Жажда

Последний, самый холодный день осени простился с жителями Лондона сильным порывом северного ветра. Начиналась зима. Новый день Шерлок встретил лёжа на диване в своей гостиной, заботливо укрытый пуховым одеялом, недовольно играя языком с градусником во рту. – Джон? – голос детектива осип, но он пытался скрыть это, буквально выкрикивая каждый звук. – Я прекрасно себя чувствую, и хотя ценю твою заботу, она совершенно излишняя. Из кухонного проёма показалась взъерошенная голова доктора: – Я верю тебе, Шерлок, – Джон медленными, усталыми шагами приблизился к дивану и протянул руку к градуснику. – Но ему я верю больше. Бросив беглый взгляд на дисплей, доктор расплылся в ехидной ухмылке. «Губы». – Наш электронный друг говорит, что ты супермен, – детектив удивлённо приподнял бровь. – Потому что обычный человек не может чувствовать себя замечательно при 39,5 °. – Хорошая шутка, – Шерлок действительно улыбался. – И что посоветует мне врач? Джон направился обратно на кухню и заговорил на ходу: – Лежи в постели, пей побольше тёплой жидкости. Я дам тебе жаропонижающее, чтобы ты смог заснуть, – порывшись в аптечке, доктор вытащил невзрачную пластинку с белыми таблетками. – Одним словом, отдыхай, тогда быстро пойдёшь на поправку, дня через два снова сможешь охотиться на Лондонских преступников. Он положил таблетки на столик в гостиной и туда же поставил кружку с дымящимся напитком. – От кашля, - он указал на кружку. «Пальцы». – Я сейчас в клинику, моё дежурство заканчивается в четыре. Постарайся до этих пор не выкинуть что-нибудь из ряда вон. Просто отдыхай. Ладно? – доктор чуть наклонился над детективом и старался выглядеть убедительным. «Глаза». – Ладно, – передразнил его Шерлок и недовольно отвернулся. Он слышал, как суетится его друг, собирая рабочую сумку. Как Джон прошёл в коридор, натянул шуршащую куртку и щелкнул замком входной двери. Проглотив сразу три таблетки и запив их всем содержимым кружки, Шерлок ещё долго ворочался, пока удобно не устроился на правом боку. «Сегодня хорошо. Болезнь притупляет желание». Детектив не заметил, как провалился в тревожный сон. *** Холодные брызги студят горячую кожу. Ему хочется зачерпнуть его кровь руками и ополоснуть в ней своё лицо. В теле рядом с ним уже нет жизни. Он выдавил её собственными пальцами. Было видно, как страшно вздымается грудь и трепещут колени задыхающегося человека. До его слуха доносился его клекочущий хрип. Сейчас он смотрел на жуткое посиневшее лицо с разинутым оскаленным ртом, вывалившимся языком, по которому стекала окрашенная кровью слюна, остекленевшие глаза. Он боялся, что слишком быстро наступит трупное окоченение и начнёт сворачиваться кровь, поэтому, схватив кухонный нож, начал быстро и беспорядочно полосовать грудь. Холодные брызги так приятно студят горячую кожу. Он упивался этим металлическим вкусом и кислым запахом. «Чувствую». *** Шерлок очнулся. Его тело била мелкая дрожь. Сердце часто и гулко стучало, разрывая грудь. Он чувствовал запах крови. – Ты в порядке? – из забытья его вытащил озабоченный голос. На лоб опустилась ледяная ладонь. – Господи, да ты весь горишь! Запах усилился. – Открой рот. Давай же. Глотай. Теперь пей, – горло опалила холодная жидкость. – Почему кровью пахнет? – его сиплый хрип было еле слышно. – Что? А… Я порезался, – перед глазами проплыл указательный палец, замотанный бинтом. – Убери, меня тошнит. – Что? – доктор удивлённо таращился на своего друга. – Конечно, конечно. – Тебе совсем плохо. Не надо было мне уходить. Может, скорую вызвать? – Не надо, – детектив отвернулся от Джона и повернулся на другой бок. – Я хочу спать. Поговорим, когда проснусь, – тон его голоса не допускал возражений. – Хорошо, – доктор поднялся с колен и, последний раз посмотрев на детектива обеспокоенным взглядом, отправился на кухню.