ЧетвертьКровка, или история одной любви

Утро было тяжелым, и не только потому, что я поздно лег. Я чуть не проспал работу. Уходя, я посмотрел на спящую сестру. Ее дверь не была заперта, да и кровать не была пустой, так что у меня слегка отлегло от сердца. Я уж было думал, что она мигом сбежит от меня среди ночи. Весь день прошел как в тумане, никогда еще мне не было так страшно возвращаться домой. Я даже пару минут стоял перед закрытой дверью, прежде чем повернуть ключ и войти. Я уже представлял ту пустоту, что ждет меня в квартире. Я захлопнул за собой дверь и снял ботинки, после чего услышал: - Ты на ужин что будешь? Суп или сразу гречку с голубцом? Я встал как вкопанный. Из дверного проема кухни на меня смотрела Оля. - Ау! Оглох что ли? Что будешь, спрашиваю! - Суп, - еле выдавил я воздух из легких. Сестра тут же скрылась из виду, а я почувствовал, как по моим щекам потекли слезы. Я быстро метнулся в свою комнату. Покалеченный журнальный столик стоял на своем месте, как будто напоминая вчерашний вечер. Я вытер слезы и переоделся. Сказать, что я был счастлив – значит, ничего не сказать. Я был на седьмом небе, всю тяжесть, что сопровождала меня в течение дня, как рукой сняло. Оля вела себя так, будто вчера ничего особенного не произошло. Когда мы пили чай, она сказала: - Влад, а кто был тот тип? Я чуть не поперхнулся. - Один знакомый отморозок. - А чего он тебя по имени-отчеству называл? - Дурачился, наверное. - Я не понимаю, как он в дом попал, ведь входная дверь была заперта. Я ненадолго растерялся. - Он же отморозок, видать умеет замки взламывать. Нам лучше найти новую квартиру. - Зачем? Не проще замки сменить и цепочку повесить? - Проще, но лучше съехать. Поищешь квартиру после школы? - Хорошо. Я понимал, что теперь Дмитрий знает, где я живу, и может снова заявиться без приглашения. Опасаясь за сестру, я взял лишний выходной на работе и, совместными усилиями, мы переехали уже через двое суток. Квартирка была не хуже прежней, разве что вместо сидячей ванны стояла душевая кабинка. Я наблюдал, как Оля разбирает свои вещи и удивлялся, как много нужно женщинам. - А где твоя подружка Вика? Позвала бы помочь. Сестра фыркнула. - Да ну ее. Она видимо и дружила со мной только из-за тебя. После той истории с дверью она не хочет общаться со мной вне школы. Даже гадости про тебя начала говорить. Что ты ей тогда сказал, что она так быстро сменила свое отношение к тебе? - Да ничего особенного. Видать, просто вся ее, так называемая любовь, пропала. А что за гадости? - Что-то о том, что мне опасно жить с одиноким парнем, пусть даже и братом. Даже интересовалась, уверена ли я в нашем родстве. Я засмеялся. Знал бы, гораздо раньше напугал бы ее. Оля отложила очередную стопку одежды и внимательно посмотрела на меня. - Влад, ты познакомишь меня с Земфирой? Улыбка мигом сошла с моего лица. - Зачем? - Она же твоя девушка, - она отвела глаза. - Эм. Я бы так не сказал. Я почесал затылок и подумал, с чего вдруг она про Земфиру вспомнила? Сестра тут же подняла глаза и пристально на меня посмотрела. - Но ты же ее любишь? - Люблю? Не знаю. Мы спим время от времени вместе, и не более того. А историю с девушкой я придумал только из-за Вики. Мне показалось, или она облегченно вздохнула? И зачем она начала теребить юбку своего платья? Волнуется? Из-за чего? - Я хотела поговорить о том, что случилось два дня назад. О том поцелуе. Я почувствовал что побледнел. - Не надо. Я понимаю, что совершил ошибку, и обещаю тебе, что это не повториться. - Ошибку, - еле слышно повторила она. Время шло, наконец-то, наступило затишье. Больше надоедливых подруг сестры не появлялось. В академии тоже все шло своим чередом. Дмитрий не показывался мне на глаза, а Маркус, наш общий куратор, запретил мне прикасаться к парню. Говорил о том, что как только он пройдет все курсы, я могу делать с ним что захочу. Как же. Маркус тот еще плут, наверняка поставил себе галочку, чтоб свести нас на арене. Не дождется, мне проще вообще забыть о Дмитрии. Я не собираюсь плясать под демонскую дудку. Что действительно меня беспокоило, так это изменение в поведении сестры. Она стала задумчива и молчалива, улыбка натянута, но на все мои вопросы она давала один ответ: «Со мной всё в порядке». Через пару месяцев мне предложили командировку в другой город. Там открыли филиал, и я, как один из самых опытных менеджеров, должен был в течение месяца стажировать новый персонал. У меня уже были определенные накопления, а командировочные полагались приличные, как раз собиралась сумма, необходимая мне для покупки авто. Так что я с радостью поехал. Мы созванивались с сестрой каждый день, но все же я присматривал за ней третьим глазом и иногда видел, что она плачет. Я не понимал, что с ней происходит и как ей помочь, отчего хотелось выть и рвать на себе волосы. Мне было одиноко без ее присутствия, я сильно тосковал, так, что был несказанно рад окончанию поездки. Стоило мне переступить порог квартиры, как на моей шее повисла Оля. Мы простояли так минуты две, в течение которых я просто кайфовал. Я в очередной раз поражался тому, какое влияние она оказывает на меня. Затем мы перебрались в кухню на праздничный обед. Впервые за долгое время я увидел, что она искренне улыбается. После обеда мы сели смотреть какой-то нудный фильм, и я задремал. Проснулся оттого, что из сидячего положения резко принял лежачее. Сестры рядом не было, и я заглянул в ее комнату. Она сидела на кровати, поджав под себя ноги, и задумчиво смотрела в окно. Я хотел было уйти в свою комнату, но она резко повернулась ко мне и сказала, указывая на место рядом с ней. - Влад, присядь, пожалуйста. Я сел и заметил ее красные глаза - опять она плакала. - Сестренка, что с тобой происходит? – я взял ее ладонь в свою и нежно сжал. – Я волнуюсь за тебя. - Что со мной происходит? – она отвернулась к окну и продолжила, – со мной происходишь ты. Я совершенно не понял, что она сказала. - Что? Я не понимаю. Тебя кто-то обидел? Ты только скажи! Она снова повернулась ко мне. - Влад, я хочу тебе кое-что рассказать. Обещай, что выслушаешь меня, и не будешь перебивать. - Хорошо. Она опустила глаза и высвободила свою руку, чтобы начать теребить свою юбку. - Когда мы познакомились, ты мне не особо понравился. Такой взрослый, к тому же ты ходил с кислой миной. Когда Вика сказала мне, что влюблена в тебя, я подумала, что она шутит. Как можно влюбиться в такого, думала я. Но она с таким вдохновением и мечтанием говорила о тебе, что я стала присматриваться. И замечать многие вещи, настолько мелкие и несерьезные, что даже Вика их не замечала, но для меня они были очень милыми. Твое выражение лица, когда ты удивлен, как ты держишь ложку между средним и безымянным пальцами, как ты смеешься при просмотре комедии. Ты мне нравился все больше и больше. А потом ты сказал о том, что у тебя есть девушка. Я страшно разозлилась на тебя, даже пошла следом за Викой, чтобы увидеть ее. Эта Земфира, она такая красивая. Я увидел, как по ее щекам потекли слезы. Я слушал и не мог понять, к чему она клонит. - Не плачь, сестренка, - сказал я и обнял ее. – Ну ее к черту, эту Земфиру. Она хохотнула сквозь слезы, отстранилась от меня и продолжила сбившимся голосом: - Но она и правда, красивая. Я злорадствовала, когда Вика рассказала, что написала на ее двери. Но все же, мне было очень грустно, что у тебя такая красивая девушка. А потом появился этот отморозок. Пока мы ждали тебя, он нашептывал мне на ухо всякие гадости, что он сделает со мной, если ты надолго задержишься. А я не понимала, ведь ты спал за соседней стенкой! Я тогда была очень напугана, а когда ты обнял меня, мне стало гораздо легче, - она обняла себя руками и прикрыла глаза. - Ты обнимал меня, а мне становилось так хорошо. А потом. Потом ты меня поцеловал. Я приходил в дикий ужас от ее слов. Что она сейчас скажет? Какое отвращение она испытала? - Оля, не надо, - тихо прошептал я. Я боялся продолжения ее рассказа. Вот почему она стала такой тихой и задумчивой. Она хотела сбежать, но боялась оказаться в интернате, ведь у нас больше никого нет. Она боится этого заведения больше, чем оставаться жить со мной. Бедная девочка, это я виноват. Да, она осталась со мной, не ушла, но ее жизнь превратилась в ад с братом-извращенцем. - Нет, Влад, дай мне досказать. Я умолк и приготовился к худшему. Как же я себя ненавидел в этот момент. - Мне трудно объяснить, - продолжила она, - что я почувствовала, когда ты меня поцеловал. Я много раз читала об этом в любовных романах. Я возбудилась. В этот момент у меня отвисла челюсть. Я был просто шокирован ее признанием. А она продолжила срывающимся на плач голосом, пытаясь заставить себя успокоиться: - А ты отскочил от меня, как от прокаженной, назвал этот поцелуй ошибкой, сказал, что больше такое не повториться. Она снова заплакала. - А я мучилась, я не знала, что мне делать с моими чувствами. Ты снился мне ночами, я видела тебя днем, это было ужасно. Когда ты уехал, я поняла, что не могу и дня прожить без тебя. Мне было так плохо. Она прижала правую руку к груди. - Влад, я не знаю, что мне делать. Ведь ты мне кровный родственник. А я, как дура влюбилась. Мне очень плохо. Что мне делать, Влад? Она рыдала, закрыв лицо ладонями. Я смотрел в растерянности на нее и не верил своим ушам. Я совершенно не был готов к такому повороту событий. Но вдруг я сказал сам себе: «Влад, какого черта ты тупишь? Счастье само идет тебе в руки, лови момент!». Я повалил ее на кровать и прижал своим телом. Она посмотрела на меня с удивлением, а я впервые сделал то, что хотел – поцеловал ее в глазки и щечки. - Глупенькая моя сестренка, любимая моя. Я столько сил потратил на то, чтобы скрыть свои чувства, чтобы ты ничего не заметила. - Ты любишь меня? – неуверенно спросила она. - Люблю ли я? Да я безумно люблю тебя! Она запищала, отчего у меня зазвенело в ухе, задергала ногами и настолько сильно обняла меня, что я еле смог вздохнуть.