Greatest Weakness

- Ты вообще собираешься с ним мириться? - интересуется Лидия, когда мороженое доедено, а стрелки на часах подходят к шести утра. Малия, уютно устроившись на второй половине мартиновской кровати, пожимает плечами: - Ну да. - И когда? - Когда-нибудь, - по ее тону сразу ясно, что тема разговора ей не нравится. И, как натура прямолинейная, она с танковой напористостью спрашивает. - С кем ты переспала? Лидия пожимает плечами и нюхает свою подушку: - Не знаю. Но тело было шикарное, и пах обалденно. Малия кивает: запах и правда приятный. Острый и прохладный, без теплых древесных ноток оборотней. Человек. Не опасен. - Еле выставила его до того, как мама проснулась, - добавляет Лидия, и Тейт закатывает глаза: чтобы у Лидии и что-то не получилось? Кокетничает, точно. - А Пэрриш? Мартин фыркает: - А что Пэрриш? Пэрриш просто ходячая булочка с корицей. Малия моргает. Гастрономические сравнения трудно ей даются до сих пор, и Мартин поясняет: - Вкусно. Но если обожрешься, нагребешь проблем. И я сейчас не только про лишний вес. С таким либо ничего, либо дальний прицел на брак и семью, а мне этого сейчас даром не нужно. Хотя он... - она облизывается и тоскливо добавляет. - Хотя он мне очень нравится... Малия фырчит, потирая нос: - Он тебя хочет. Лидия пожимает плечами: - Ну, я то... Но у меня таких очередь. Что и возвращает нас к основному вопросу: что. У вас. Со Стайлзом? Малия прячется под одеяло, обнимая ноги Лидии и утыкаясь лицом в ее бедро: - Не хочу, - жалобно бормочет она. - Больно. Он все время делает мне больно. Даже когда не хочет. Одеяло мгновенно оказывается сдернуто: - Что?! Он делал тебе больно? - Не физически, - Тейт сворачивается в клубок, не пытаясь снова укрыться. Ее обувь и шорты валяются на полу - в уличной одежде Лидия бы в кровать не пустила. Что говорить, такой привилегией не обладет даже Прада. И Лидия автоматически гладит ее по доверчиво подставленной спине, и немного расслабившись, Малия продолжает: - Я ведь старалась. Я очень старалась. И мне было хорошо. Тогда. - Иногда просто... Не складывается, - задумавшись, еле шевелит губами Мартин и только вздыхает, когда Малия укладывается головой ей на живот и крепко обхватывает руками за талию. Оборотни и их жажда тактильности. Уже привыкла. Малия мгновенно проваливается в сон - значит, чувствует себя в безопасности, а Лидия лежит, кончиками ногтей рисуя штрихи на обнаженных плечах Малии. И думает, как дошла до жизни такой. Мороженое в четыре часа утра, когда ее дикая девочка вваливается в ее окно - раньше наверняка проделывала этот трюк со Стайлзом - и в одном белье ныряет в ее кровать. Моменты, когда сама Лидия не может заснуть: едва закроешь глаза, под веками вспыхивает лицо Валака. Лидия знает, что защищалась. Лидия знает, что не сделала ничего плохого. Лидия теперь не может спать без выключающей кошмары одним своим присутствием Малии. Малии негде спать, кроме как в постели Лидии Мартин. "...Может это и к лучшему", - думает она уже почти бессознательно. - "А Стайлз обломится".