Greatest Weakness

Сердце колючим комком сворачивается у нее в груди и останавливается. Земля под ее боком ледяная, вены стынут, и она чувствует, как стекает по шее струйка крови, но не может пошевелиться, раз за разом прокручивая перед глазами удаляющуюся уверенную спину Тео. Лидии плохо. Паралич холодной тряпкой елозит по позвоночнику, нервы обжигают плоть, но она не может унять этот огонь. Где-то в глубине ее тела прячется пробоина, которую не заподозрит ни один диагност, но которая успешно ее убивает: горло наполняется тягучей слюной с привкусом железа, но она даже сглотнуть ее может. Глаза жжет, но она не опустит веки - не может, а еще там опять Тео, оставляющий на ее щеке следы когтей и раз за разом замахивающийся снова. Горло саднит от крика, который она не может отпустить. Он царапается изнутри, добавляя свой оттенок боли к той какофонии, что разрывает Лидию напополам. Земля промерзла к вечеру. Она больше не чувствует пальцев ног, Неметон перед ее взглядом начинает двоиться, но она контролирует, насколько это возможно, дыхание, почему-то уверенная, что он за ней вернется. Банши - ценный товар. Даже поврежденная. И даже если не Тео, то остаются ее друзья. Джордан знает, где найти Священное Древо, а оборотни учуют. Ее не бросят, просто за холодеющие ноги в крошечных красных туфельках страшно. Она не думала, что окажется в чаще леса, иначе натянула бы что попрактичнее. Мама, наверно, волнуется. Тео действительно собирается ее забрать, только вот вновь возвращенные приносят столько проблем и раздражения своими вопросами, что, кое-как устроив их в старом убежище Докторов, Тео долго вымещает злость на папаше и груде его костей, прежде чем спохватывается и идет в лес. Но опаздывает. Как опаздывает Скотт. Как опаздывает Пэрриш. Как любая помощь, которая могла спасти парализованную девушку с легкими, полными склизкой ледяной крови. Холодно.