А оно тебе надо?

      - Итак, слухи о моем побеге из нашей группы не преувеличены. Я действительно ухожу. И посему хочу представить вам наших новых директоров... тьфу, наших новых артистов... нет, не пойдет. Короче, это гениальный композитор и не менее гениальная певица, которую уговорить получилось только чудом. Что вы все улыбаетесь? Так, виконта я не притащила, но вам дурдома и без него хватит.       Я не могу сдержать смеха. Наши ребята оценили шутку. На заднем фоне хихикает Ванька, Катя в его объятиях помирает со смеху. У нас в группе особое отношение к "Призраку Оперы". Кристина качает головой, она не считает эту идею гениальной, но я смотрю лишь на Эрика. И готова поклясться, он не злится, напротив. Его голос безразличен.       - Меня зовут Эрик Андреевич Булатов, а это моя невеста Кристина Егоровна Даева.       - Можно просто Кристина.       Я прислоняюсь к стене и наблюдаю за ними. Кристина выглядит увереннее, чем Эрик. Она очень и очень недурна собой. И я даже невольно любуюсь ей. Нет, я не ревную, но... Ревную. Меня не полюбит Эрик, потому что у него есть она. Она. И всегда она.       - Я думаю, что в четвертьфинале следует исполнить кавер, но в полуфинале и в финале можно будет что-нибудь из того, что я написал. Анна должна была вам показывать.       - Где ты таких чудиков откопала? - тихий шепот Темы заставляет меня вздрогнуть. Парень стоит у стены рядом. Опять он подкрадывается!       - Он у нас волейбол преподает. А она... его невеста. Кстати, ты в курсе, когда у нас четвертьфинал?       - Через три недели. Я не верю своим ушам. Наверное, музыкой снесло. Ты отказалась от своего места ради этой Кристины?       - У нее потрясный голос, Тем. Ты ее слышал? Право же... Кристина чудесно поет, она просто жемчужина, наш драгоценный камень.       - С твоим голосом ее не сравнится, солнышко. И ты знаешь это.       - Брось!       Я краснею и обнимаю его. Ох. Мне почему-то не по себе. Я чувствую запах чужих женских духов. Нет, не может быть. Откуда Эрик узнал? Как он догадался?       - Почему, Тема? - спрашиваю я его дрожащим голосом. Он лгал мне. Лгал! Он считает, что может изменять мне. Мерзавец!       - Почему? Что ты имеешь в виду, солнышко?       Он напрягается. Правильно, правильно.       - Как ты посмел превратить меня в одну из... твоих подружек?       - Что ты несешь, Ань? Я ничего...       - Иди ты в задницу, придурок. Я тебя ненавижу! Мерзавец!       Я вся киплю, я практически не отдаю себе отчета в том, что говорю. Нет-нет, я не вцепляюсь в его куртку, не хватаю за волосы. Нет, я просто стою и кричу. И мне так хочется в эту минуту умереть.       Он меня не любит.       Я срываюсь с места и несусь к дверям, а потом по лестнице на крышу дома. Выбегаю на балкон и стою на ветру без куртки.       По моим щекам катятся жгучие слезы. Мне не холодно, только мерзко. Тема предал меня, он обманул меня, и обманул так жестоко...       Не знаю, сколько я тут стою, но кто-то накидывает мне на плечи куртку. Я двигаю локтем - удар, отработанный годами.       - Пошел в жопу.       - Вы замерзнете, Анна.       Я оборачиваюсь. Это он. Я только что послала Эрика в далекое путешествие. Господи, мне очень стыдно... но сейчас я слишком жалкая. По щекам катятся слезы. Он не должен видеть меня такой. Я сильная. Я сильная. Я...       - Что-то случилось?       Первый порыв - обнять его и разрыдаться. Но я пересиливаю себя. Снимаю куртку и отдаю ее. На мгновение наши пальцы соприкасаются.       - Все в порядке, - как можно более безразлично отвечаю я.       И ухожу. По моим щекам все еще текут ручейки слез, но я не понимаю, почему Эрик пошел за мной. У него были причины. И я знаю, какие.       Надеюсь, что я права. Пожалуйста, пусть я права.

***

      - Анна, Вы можете приехать?       Голос Эрика очень слабый, но такой... такой родной. Но в нем звучат какие-то неземные нотки, слишком неземные. Так никогда не говорил Эрик Андреевич. Они принадлежат Эрику из прошлого. Мое сердце екает. Нет... пусть все будет хорошо, пусть все будет хорошо... с ним ничего не случилось, с ним ничего не случилось.       - Да, конечно. Что случилось? - как можно спокойнее говорю я, стараясь выдержать ровный тон. Сердце бросается в тревожную пляску.       - Это неважно. Ничего серьезного. Просто приезжайте. Ко мне... Вы же знаете, где я живу? Вот и хорошо. Жду Вас.       Он кладет телефон, не попрощавшись. Я же поспешно вскакиваю с кровати, надеваю на себя джинсы, набрасываю поверх старой серой футболки кофту, беру рюкзачок и, надев куртку и сапоги, мчусь к Эрику. Тревога не оставляет меня ни на миг. Что-то случилось, что-то очень страшное. Я не знаю, что именно, но я знаю, когда Эрик врет. И сейчас это "ничего серьезного" - ложь. То, что произошло, очень и очень важно ему. Наверное, я ненормальная, но я знаю, что права. Потому что я не могу ошибаться в его отношении.       Район у Эрика не слишком красивый. Но мной не интересуются, и я поднимаюсь на седьмой этаж по лестнице. Дверь в его квартиру открыта, а сам Эрик сидит, несколько сжавшись, на диване в гостиной, закрыв лицо руками. Я еще не бывала в этом доме, уютном и наполненном почти-что-семейным счастьем. Квартира очень просто и хорошо обставлена. Внутри тихо и чисто, нет почти ничего лишнего. Гостиная оформлена в мягких бежевых тонах. Вся мебель очень и очень простая. Я закрываю дверь на замок и подхожу к нему, сняв обувь и сбросив на кресло в прихожей куртку. В голосе Эрика звучат слезы, когда он заговаривает со мной.       - П-п-посмотри на меня, Аня... Я... я урод. Посмотри!       Он убирает руки, и я вижу лицо, которое преследовало меня все эти годы во снах. Желтоватая кожа, желтые, горящие огнем, глаза, провал вместо носа и тонкие губы. Передо мной прежний Эрик. Я вскрикиваю и лишаюсь чувств.