От заката до рассвета

      В комнате царила подозрительная тишина. Брейн ожидал услышать рёв, крики, ну или хотя бы топот, но сумоист, кажется, решил устроить засаду и как-то притих. Поблизости не было ни решёток, ни щелей, только глухие железные стены, и Олег остался один на один с удушающей, вязкой темнотой воздуховода.       Забытый в проходе фонарик мучительно колол в бок, а от кроссовок впереди исходил едкий кислый запах. Источником запаха было багрово-чёрное месиво, размазанное по подошвам. Олег не видел сейчас даже собственных рук, но знал – оно там. Липкий страх сковал сердце и держал, не ослабляя захвата. По шее проползла капелька пота.       Со стороны комнаты послышался знакомый стук шагов, внезапный и неотвратимый. Шаги удалялись прочь.       Еле подавив вздох облегчения, Брейн расслабился, в изнеможении прислонившись лбом к холодной стене. Он бы пролежал так вечность, если бы не подсознание, которое ехидно напомнило, что в Горном Массиве лучше лишний раз ни к чему не притрагиваться. Олег отдернул голову, слегка поморщившись, и попытался осторожно пошевелиться. Они с Алексом провели в вентиляции не так уж много времени, но мышцы уже успели застыть и отвечали недовольным покалыванием на самые простые движения.       От изучения собственного тела Брейна отвлекло бодрое поскрипывание воздуховода. Подошвы кроссовок вместе с налипшим на них безобразием удалялись куда-то в темноту. – Алекс, ты охуел? – возмущённо зашипел Олег, – Ты куда двинул?       Самый Позитивный не ответил. Олег выругался сквозь зубы и пополз следом, не забыв прихватить основательно задолбавший фонарик. Ползти по узкому проходу было неудобно, зато можно было наконец-то вытянуть ноги и не беспокоиться, что какой-нибудь каннибал-качок вытащит из воздуховода, потянув за щиколотки.       Слева показалась вентиляционная решётка. Судя по расстоянию, она находилась на уровне груди Алекса. Наверно, поэтому Самый Позитивный и не хотел сначала отползать вперёд – так он лишался возможности понаблюдать за тем, что творится в комнате. Олег с жадностью всмотрелся в тонкие щели и с изумлением обнаружил, что дверь находится на своем законном месте. Что же тогда сломалось с таким шумом?       Брейн уже собрался было ползти дальше, но его буквально пригвоздил к месту душераздирающий, полный боли вопль. Следом послышался плеск сливного бачка, который было ни с чем не спутать, и резкий истерический смех. – Какого хуя?! – машинально пробормотал Олег себе под нос. Определенно, некоторые вещи лучше не знать. Никогда.       Воздуховод заскрипел интенсивнее. Алекс явно спасался бегством. Олег, от всего сердца понадеявшись, что их не запалят, последовал за другом.       На беду летсплейщиков, проход довольно быстро закончился, выходя в просторный коридор и возвышаясь над полом на пару метров. Единственный путь был – вниз. Алекс осмотрелся, довольно далеко высунувшись из вентиляции.       Стена напротив была стеклянной более чем наполовину. Её поверхность была матовой и зернистой, а за ней виднелся потолок большого помещения, похожего на главный зал лечебницы. Под потолком висела массивная люстра с несколькими зажжёнными светильниками, отбрасывающими на стены серые бесформенные тени. От люстры по коридору струился теплый янтарный свет, дополнительным источником которого были лампы, в хаотичном порядке развешанные по стенам и потолку. Полупрозрачные пылинки кружились в безмолвном танце в лучах света, оседая на полу, стенах и предметах мебели.       Внушительная груда поломанных вещей преграждала путь в правую часть коридора, поднимаясь почти до потолка. Алекс разочарованно выругался. На двери слева висел тяжёлый амбарный замок, чему Позитивный даже порадовался – где-то там бродил сумоист-каннибал, который, как выяснилось, еще и любил мочить людей в сортире. Во всех смыслах.       Самые большие надежды возлагались на последнюю дверь, возле которой висела табличка с надписью «Библиотека». Алекс очень надеялся, что там не заперто.       Тем временем Брейн тихо лежал в воздуховоде. Он даже не представлял, что происходит снаружи, а созерцать темные стены и пару кроссовок ему порядком надоело. Попытки позвать Алекса ни к чему не привели, Позитивный явно на что-то засмотрелся и не отвечал. Поколебавшись, Олег решился на отчаянный поступок. Извернув свою руку под жутко неудобным углом, чтобы – боже упаси! – не дотронуться до пакости на кроссовках, он цапнул Алекса за щиколотку и легонько её сжал.       Алекс уже собирался втянуться обратно в воздуховод, как вдруг почувствовал, что в его ногу вцепилось что-то холодное, мерзкое и костлявое. Ощутив, что его тащат назад, Позитивный запаниковал. Дёрнув ногой и резко рванув вперёд, он не удержался и вывалился из вентиляции. – Лёха, ты чего? Ты мне едва не прописал! Ты живой? – из вентиляции показалось охуевшее лицо друга. – Олег! Ну ты и ебёныч, я тебе скажу! Я сейчас так высадился, ты бы только знал! Руки у тебя пиздец конечно! – облегчённо завозмущался Самый Позитивный, лёжа на спине на пыльных досках. С фига ли Брейн так замёрз, он же в куртке?! – Лёха, тише, я тебя прошу!       Олег огляделся по сторонам. Поблизости, вроде, не было никого постороннего, но лучше было не рисковать. – Алекс, я тебе сейчас скину вещи, а потом сброшусь сам. Вещи можно нахер, а вот меня лови, – Брейн говорил преувеличенно бодро. Он не имел ни малейшего понятия, как слезать отсюда.       Вниз полетели сначала фонарик, а потом полузабытая камера. Олег сам удивлялся, как он не потерял всё это добро, когда тут творилась такая вакханалия.       Алекс без проблем поймал и то, и другое. Камеру он сразу убрал в сумку. – Олег, я готов, – обернувшись к вентиляции, Алекс приглашающе раскинул руки, – прыгай ко мне на ручки! – добавил он, широко улыбнувшись. – Сейчас ты у меня отхватишь по самый ламантин, – Олег сделал грозное выражение лица, но надолго его не хватило – уголки губ задрожали, выдавая улыбку.       Свесившись из воздуховода почти по пояс, Брейн крепко сжал руки за спиной Алекса, тяжело дыша тому куда-то в ухо. Позитивный подхватил друга за плечи, придерживая за бок, чтобы падение было не слишком резким. После небольшой заминки Алекс сообразил, что нужно делать дальше: он медленно отошёл на несколько шагов назад, потянув за собой Брейна из вентиляции.       Выбравшись, Олег невольно навалился на друга, чтобы хоть как-то удержаться на ногах. Алекс пошатнулся, и, чтобы восстановить равновесие, наклонился вперёд, впечатывая Олега в стену. – Ой! – выдал Самый Позитивный, – Извини!       Поспешно отодвинувшись, он отпустил Олега и пошёл за сумкой, которая валялась на полу поблизости. Это было слишком неловко, даже для него.       Олег постоял какое-то время, прислонившись к стене. Потом, будто очнувшись, он последовал за Алексом: – Кстати, я не понял, что с моими руками? – Нормально всё! – с удивлением ответил Самый Позитивный, – О чём ты? Обычные руки. Мужские. – Нет, ты скажи… – оглушительный грохот со стороны двери с замком прервал Олега на середине фразы.       Летсплейщики переглянулись и, не сговариваясь, рванули по коридору в сторону дальней двери, стараясь не шуметь и не материться. В волосах Алекса живописно запуталась паутина, а на рукаве куртки Олега темнело какое-то подозрительное пятно.       Самый Позитивный обернулся на бегу, бросив взгляд в сторону двери, из-за которой раздавались угрожающие звуки. – Никого нет! – отрывисто сообщил он, сбивая дыхание.       Олега это ничуть не успокоило. Подлетев к двери, он так сильно дёрнул её на себя, что чуть не оторвал ручку. Алекс его прекрасно понимал, он и сам мечтал, чтобы маньяк-сумоист оказался как можно дальше от них. Желательно, на расстоянии многих километров.       Друзья, тяжело дыша, ворвались в комнату и захлопнули за собой дверь, поёжившись от получившегося звука. В комнате было темно и сильно пахло кровью и пылью. Для Горного Массива этот запах был обычным и пугающе естественным, он будто пропитал насквозь сухие деревянные стены, безжалостно въедаясь в камень и оседая на островках металла.       Под ботинками Алекса захлюпало, и он расстроенно выругался: – Бля! Да что там опять такое, я ебал. Пиздец кроссовкам! – Алекс, ради бога, тише, – негромко проговорил Олег и тут же сам невольно повысил голос, – Ебать! Я тоже во что-то вляпался! Включи фонарик, не видно же ни хрена. – Ёбаный свет! – прокомментировал Алекс, нажав на кнопку фонаря, – ЁБАНЫЙ СВЕТ! – БЛЯ!       Пол представлял собой сплошную кашу из крови, внутренностей и какой-то маслянистой черной жидкости, не имеющей ничего общего с человеческим организмом. Рука Алекса дернулась, и равнодушный свет фонарика выхватил несколько книжных шкафов с широкими полками. На полках стояли оторванные человеческие головы с бледно-серой кожей и опустевшими глазницами.       Алекс закашлялся, проговорил скороговоркой что-то вроде «Олегщасприду» и, прижав руку ко рту, быстро скрылся за ближайшим шкафом. Брейн последовал его примеру, завернув в какой-то закоулок между двумя шкафами по соседству. Врожденная чистоплотность мешала ему блевать прямо на дороге.

***

      Закончив свои дела, Брейн возмущённо выругался: Алекс унёс с собой единственный источник света и сумку с вещами. Комната была довольно большая, и Олег не имел ни малейшего понятия, куда он забрёл, когда пытался в полубессознательном состоянии найти укромное место. Он повертел головой, но света от фонарика нигде не увидел. – Алекс, ты скоро? Ты где? Алекс! – Я тут, – страдальчески донеслось откуда-то справа, – сейчас я тебя найду. Это пиздец. Просто пиздец.       В наступившей тишине Брейн услышал лишь собственное хриплое дыхание, неясный шорох со стороны Алекса, и сочное чмоканье, которое уверенно приближалось к ним с противоположной стороны.       У Олега перехватило дыхание. Он находился в тупике, без вещей, в полной темноте и понятия не имел, что делать. Позвать Алекса? С монстром вроде сумоиста они не справятся даже вдвоём. Олег решил затаиться, но на всякий случай встал в боевую стойку, подсмотренную в каком-то фильме, и приготовил кулаки. Он надеялся, что Алекс тоже услышал приближение чего-то страшного.       Ясный белый свет озарил широкий проход между шкафами. Алекс выбрался из своего укрытия и, совершенно не скрываясь, шёл через комнату, перехватив поудобнее фонарик. Самого Позитивного ещё мутило, но из этого места нужно было выбираться. Да и Олег очень быстро пришёл в себя, если так бодро хлюпал по внутренностям. Значит и он, Алекс, тоже справится. Подумаешь, кишки на полу валяются. Ерунда, блять! Нашли проблему!       Алекс сделал еще несколько шагов вперёд и вдруг замер, будто с разгона врезался в стену. То, что ползло к нему по омерзительному месиву и издавало хлюпающие звуки, стопудов не было Олегом.       Позитивный замешкался. На самом деле, он просто охуел. К нему двигалось тело в обрывках военной формы. У человека не было ног, и он полз, подтягиваясь на мускулистых руках, весь измазанный в крови и грязи.       Человек не спешил нападать, да и не смог бы, он заговорил, скривившись от боли: – You shouldn`t stay here, my friend.[1]       Алекс успокоился. Он разобрал только последнее слово, но этого было достаточно. – Американец, блять! Friend! Friendly![2] – Позитивный неловко улыбнулся и показал на себя. – American,[3] – хрипло подтвердил человек. – Help? Do you need help?[4] – Алекс очень сомневался, что человеку можно было как-то помочь, но и оставить раненого в таком состоянии он не мог. – Олег, ты куда делся?! Иди сюда, тут американец, я же не пойму его ни хрена! – Я здесь, – Олег вышел из тени совсем рядом с Алексом, так что тот вздрогнул. – Who are you? What`s happened?[5] – Alpha two. International project…,[6] – солдату становилось всё хуже, его дыхание становилось свистящим и прерывистым, – Ghost…He will find you… Run…away![7]       Друзья с недоумением переглянулись. На них эта речь не произвела ни малейшего впечатления. – Не понял, – озадачился Брейн. – Он сказал «призрак»? Какой нахуй призрак? – Олег, тут есть каннибалы-сумоисты и американские военные, – объяснил ему Алекс, ничуть не удивленный. – Действительно, что это я, – в тон ему ответил Брейн. – You can help me![8] – взгляд солдата на мгновение стал жёстким. Американцу надоело слушать их разговор, и он мощным рывком бросил свое тело в сторону Алекса, истратив на это последние силы. Самый Позитивный отшатнулся. – Kill me please, friend![9] – в голосе искалеченного человека звучало чистое отчаяние. – Не, мужик, ты только не нервничай, – зачастил Алекс, от волнения забыв, что говорит на русском, – мы сейчас отсюда выберемся и скажем, что ты здесь, и тебя вытащат. – Лёха, идем отсюда, – проговорил Брейн, обходя американца по широкой дуге, – Мы же не станем его в самом деле убивать? – Нет, конечно! Ты как себе это представляешь? – передёрнулся Алекс. – Тогда уходим.       В свете фонаря Олег увидел еще одну дверь, и летсплейщики побежали ко второму выходу, иногда поскальзываясь на полу, а им вслед нёсся яростный крик. В очередной раз хлопнув дверью, друзья выскочили в коридор, оставляя полумёртвого солдата позади.       Облокотившись о стену и съехав по ней до самого пола, Брейн тяжело вздохнул и вытер лицо рукавом ветровки. Игры играми, а вот смотреть на покалеченных людей в реальности было неприятно и страшно. – Эй, Олег?! Ты чего? Всё нормально? – Алекс обеспокоенно посмотрел на друга, – я щас посмотрю, у меня где-то в сумке вода была. Воду хочешь?       Брейн отрицательно мотнул головой. Алекс собирался было что-то сказать, но тут выражение лица Олега как-то странно изменилось. Он быстро схватил Алекса за край куртки и потянул на себя, вниз.       Алекс сел рядом на холодный пол. Он не сразу врубился, что происходит, но, проследив за взглядом друга, тихо охнул и выругался. По галерее, в противоположном конце коридора шло нечто. Алекс не успел разглядеть его как следует, но размеры туловища оценил – таких огромных людей он в жизни не видел. Нечто скрылось за колонной, слишком проворно для своих размеров. Алекс медленно повернулся к Олегу в надежде услышать, что ему лишь почудилось, но друг смотрел в конец коридора и точно так же офигевал.       Олег решительно протёр глаза. Хотел бы он, чтобы ему всё это привиделось… – Вот это жиробасина, – в полнейшем изумлении протянул Алекс, – вот это сумоист! – Ты хоть представляешь, что эта ёбаная гора мяса с нами сделает, если найдёт?       Алекс представил и сразу же об этом пожалел. – Нам нужно уходить отсюда как можно скорее. Нельзя долго оставаться на одном месте, иначе эти маньяки найдут нас и нахуй порвут, – заключил Олег. – Ага, и спустят в унитаз, – содрогнувшись, добавил Позитивный.       Летсплейщики собрали вещи: Алекс по-прежнему тащил сумку, а Олег взял один фонарик. По молчаливому уговору каждый оставил одну руку свободной, чтобы чувствовать себя более уверенно. Уверенность была нужна друзьям как никогда – их путь лежал на ту самую галерею, где совсем недавно маячил маньяк-сумоист.       Олег на полусогнутых подкрался к колонне и осторожно посмотрел за угол. На первый взгляд маньяков рядом не было. Алекс, тем временем, решил застегнуть молнию на сумке и поморщился от получившегося звонкого звука. Брейн обернулся и грозно посмотрел на Алекса, показывая, как он открутит ему голову, если тот ещё раз попробует пошуметь.       Алекс вопросительно задвигал бровями и повторил жест откручивания головы, кивнув в сторону коридора. Олег махнул рукой, показывая, что путь чист.       В коридоре было слишком светло. Казалось, что психушка вовсе не запустела, и что сейчас откроются двери и выйдут доктора, сопровождая очередного больного. Небольшие растения в горшках, стоявшие около дверей, напоминали сухих, невзрачных людей, исхудалых и плачущих. Пол был чистым, и Брейн был этому очень рад – хотя бы здесь не было крови. Но, несмотря на чистоту, оставалось чувство, что этот запах тянется за ними тяжёлым шлейфом. – Олег, смотри! – взволнованно прошептал Алекс, указав на всем известную табличку с нарисованным на ней человечком. – Лёха, ну очень вовремя… Хочешь, чтобы тебя утопили в унитазе как того бедолагу? – Олег был раздражён и обеспокоен. – Да мы только умоемся и сразу быстро свалим, – Алекс скривился и провёл ладонью по лицу, – если хочешь, можем по очереди, чтобы сначала ты караулил, а потом я. – Нет, лучше вместе. Лёха, только очень быстро, я тебя прошу, – получив в ответ утвердительный кивок, Олег первым направился в сторону заветного коридора. Ему тоже очень хотелось умыться.       Единственным источником света здесь служили лампы, оставшиеся позади на галерее. Летсплейщики с трудом видели, куда нужно было идти, но какое-то шестое чувство подсказывало им, что они двигаются в верном направлении. Алекс с неохотой включил фонарик. Он подозревал, что так сумоисту будет проще их запалить, но в коридоре всё же было слишком темно.       Табличка с надписью «Туалет» отбрасывала бледные блики. Немного потёртая и треснутая, она походила на щепку, которую забыли кинуть в камин. Дверь, нужная друзьям, была справа по коридору. Слева располагалась ещё одна дверь, только заколоченная, а впереди была глухая стена. Мимоходом Алекс высветил старую, ржавую батарею, привинченную к стене. После новеньких плазменных панелей, автоматов с газировкой и прочих радостей цивилизации видеть подобную вещь было немного странно.       Летсплейщики открыли дверь туалета, протестующе заскрипевшую в ответ, и быстро проникли внутрь. Свет фонаря рассыпался по небольшой комнатке, полностью отделанной светлой плиткой. Большое зеркало над раковиной было разбито, а на мелких осколках вокруг места удара была кровь. Кажется, кого-то очень сильно приложили головой об стекло. Раковина, впрочем, была на удивление целой и невредимой, без каких-либо неприятных сюрпризов. Слева от нее висел целый моток туалетной бумаги. – Какие предусмотрительные, блять, – нервно хохотнув, Олег подошёл к раковине.       Заскрипел кран и послышалось журчание воды. Алекс тем временем решил посветить в сторону кабинок.       Зрелище было не из приятных, но Алекс к своему ужасу осознал, что начинает к нему привыкать. Огромная лужа зловонной кровавой каши возле толчка казалась почти чёрной под светом фонаря. Направив свет чуть выше, на самого белого друга, Алекс подошёл ближе. – Фу! Какая гадость! Олег, тут руки из унитаза торчат. – Ну помоги человеку вылезти, – фыркнув, отозвался Брейн в перерыве между полосканием рта. – Может ему там нравится? Джакузи себе устроил, – аккуратно обойдя лужу крови, Алекс подошел ближе и дернул ручку смыва.       Толчок заклокотал и изверг небольшой красненький фонтан. От одной из рук отвалился палец. Позитивный отскочил назад. – Алекс, умыться не хочешь? – Брейн уже закончил свои дела и с интересом повернулся к другу, – Блин, ты зачем потоп тут устроил? – Это не я! – быстро отозвался Самый Позитивный, – Это всё он!       Брейн с сомнением покосился на руки, торчащие из толчка, но комментировать не стал. Алекс передал фонарик Брейну и пошел умываться. Олег тем временем попытался оттереть пятно с куртки, но безуспешно.       Алекс не заставил себя долго ждать. – Я готов! – бодро сообщил он.       Олег усмехнулся: – Готов, говоришь? А ты всегда ходишь с паутиной на голове? – Что? Бля! Где? Как? Какая паутина? – Алекс с недоумением провёл рукой по волосам, но злосчастная паутина никак не хотела попадаться ему. – Нет, Лёха. Снова нет. Мимо! – комментировал Олег. Но ждать ему всё же надоело.       Шумно вздохнув, Брейн подошел ближе, и, убрав руки Алекса, снял с волос клок пыли и липкой паутины, пропустив светлые пряди сквозь пальцы. В глаза лучшему другу он старался не смотреть. – Олег? Ты уже? Всё? – Да. Уже. – Ну… Мы идем? – Да, пошли.       Летсплейщики вышли из туалета, придержав дверь, чтобы избежать лишнего шума. Вскоре они вернулись на галерею. – Нам туда, – кивнул Олег в сторону большой двустворчатой двери, – я думаю, что там должна быть лестница.       Алекс, шедший чуть позади, не ответил. Оглянувшись на коридор, он понял две вещи: что даже очень большие сумоисты умеют ходить совсем бесшумно, и что им сейчас придет конец. – Piggy![10] – прорычал маньяк, идя на разбег. Расстояние между ним и летсплейщиками быстро сокращалось. – А-А-А-А-А-А! – в ужасе заорал Алекс, секундой позже к нему присоединился Брейн. Друзья помчались дальше по коридору, грузный топот и тяжёлое дыхание за спиной подгоняли их. – Тупик! – первым среагировал Алекс на появившееся впереди препятствие. Коридор впереди был завален поломанной, искорёженной мебелью. – Нет! Говно! – запаниковал Брейн, переходя на ультразвук. – Олег, наверх! Перелезем! – Алекс, не останавливаясь, прыгнул с разбега на полуразваленный шкаф, едва не стукнувшись головой о выдвижной ящик стола, свисающий откуда-то сверху.       Брейн попытался последовать за ним, но не успел. Огромные, окровавленные ручищи схватили его за грудную клетку, сдавливая, будто тисками. – Piggy! – удовлетворённо пророкотало чудовище. – ОЛЕГ!!! – всё внутри Алекса будто заледенело.       Происходящее казалось чем-то нереальным, будто было не сейчас и не с ним. Руки, казалось, действовали сами по себе, со звонким хрустом отломав деревянную ножку стола, торчащую сбоку. Издав нечто, похожее на боевой вопль, Алекс спрыгнул со шкафа и набросился на сумоиста с ножкой от стола наперевес. – Сдохни, тварь!       Удар попал куда-то в бок, острые щепочки на конце ножки стола впились в грузное тело маньяка. Маньяк взревел и повернулся к Алексу.       Полузадушенный, Брейн уже практически не сопротивлялся. На сумоиста не действовали ни прицельные мощные пинки, ни удары кулаком – он их будто не замечал. – Нет, сука, гондон, нет! – Олег не понимал, кричит он или шепчет, перед глазами всё расплывалось.       В завершение всего, выдохшийся, жаждущий кислорода мозг буквально взорвался от чужого крика и возмущённого громового рева. Брейн почувствовал, что летит. Последним, что он видел, был Алекс, полный ужаса и гнева, вооружённый какой-то палкой.       Алекс бросился вперёд, пытаясь удержать друга, снова, но понимал, что в этот раз катастрофически не успевает. Стекло, отделяющее галерею от главной залы, разбилось с оглушительно чистым звоном, и Брейн рухнул вниз.       Маньяк утробно захохотал и шагнул к Алексу. Позитивный размахнулся ножкой стола, целясь в мерзкую улыбающуюся рожу, но не попал. Ситуация была критическая: он был зажат в углу между стеклом и мебельной баррикадой, и бежать было некуда.       Мысль о побеге мелькнула в голове и тут же пропала: мимо этого монстра не пройти. А ещё эта тварь сбросила вниз Олега. Алекс даже не представлял, ранен его друг или нет, жив он или… Разумеется, жив, о чем это он?! Ещё как жив, и ждёт его внизу! Сейчас он, Алекс, быстренько пропишет в ёбыч этой годзилле и спустится вниз по лестнице. Только и всего!       Позитивный кинулся вперёд и ткнул маньяка своим оружием прямо в развесистое пузо. Ножка вошла в тело на удивление легко, но вытащить её обратно Алекс не успел. Широкий удар наотмашь сбил его с ног, отбросив прямо на стекло, которое сломалось с сухим звучным треском.       Последней мыслью Алекса было: «Вот это хуй!»