Фиалковые глазки

Россия пробирался сквозь толпу невменяемых людей, отчаянно жалея о том, что вообще сунулся в эту дыру. Тут ведь явно все под наркотой! Спустя минут пять он понял, что не сможет отыскать выход. Обитель порока словно нарочно была построена так, что напоминала собой лабиринт. Однако Брагинский не был намерен задерживаться в этом провонявшем дымом месте. И надежды он не терял. Вдруг кто-то вцепился в его руку, старательно тяня в сторону. Уверенный в том, что это кто-то из укурившихся посетителей сомнительного заведения, Россия попытался вырваться и наткнулся взглядом на знакомое лицо. - Эээ… Он не смог вспомнить сразу, кто это. - Идёмте со мной, господин Россия. Я выведу Вас, – сказала миловидная девушка. Иных вариантов всё равно не было, а потому Иван последовал за ней. Чёрт, да кто же она? Он точно её знает! Пришлось изрядно напрячь свой мозг, дабы вспомнить. Между тем, девушка повела его не к выходу, как он надеялся, а в довольно таки затемнённую часть и без того не особо светлого клуба. Громкая музыка и всё та же вонь мешали думать,но Ивана весьма вовремя осенило. - Бельгия! Та даже не обернулась. - Идёмте. Брат ищет Вас! - Тим, что ли? - Да. Думаю, Вы не хотите с ним общаться. Выбирать было не из чего… Они оказались в тёмном и совершенно пустынном коридорчике, по обе стороны которого висели причудливые занавески. Едва лишь музыка перестала бить по барабанным перепонкам, Брагинский уловил другие звуки. Куда более пугающие. Сплошные охи и ахи вызвали дикую дрожь во всём теле. Да что же это за место такое?! - Бельгия? – подал Россия голос. – Какого хрена? - Идёмте! С пугающей для такой внешне хрупкой девушки силой Шафрану потянула его за собой вглубь этого страшного коридора. Вот она отодвинула одну из занавесок, и взору охреневшего Брагинского предстала картина из двух совокупляющихся людей. Он даже не понял, кто это. Поняв, что здесь занято, Бельгия потащила его дальше. Пожалуй, для нашего чистого и невинного Ванечки это было как-то прямо очень слишком. Свободная ниша вскоре нашлась, и вот Ивана запихали в крохотную комнатку без окон. Задернув занавеску, девушка перевела дух. - Извините, что привела Вас сюда. Россия всё никак не мог прийти в себя. - Это кошмарное место. Я не хочу здесь оставаться. - Я понимаю, – Бельгия положила руку ему на плечо. – Простите. Просто брат на самом деле Вас искал. Он первым делом пойдёт к выходу. Вы ведь понимаете? - Ну да… В принципе, Брагинский всё понимал. Шафрану лишь хотела помочь, пусть и несколько по-своему. Между тем, Иван предпочёл бы вновь послать Голландию, чем находиться в этом царстве разврата. - Вы в порядке? - Относительном, – Ваня огляделся. – А отсюда можно как-нибудь вырваться? Я, конечно, очень благодарен тебе за помощь и всё такое, но мне бы покинуть это заведение. - Я выведу Вас, не волнуйтесь. Но прежде… Бельгия замолкла. - Чего прежде? - Видите ли, я хотела поговорить с Вами. Брагинский нервно усмехнулся. - Ты прости, конечно, но это не самое удобное место для разговоров. Они всё так же стояли возле стенки в этой жуткой комнате. Тут даже не было места, чтобы присесть. А полумрак нервировал, как и не прекращающие звуки, разносящиеся по коридору. - Понимаю. Но это был слишком удачный для меня вариант. Что тут такого удачного, Ваня не понимал. - Бельгия… - мягко отозвался он. – Давай пойдём в какое-нибудь нормальное место и там поговорим. А то эти охи и ахи мне сейчас весь мозг изнасилуют нахрен. Он был искренен, как и всегда. Шафрану почему-то покраснела. - Господин Россия, я довольно долго старалась обходить Вас стороной… Так уж получилось, что между нами всегда стояла преграда в виде моего старшего брата. Несмотря на психологическое давления со стороны коридора, Брагинский понял, о чем она. - Это типа тебе Тим не разрешал, да, – Иван улыбнулся. – Так это ведь естественная реакция. Я вот тоже постоянно по-братски ревную своих сестричек. Это нормально для брата – волноваться о сестре, тем более, если она младшая. - Эээ… Видите ли, дело не совсем в этом. - Как же не в этом? - Просто… Вы мне всегда нравились… - Ну, если так, то и не странно, что Тим тебя ревнует. Это была чистой воды шутка. Разумеется, Россия не верил в то, что он якобы нравится Бельгии. Бред, ну… Прикалывается девица, как пить дать. И ведь стопроцентно с братиком своим заодно. А значит, и со всеми европейцами. Они хотят измором Россию взять. Вот ещё! Но Брагинский с удовольствием может подыграть. Да что угодно, лишь бы уже отвязались со своей типа любовью. - Он не меня ревнует. Господин Россия, он всегда и ко всем ревновал Вас. Ну вот, чего и следовало ожидать. «Сейчас на жалость давить будет! - подумал Ваня. – Мол вот какой мой братик несчастный, страдает и прочая бла-бла-бла… А я типа виноватым себя должен чувствовать и воспылать пидорскими чувствами к Нидеру. Ох уж эти европейцы…» - Я в курсе, – как можно спокойнее отозвался Россия. – Но я не пойму, Бельгия, к чему ты клонишь? - Должна признать, я слышала ваш разговор. - Разговор? Беатрисс опустила голову, а Россия, наконец, заподозрил, что он явно что-то недопонимает. - Ваш разговор с братом. Он ведь признался Вам в любви? - Нуу… - И Вы его отвергли. - Нуу… - Вы не любите брата. - Ну так… - Вы не интересуетесь мужчинами, ведь так? - А ты подслушивала? Лучшая защита – нападение, не правда ли? - Так получилось, – Бельгия еле перевела дух. – Я ведь правильно всё поняла? Вы предпочитаете женщин, ведь так? Последнюю фразу она произнесла с каким-то прямо нажимом, словно желая убедить в этом Ивана. - Ну так это… Теория европейского заговора рушилась, и Брагинский не знал теперь, что думать. - Вы мне очень нравитесь, господин Россия. Уже давно… - Так, а я это…как его… Шафрану заморгала. - Я Вам не нравлюсь? - Эмм… Я это… Беатрисс ждала ответа. А России стало совсем уже не по себе. - Видишь ли, Бельгия, ты очень хорошая и красивая, но я… - Что? Надо было срочно что-то придумать. - Я уже люблю одну девушку, – выдал Ваня. Это было первое, что ему пришло в голову. Замыслила там Бельгия что-то или нет, а обижать девочку совсем не хотелось. Шафрану потерянно отвела взгляд. - Вот оно что… Значит, у Вас всё же что-то есть с Беларусью? Брагинский сперва ужаснулся, но потом ответил: - Ну да. - Что ж, я рада за Вас. Бельгия произнесла это через силу, и России на самом деле стало не по себе. Но подумать об этом как-то не довелось. Он и не понял, что произошло. Просто в ноздри резко ударил острый и неприятный запах, а после перед глазами всё поплыло. Он потерял сознание…