Полутона

      Наконец-то все заканчивается. Музыка потихоньку начинает стихать, теперь я просто слышу гул толпы. Я теряюсь, мне не понятно что делать дальше, просто развернутся и уйти или что?! Продолжаю стоять. К микрофону подходит служащий и разворачивает его к трибунам, к которым я только что стояла спиной. Футболисты обеих команд и судьи подходят и теперь стоят по правую и левую сторону от меня. К микрофону подходит весьма солидный дядечка и так беспардонно меня от него оттеснят, что я едва не завалилась на газон. От падения меня спасло лишь то, что кто-то уверенно взял меня под локоть. Дядечка начинает говорить, на немецком. Не понимаю ни слова.       Тайком начинаю озираться по сторонам справа от меня стоит мужчина с каменным лицом-судья. Слева тот кто уберег меня от падения. Поднимаю голову и вижу моего соседа. Он улыбается. - Привет,- говорит он одними губами. - Привет,- получилось громче чем я ожидала.       Дядечка у микрофона даже прервал свою речь, чтобы злобно на меня зыркнуть. Краснею. Только пока даже мне самой не понятно, от того что мой сосед все еще продолжает придерживать меня за локоток или потому что я вспомнила то, как не ловко поцеловала его в щеку накануне, или все же из-за того что я прерываю тут официальные речи. Жду когда кровь отольет от лица, смотрю впереди себя. Матч между Дортмундской Боруссией и Манчестером Юнайтед. Года два назад, в Мадриде вовсю ходили шутки про ночные кошмары, в которых мадридистам всего мира снилась Боруссия. Видимо тогда у Рамоса и развилась антипатия к желтому, усмехаюсь, вспоминаю сегодняшнюю историю с платьем. Впервые расстраиваюсь, что ни черта не смыслю в футболе, будь я им более увлечена, то знала бы и имя, и фамилию соседа. Хотя чтобы изменилось?! Неужели когда он бы открыл дверь я бы сказала:- "Ой, вы такой известный футболист, а я в таком неприглядном виде, не буду вас тревожить, пойду будить соседей снизу!" Бред! Осмеливаюсь опять посмотреть на моего спасителя, точнее не совсем на него, а на надпись на его майке. Не теряю надежду, наскрести в своей памяти хоть что-то из тех матчей, между бело-желтыми. Слегка отклоняюсь, но ни черта не видно. Отклоняюсь еще чуть-чуть, и вижу лишь последние две буквы"...US" мои действия не остаются не замеченными, мой сосед мило мне улыбается, а я как ребенок которого поймали, потупляю взор. - А теперь мисс Саммер скажет пару напутствующих слов футболистами,- и дядечка, который так резко перешел на английский, приглашает меня к микрофону.       Я переминаюсь с ноги на ногу. Внутри меня опять все сжимается, у кого имеется страх публичных выступлений, меня поймет. Я нехотя делаю шаг к микрофону, очень неуверенно. Поворачиваю голову к этому старому говнюку и понимаю что вечером я точно напьюсь. - Э-м-м, - да уж, начало не очень. - Здравствуйте, хотелось бы сразу сказать, я далека от футбола, наверно так же как футбол от балета. Не то чтобы балет это искусство, а футбол так себе развлечение. - мое подсознание рухнуло в обморок от моей беспардонности. - Все совсем не так, футбол это здорово, всяко не шахматы,- "что я говорю???" думала я. - В общем удачи!       На стадионе была полнейшая тишина, мне кажется некоторых даже удар хватил. Это было надругательством над тем, что все эти люди боготворили. На дядечку у микрофона было страшно смотреть, по бордовому цвету его лица было понятно, что его давление не хило скакнуло вверх. Положение спас моей сосед, он начал от души хохотать, не смеяться а именно хохотать, его поддержали его товарищи по команде, в итоге смеялись даже судьи стоявшие все это время с каменными лицами. Закончив смеяться мой сосед наклонился к микрофону: - Ох, давно я так не смеялся, а шутка про шахматы-это просто нечто.       Мне хотелось бежать, с этого стадиона, из этого города, из этой страны, да и с этой планеты, на пару тройку лет, пока все не забудут моего эпичного фейла. Потом нас просили встать покомпактнее для фотографии, после пары десятков вспышек, я побрела к Рамосу, который уже пожалел что все это затеял. Аккуратно ступая по газону, шаг за шагом, позади себя я услышала: - Эй, соседка, - я обернулась. - Торт-это уже решенное дело!- на что я только улыбнулась. - Оставайся, я имею ввиду матч, тебе понравится,- подмигнул мне футболист. - "Всяко это не шахматы!" Я забью для тебя гол! Обещаю!       В этот момент я уже стояла около Рамоса. - Задавака!- прокомментировал друг слова моего соседа. - Ага, и кого-то он мне сильно напоминает!- улыбнулась я и потрепала Чехо по его загривку. - Не понимаю о чем ты!- хмыкнул он и замолчал, но не на долго. - И вообще! Что это, черт возьми, было? - Это и был мой сосед. - Марко Ройс? Твой сосед? Он твой сосед? Ох, знал бы я что он твой сосед не тащил бы эти уродские цветы тебе в квартиру,- покачал головой защитник. - Вовсе они не уродские,- обиделась я. - Уродские, уродские, уж поверь, - сказал друг и потащил меня какими-то коридорами. На нашем пути встретились уже три лестницы, я только успевала переставлять ноги.       По коридору к нам бежала девушка, в руках у нее был чехол с одеждой, завидев ее Рамос чуть сбавил темп, когда мы поравнялись с девушкой, Чехо всунул мою руку в ее и обратился к девушке: - Ну все дорогуша, дальше эта девица ваша забота!- сказал он и ушел. - Меня зовут Нина, - пролепетала блондинка. - Сэмми. - Пойдемте вам нужно переодется, - сказала она и мы опять поплелись по бесконечно длинным коридорам.       В итоге мы добрались до некого помещения, оно было абсолютно пустым и абсолютно без окон. Нина включила свет, достала из чехла джинсы, джемпер и кожаную куртку. Помогая снять мне платье, Нина вдруг воскликнула: - Боже, да вы ледышка! Кожа ледяная! Какой дурак додумался вас так нарядить, в такое легкое платьице когда на улице всего двенадцать градусов,- возмущалась она, растирая мне руки. В оправдание Рамоса, могу поклясться, я абсолютно не чувствовала холода. - Скажите Нина, ведь конец апреля, это нормальная погода, для вас, да? - Ну, днем если солнечно, то конечно теплее, а ночью да-всегда так.       Разделавшись с платьем я начала натягивать джинсы. По ногам они сидели идеально, но вот попа у меня была больше чем эти скини предполагали. - Ой, - прошептала Нина, - Простите, как неловко.       Кому и было неловко так это мне, хорошо что Рамос не курсе что я не могу впихнуть зад в джинсы, я бы опять услышала шутку, типа "Ниче себе, наприседала?" Когда наконец миссия впихнуть невпихнуемое была выполнена, мы покинули эту комнату непонятного назначения. - Мне бы в туалет,- пролепетала я, на что Нина кивнула и потащила меня в обратном направлении.       Когда мы стояли в туалете я обратила внимание на огромных размеров сумку висевшую у девушки на плече, и поинтересовалась, нет ли в ней чего нибудь для снятия макияжа, Нина уверенно кивнула и дала мне пенку для умывания. Смыв с себя косметику, я почувствовала себя бодрее и на пол кило легче. Я из тех диких женщин что красятся только по особым случаям. Нет, не подумайте, я не считаю что косметика это плохо, что это обман зрения и прочее. Просто я люблю почесать глаз, не боясь размазать тушь на пол лица.       Дальше опять коридоры, коридоры, лестницы, как только Нина тут ориентируется, никаких тебе указателей или стрелочек направления движения. Но в итоге мы вышли на трибуну. - Вот и ВИП Ложа, - сказала Нина, пожала мне руку, чем окончательно меня смутила и ушла.       Завидев Рамоса, я двинулась к нему, нещадно мешая всем-кто сидел перед ним, пока добиралась до своего места. Особо я не торопилась. Бросив взгляд на поле, я заметила что игра остановлена, футболисты о чем-то переговаривались, один из игроков Боруссии лежал на газоне, я стала внимательно вглядываться в лица остальных игроков в желтом, в надежде увидеть Марко, тогда бы это значило - что это не он там корчится от боли. Скользя взглядом от одного игрока в желтом к другому я все же увидела своего соседа, он что-то оживленно обсуждал с партнерами по команде, вдруг он резко поднимает взгляд на ВИП ложу, и несколько секунд мы смотрим друг на друга. "Что за черт?"- думаю я. Он словно почувствовал мой взгляд на себе. Футболист задорно машет мне рукой, я сдержано улыбаюсь и сажусь на свое место. - Да ты на него только посмотри, размахался тут, - шипит Серхио.       Стараюсь не обращать на него внимания. Слежу за игрой, обманываю, слежу взглядом за своим соседом. Вот он с мячом бежит к воротам соперника, защитник выполняет подкат( такие блатные словечки я узнала от Рамоса) Марко падает на газон как подкошеный. Стадион неодобрительно гудит, плавно переходя на свист. Большая часть присутствующих в ложе вскакивают со своих мест, ровно как и я. Я чуть подаюсь вперед, чтобы постараться разглядеть, что там происходит. - Да сядь ты уже!- не выдерживает Рамос. - Все нормально с твоим Ромео, сейчас встанет. Судья, который кажется разобрался в ситуации, подбегает к защитнику и показывает ему желтую, тут уже очередь Серхио вскочить со своего места: - Да что ж ты делаешь, там все чисто было! - возмущается он, и меня радует что делает он это на испанском, а то на него и так криво смотрят.       Ройс встает с газона, облегченно делаю выдох, и откидываюсь на спинку кресла. Рамос неодобрительно косится на меня, качает головой, но молчит. Мне искренне не понятно, что ему не нравится. Сам тащит меня сюда, против моей воли, и вот я здесь. Возмущается что я равнодушна к футболу, я проявляют интерес, а он опять не доволен.       Матч проходит очень напряжено, много опасных моментов(опять же слова Серхио). Я периодически хвастаюсь то за сердце, то за голову. Под конец первого тайма, футболист Манчестера, Хуан Мата забивает гол. Рамос вскакивает со своего места и откровенно радуется, в этой ложе он один радуется. Я сижу с недовольным лицом. - Да! Вот так! Да, дружище! Красавчик!- ликует защитник и плюхается обратно на свое место.       Но эмоции продолжают бить из него ключом, Чехо поворачивается ко мне и начинает душить меня в объятиях, при этом одаривая меня смачным поцелуем в щеку. Я злюсь все больше, он это видит и продолжает меня раздражать. - Нет, ну ты это видела?! Как же красиво! Dios mio! - Отцепись от меня придурок,- начинаю шипеть я в ответ.       В перерыве между таймами, стараюсь покинуть ложу, уж очень мне хочется кушать, но Чехо хватает меня за руку и тянет обратно в кресло. Деваться некуда, опускаю свой зад на место. Вдруг появляется Нина, с пакетом в руке и двумя пластиковыми стаканами на подставке. Она вручает Серхио пакет и стаканы, кивает и удаляется. - Ух, поедим,- потирает руки защитник.       Он открывает контейнер за контейнером, в одном подкопченные колбаски, в другом жареные, в третьем контейнере картофель фри. Защитник хищно облизывается, а я лишь закатываю глаза. Серхио расставляет контейнеры перед нами на, непонятно для чего сделаный, бортик и приглашает присоединится к его трапезе, вручая мне пластиковый стакан. Принюхиваюсь, в нем пиво. - Начинать пить с понедельника дурная примета, - досадую я. - Не говори глупостей. У нас есть повод.       Смотрю на то как мой друг уплетает, вкусную и безумно калорийную пищу, рот наполняется слюной. Хватаю копченую колбаску и принимаюсь жевать. - М-м-м,- мычу я, закатывая глаза. - А потом ты говоришь что у меня большой зад. - Разве я хоть раз говорил это в дурном контексте? - Какой к черту контекст,- чавкаю я. - Нет ни одной девушки на свете, которой понравится фраза про большой зад. Большие сиськи- вот это совсем другое дело. - Ну, извини, разводит руками Серхио. -Что же мне делать вид что у тебя большие сиськи, а не жопа. Да и вообще, когда ты уже поймешь, что хороший попец нравится мужикам гораздо больше сисек, это я сейчас как мужик говорю!       За нашими препирательствами и прошел перерыв, команды выходят на поле. Запивая колбаски пивом, молю бога о том чтобы выиграли дортмундцы. Спустя пять минут Марко, как и обещал, забивает гол. Я подпрыгиваю со своего места расплескивая на себя это злосчастное пиво, ставлю стакан в подставку и хлопаю в ладоши. Занимаю свое место и смотрю на друга, он чернее ночи. - Один-один,- подмигиваю я ему, на что Рамос только отворачивается.       Отпраздновав гол с партнерами по команде, Марко подбегает к тому месту где ВИП ложа, улыбается и шлет воздушный поцелуй. Я краснею и жалею что я не улитка и не могу заползти в свой панцирь. - Придурок,- шипит Серхио.       Матч заканчивается счетом 4-1 в пользу местной команды, Марко отличился дважды. Трибуны ликуют, в нашей ложе все обнимаются. Недовольный защитник хватает меня за руку и тянет меня обратно по коридору, три лестницы вниз, и мы возле поля. Серхио, не отпуская моей руки, идет в направлении группы футболистов Манчестера. - Хуан,- зовет он, один из них оборачивается и идет к нам.       Мужчины тепло приветствует друг друга. Чехо отстраняется от своего друга и поворачивает его ко мне: - Это - Пейтон! Торрес рассказал мне, и я решил... - Да, да,- прерывает его Хуан. - Это лучший подарок в моей жизни.       Я смущенно улыбаюсь. Вроде и сделала человеку приятно, спев, а с другой стороны, не очень чувствовать себя подарком. - Как Вам матч? - обращается ко мне друг друга-моего друга. - Ну, как я уже сегодня успела сказать, я далека от футбола, но в целом мне очень понравилось,- боковым зрением вижу как Серхио морщится и закатывает глаза. - С днем Рождения, желаю Вам всего-всего, - улыбаюсь я. - Ну, и побольше побед. - Спасибо,- улыбается Хуан, и протягивает мне руку.       Протягиваю свою в ответ, но вместо рукопожатия, он под носит мою руку к губам и целует. Я в растерянности смотрю на него, глаза добрые-добрые, и взгляд такой нежный, обволакивавший. Понимаю что мы слишком долго молчим, слишком долго держимся за руки, слишком долго смотрим друг другу в глаза, но поделать ничего не могу. Рамос спасает ситуацию, своим покашливанием, мы резко выпускаем руки друг друга, момент прошел. - В общем, простите ребята, сегодня по праздновать не получится,-словно бы извиняясь, говорит Хуан.- Но в конце недели буду в Испании, так что вы приглашены. Серхио, буду ждать и тебя и Пилар, а Вы Пейтон, возьмите тоже кого нибудь, друга или подругу,- уточняет Хуан. - Мы обязательно будем, еще раз поздравляю дружище, - по непонятной мне причине Серхио невероятно торопится.       Схватив меня за руку футболист припустился к выходу. - Куда мы так несемся?- возмущаюсь я, пытаясь освободится из цепких лап защитника.       Серхио не отвечает, на встречу нам идет Ройс, но Рамос, как электричка, которая на этой станции не останавливается, проносится мимо него, таща меня за собой. На лице Марко, удивление, я успеваю только пожать плечами. - Я буду дома, часа через два,- кричит Ройс мне вслед. - Кому до этого есть дело?!-ворчит защитник. - Ок, - кричу я в ответ, но не уверена что он меня услышал, в этот момент мы покидаем поле. - Чехо, ты что спятил. Мы как на пожар,- говорю я переводя дух и поудобнее устраиваюсь на заднем сиденье машины. - И все таки, куда мы так неслись, если не секрет? - Не секрет, ты - домой, я - в отель. - Зачем в отель? Оставайся у меня. В квартире две гостевые спальни. Ну уж если они тебе не понравятся по какой-то причине, в гостиной есть диван, который тебе приглянулся, судя по тому что ты провалялся на нем почти весь день. - У тебя? Ну уж нет! Спасибо, на добром слове. Я не собираюсь ночевать с Ройсом через стенку.- говорит Рамос с таким выражением лица словно ему пять и у него отобрали конфету. - Вроде взрослый с виду дядя, а ведешь себя как ребенок,- смеюсь я.       Смеюсь я на протяжении всей дороги до моего дома, попрощавшись с Серхио, плетусь домой. Лифт как всегда не работает. Пока поднимаюсь по лестнице, думаю о том, что опять не высплюсь, Чехо заедет завтра в два часа дня, чтобы отправится в аэропорт, время десять, пока приготовлю обещанный мной торт, будет все двенадцать. Твердо решаю, отдать Марко торт и отправится домой спать.       Наконец попав в свою квартиру, несусь в душ, прихватив с собой, голубые джинсы, с огромной дыркой на колене, и белую футболку. Выйдя из душа собираю еще мокрые волосы в пучок и бросаюсь на кухню. Достаю из холодильника все необходимое: яйца, йогурт, сметану, шоколад, сгущенку, масло и молоко. Затем кидаюсь к шкафчикам, вынимаю муку, тростниковый сахар, какао, ваниль и корицу.       Торт почти готов, осталось сделать глазурь. Ищу кастрюльки для водяной бани, но не нахожу, гениальная идея приходит мне в голову, начинаю искать фондюшницу, опять нет. Деваться некуда, приходится экспериментировать. Беру одну кастрюлю побольше, другую - раза в два меньше. В ту что побольше наливаю воду и ставлю на варочную поверхность, в ту что поменьше, бросаю разломанный на кусочки шоколад и пол пачки сливочного масла. Опускаю маленькую кастрюльку в большую так чтоб она держалась благодаря ручкам. Хлопаю в ладоши и отхожу подальше от своего сооружения. Конструкция не устойчивая, при любом резком движении, кастрюля с шоколадом упадет в кастрюлю с водой, если хоть одна из ручек соскользнет. Сажусь на стул, в стороне, и жду когда шоколад растает. Торт пока стоит в стороне, решаю не поливать его пока глазурью, на часах половина двенадцатого, время есть. Нужно дать тортику время пропитаться, получаса ему конечно, мало, уныло констатирую, что торт будет суховат.       Часы показывают без пяти двенадцать, поливаю торт глазурью. Глазури оказалось более чем достаточно, хватаю ложку и начинаю шкрябать по кастрюле, запивая все кофе. Слышу возню на лестничной клетке, потом звук захлопнувшейся двери, бросаю взгляд на часы, ровно двенадцать, улыбаюсь такой пунктуальности. Давно я не встречала людей приходящих вовремя, испанцы обычно опаздывают не менее чем на пятнадцать минут, так что вовремя на встречи никто не приходит. Даю соседу пятнадцать минут. Томительных для меня, пятнадцать минут. Прихватив торт и КЛЮЧИ, покидаю квартиру, бросив на себя взгляд в зеркало.       На несколько секунд замираю напротив соседской двери, делаю глубокий вдох, звоню к дверь, сердце колотится как сумасшедшее. Только я убрала руку от звонка, как дверь распахивается, словно Марко стоял под ней. Краснею, а друг и правда стоял, и видел как я тут замешкалась. Быстро беру себя в руки, потому что если он стоял под дверью, то это ему нужно краснеть. - Привет,- улыбается Ройс и немного отступает в сторону пропуская меня в квартиру. - Привет.