икс-игрек. Это пояснение почти добило психику чародея, но он все решил продолжить: - Я имел в виду строение тела. - А-а… - протянул юноша. – А причем тут это? – (над головой бензопилы уже ливень из анимэшных капель) – Рот у всех устроен одинаково. Или это не так? - Одинаково, - устало согласился Гирико. Он давно бы пустил на фарш гильотину, если бы не охреневал все больше от его слов. - Ты научишь меня целоваться по-взрослому? И тут на чародея что-то нашло. Ему было уже наплевать, что перед ним Коса Смерти, что он безумен, что Асура точно прикончит бензопилу, если тот сломает его игрушку. Гирико со всего размаха врезал Джастину по лицу. Потом еще раз. И прежде, чем гильотина опомнился и разрубил бензопилу на куски, чародей связал его запястья цепью и прижал к стене, заводя руки юноши над головой. Выдвигающиеся лезвия никак не могли достать до цепей. Коса Смерти был в ярости. Так запросто попасться! Стать пленником! И кого? Того, кто слабее! - Я тебя научу, - почти шепотом проговорил Гирико и впился грубым поцелуем в нежные губы своей жертвы. Язык чародей по-хозяйски шарил во рту Джастин, вызывая у того смешанные эмоции. Ко всему прочему примешивался вкус крови из рассеченной губы. Было в этом поцелуе что-то жестокое, даже звериное, но прекращать его ни тот, ни другой не спешили. Стоило чародею, наконец, отстраниться от лица Косы Смерти, так тот сразу же пнул его по коленной чашечке. Пока Гирико валялся на полу, унимая боль в ноге, Джастин смог разрубить цепи и, освободив руки, тут же покинул эту злополучную комнату. Придя к себе, Коса Смерти рухнул на кровать. Запястья немного болели, скула и губа саднили, но больше всего дискомфорт приносили мысли. То, что творил язык чародея, было неописуемо, а кровь и подчиненное положение были даже приятны. Приятны ли? Не только. Было что-то еще. Какое-то еще слово, что могло описать все те ощущения. Джастин Лоу тогда не знал всего спектра значений слова «возбуждающий», поэтому, не найдя ответов на свои вопросы, он задремал. Сквозь сон Коса Смерти расслышал, хотя скорее почувствовал, что к нему в комнату кто-то вошел. Но подойдя к кровати и немного постояв, гость удалился, не проронив ни слова.