Greatest Weakness

Джексона более, чем устраивает его положение. Их с Лидией симбиоз приносит пользу обоим: вполне разумно, что капитан лакроссной команды встречается с первой красоткой. Она визжит на трибунах, когда он забивает гол и демонстративно повисает у него на шее, едва заканчивается игра. Он паркуется у ее дома, вежливо кивая выглянувшей в окно миссис Мартин и стоит, прислонившись спиной к своей Ласточке, когда Лидия, цокая каблуками, спускается по лестнице, попутно подкрашивая губы – эту помаду он смажет, когда поцелует ее у кабинета истории, где у нее первый урок, и пойдет на другой этаж, на математику. Новый слой помады сконденсируется у нее на губах еще до того момента, как она сядет за парту, и это в каком-то смысле его радует, вроде знака, что он не может ничего изменить в ее жизни. А потом появляется Эллисон, с ее оленьими глазами, первой робкостью новичка и короткими юбками – еще короче, чем юбки Мартин. С учетом того, что Лидия прилюдно называет Арджент своей новой лучшей подругой, Джексон доволен – они будут теперь часто видеться. – Осторожно, – однажды бросает Лидия, когда видит, как они, друг за дружкой, выходят из бассейна. Ее темно-зеленые глаза только на секунду сверкают гневом, а потом она широко улыбается, – поскользнетесь. Уиттмор кивает, но коситься на Эллисон не перестает, и даже новое бикини Лидии не может его отвлечь. – Ты бы так тренировался… – Я тренируюсь. – Помни, никто не любит неудачников, милый. Даже Элли, – тянет она, царапая его бедро в опасной близости от паха. – Тем более, Элли. Эллисон нравится Джексон – не как парень, а как… Как парень подруги, наверно. Он предупредителен и остроумен, хоть и несколько высокомерен по отношению к людям не его круга, но ведь сама Эллисон в этот круг входит, так что, никаких проблем? Ей нравится наблюдать за ним и Лидией: сама она никогда ни с кем не встречалась, разве что уж совсем нецелованной ее не назовешь, а тут просто ходячий учебник по «первой любви, класс выпускной». Поначалу ей неудобно, когда Мартин тащит Арджент с собой, когда, вроде бы, планируется натуральное свидание, но нет, и Джексон не выглядит недовольным. Так что она привыкает и не находит в этом ничего странного. Ну не сами же появляются пятна засосов у Лидии на груди – бикини не все прячет, увы – а значит, они находят время и для себя? Эллисон только моргает, когда Лидия, скинув шлепанцы, цепляет ее за руку и тащит обратно к бассейну. – Лидия-я, – хихикает она, но Мартин только пихает ее бедром: – Идем, пока мой парень не сожрал тебя взглядом. – Да о чем ты? – фыркает Арджент, смахивая мокрые пряди с лица. У Лидии поднимаются брови: – Боже, Элли, он же от тебя без ума. – Во-первых, э, нет, не думаю, а во-вторых, почему ты так спокойно к этому относишься?! – Разве я спокойна? – смеется Мартин и все-таки толкает Эллисон в бассейн. – Я ревную. Джексон стоит в двух метрах от них, вытирая волосы, и все слышит. Нет, ему бы не составило труда подтвердить слова Лидии, но, пожалуй, рано. Малышка Элли может перепугаться, а этого никому не нужно. В конце концов, Лидия ведь не просто так приучает ее к тому, что трое – это тоже хорошо. Что же касается их с Мартин маленького «соперничества»… При любом исходе в выигрыше останутся все. Кроме, пожалуй, Скотта МакКолла. И это полностью устраивает Джексона.