"Чертов Каулитц!-2" или "Грань между нами"... Часть 2.

Я тону куда-то. Глубина такая тягучая-тягучая, словно растопленный шоколад. Я тану в сладкую бездну, сделанную из ванили. Из неё не хочется выбираться. Она обволакивает, доставляя массу нежных ощущений. Но вот она обрывается, и я чувствую под спиной что-то мягкое и прохладное. Слишком яркий свет бьет в лицо, от чего я невольно морщусь. Пахнет чем-то сладким, похожим на корицу. Через секунду чувствую приятный запах роз, спустя ещё одну – щебетание птиц. Что это? Легкий ветерок поглаживает моё лицо своими ласковыми руками, убирая растрепавшиеся пряди волос за спину. Так тепло. Нежное прикосновение к моим губам, будто лепестки упали на них, заставляет меня открыть глаза. Где я? Тут так красиво, но никого нет. Я один? Встаю на ноги, осматривая все здесь мельком. Прекрасный сад. Проходя вперед моему взгляду, предстает то озеро. Чистое озеро, прозрачное. Там плавают маленькие цветные рыбки, которые, едва касаясь песочного дна, всплывают, играясь с лучиками солнца. Я захожу по колено в воду, ощущая приятное щекотание от небольших волн. Рядом со мной растет дерево. Совсем необычное, с фиолетовыми листьями и с цветками, как персикового дерева, только голубые. Вода теплая и мягкая. Опускаюсь на колени, намачивая одежду. Какая разница? Резко прогибаюсь в лопатках от ярой секундной боли, пронизывающей её. Будто туда вонзили два острых ножа, но вместо этого оттуда выросли два огромных крыла, таких как у Тома. Я умер? - Привет, Билл, - тихий голос откуда-то сверху. Поднимаю голову. На дереве сидит Том, свесив ноги вниз с подкатанными штанинами. - Том! – улыбаюсь я, протягивая к нему руки, а он слетает вниз, заключая меня в объятия. - Добро пожаловать в мою обитель, любимый, - его глаза такие грустные, как и улыбка. - Как я здесь оказался, Том? - Ты действительно хочешь знать? - Угу, - киваю головой. Парень берет меня за руку, взлетая вверх. - Попробуй полетать, Билл. Это не страшно, ты же помнишь? Убей в себе страх. Я оборачиваюсь, смотря на мои крылья. Красивые, золотистые. Едва трепещутся. Нет, мне уже не больно. Совсем, только чуточку щекотно. Взмах, ещё взмах, и я взлетаю! Смеюсь, так по-детски, кружась в воздухе. - Это так здорово, Томми! – подлетаю к нему, закруживая в объятьях. - Да, - грустно отвечает он. Заглядываю в его глаза. Сейчас он выглядит иначе. - Чем ты расстроен? - Я просто всего лишь хотел, - вздыхая, опускается на ноги, - чтобы ты жил… - Я живу только рядом с тобой, - опускаясь, беру его за руку. - Закрой глаза, – сказал он, накрывая ладонью мои очи, но через секунду убирает. Мы очутились в божественном лесу, где множество свободных птиц и разные деревья, пахнет хвоей и свежестью. Через несколько секунд мы оказываемся на прекрасной поляне, в центре которой чудесный фонтан. - Зачем мы сюда пришли? – спрашиваю, не совсем понимая, что к чему. - Ты же, хотел узнать, как появился здесь. Посмотри, - он провел по водяной глади рукой, и та расступилась, показывая, Сабрину, забившуюся в угол. Кажется, она плачет. По телевизору мелькают картинки, сменяя одна другую, а сестре, похоже, все равно. - Что с ней? - Из её жизни ушел самый значимый человек. И это - ты, Билли. Смотри, - показывает на плазму. И я могу слышать звук. - Людвиг Штраус, с места событий, - объявила девушка. Новости? - Сегодня на рассвете, в Берлине, было свершено жестокое убийство парня. Его имя Билл Каулитц. Довольно известная модель была убита в четвертом часу ночи, на рассвете. На теле молодого парня насчитывается около двадцати ушибов и пятидесяти семи колото-режущих ран… - Думаю, ты понял, - сказал Том, а вода вновь стала прозрачной. - Кто это был, ты знаешь? - Тот парень, что пытался пригласить тебя на свидание. - Эд? – мои глаза стали размером с блюдца. - Да, именно. Этот парень обозлился на тебе, а с его нездоровой психикой это чревато последствиями. Он убил тебя не осознанно, Билл. - Что с ним теперь? – грустно спросил я. - Повесился в тот же день, - ответил Том. – И зачем ты пошел на улицу в ту ночь? Тебя черти дернули? - Мне было плохо, и я хотел подышать свежим воздухом. - Ох, чудо в перьях. Что же мне с тобой делать? – обнимает меня за плечи, целует в висок. - Может, любить бесконечно? THE END