Кори. Вырезанные сцены

Арахна снова и снова приходила к Асуре. И Джастин снова и снова оказывался выставленным за дверь. Ему было жутко обидно, что какая-то ведьма занимает столько личного времени его Бога. Юноша искренне не понимал, почему Асура предпочитает её, а не своего верного последователя. Ведь гильотина узнал, как целоваться по-взрослому! Хотя никому так и не продемонстрировал свое новое умение. Выходя из покоев Бога Безумия, Арахна снова и снова наталкивалась на Лоу, сидящего у дверей и ожидающего конца визита ведьмы. Глаза юноши всегда пылали ненавистью и обидой. Он никогда ничего не говорил, но его взгляд прожигал насквозь. В конце концов, ведьме это надоело, и она сказала с вызовом: - Тебе никогда не доставить того удовольствия, что Асура получает в моем обществе. Джастин ничего не промолвил, просто встал и прошел к своему месту подле Асуры. Гнев клокотал в его душе. Косе Смерти очень хотелось убить Паучиху и съесть ее душу, но Кишин этого бы не одобрил. Асура свесил руку с кровати и начал аккуратно перебирать золотистые волосы гильотины. И едва Джастин отвлекся от своих тяжких дум и поверил, что он необходим не только в качестве средства массового уничтожения, как Асура сказал: - Не расстраивайся, ты мне тоже нужен. Второго такого сильного Оружия как ты не существует. Это слова Бога, а значит, это истина в последней инстанции. Но Коса Смерти не мог смериться с подобной ролью. Он хотел большего. Он хотел быть необходимым. И тут Лоу вспомнил слова ведьмы: «Доставить удовольствие», - и решился на крайний шаг. Был уже вечер. Арахна опять пришла к Асуре. А Джастин только этого и ждал. Он встал и вышел раньше, чем был отдан приказ. Гильотина направлялся уже известным маршрутом в комнату Гирико. Как и в прошлый раз, Коса Смерти постучался и сразу же вошел. - Того раза не хватило?! – с раздражением спросил чародей. Один факт, что он до сих пор жив, означал, что гильотина на него зла не держит. - Выпить есть? Гирико изумился, но припоминая поведение этого типа в ту памятную встречу, решил больше ничему не удивляться. Посему он достал бутылку виски, налил полстакана и протянул Джастину. Тот залпом его осушил. Бензопила вновь попытался себя убедить, что ничему удивляться не будет. - С какого праздника такой настрой? – попытался завести светскую беседу Гирико. Коса Смерти молчал, уставившись на дно стакана, и естественно был не в курсе, что к нему обращаются (наушники-то как всегда на своем месте). - Я хочу доставить тебе удовольствие, - четко, но негромко проговорил Джастин и поднял взгляд на чародея. Тот судорожно сглотнул, прикидывая, что именно подразумевает этот безумец под фразой «доставить удовольствие»? - Пьян с полстакана? – театрально удивился чародей. – Ты хоть понял, что сказал? Понял, что я мог подумать? Да если я тебя хоть пальцем коснусь, то Асура меня на куски порвет. Ты же его собственность! - Не пьян. Я знаю, что говорю, и готов к тому, о чем ты подумал, - ответил на все вопросы Коса Смерти и добавил: - Я сам тебе всё разрешаю. - Значит, я могу делать с твоим телом всё, что захочу, и мне ничего за это не будет? – решил уточнить Гирико, не веря своей удаче. - Всё, чего захочешь, - подтвердил гильотина. - Ну, тогда начнем, - оскалился чародей и со всего маха врезал юноше в солнечное сплетение. У Джастина перехватило дыхание. Боль накатила, но не она волновала Косу Смерти. Неужели он просчитался, и Гирико будет его только бить, причиняя физическую боль? Но прежде, чем в голову Косе Смерти пришла следующая мысль, его живот познакомился с ботинком чародея. Ударив еще несколько раз, Гирико отошел на пару шагов, любуясь результатом. В его глазах было ни то безумие, ни то жажда, ни то ярость. И он явно не собирался продолжать в том же духе. Чародей скороговоркой проговорил какое-то заклинание, и стены, пол и потолок на мгновение вспыхнули красным цветом, а на двери появились две цепи крест-накрест. Чтобы не задумал Гирико, Джастину отступать было не куда. - Если будешь и дальше молчать, то мне все это быстро надоест, - как бы про себя проговорил чародей. Но Коса Смерти не успел ответить, так как был поднят за волосы до состояния «на вытяжку» и вдавлен в стенку телом бензопилы. - Хорошие мальчики всегда делают, что им говорят. Ты будешь хорошим? - Д-да. - Сними наушники, - озвучил свое первое требование Гирико. Джастин подчинился, за что его волосы были отпущены на свободу. - Мне всегда было интересно, что у тебя под рясой. Сними ее, - второе требование мужчины. - Я могу подойти к стулу? – поинтересовался Коса Смерти. Из-за горячего дыхания чародея его мысли путались, не приходя к единой логической цепочке. Гильотина некстати вспомнит их поцелуй и почему-то захотел его повторить. - Проходи, - ответил на вопрос бензопила и посторонился. – Не забудь снять все побрякушки, - Джастин, проходя, кивнул. Цепочка с глазом и наушники с плеером ныне покоились на сиденье стула. На спинке висела сложенная по швам сутана. К великому разочарованию Гирико под балахоном была рубашка. Необычного покроя, но обычная рубашка. С другой стороны Коса Смерти теперь походил на нормального 17-летнего парня. И не скажешь, что он верует в безумие. - Так-так… - проговорил чародей, обходя юношу вокруг и оглядывая его фигуру. Расстегнутая верхняя пуговица рубашки полностью оголяла шею. Брюки оказались немного зауженными, что позволяло лицезреть пятую точку Косы Смерти в лучшем виде. «Повезет же кому-то», - с завистью подумал Гирико о будущей жене Джастина, но потом встрепенулся: - «Ну, я кретин! Повезло же мне!» Бензопила подошел к гильотине, одной рукой обнял того за талию, прижимая к себе, а второй – самым развратным образом начал лапать мягкое место Косы Смерти. - А еще хорошие мальчики не сопротивляются, - прошептал на ухо раскрасневшемуся Джастину Гирико. Действия мужчины были чертовски приятны, хоть и достаточно властны, и все это приводило гильотину в состояние нирваны. В конце концов, Коса Смерти сюда явился не светский разговор вести, а за вполне конкретным опытом! Тем временем руки чародея залезли под рубашку юноши, чем вызвали стада мурашек, бегающих по всему телу последнего. Гирико грубо исследовал тело под тканью одежды, и от этого Джастин почувствовал тянущую боль внизу живота. Наконец, бензопиле надоело играться с «жертвой», и он высказал третье требование: - Раздевайся и ложись на кровать животом вниз. Коса Смерти поспешил выполнить приказ, в надежде на продолжение этой фантасмагории. Увидев лежащего обнаженного юношу, Гирико сглотнул. «Он чертовски хорош!» - пронеслось в голове у мужчины. А после мысленно усмехнулся: – «Да я тоже ничего!» Первым делом чародей, также сняв всю одежду, сел на заднюю сторону бедер (чуть ниже таза) и начал водить руками по спине Косы Смерти. Тот блажено жмурился, хотя его лицо и не было видно мужчине. Чем больше позволяли себе руки, чем быстрее были их передвижения, тем чаще дышал Джастин. Он чувствовал прикосновения повсюду: по хребту, на лопатках, на шее, на крестце, на плечах, на внешней части бедер, на ягодицах. Последним было уделено особенное внимание. - Лежи смирно, - ухмыляясь, озвучил четвертый приказ бензопила. Как только хриплые вздохи юноши перешли в слабые стоны, Джастин почувствовал, как в него с силой входит что-то влажное, небольшое и узкое. «Палец?» - недоуменно подумал Коса Смерти. Сделав два полных оборота, задевая при этом стенки, палец вышел. «И всё?» - ужаснулся Джастин. Он представлял подготовительный этап несколько продолжительней. Но дальнейшее окончательно сбило с толку юношу. Действительно, в него вошло «что-то №2», оно тоже было влажным, и тоже коротким и таким изворотливым! «Язык!» - осенило гильотину на мгновение прежде, чем он застонал от удовольствия и рефлекторно выгнул спину. Лоу не мог видеть действия чародея, но он чувствовал, как язык пробирается все глубже, как он извивается, прикасаясь к стенкам. Отныне в голове Косы Смерти мыслей не было, были лишь ощущения, и они дарили небывалую эйфорию. Руки сами собой начали шарить по простыне в поисках чего-то. Это шебуршание не принесло ничего хорошего: Гирико остановился и, наклонившись над самым ухом, зловеще прошептал: - Я же сказал лежать смирно. Ты не послушался и будешь наказан. Не успел Джастин испугаться, как почувствовал, как чародей всем весом наваливается на его тело. Он чувствовал, как твердая плоть мужчины трется, раздвигая ягодицы. Юноша каждый миг ожидал ощущение режущей боли, но она все не наступала. Было лишь давление и тактильный контакт. Бензопила резко перевернул Джастина на спину. Схватил запястья юноши и прижал их к кровати, дабы не позволить им ничего лишнего. Сам же чародей продолжил тереться, но уже о гениталии юноши. Коса Смерти, поняв, что проникновения не будет, даже несколько морально успокоился. Сам не ведая того, Джастин все больше возбуждался. Семяизвержение произошло у обоих почти одновременно. Гирико рефлекторно сделал еще несколько движений, перемешивая жидкости и размазывая их по животу, бедрам и паховой области партнера. Рухнув рядом с юношей, чародей сделал несколько глубоких вдохов, чтобы прийти в себя. Коса Смерти пребывал в прострации, даже не пытаясь двигаться или думать. Все его существо сконцентрировалось на удовольствии, что распространялось от низа живота. - Вытрись, - бензопила бросил на грудь гильотины упаковку влажных салфеток. – Одевайся и убирайся прочь. Джастин выполнил пятое требование на автопилоте, так как его мозг по-прежнему не мог воспроизвести не одной целой мысли. И только дернув за дверь, Коса Смерти начал воспринимать реальность более адекватно: - Заперто, - и посмотрел на Гирико, который успел за это время заползти под одеяло. Чародей выглянул и вместо того, чтобы сразу же снять заклинание звукоизоляции и убрать цепи, стал всматриваться в глаза гильотины. - Заперто, - повторил Джастин. Мужчина моргнул и опомнился. Он сделал непонятный жест рукой: дверь распахнулась. Коса Смерти вышел, не зная как быть дальше: таких ощущений он еще никогда не испытывал. Но ведь проникновения не было! Значит ли это, что дальше будет больше удовольствия?