Не отталкивай меня

POV Китнисс - Это невозможно, - шепчу я.       Передо мной стоит человек, которого убили на моих глазах. Я считала его умершим. Как такое возможно?       Он одет в чёрный костюм, который немного великоват ему. Если бы не эти зелёные глаза и лёгкая золотая подводка вокруг глаз, я бы не узнала его. На губах еле заметны трещины от побоев. Лицо всё в ссадинах, шрамах. На запястьях виднеются следы от наручников. Что они сделали с ним? - Цинна? Как ты... - жестом руки он просит не задавать лишних вопросов.       Стилист помогает мне подняться и ведёт в мою бывшую комнату. Там я встречаюсь со своей командой подготовки. Они молча обнимают меня и принимаются за свою работу.       Меня затаскивают в ванную и сдирают три слоя кожи. Обрызгивают какими-то лосьонами. Голову моют по три раза. Не скажу, что я соскучилась по таким процедурам, но лучше уж так, чем сидеть грязной в камере, не имея возможности вымыться.       Я вижу, что Цинна идёт ко мне со шприцом. Это что ещё такое? Очередная порция боли? - Что это?       Никто не отвечает. Ребята одаривают меня сочувственными взглядами. Они что дар речи при виде моей "красоты" потеряли? В чём проблема? В следующую секунду чувствую, как по телу разносится боль. От неожиданности, я вскрикиваю. Мои руки сжимаются в кулаки, а зубы стискиваются. "Терпи Эвердин, терпи", - проносится в моей голове.       К концу процедур ко мне возвращается способность передвигаться самостоятельно. Я выхожу из ванной, и меня ведут обратно в комнату. Флавий делает мне лёгкий макияж. Октавия красит мои ногти. Вения укладывает волосы. - Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? -спрашиваю я.       Молчат. Цинна подходит ко мне и протягивает листок."Интервью".Что? Какое к чёрту интервью? - Почему вы мол... - я хотела задать интересующий меня вопрос, но посмотрев на горло Цинны, он отпал сам собой.       Теперь понятно, почему их не убили. Сноу придумал более жестокое наказание - отрезать языки. Тварь. Он хотел, чтобы я знала, что они ответили за мои поступки. Зачем так? Почему за мои ошибки расплачиваются, не имеющие к этому отношения, люди? - Простите, - шепчу я.       В ответ все качают головой. Это я виновата. Всё произошло из-за меня. Как бы они ни отрицали произошедшее, я то знаю, что это моя вина. Сноу специально дал мне возможность встретиться с ними, чтобы я увидела результат его труда. Чтобы в очередной раз сделать мне больно.       Через полтора часа команда подготовки заканчивает свою работу. Цинна достаёт белоснежное платье и помогает мне надеть его. В нос вбивается отвратительный запах роз. Он исходит от платья. - Что на этот раз придумал Сноу?       Пока Цинна пишет в блокноте ответ, я смотрю на себя в зеркало. Платье сделано из множества слоёв. Я чувствую себя какой-то розой. Розой? Теперь мне не нужен ответ. Я и сама всё поняла. Сноу хочет показать, что я в его власти. Так и есть. Я словно птица в клетке. Отсюда нет выхода. Я в западне. Последние отведённые мне дни, я проведу в заключении. В пытках, издевательствах и страданиях. Но я так просто не сдамся. Сноу не заставит меня плясать под его дудку.Он не сломает меня.       В комнату заходят миротворцы. Они хватают меня за руки и ведут к лифту. Меня везут на первый этаж, но он останавливается на седьмом и к нам запихивают Джоанну. Она прожигает миротворцев злобным взглядом, но молчит. Её нарядили в красное платье в пол. Чем-то похожее на то, которое было на мне в моё первое интервью. Лифт открывается и нас ведут за кулисы. К нам навстречу выходит Цезарь Фликерман. - Добрый день, девушки, - с сожалением говорит он.       Мы с Джоанной переглядываемся и ничего не отвечаем. Цезарь глубоко вздыхает. - Ваша задача читать текст с экрана, когда я буду задавать вам вопросы. Это не прямой эфир, поэтому не делайте глупостей. За каждое неверное действие вы будете отвечать.       Нас затаскивают на сцену и усаживают в кресла. Какая-то капитолийка машет кисточкой вокруг моего лица, делая поправки в макияже. Сколько можно? Руку бы ей сломать. Задрала. Вот что значит капитолийцы. Им всё мало, да мало. Лишь бы побольше косметики набухать. Мерзость. - Да, отвали ты от меня, - шипит Джоанна. Ей делают тоже самое. - Все готовы? - спрашивает какой-то мужчина с красными волосами. – 3 , 2, 1. Начали. - Здравствуйте, жители Панема. Сегодня у нас необычный выпуск новостей. К нам в гости приехали победительницы голодных игр. Джоанна Мейсон и Китнисс Эвердин, - говорит Цезарь.       Приехали? Ха,значит, мы по собственному желанию появились здесь? Фразы глупее этой я не слышала. Если бы у меня был выбор либо ехать в Капитолий, либо остаться на арене, я бы выбрала второе. Лучше умереть там, защищая своего "возлюбленного», чем сидеть здесь, понимая, что я не могу ничего сделать. Я бессильна.       Откуда-то возникают вопли людей. Я оглядываюсь и замечаю над сценой пару динамиков. Какой же противный звук. Дайте мне лук со стрелами и я их разобью к чёрту.       Камеры направляются на нас. Я всем своим видом пытаюсь показать, как мне противно. - Вот уроды, - говорит Мейсон. - Стоп, - кричит мужчина.       К нам подходит миротворец и бьёт Джоанну плетью по плечам. Девушка вскрикивает. Бьют ещё и ещё. Джоанна права - уроды. Они не чувствуют ничего, когда одаривают нас ударами. Это словно роботы, умеющие только выполнять приказы. - Хватит! - кричу я и бросаюсь на миротворца. Он отталкивает меня и одаривает пощёчиной. Я морщусь. Мне не больно, просто противно. Один неверный шаг и им снесут головы. Эти люди выживают за счёт указаний. У них нет смелости, чтобы возразить. Они просто спасают свои шкуры. Но, что самое ужасно – это доставляет им удовольствие.       К нам подходит мужчина в синем костюме. Он не похож на капитолийца. Чёрные волосы, карие глаза, ни грамма косметики. С виду обычный человек, только вот он один из прислуг Сноу. А значит, это не человек, а настоящая мразь. Такой же, как и Сноу. - Остановились! - говорит мужчина. - Одно неверное действие - один удар. Я не ясно выразился? - шипит он. - Простите мистер Картер. Такого больше не повторится, - говорит миротворец. - Разрешите идти? - Уйди с глаз моих, - со злостью говорит Картер. - Гримёров живо!       К нам подбегают всё те же капитолийки и скрывают наши раны за тонной косметики. Джоанна шипит от боли, но старается не показывать этого, как и я. Даже девушки, которые поправляют нам макияж, смотрят на нас с безразличием. Им страшно за себя. Всем хочется жить, и они пойдут на всё, чтобы сохранить свою жизнь. Минут через тридцать капитолийки закончили. Съёмки начались заново. - Мотор!       Цезарь произносит свою речь и наступает наше время. - Здравствуйте, - с наигранной улыбкой говорит Джоанна. - Добрый день, - я натянула самую обворожительную улыбку.       Интересно, для кого мы стараемся? Мне это не нужно. Мне противно, так же, как и Джоанне. Зачем мы выполняем их приказы? Не проще ли умереть, чтобы не делать что-либо против своей воли?       Цезарь начинает задавать свои вопросы. Мы с Джоанной читали текст с экрана. Мне было противно говорить какой Капитолий божественный, какой Сноу "Великий" правитель. Пару раз я запарывала дубли, за что получала оплеухи. Джоанна тоже не отставала от меня. Им, видите ли, не нравится, как она улыбается. Совсем с катушек съехали. Я думала, что самые худшие вопросы остались позади, но это не так. - Китнисс, весь мир знает, что ты беременна. Скажи, как поживает твой малыш? - спросил Цезарь.       Вот мы и дошли до самого страшного. На последнем интервью, Пит сказал маленькую ложь, которая переросла в большую проблему. Не хочу отвечать на этот вопрос. Я молчу. На экране мелькают слова: "Его больше нет. У меня случился выкидыш..."       Странно, после этих слов, как будто нож в сердце воткнули. Я никогда не хотела детей, а тут стало как-то тошно. Ребёнка ведь действительно нет. Его не было и не будет. Я не хочу, чтобы мои дети отправились на игры. Не хочу, чтобы они умерли, ещё не родившись. Не хочу становиться матерью. Я приношу людям лишь страдания. Мне это не нужно. Тем более вряд ли я выберусь отсюда живой. В чём же проблема? Почему так больно?       Ко мне подходит миротворец. Я думала, что мне дадут очередную порцию побоев, но вместо этого мне вкололи что-то в шею.       В глазах появилось раздвоение. В висках стучало. Тело бросило в дрожь. Во рту я чувствовала привкус крови. В ушах звенело, вдали раздавались какие-то голоса. - Уроды! Что вы сделали? Отпустите! Китнисс! - кричал женский голос.       Я ничего не соображала. Голова кружилась. Перед глазами появился Пит. Я зажмурилась. Этого не может быть. У меня галлюцинации, как тогда после яда ос-убийц.       "Пита здесь нет. Он в безопасности. С ним всё хорошо", -повторяла я себе. - Китнисс, иди сюда. Иди ко мне, - говорит Пит и протягивает руки.       Через несколько минут зрение нормализовалось. Я моргаю несколько раз и снова вижу Пита. Он стоит и смотрит на меня. Его взгляд безликий. Раньше такого не было. Его глаза выражали множество эмоций, но только не сейчас. Я не узнаю его. Это не он. "Это галлюцинация", -повторяю я. - Китнисс, чего же ты ждёшь? Иди к нему, - говорит Картер. - Китнисс, не слушай его! Это проекция. Это не он, -кричит Мейсон.       Я поворачиваюсь к Джоанне. Её держат трое миротворцев. Девушка вырывается. Ей тоже что-то вкалывают. Её тело трясёт. Изо рта течёт кровь. Она теряет сознание, и её уносят. Что они сделали с ней? Убили? Несправедливо. В этом виновата я. Она пыталась помочь мне, а они её убили...       Уроды. Для них совершить убийство – проще простого. Они ничего не чувствуют. Это куклы, которыми управляют. Они не знают, что значит пережить игры, убить твоих сверстников. Эти люди чем-то похожи на Катона. Опытные машины -убийцы. Они не чувствуют боли, ими движет желание доказать, что они готовы пойти на всё ради собственных жизней.В этом мире, каждый сам за себя.       Эвердин соберись! Это галлюцинации. Она жива. Сноу не убил бы её просто так. Он не доставит удовольствия умереть быстро без боли. Ему не нужна скорейшая смерть. Сноу хочет, чтобы мы поняли свои ошибки и страдали, понимая, что уже ничего не изменится.Мы в его власти.       Голова всё ещё кружится. Я ничего не соображаю. Тело не слушается меня. Я скатываюсь вниз по креслу и оказываюсь на полу. - Китнисс, иди ко мне, - говорит Пит.       Кто-то хватает меня за волосы и шепчет: - Почему ты не идёшь к любимому? - с издёвкой говорит мужчина. - Он так ждёт тебя. Неужели, прошла любовь, завяли помидоры? Это была всего лишь игра. Забудь его. Он тебе противен. Ты ненавидишь его.Он твой враг.       Он мой враг? Нет. Пит мой... а кто он мне? Друг? Возлюбленный? Союзник? Кто? Разве можно назвать другом человека, которого целуешь? Когда хочешь чего-то большего, чем просто чувствовать прикосновение его губ? А союзник? Я хотела вытащить Пита с арены. Неужели, только из благодарности? Однозначно нет.       Возлюбленный? Разве я люблю его? Я не знаю. Мне не знакомо это чувство. Я не могу разобраться в своих чувствах ни по отношению к Гейлу, ни по отношению к Питу. Я словно бегаю по кругу, пытаясь понять свои поступки. - Увести её! - кричит Картер и толкает меня.       Я ударяюсь головой об ручку кресла. Из меня вырывается приглушённое мычание. Миротворцы хватают меня и несут к лифту. Картер следует за нами. У меня всё ещё кружится голова. Перед глазами всё плывёт. Я теряю сознание. Последнее, что я слышу: - Скоро ты забудешь его. Тебя ждёт сладкая жизнь... ______________________________________________       Первым делом хочу обратиться к автору заявки: Танюш, надеюсь ты меня не зарежешь за то, что я воскресила Цинну. В заявке об этом ничего не говорилось)))Нужно было ставить сюда того, кого совершенно не ожидали увидеть)А для Гейла ещё рановато. Нужно немного подождать)))       Ну а теперь по поводу остального: Я постараюсь, чтобы прода была, как можно чаще. Но скорее всего главы будут выкладываться через день, максимум два. И извините за задержку, я переписывала главу раза 3, но вас не должно это волновать. Надеюсь, глава получилась не бредовая. Жду ваших отзывов))))