Возвращение всадников. История в семи частях.

Глава 1 «Гнетущее будущее» POV-Иккинг Слова «Это — остров Олух…» давно врезались в память каждому, кто полюбил замечательный мультфильм « Как приручить дракона «. Миллионы поклонников ждали новой истории о жизни мальчика Иккинга и его дракона. И вот, вскоре вышла его вторая часть, появились фанфики о вожде Иккинге и его правлении после победы над Драго Блудвистом, но история, написанная «моим пером» началась задолго до выхода 2 части франшизы в свет, по тому ее события имели совершенно иной поворот…

***

Это — остров Олух. Вот уже ровно пять лет, как люди живут в мире с драконами. На острове жизнь с ними стала обыденностью, вошла в новое, пусть и не сразу привычное, русло. Тот день Иккинг всю свою жизнь помнил очень хорошо, разбуди его ночью - мог пересказать поминутно все события. Начинался он как всегда в академии. Теперь там все было по-другому: каждый мог выбрать подходящего для себя дракона и мастера, у которого он мог обучаться тайнам приручения, брать уроки полетов или готовиться к участию в знаменитых гонках на драконах. Что касательно сына вождя, то к нему часто обращались, пусть его драконом и была единственная на всем Олухе Ночная Фурия, он же, в то время, был главой академии. Большинство предпочитало Змеевиков и Ужасных Чудовищ, по тому у Астрид и Сморкалы всегда работы было невпроворот. Так как у близнецов и Рыбьенога было меньше хлопот по обучению, у них были иного рода заботы. Особое внимание уделялось дрессировке озорных жутких жутей. Маленькие драконы были весьма проворны и могли оказаться полезными в разных ситуациях. Этим лично занимались Задирака и Забияка, а так как они у нас мастера позабавиться, то жизнь от их натренированных питомцев была хоть немного разнообразнее: каждый день в деревне, то и дело, жути по приказу близнецов что-нибудь да утаскивали. Что касается Рыбьенога, то он контролировал воздушную почту. Ее Хэддок с Ингерманом придумали лет пять, а так как жуть территориальный дракон, она всегда прилетала в нужное место. Ну, в остальном жизнь на острове почти не изменилась. И шла своим чередом, вплоть до того обычного утра. Иккинг, по обыкновению, зашел в большой зал и случайно стал незримым свиделетем разговора на повышенных тонах, не предназначавшегося для его ушей. Стоик яростно жестикулировал и не чурался криков, они явно сильно спорили с Плевакой: ― А я говорю, что еще не время! Послушай меня! Стоик, мальчик сам должен решить! ― Плевака, как ты не понимаешь, я не молодею, Иккингу пришла пора сменить меня. Олуху нужен новый вождь, он мой единственный сын, по тому обязан принять на себя власть! ― Стоик, я понимаю бремя власти, кормить деревню, принимать трудные решения и все такое, но же еще и женить паренька не по собственной воле! Это чересчур, тебе не кажется самому? ― Ты ведь знаешь, что только так он сможет стать вождем, разве нет? Таковы традиции викингов. От того что юноша услышал, у него остановилось сердце, он все еще стоял немного ошарашенный тем, что его ожидает в скором будущем. Жениться не по любви, что может быть хуже. Его меньше волновала даже та новость, что вскоре ему предстоит стать вождем и придется управлять целой деревней, вести переговоры с другими племенами и тому подобное. Он пробыл в этом состоянии несколько секунд, а после стал слушать дальше ― Все Плевака, решено! Я сегодня вечером с ним поговорю… Что-то обрывалось внутри в области сердца. Оставаясь незамеченным, наследник выбежал из главного холла и сев на верного Беззубика, негодующего от долгого отсутствия, всадник улетел в их тайный овраг. Он долго думал о том, что мне сулит в будущем, думал об Астрид, ведь это единственная девушка, которую Иккинг по-настоящему любил, только с ней ему хотелось быть вместе. Но они с ней как и раньше были просто друзьями, близкими... но не более. По тому об этом он не говорил ей о своих чувствах, хотя… иногда и впрямь казалось, что для нее он больше чем друг. Но эта мысль не могла стать явью, и он подобно рухнувшей птице разбивался о скалы, вновь возвращаясь к реальности. Прошло уже несколько часов, но мне не хотелось лететь домой, и я решил в эту ночь отправиться в ночном патруле вместе с Астрид и Рыбьеногом вокруг острова, ему хотелось оттягивать этот разговор с отцом как можно дольше, но его не получилось отложить даже на несколько часов. Перед ночным патрулем нужно было залететь домой и забрать его путеводный блокнот. Юноша сделал все возможное, чтобы не пересечься с отцом, но в тот момент, когда они с Беззубиком влезали в окно комнаты на втором этаже, шансы на то, чтобы отложить разговор с ним, буквально растаяли. Стоик Обширный стоял у заваленного чертежами письменного стола, он явно нервничал, потому что то и дело теребил заметки сына о драконах. ― Сынок, мне надо с тобой поговорить ― Он попытался начать издалека, но всадник сразу попытался отвертеться от разговора. ― Пап, я тороплюсь, у нас ночное патрулирование, так что… ― Сядь, прошу и выслушай меня. Ему пришлось снова выслушать все то, что уже услышал еще утром. ― Нет! Пойми, все это не для меня, такому как я еще рано нести твое бремя, к тому же, не собираюсь жениться, брак без любви - это не жизнь, это клетка для двоих невинных людей! ― Стой! Иккинг, не усложняй все, я могу женить на той, что тебе приглянулась, могу поспорить это та самая девушка, наша Астрид Хофферсон, не так ли? ― он посмотрел на него взглядом отца, а не викинга, которого я видел каждый день. В ответ я сел на дракона и на прощание сказал: ― Я не собираюсь ее принуждать, мы просто друзья и испортить ей жизнь, я не хочу, прости, наш разговор окончен. Мне некогда… С этими словами я улетел из дома, на душе у меня остался колющий неприятный осадок. Ночь набирала силу. Вскоре тьма поглотила абсолютно все вокруг. Наше патрулирование длилось уже несколько часов, и уставшие Рыбьеног с Сарделькой уже отправился домой, когда мы с Астрид решили облететь вокруг острова еще раз. Я повернулся и взглянул на нее, буквально на секунду, тогда я и поймал на себе ее задумчивый взгляд. ― Иккинг, я вижу, тебя что-то гнетет, расскажи мне, ― девушка с интересом на меня посмотрела. Но я лишь тихо ответил: ―Астрид, с чего ты это взяла? Я просто устал, меня в сон стало клонить. Она посмотрела на меня с таким выражением лица, что мне стало не по себе, в общем, я не выдержал даже пяти секунд и выпалил в ответ: ― Хорошо… расскажу. мы приземлились на скалу у Вороньего мыса, где обычно было хорошо видно море и находящуюся вблизи деревеньку. ― Я слушаю. ― Понимаешь, сегодня я случайно подслушал разговор отца и Плеваки, а потом он снова со мной об этом завел разговор в общем… ― я пытался не смотреть в сторону Астрид. ― И…о чем же вы говорили? Ну же, чем тебя взволновал разговор? ― в ее голосе слышалось некоторое волнение и в то же время любопытство, видимо ей было небезразлично. ― Астрид, прошу, не дави на меня. Я сам и так отвечу. Он хочет, чтобы я стал вождем, ― сказав это на полном серьезе, я перевел свой взгляд на нее, но она уже не смотрела мне в глаза, я увидел лишь, как она слегка улыбнулась. ― Это же здорово, разве нет? Ты станешь прекрасным вождем, ведь ты пример остальным викингам, ты первый, кто за три сотни лет приручил дракона, благодаря тебе… но вот тут я перебил ее: ― Это еще не все. Девушка взволнованно посмотрела на меня. ― Астрид он хочет меня женить без моего согласия или на той кого выберу я, ― в этот момент секира выпала из ее рук. Она стояла в растерянности ―Э-э-эм… Что? То есть как это, как это — без любви, по расчету? И что же ты решил, кто эта девушка? ― она говорила, запинаясь, это даже не было на нее похоже. Я долго думал, что ей сказать и наконец, решил: ― Я ничего не решил. Я не знаю, что мне делать. ― Но ведь ты должен будешь выбрать себе невесту. Как же ты поступишь? ― Я не хочу никого обрекать на жизнь со мной. К тому же, нет того, кто бы ответил мне взаимными чувствами. Так, что я вновь обязан подчиняться воле вождя, точнее отца, это еще хуже. ― Почему ты думаешь, что на твои чувства никто не ответит? ― Астрид обернулась в сторону моря и закрыла глаза. ― Потому, что я уже не раз пытался открыться в них — меня не замечали, ― я прошел к дракону и запрыгнул в седло, ― в деревне есть одна девушка, она давно мне нравится. У нее чудесные голубые глаза, стойкий характер и она никогда меня не предавала, вот только мне судьбою видно предначертано быть ей только другом, ― После этих слов Беззубик резво взмыл в небо, и Астрид осталась одна. ―Может быть ты просто не пытался с ней поговорить…― казала девушка пустоте, затем запрыгнув в седло улетела домой. Помню, как стремительно залетел в окно своей комнаты. Была глубокая ночь. Я не знал что мне делать, меня одолевало волнение, я не мог больше ни секунды оставаться в деревне. Обдумывая каждую мелочь, представляя разные варианты моего жуткого будущего, мне пришлось выбрать единственный верный — побег. Я написал письмо адресованное ребятам, где объяснил причину моего побега и просил дальше присматривать за драконами, продолжать занятия в академии. Незатейливыми поворотами пера я вывел несколько строк в самом конце своего письма и посвятил их лично Астрид, Пусть лучше обрывки четких фраз скажут ей, кем она для меня была, и будет являться, чем в реальной жизни я так и не могу сказать ей, вновь буду пленником страха и робости. Найдя свою большую сумку, я положил туда все свои заметки о драконах и нужные мне вещи: теплая одежда, фляжку с водой и кусок копченой лососины, конечно же, запасной хвост для Беззубика, мои карты и подзорную трубу без которой я никуда не летал. Думаю, что улетаю надолго и мне все это необходимо. Облачившись в новую защитную броню, которую уже давно смастерил, но еще ни разу не испытывал «теперешний я» подошел к столу. Надев маску, я посмотрел на себя в зеркале, где было ясно — «старый я» навсегда исчез, а воин, чувствующий себя отныне свободным человеком, готовым к встрече с судьбой, тем, кто никогда не сдастся и будет бороться за то, что любит и во что верит до самого конца. Я наконец почувствовал себя настоящим викингом. Собравшись, я резко остановился. Я вспомнил, что оставляю Меткострела одного. Я не видел свою жуткую жуть с самого утра. Посмотрев везде в своей комнате, так и не нашел его. Тут до меня донеслось драконье сопение. Я пошел на звук, идущий от моей кровати. Резко одернув одеяло, передо мной оказался мило дремавший Меткострел, ну и заодно моя прожженная кровать — драконы ведь любят спать на горячем, тут-то я и почувствовал запах горелого дерева, видно мое плотное одеяло его удерживало все это время. Дракон оглядел на меня сонным взором и приветливо заурчал. Я не стал злиться на жуть, ведь я так и не принес ему новую каменную лежанку взамен той, которая на прошлой неделе случайным образом упала со второго этажа, и, кстати, по моей вине. ― Эй, малыш иди-ка сюда, мы сегодня улетаем, тебя одного мне не хочется оставлять. Я взял его на руки, и он окончательно проснулся. Он отправит письмо на Олух, когда придет время, а пока это сонная жуть, ну и Тор с ним. Я вылез на крышу, где меня ждал мой верный друг. Я и Беззубик пролетали над деревней, когда я решил остановиться. Мы приземлились у дома Астрид. Громгильда мирно дремала в своем загоне .Я осторожно заглянул в окно комнаты девушки. Она спала. ―Мне очень жаль, ―произнес он еле слышно, ―если бы для тебя я не был просто другом, может… может все сложилось бы иначе. Оставив мое письмо на столе, который стоял под ее окном я в последний раз взглянул на нее, а после подошел к Громгильде. Как только я приблизился, она резко открыла глаза и приподняла хвостовые шипы ―Тише девочка, это я, твой старый друг Иккинг, успокойся, я не обижу. Она спрятала шипы и позволила мне приблизиться. Я погладил ее и тут увидел рядом корзину со свежей драконьей мятой, которая, разумеется, была нужна для дракона, который плохо спит. Тут в моей голове зародился хитрый план. Я дал Громгильде большой пучок драконьей мяты, ведь в больших количествах она действует на дракона словно снотворное, я знал, что друзья не смогут смириться, и отправятся на мои поиски, хотел, чтобы драконы проспали как можно дольше и это бы задержало мои поиски хотя бы на несколько часов. В этом и заключался мой план. Так же я сделал и с остальными драконами, конечно сложнее всего было подобраться к дому Сморкалы и усыпить Кривоклыка, ведь Йоргенсоны всегда начеку и влезать к ним, тем более ночью, это не шутки. Последним остался Торнадо. Когда дело было сделано я подумал об отце, я знал что сильно огорчу его, но выбора не было, мне не хотелось жить по чужой указке всю свою жизнь. Сев на Беззубика мы полетели в сторону маленького острова, моего тайного места, скрытого среди северного океана — нашего временного пристанища.