Один человек, подаривший шанс начать новую жизнь.

- Блин, чертов придурок, - поговаривал я по пути в медпункт, закинув голову назад и держа руку около носа, чтобы хоть немного остановить кровотечение. Но совсем не помогает. – Какого лешего ты вообще выпендриваешься. - Тц. Достал уже бубнить. Ты слишком шумный. - Ублюдок, сам мне нос разбил, а теперь еще чем-то не доволен? - Тц. И долго ты мне еще ныть про свой нос будешь? - Если ты будешь молчать – я ни слова не скажу. В очередной раз недовольно цокнув языком, он отвернулся, не сказав более ни слова. Э? И это все? Я как-то разочарован даже. -Быстро ты сдался. - Просто хочу, чтобы ты заткнулся. Ублюдок. Обиженно хмыкнув, я тоже замолчал. Оставшиеся время мы шли молча, отвернувшись друг от друга и старательно делая вид, что в упор друг друга не видим. Такой расклад мне нравился намного больше, чем ходить и ругаться. И ему, я смотрю, такое тоже больше по вкусу. Хоть в чем-то мы наконец во мнениях сошлись. А когда он молчит, он не такой раздражительный. По чаще бы так. А если бы руки не распускал, то вообще пай мальчик бы был. В медпункте мы пробыли дольше, чем я думал. Кровь никак не останавливалась, и медсестра возилась около меня, применяя свои медицинские штучки. Во время процедуры я бросал гневные взгляды в сторону Фушими, а тот лишь от неудобства отводил глаза. Что, неприятно? Вот меньше будешь людей об парту бить. Наконец медсестра закончила. Что она там намудрила, я не знаю, но кровь идти перестала. Наложив еще пластырь на нос, она отправила меня и новенького на урок. Попрощавшись, мы покинули в кабинет. - И зачем ты меня ждал? – недовольно спросил я, совсем не радуясь тому, что мне снова надо идти в его компании. - Мне сказали проследить за тобой, чтобы ты не уснул, - пояснил он. – А моя работа не закончится вплоть до класса. А то мало ли, уснешь по пути. - Ох, спасибо большое за «заботу», - с сарказмом поблагодарил я. – И что, ты бы теперь меня лицом об стену ударил? Спасибо уж, но при тебе я теперь никогда спать не буду! - Это радует. Больше напрягаться не придется. – Ох, какие мы остроумные! Раздражает. Хотелось сдерзить на эту тему, но он заговорил первее меня, перейдя уже на совсем другую тему. – Меня вот что интересует, - с серьезным видом заговорил он, посмотрев на меня. И что ему так интересно? – Как тебя вообще в эту школу взяли? Как не вышвырнули до сих пор? - Ч-чего? – этот вопрос выбил меня из колеи. Я как-то совсем не ожидал такого. - Как тебя взяли? – вновь повторил вопрос Фушими. – У тебя же ни мозгов нет, ни какого-либо потенциала. Ты не выступаешь нигде за честь школы, ты не учишься нормально, да даже спишь на уроке! За такое вообще полагается особое наказание. А тебе все с рук сходит. Как тебе это удается? - Н-не твоего ума дело! – выкрикнул я и отвернулся, уставив взор куда-то в пол. Чего он вообще заговорил об этом? Какая ему разница? Не хочу я об этом говорить. - Ха-а-а, - как-то победно вдруг протянул новенький и наклонился прямо ко мне, смотря в глаза. – Я понял. Ну и сколько заплатили, а? Я пошатнулся от этого вопроса. Он меня шокировал. Задел за больное. Самая ненавистная моя тема. Тема, касающаяся денег. - Да чего же ты молчишь? Давай, не стесняйся. С никому не скажу, честно. Наверняка не мало. – рассуждал темноволосый. – Я как-то от Мунакаты этого не ожидал, он вообще не продажный человек. Вот везет же тебе… Вот ублюдок… Да что он вообще знает?! С какой стати так уверено говорит о том, что не ведомо ему?! Во мне закипела злость и… Обида? Да, именно она. Ненавижу подобные разговоры. Я опустил голову так низко, чтобы длинная челка закрыла мои глаза (такими длинными волосами это не сложно), а кулаки сами собой сжались от нарастающего напряжения. А он все продолжал раздражать меня своей болтовней. Но в один миг моему терпению пришел конец, и я со всего размаху вмазал гаду по лицу. Он явно не ожидал такого поворота, поэтому пошатнулся и плюхнулся на пол. - Лучше заткнись. – гневно выпалил я, прожигая его взглядом насквозь, желая сделать в его голове большую дыру и, пока мог сдерживаться, быстрым шагом покинул его компанию. Как же паршиво на душе. Отвратительное чувство. Будто наступили и просто растоптали в прах. В класс я не собираюсь идти, у меня слишком паршивое настроение. Лучше где-нибудь отсидеться до конца урока. А эта мартышка пусть идет обратно и стучит на меня учителям. У него появился отличный шанс избавиться от меня, а он такого не упустит. Мне уже плевать, что со мной будет, этот парень, походу, уже никогда от меня не отстанет. Я иду в хорошее и укромное местечко под лестницей. Там тихо, и никто тебя не видит. Я там часто сижу, когда хочу побыть один, наедине со своими мыслями. И сейчас был один из таких случаев, когда я никого не хочу ни видеть, ни слышать. Во мне так до сих пор кипела злость на придурка Фушими. И зачем он вообще завел этот дурацкий разговор? Почему именно такая идея пришла ему в голову? Про деньги еще что-то говорит… Вот как раз с деньгами у нас в семье было очень плохо. Хуже некуда. Если бы проводился опрос на тему «чего вам не хватает в жизни», мои родители (да и я наверно) ответили «Денег». Вечерами мне часто приходится наблюдать неважное состояние матери, которая, так сказать, «оплакивала» наше положение. И отец вместе с ней. Они работают на многих работах, по три смены бывает в день, но почему-то денег нам так и не хватает. Наверно, это и есть самая важная причина, почему они всегда в плохом расположении духа. Им совсем не до меня. Парою я думаю, что было бы лучше, если бы я вообще не рождался. А зачем я им, по большому счету? Чтобы постоянно срываться и кричать? Так они это и без меня бы прекрасно делали, только на ком-нибудь другом. Для этого я не так и необходим. А зачем еще? Родительской заботы ко мне никогда не проявляли, подарками не баловали. Спасибо хоть на том, что из дома не выгнали, что мне совсем не понятно, потому что там и без меня живется тяжело. А эта мартышка еще что-то о взятках говорит. Ха. Какой там. Мне бы деньги на обед найти, чтобы не подохнуть. Кстати, о мартышках… - И долго ты там еще стоять будешь? – сказал я, будто обращаясь в пустоту. – Выходи, что ли. Из-за стены выглянул Фушими. Не уж то его загрызла совесть, раз он все это время там стоял? Смешно. Некоторое время мы молча смотрели друг на друга. Мартышка не знала, по ходу, что сказать, а я просто наблюдал и ждал, что он скажет. - Чего не в классе? – решил первым спросить я, отвернувшись вновь от него. А то мы так до бесконечности стоять можем. - Достанут вопросами, если приду один, - кратко ответил «гость». - Мог бы сказать, что я остался в мед.пункте. - Мог бы. Но ты ж знаешь, что я так не скажу. – Действительно. Мне нечего на это сказать. Я промолчал. Я все еще зол на него. И он это видит, прекрасно понимает. – Это что, настолько больная тема для тебя? – поинтересовался Фушими без тени насмешки. Я ничего не ответил, а лишь сильнее сжался и нахмурился. Мне не приятна эта тема, и уж с ним я ее точно обсуждать не буду. - Ладно. Я понял. – Наконец сказал Фушими и на пару секунд замолк, будто готовился к чему-то. – Прости. – наконец выпалил он, отведя взгляд в сторону. Что-что, прочтите? Я от удивления не смог сдержаться, и уставился на парня. Он это сказал? Я не ослышался? Он сказал: «Прости»? В шоке…Он знает подобные слова?! Он знает ему применение? Наверно мне стоит гордиться тем, что я, наверно, стал первым, кто услышал подобное именно от него. Может он и такой плохой и высокомерный, как кажется на первый взгляд? Божечки, о чем я только думаю? - Эээм… С чего это ты вдруг? – озадачено спросил я, по-прежнему находясь в замешательстве. А вдруг он сейчас скажет что-то вроде: «ты правда думал, что я скажу это?» или еще как-нибудь сдерзит. Примерно так и произошло. После моих слов, он как нервно дернулся и отвел взгляд в сторону, некоторое время бегая глазами из угла в угол. Похоже, он не знал выкрутиться из этой ситуации так, чтобы не показаться обеспокоенным. Но вскоре он вновь вошел в образ самолюбивого ублюдка и ехидно улыбнулся: - Просто я не могу смотреть на твою плаксивую морду. Чувствую себя злым большим дяденькой, который отобрал леденец у ребенка. - Я не плакал, идиот! – при этих словах я резко подскочил на ноги. Плакал? Я? Да не в этой жизни! Вот уж надо было так выкрутиться! Как же он меня раздражает! – Сдалось мне твое «прости»! В гробу его видал! И вообще, - я направился мимо него и прошел, - я в класс на урок! Сзади я услышал довольный смешок. Ишь, еще и ухмыляется! Смешно ему. Вскоре он меня нагнал и пошел со мной. - Ты чего за мной ходишь!? – сразу вспылил я. На самом деле, я против ничего не имею, ему ведь тоже надо на урок идти, но это буду не я, если я промолчу. Да и к тому же, я на него зол. - Потому что наш класс находится в одной стороне. – Преспокойно отвечает Фушими. - Хм, да лучше сам пошел в медпункт. Ударчик обработай. - Нет, он совсем не болит. - Не болит, говори!? Чего врешь!? Я ж столько сил в него вложил! – Ну врет он и все тут! Ну я же вижу, что сейчас синяк на пол-лица покажется, а самому-то не приятно от такого ощущения. Ох уж эта, так называемая, гордость. Лучше бы в других ситуациях ее проявлял, чем сейчас шел и выпендривался. А Фушими мое замечание пропустил мимо ушей и дальше шел со мной по направлению к классу. – Пф, ну и хрен с тобой. Мартышка недоразвитая! После этих слов я демонстративно отвернулся, показывая, что он меня совсем не волнует. И тогда я почувствовал его довольный взгляд. Ну как сказать, почувствовал. Просто уголком глаза уловил, что он с улыбкой на меня смотрит, после чего невнятно что-то пробурчал себе под нос. - Чего? – переспросил я у него. - Да так, ничего. – Загадочно отмахнулся он и не сказал более ни слова. Я не стал до него допытываться, но спустя некоторое время, прокрутив в голове пару раз этот момент, я разобрал, что он сказал: «ну наконец приободрился».

***

В классе ни меня, ни Фушими никто не стал донимать вопросами, где мы были так долго. Просто молча пропустили в класс и продолжили урок, который подходил к концу. А весь оставшийся день в школе я чувствовал себя просто отвратительно. И дело даже не в разбитом носе. Хотя так меня уже давно не били. Как-то морально на душе было противно и, так сказать, грустно. Весь учебный я безвылазно сидел в классе на своем месте в одной позе: разложившись на парте и положив голову на скрещенные руки, устремив свой взгляд куда-то в глубь, в недра школьной доски. Так же я сидел и на уроках, совсем не пытаясь хоть каплю вникнуть в слова учителя. Тело вроде и затекло так сидеть пол дня неподвижно, но меня это мало волновало. Я больше был погружен в свои собственные мысли. Почему-то те слова Фушими сильно меня задели за живое. И теперь меня сильно интересовал вопрос, почему же меня все-таки взяли в эту школу? Сюда стоит целая очередь из действительно талантливых и умных детей, а одно из мест занимает такой идиот, как я. Я не обладаю никакими талантами, кроме спорта. А моя успеваемость? Это же тихий ужас. Ну, точнее, что между «хорошо» и «так себе, мог бы лучше». И то, редко, когда уже совсем плохо с положением. Как меня еще не выгнали? До этого дня я не разу об этом не задумывался. Помню, что раньше для меня попасть в такую школу – было какой-то забавной и несбыточной мечтой… Спасибо надо сказать именно Микото-сану и Кусанаги… Flashback. Три года назад… - Ята, а куда ты планируешь поступать в старшую школу? – вдруг спросил меня как-то вечером бармен в баре Хомра, отвлекшись от своего занятия за стойкой. От столь неожиданного вопроса я опешил, не на долго задумался, отвлекшись от своего ужина. До этого времени я не особо задумывался над будущим, но примерный ответ я знал всегда. - Скорее всего пойду в ту школу, что находится в моем районе. Другого выбора нет. – сказал я и продолжил есть. Туда? – сомнительно и немного удивленно уточнил Кусанаги. Похоже, он не был доволен моим выбором. Ну само-собой. Я и сам не очень-то рад этому. – Это же школа, так сказать для уголовников. Зачем тебе туда? - А больше некуда, - честно ответил я. В другие школы меня вряд ли возьмут. В нашей средней школе учат не ахти, а сам я тоже не особо блещу умом. Мне бы хотя бы на выпускном экзамене тридцать баллов набрать – и то уже будет хорошо. Все видят во мне хулигана. Кому я нужен в других нормальных школах? – пусть та старшая школа и для уголовников, но туда мне и дорога. Моя средняя школа такая же, просто учатся хулиганы по младше. А предназначение у нас у всех одно – бить друг другу морды. - Ну знаешь,- хотел уже что-то возразить бармен, но ему пришлось замолчать, потому что до сей поры мирно спавший на диване Микото резко поднялся и сел. Мы молча смотрели на Суо, потому что раз он решил подняться, значит хочет сказать что-то важное. - Нет. В эту школу ты не пойдешь. – Четко и уверенно заявил хозяин бара. Такие слова застали меня врасплох. С чего это такая уверенность? Это типа он меня поставил перед фактом «делай что хочешь, но туда ты идти не должен»? Но не успел я придумать еще версии, как услышал нечто. – Ты пойдешь в Scepter 4. Что-что, простите? Я сидел неподвижно некоторое время, пытаясь оценить шутку. Scepter 4? Он смеется надо мной? Что за бред? В такую-то школу меня уж точно никогда не возьмут. Да чего там возьмут. И на порог школы не пустят, как бы я им территорию не осквернил. Видимо, Микото просто пошутил. Точно! - Аха…ха…ха-ха… - нервно выдавливал я смех из себя, продолжая убеждать себя в том, что это шутка. И мне это хорошо удавалось. – Микото-сан у вас очень хорошее чувство юмора! Шутку оценил. - Я и не шутил. – твердо оборвал хозяин. Я тут же перестал смеяться. Ну это уже совсем не смешно. Это просто невозможно! Я? Да в престижную школу? Ха! И еще раз Ха-ха! Да мне и на километр не дадут к ней приблизиться! Поступить туда? Да мне такое даже в самом прекрасном сне не снилось. Утопия. - Микото-сан, это невозможно. – с грустной улыбкой сказал я, вспомнив свое происхождение, - В эту школу и так очень сложно попасть. А для меня и вовсе невозможно. - Не говори чепухи! – оборвал меня резко Суо, вставая с места. – Я тебе ни за что не разрешу идти в ту тюремную школу. - Эх. И как я туда попаду? – уже устало спросил я. Не думаю, что слова Суо дадут какой-нибудь эффект. Как бы ему это не нравилось, но все же мне придется идти именно туда. - Доверься мне. – сказал красноволосый, удаляясь в другую комнату, - А вы с Кусанаги будете готовиться к вступительным экзаменам. - Чего это он? – спросил я у Кусанаги, проводив Микото непонимающим взглядом. - Микото полностью разделяет мое мнение. – я не понимающе смотрел теперь на него. – Ты хороший парень. И будет очень обидно, если ты превратишься в такого же уголовника, как твои одноклассники и соседи. Вот мы и хотим тебе помочь. Помочь мне? Они мне уже помогли тем, что нашли меня два года назад и не дали сгнить душой в этом районе. А теперь они хотят еще и мое будущее устроить. Я обреченно вздохнул. Почему они такие добрые? Я им ничего не сделал хорошего. Даже не отплатил никак за уже проделанную работу. А они продолжают меня бесплатно кормить, помогать, выслушивать. Почему? - Кстати, - после недолгого молчания снова заговорил Кусанаги, - А что твои родители сказали по поводу твоего выбора о школе? - Ничего, - коротко и правдиво ответил я, - Они не знают. - Как не знают? – искренне удивился бармен. - Ну так. Им все равно, куда я пойду. Они никогда особо не интересовались моей жизнью. Им на меня плевать. - Ну-ну. Не говори так. Как бы они себя не вели, они наверняка волнуются о тебе. - Да? – сомнительно переспросил я, - И в чем это выражается? - Ну, они звонят тебе… Наверно… - уже тише неуверенно добавил бармен, начав сомневаться в собственных словах. - Звонят, говоришь? – скучающе спросил я, положив голову на одну руку, будто я в сотый раз смотрю один и тот же фильм и уже наизусть знаю его исход. Я и правда знаю исход этого разговора. Я достал телефон из кармана и начал рыться в истории телефонных звонков. – Сейчас посмотрим… Так… Мама, мама, мама… Хм… А может быть папа? Так… Нет. – наконец сказал я, заблокировав телефон, и начал махать им перед Кусанаги, как весомое доказательство. – Ни одного. Звонка. За последние. Два. Года. - Ну… Может, они просто не знают твой номер телефона? – уже хоть что-то решил сказать Кусанаги, чтобы как-то оправдать моих родителей. Но этим-то он и попался в ловушку. - Ну вот видишь. Где об этом слыханно, чтобы в нормальной семье родители не знали номера своего ребенка? – сказал я с тем же скучающим лицом. Бармен запнулся. Аргументы кончились. Придется ему смирится с тем, что у меня плохие родители. Мужчина смотрел на меня с сожалением. Фу. Ненавижу, когда на меня так смотрят. Ненавижу. Но ему не скажу об этом. Я слишком дорожу им и Микото, чтобы из-за этого обижаться или злиться. - И… как ты к этому относишься? - Никак. – я пожал плечами. – У меня выбора нет. Я не знаю другого. Они всегда были такими, мне не из чего выбирать. Мне и так хорошо. - А что на счет заботы? Защиты? Ты об этом не думал? Не хотел ли получить? Я в раздумье уставился на входную дверь, как будто там может быть написан ответ. И я скоро его и правда нашел. Только не на двери. А в душе. - Мне и вас достаточно, - честно сказал я и широко улыбнулся. Кусанаги опешил, не ожидая такого откровения с моей стороны, а позже просто ответил немного смущенно «вот ведь…»