Молния VS Феникс

К назначенному времени игроки других национальных сборных начали подходить к корпусу «Агатового феникса». Конечно, ажиотажа этот матч вызвал меньше, но те, кто понимал необходимость посмотреть на игру соперников, чью тактику никто еще не видел, довольно активно собирались на трибунах. «Изумрудная молния», конечно, пришла поддержать свою бэкап команду. Юлия и Нинель стояли у входа на трибуны, шумно обсуждая то, какое платье Матвеева хотела сшить своей подруге. Мухина была не очень в восторге от предложенного ей варианта. Дело в том, что этот фасон платья отличался от того, что обычно она носила в повседневности, и она не была довольна этим фактом. Матвеева же пыталась уговорить свою подругу, но та уперлась. – Ты вообще мерила этот фасон? – нахмурила брови Юлия. – Это что-то в стиле Василисы, – уперлась Нинель.– Это точно не мое. – Хорошо, давай, тогда хотя бы платье в обтяжку, – Матвеева выставила руки вперед. – Пожалуйста, у тебя красивая фигура, ты должна попробовать что-то новое. – Вот, – Мухина покрутилась. – Я в форме. Этого достаточно. – Послушай, – она тяжело вздохнула. – Я очень хочу, чтобы самый дорогой для меня человечек блистал. Чтобы ты зашла в помещение, и все рухнули от твоей красоты, даже девочки! – И для этого надо менять свой стиль? – Давай сделаем так, мы на выходных сходим в магазин, и ты померишь те фасоны, о которых я говорила. Хорошо? – Ладно, ты же от меня не отстанешь. Не успев отпраздновать свою маленькую победу, Юлия взглядом зацепилась за только что пришедшего молодого человека. Матвеева широко распахнула свои и без того большие глаза, изучая фигуру и образ того человека, который так сильно зацепил ее. Длинные светлые волосы с игривой прядкой, падающей на его лицо. Красные выразительные глаза с хитринкой, тонкие брови, атлетичная фигура. Матвеева сначала замерла в изумлении, а затем достала из кармашка рубашки метр. – Почему я раньше его не замечала? – воскликнула Юлия. – Ты про кого? – Нинель повернулась, чтобы посмотреть, кого имеет в виду ее лучшая подруга. – Про чувака с тюльпаном на голове? Про чувака, которого можно вместо холодильника использовать? Или про чувака с длинными волосами? – С длинными волосами, – кивнула девушка. – Он просто Аполлон. – С такой прической скорее Афродита. Но Юлия уже не слушала ее, уверенно двигаясь к троице из корейской сборной. Парни сначала не придали этому никакого значения, пока Матвеева громко не обратила на себя внимание. – Ты, – обратилась она к Афроди. – Ты – идеальный. – Спасибо, – захохотал Теруми от неожиданности. – Я знаю. – Это хорошо, значит, у тебя нет никакого стеснения, – улыбнулась Матвеева, и ее реакция была не менее неожиданной. – Дорогуша, я хочу, чтобы ты пришел ко мне завтра после обеда. – Ух ты, – хохотнул Афроди. – Прямо так сразу, может, узнаем друг друга получше. Например, познакомимся. – Меня зовут Юлия, – девушка протянула руку для знакомства. – Афроди, – он взял ее руку и пожал ее. – Афроди? – удивилась Юлия, повернувшись к Нинель, которая сидела на трибуне, наблюдая за разминкой двух команд. – Нина, ты была права. Действительно, Афродита. Но это не принципиально, я хочу, чтобы ты стал моей моделью. – Моделью? Ты фотограф или художник? – Дизайнер. – Как интересно, – Теруми зажал пальцами подбородок, изучив внешний облик Юлии. – Ты хочешь что-то пошить для меня? – Именно, – улыбнулась девушка. – И я просто так это не оставлю. Не придешь сам, я приду за тобой в корпус и поведу за собой. Девушка вернулась к своей подруге, а Сузуно и Нагумо посмотрели на довольного Теруми. – Что же, – он удовлетворенно прикрыл глаза, – это отличный шанс узнать эту команду. Будет глупо его упустить. Троица из Кореи заняли места на трибуне, наблюдая за тем, как собираются зрители и готовятся команды. «Агатовые фениксы» разминались на своей половине поля. Александр, как главный вратарь, стоял в воротах, разминая руки. Рядом с ним стояла Наталья, Анфиса и Ольга, за которой две первые следили. Пушкин подпрыгнул, схватившись за штангу, и несколько раз подтянулся, чем вызвал восторженные звуки у девочек, сидящих на трибунах. – С чего вы вдруг решили устроить этот матч? – Логинова скрестила руки на груди. – Парней ущемляет, что мы здесь только для вашей поддержки, – ответил он, приземлившись на газон. – Я не разделяю их чувства, но понять их могу. – Вы не боитесь, что матч может вызвать много вопросов? – продолжила Наталья. – Потому что мы также взяли себе в соперники японскую команду? – Пушкин сделал несколько приседаний. – С этой командой мы в одном положении – бэкап команды. Если кто-то вспомнит про этот факт, то все станет гораздо проще и очевиднее. – Да, только сам знаешь, никто думать глубоко не будет, – вздохнула девушка, заметив, что Анфиса мечтательно смотрит на трибуны, а Ольга куда-то пропала. – Фиса, я же просила следить за Олей. – Так она же здесь, – не отрывая взгляд от вероятного предмета обожания, ответила Коновалова. – Нет, она пропала, – закатила глаза Логинова, затем начав быстро изучать поле. Долго этого делать не пришлось, ведь Рабинович смело шагала на сторону соперников, и одним небесам было известно, что она хотела сделать, поскольку даже сама Ольга очень часто не ведала, что творит. Логинова кинулась за ней следом, не смотря по сторонам. Именно поэтому она врезалась в капитана «Нео Японии» – Сагинуму Осаму. – Простите, – она сделала шаг назад, неловко посмотрев на него. – Ничего страшного, – ответил он, наблюдая за тем, как Логинова направилась к Ольге. Сама Рабинович стояла у ворот, доканывая Генду, который на этом матче должен был быть вратарем. – Тебя случайно не Симба зовут? – спросила она, смотря на то, как Коджиро разминает плечи. – Нет, я – Генда, – ответил он, недоуменно посмотрел на нее. – Генда, – повторила она, задумчиво. – Генда. Генда. Нет, буду звать тебя Симбой. Наталья довольно резко прервала их диалог, забирая Рабинович с поля и уводя ее на трибуны. Она усадила ее рядом с пятеркой самых младшеньких футболисток из «Изумрудного феникса», попросив их последить за ней. Рабинович была этому не рада, поэтому надула губы и скрестила руки на груди, однако, когда сидящая рядом с ней Василиса протянула ей конфеты, то она тут же растаяла, взяв себе как можно больше сладостей. – Оля, не жадничай, – хихикнула Иллирика. – Мы этот пакет на пятерых вообще-то брали. – У меня стресс, – фыркнула Рабинович. – От общения с Наташей? – спросила Ксения. – Но Ната ведь совершенно нормальная, – протянула Гульшат. – Просто немного одержима порядком. – Занудничает много, – Ольга засунула в рот себе конфету, начав довольно чавкать. – Просто не надо приставать к парням из других команд, – сказала Иллирика. – Что ты от него хотела вообще? – Он на Симбу похож, – протянула Рабинович. – Симбу? – девочки повернулись, чтобы разглядеть разминающегося на воротах Генду. – А он симпатичный, – протянула Иллирика, зажевав конфету. – Очень даже, – улыбнулась Василиса. – А тебе вообще нельзя на других парней заглядываться, – хихикнула Агафонова. – Кто-то же на свидание в выходные идет. Молчанова залилась краской, отводя в сторону взгляд и бормоча что-то под нос. – Кстати, а вот и счастливчик, – улыбнулась Ксения, посмотрев на заходящих на территорию Кабеяму, Куриматсу, Когуре, Тачимукаи и Тсунами. Василиса выпрямилась, помахав рукой молодым людям. Заметив ее, Кабеяма уговорил друзей сесть на ряд за ними, чтобы можно было переговариваться. Молчанова поправила свои хвостики, улыбнувшись Хейгоро, а он улыбнулся ей в ответ. Затем на матч пришли еще молодые люди из «Молнии Японии»: Эндо, Кидо, Гоэнджи, Каземару, Сакума, Фубуки и Сомеока. Они уселись посередине, однако, когда Юто заметил на первом ряду Ию, то решил, что все-таки стоит сесть рядом с ней, чтобы оценить ее стратегические способности. Этим он вызвал ряд вопросов у своих товарищей. – Начинаю думать, что Фудо был прав, – сказал Сомеока, наблюдая за тем, как удивленная Ия смотрит на Кидо, садящегося рядом с ней. – Прав в чем? – спросил Эндо. – В том, что он влюбился в эту девочку, – ответил Рюго. – Просто странно, что он такое ей внимание уделяет. – Влюбился? – удивленно повторил Эндо, посмотрев на Кидо. – Нет, я так не думаю. – Признаться честно, – начал Каземару, – мне почему-то тоже так кажется. – Что не влюбился? – уточнил Фубуки. – Нет, именно, что влюбился, – ответил Ичирота. – Просто пока сам этого не осознает. – В конце концов, он не робот же, ничто человеческое ему не чуждо, – ответил Гоэнджи, наблюдая за тем, как на трибуну поднимались Яна, Ирина и Карина. – Как и тебе, – ухмыльнулся Ичирота, заметив, куда был направлен взгляд главного нападающего. – Я никогда этого не отрицал, – пожал плечами Шуя. – А теперь извините меня. Гоэнджи направился к троице неформальных девчонок, сев рядом с Яной. В этот же момент на трибуны поднялись Фудо и Тобитака. Последний долго думать не стал и сел рядом с Кариной, которую приметил еще вчера и хотел бы познакомиться с ней поближе. Так Ирина оказалась зажатой между двумя парочками, поэтому недолго думая, она пересела, оказавшись рядом с Фудо. Но выбора у нее особо не было. Ведь почти все места уже были заняты. Сакума тоже решил пересесть поближе к Кидо, чтобы помочь при необходимости. Сев на первый ряд, переглянувшись с Ксенией. Тем временем команды начали занимать свои места на поле.

* * *

Со стороны «Агатового феникса» на поле были вратарь – Александр Пушкин, защитники – Толстой Алексей, Анохин Кирилл, Баймаков Гумер и Новиков Виктор, полузащитники – Шахов Валентин, Соловцов Аркадий, Козлов Михаил и Овечкин Денис, нападающие – Дятлов Никита (капитан команды) и Красильников Илья. Стартовый состав «Нео Японии» выглядел следующим образом: вратарь – Генда Коджиро, защитники – Наруками Кенья, Кии Фумико, Джимон Даики и Ишидайира Ханзо, полузащитники – Шимозуру Арата, Киригакуре Саиджи, Юкоку Хироюку и Сагинума Осаму (капитан команды), нападающие – Сегата Рюичиро и Изуно Ю. Молодые люди распределись по полю, в ожидании свистка. – Скажи, как думаешь, – обратился Никита к Илье, – кого стоит опасаться из них всех? – Всех, – ответил он. – Мы не знаем, на что они способны. Но и они не знают, на что способны мы. Раздался свисток, и Сегата отдал пас Изуно. Они направились в атаку, но им оказал сопротивление Никита. Он отнял мяч и передал пас назад Михаилу. Михаил столкнулся с Сегатой, но довольно быстро отдал пас Аркадию. «Агатовые» хоть и были разношерстной командой, но благодаря стараниям тренера, им удалось начать играть слажено, стать настоящей командой. Не самой сильной, но с крайне интересной техникой и стратегией. А еще молодые люди профессионально овладели техникой прессинга, собственно, чем они и не гнушались пользоваться. Никита, например, активно прессинговал Сагинуму, и несколько раз ему это помогло увести у Осаму мяч. В один из таких моментов он, Михаил и Денис прорвались к воротам. Их атака принесла свои плоды, и был забит гол в ворота «Нео Японии». Генда недовольно стукнул кулаком по земле, выражая тем самым недовольство в первую очередь самим собой. Нельзя, однако, сказать, что до этого гола команда «Нео Японии» вела слабую игру. Им удалось создать несколько опасных моментов у ворот соперников, но Александр, как очень опытный вратарь, смог отразить все удары. Вообще даже в первую половину первого тайма, за состязанием было очень интересно наблюдать. После забитого гола игра перешла в новое русло. Сагинума, Сегата, Изуно начали активней атаковать парней из «Агатового феникса». Однако чем ожесточенней была атака, тем сильнее был прессинг. И на поле становилось действительно, как говорят, жарко. В какой-то момент Валентин был на грани нарушения правил, так как довольно грубо выбил мяч у Киригакуре. Шимозуру вбросил мяч на поле, и поскольку действие происходило в опасной близости к воротам, Сагинума забил гол «Агатовому фениксу» и сравнял счет. Алексей задумчиво почесал голову и вздохнул. Он повернулся к трибунам, посмотрев на девушек. – Девчонки, ну, поддержите нас! – на его слова с трибун послышались вялые подбадривания. – А чего так слабо? – Вы сами нас не очень поддерживали, – крикнула с трибуны Климента, которая расслаблено развалилась на своем месте, наблюдая за происходящим на поле, хотя сидящий впереди Сомеока явно был ей интересней, чем эти обе команды вместе взятые. До конца тайма еще оставалось немного времени. И игра была захватывающей. Защитники «Нео Японии» и «Агатового феникса» работали на отлично, как впрочем и все игроки. Трибуны с изумлением и восторженно следили за происходящим на поле, ведь было интересно, кто еще забьет гол. Опасные моменты создали Михаил и Никита у ворот японцев, а Юкоку и Сегата – у российских ворот. Раздался свисток, и футболисты вернулись по местам, чтобы набраться сил.

* * *

– Что ты можешь сказать про «Нео Японию»? – спросил Кидо у Ии, чем вызвал удивление всех рядом сидящих. Сама Памфилова удивленно посмотрела на него, но убрав прядь волос за ухо, решила ответить на его вопрос. – Очень интересная команда, – ответила она. – Заметила, что у номеров два и пять игра чем-то похожа на твою и Сакумы. – Наруками и Джимон? – уточнил Джиро. – Да, мы вместе играли в средней школе, – ответил Юто. – Чем это выдается? – Дриблинг, блок, – задумчиво протянула она. – С нами еще вратарь, Генда, играл, – сказал Сакума. – По нему видно, что мы были в одной команде? – С вратарями все сложнее, – отрицательно покачала головой Панфилова. – Их тренируют совсем по-другому, не как других игроков. Сами понимаете, они выполняют отличную от функцию на поле. Здесь еще несколько ребят играют похожим образом, видимо, тоже давно в одной команде играли. – Насколько сильно это влияет на игру? – поинтересовался Кидо. – Мой отец меня тренировать начал, когда я начала ходить, – начала Ия. – Привычки, полученные и отточенные в раннем возрасте, будут преследовать тебя всю жизнь. Конечно, можно переучиться, но это требует лишних усилий. Это не только для футбола характерно, но и для всех сфер жизни. – Ничего себе, – протянул Сакума, посмотрев на Кидо, который тоже был впечатлен тем фактом, что Ия смогла увидеть его бывших однокомандников. – В этом нет ничего удивительного, это просто наблюдательность, – смутилась Панфилова. – Такой наблюдательностью не все обладают, – ответил Кидо, отчего девушка неловко отвела взгляд в сторону. Всю эту сцену с противоположной стороны наблюдал Филипп, сидевший на скамейке запасных. Его переполняла ревность и злость на себя и свое бессилие, что ему приходится наблюдать, как другой сидит рядом с любовью его жизни, по крайней мере, последних четырех лет. Это заметил Аркадий, который подошел в таймауте попить воды, чтобы промочить горло. Он обратил внимание на взвинченное состояние своего друга, положив ему руку на плечо. – Фил? – спросил он. – Все в порядке, – отряхнулся Журавлев. – Просто он снова с ней сидит. Соловцов повернулся к трибунам, где увидел как Ия, что-то рассказывает Кидо, а он вроде соглашается с ней и рассказывает что-то свое. В целом атмосфера между ними не выглядит романтической, возможно, дружеской, но не более. Но Аркадий достаточно прожил, чтобы понять для себя – нет дружбы между мужчиной и женщиной. В конце концов, Журавлев – явное подтверждение его теории. – Ты преувеличиваешь, они просто разговаривают, – попытался успокоить друга Соловьев, чтобы он сейчас сосредоточился на игре. – Боже мой, как ты меня достал, Фил, – взвыл Реми, сидевший рядом. – Я не понимаю, в чем твоя проблема. Просто подойди к ней и скажи: ты красивая, я тоже, давай встречаться. – Это говорит человек, который никак не может подкатить к Мирославе, – хохотнул Тимур. – А ты можешь предложить что-то получше? – закатил глаза Лавин. – Нет, есть другой вариант: сидеть на заднице ровно, смотреть на то, как они милуются. Возможно, через пару лет они позовут тебя смотреть их первую брачную ночь. – Это было грубо, – вздохнул Аркадий. – Но он прав, – опустил голову Филипп. – Если я не предприму что-то в ближайшее время, то потеряю Ию навсегда. Он вскочил места и подбежал к Никите, Михаилу и Дену, обсуждающие стратегию на следующий матч. – Никита, – обратился Журавлев к Дятлову, – выпусти меня на поле! – Зачем? – удивился он. – Мы и без тебя нормально идем. Нам не стоит вытаскивать все свои козыри, иначе рискуем как «изумрудки» раскрыть свои секреты. Филипп тяжело вздохнул, но понял, что его заметила Панфилова. Журавлев повернулся к трибунам, и ему почему-то показалось, что она беспокоилась о нем. Он помахал ей, широко улыбнувшись и сделав вид, что у него все хорошо, а Ия помахала ему в ответ. Это заметил Кидо. – Я смотрю, между вами что-то есть, – сказал он, задумчиво потерев подбородок. – Я вижу его чувства ко мне, но, – когда Филипп отвернулся, девушка опустила руку, – я не могу ответить ему взаимностью, как и ждать его вечность. Юто нахмурил брови, повернувшись к ней, чтобы посмотреть на ее лицо. Она была спокойной и в какой-то степени холодной. – Забудь, что я сказала, – отмахнулась она. – Это не имеет значение. Кидо отвел взгляд в сторону. Тем временем на трибунах разворачивалась другая драма. Дарья задремала на плече у своей подруги, Виктории, а та в свою очередь большую часть матча переглядывалась с Хирото. Когда настал перерыв, Волкова взглядом указала на два свободных места рядом с ними, чтобы Кира и Мидорикава сели рядом с ними, и можно было начать реализовывать их коварный план. Хирото положил руку на плечо Мидорикавы, отчего он дернулся. – Что такое? – спросил Рюджи у своего лучшего друга. – Я предлагаю тебе пересесть на более удобное место, – предложил Кира. – Да, и здесь хорошо все видно, – не понимал Мидорикава. – Пойдем-пойдем, – Хирото поднял своего друга с места, и они пересели на места рядом с Викторией и Дарьей. Последняя даже проснулась, поняв, что место рядом, которое пустовало, вдруг оказалось занято. С ней рядом сел Мидорикава, чему она оказалась удивлена. – Вы же не против, если мы сядем рядом с вами? – спросил Хирото. – Да, конечно, – улыбнулась Виктория. – Хирото сказал, что тут будет лучше видно, – протянул Мидорикава. – Только я не вижу особой разницы. – Как же? Мы сели выше и теперь поле видно лучше, – спокойно ответил Кира, на что Рюджи посмотрел на него с подозрением, но решил не спрашивать его об этом сейчас, поскольку второй тайм вот-вот должен был начаться.

* * *

Сагинума внимательно изучал, выстраивающихся по полю соперников. Замен никаких производить не решили, несмотря на то, что игроки с обеих сторон, готовы были выйти на поле и сразиться за свою честь, но Осаму решил, что пока не стоит этого делать. Выходя на поле, он попросил Сегату остерегаться Никиту, Михаила и Дениса, так как они были самыми слаженными игроками в команде соперников. Их игра была на каком-то интуитивном уровне, будто бы они были один единым разумом. Второй тайм начался с ожесточенной борьбы на поле, так как «агатовые» хотели отыграться. Однако «Нео Япония» оказала им сильное сопротивление. Однако Никите удалось прорваться к воротам, но забить гол не получилось, так как Генда сумел во время среагировать. Дятлов недовольно цокнул языком, отвернувшись от ворот. В эту паузу ему на глаза попалась Кии Фумико, которая была на поле, пока ее подруги поддерживали ее на скамейке запасных. – Ух ты, – присвистнул он. – Кто бы мог подумать, что у Японии есть такое опасное оружие. – Простите? – недоуменно посмотрела на него Кии. – Позволь представиться, – Никита протянул ей руку. – Я – Никита Дятлов, капитан «Агатового феникса». – Кии Фумико, – она протянула ему руку, которую он к удивлению всех поцеловал. – Рад знакомству, – ухмыльнулся он. – Э-э, – протянул Наруками, стоявший неподалеку. – Ничего, что мы на поле? У нас тут матч идет. –Да, ладно, – отмахнулся он. – А я думал, что мы мороженное едим. Одно другому не мешает, так? – Ко мне первый раз пытаются подкатить на поле, если честно, – удивленно захлопала глазами девушка. – Давай поговорим после матча. – Желание дамы – закон. Никита вернулся на исходную позицию под удивленные взгляды совершенно всех. А где-то в комнате, где тренеры наблюдали за матчем, Андрей Юрьевич чуть не сломал себе нос, сделав «фейспалм». Тайм продолжился, и борьба была не менее ожесточенной. Мяч переходил от команды к команде с невероятной скоростью. Однако, в защите «Агатового феникса» оказалась брешь в виде Виктора, который краем глаза заметил, что Яна и Гоэнджи явно перешли к каким-то более интересным разговорам, чем обсуждение происходящего на поле. Или это всего лишь воображение в его воспаленном мозгу? Но этого было достаточно, чтобы Изуно обошел его и неожиданно ударил по воротам. Этот удар было сложно отразить, поэтому мяч влетел в ворота, и «Нео Япония» вышла вперед. – Вить, ты чего? – удивился Алексей. – Ничего, – отмахнулся он. – Голова заболела. – Давай тебя, тогда заменим, – предложил Толстой. Новиков посмотрел на трибуны, где Яна и Шуя будто насмехались над его провалом, и ему стало очень обидно и гневно на душе. Поэтому он согласился отправиться на скамейку запасных. Вместо него на поле вышел Голеевский Владимир. И эта замена изменила распределение игры, так как Владимир ловко обходил своих соперников, за счет того, что он еще не успел устать, да и в принципе от природы был довольно быстрым. Через некоторое время ему удалось прорваться к воротам, и в одиночку забить гол. Так он сравнял счет. Радостный он подпрыгнул в воздух, повернувшись к трибунам. – Вот как надо играть, Рабинович! – крикнул он, сидящей на первом ряду и скучающей Ольге. – Ой, все! – крикнула она ему в ответ, закатив глаза. Матч продолжался еще несколько минут, и так и закончился ничьей. Однако и игроки, и зрители остались удовлетворены его исходом.

* * *

Роман Владимирович и Андрей Юрьевич были единственные тренерами, которые остались после матча в холе, так как их попросила встретиться Саншайн. Они ждали ее на первом этаже, оглядывая весь масштаб архитектурных сооружений. Ефимов задержал взгляд на своем друге, чья команда сегодня показывала свои навыки на поле. Он был впечатлен, так как мальчишки становились с каждым разом все сильнее и сильнее. Если сравнивать их двоих, то Роман Владимирович считал, что Андрей Юрьевич был более талантливым тренером, чем он. Просто Мичевич был более увлеченным, а Ефимов после серьезной травмы, которая положила конец его футбольной карьере. И после этого в нем будто погас огонь к жизни, который, однако, снова смогли зажечь его подопечные. Слабый такой огонек, но смогли. Вообще оба тренера российских команды были полными противоположностями друг друга: Роман Владимирович – серьезный, сломленный дважды, меланхоличный, Андрей Юрьевич – задорный, молодой душой, активный. Даже в личной жизни: Ефимов был разведен и у него был сын, а Мичевич – холост и без детей. Однако их объединяло одно – трепетное отношение к своим подопечным. И в этом они были совершенно солидарны друг с другом. Саншайн спустилась по лестнице, привлекая внимание двух мужчин к себе. Она остановилась рядом с ними, по ней было видно, что она была чем-то обеспокоена. Сохранив драматичную паузу, она сообщила новость, ради которой попросила их задержаться. – У меня плохие новости, – сказала она. – Я рассчитывала, что та команда, с которой должны столкнуться ребята, прибудет через полтора месяца. Однако я ошиблась, и они уже прибыли. Прежде чем вы обрушитесь на меня с критикой, мне удалось уговорить их провести матч позже. – Сколько у нас есть времени? – спросил роман Владимирович. – Месяц, – ответила Саншайн. – Но эта команда может бродить по острову, хотя на территорию лагеря они не зайдут. Здесь везде камеры, и они могут засветить себя. Но они могут быть в городе. Поэтому, я настоятельно рекомендую, следить за вашими подопечными внимательнее. Я не могу гарантировать того, что они не захотят навредить никому. Роман Владимирович и Андрей Юрьевич взволнованно переглянулись, понимая, в какой опасности могут оказаться их подопечные. А они одни из немногих, которые хоть немного в курсе того, что происходит.