Greatest Weakness

Он знает, что должен чувствовать вину. Он - офицер полицейского департамента штата Калифорния, округ Бикон-Хиллс. Он взрослый мужчина. Иметь такие фантазии о девочке, школьнице, отвратительно. Гадко. Противозаконно. Извращенно. Не имеет никакого значения, что он умирал - очень сложно не умирать с вороньими когтями в почке и с разорванной селезенкой. Не имеет никакого значения кровь, так ярко запятнавшая его форму вместо того, чтобы нести кислород задыхающемуся мозгу, рождающему в своей агонии подергивающиеся рябью картинки. Подсознательное хочет. Хочет, чтобы это ее ладонь давила на рану. Хочет, чтобы на языке горячий кофе из ее рук. Хочет крошечные буковки ее авторства и хриплый голос в динамике у уха. Хочет дернуть ближе за рыжий локон. Хочет жадно, нетерпеливо, всласть пожирая его самообладание и достоинство одинокими ночами, когда Джордан ничего не может поделать с тем, что видит, закрывая уставшие за день глаза. Оно хочет темное небо над головой и никого вокруг, и теплый капот машины, с намеком давящий на поясницу, хочет не сладких улыбок и вежливых слов, а сожрать Лидию целиком. Поцелуй - почти поцелуй! - снится ему всегда под утро, и просыпается Пэрриш с гулко бьющимся сердцем и сухим ртом, и ему мало его фантазий. Он хочет большего. Он почти воет из-за того, что умнице Лидии не пришла в голову мысль покончить с школой в прошлом году. Он знает ее восемь месяцев, он поддерживает с ней разговор восемь месяцев, он хочет ее... Похоже, всю свою чертову жизнь. Где ты, жизнь до Лидии Мартин? А ты вообще была? Он продержится. У него еще есть сила воли. Просто, чтобы продержаться ему надо... Попробовать. Совсем немножко. Только краешком губ.