Брак по расчету? Было время...

POV Найл Надо же было мне быть таким придурком, чтобы заставить собственную жену родить раньше срока?! Сам себя ненавижу за это... Денили сильно плакала, она очень болезненно переносила физическую боль, а тут из ее маленькой дырочки вылезает головка в три раза больше! Все равно что у меня из носа вышел арбуз! Конечно, я знал что моя жена очень красноречива, и матов будет больше чем на сборе анонимных дальнобойщиков, но фишку она держала. – Хоран, чего заглох?! Где слова моральной поддержки?! – крикнула Эль. – Милая, дыши, все будет хорошо! – я целовал мокрую от волнения руку Дени. – Боже, я сейчас отключусь. – Найл мать твою! Не смей, гад! Ты меня в это втравил, тебе и подыхать вместе со мной! – разозлилась Денили. Дани звонила нашим родителям и предупредила их чтобы они готовились стать бабушками и дедушками. А да, еще родители Денили вылетели сюда на вертолете. Перри, Зейн и Луи стояли в углу и шуршали, кидались матом, чуть не дрались. Что у них там происходит? Я прислушался к их разговору. – Почему этот курчавый не отвечает? – злостно шипела Перри. – Отправим сообщение, а пока, скажите врачам из больнице, пусть вышлят адрес, ты сказала что она рожает? – сказал Зейн. – Гарри тут же вломится в дом когда прочтет это, – посмеивался пьяный Лу. Стоп. Гарри? Тот Гарри о котором я сейчас думаю? Что за нахер? Я нахмурился когда уловил взгляд Луи, давая знать что все услышал. Я поднялся с дивана и подошел к нашей шумной компашке. – Вы что блять творите? Какого черта здесь забыл Стайлс?! – прошипел я. – Найл, у нас нет машины, а у Гарри она есть, а скорая застряла по дороге, и если ты не хочешь чтобы твоя жена разродилась прямо тут, то дай нам выйти из положения достойно! – грубо произнесла Перри. – Только без глупостей! Прошло примерно две минуты, как внезапно входная дверь бешено задергалась в конвульсиях. Перри и Зейн панически побежали открывать. – Это скорая? Слава богу, малышка, ты появишься на свет в лучших условиях! – с облегчением вздохнул Лиам. – Ай блять.... Сукин сын... – выдавила Дени. – У вас же дочь, – переспросила Дани, которая отлучилась на секунду. Денили прожгла ее смиренным взглядом. – Милая, я сейчас подойду, – я чмокнул Денили в лоб, – Лиам, держи ее, схватки снова начнутся. Лиам испуганно поджал губы и приготовился брать руку Дени в свою. Я прошел к двери, и уловил взгляд Перри и Зейна на себе, проигнорировав их, я встал лицом к лицу к Стайлсу. Он тяжело дышал и от него пахло холодом с улицы. Его красные губы он поджал в тонкую линию. Мне меньше всего хотелось смотреть ему в глаза. Такие без стыдные и хитрые как казалось лично мне. Но все же его лицу было видно – он волнуется за нее. Это было мне на руку, но от Гарри мне нужна была лишь только машина и он сам в трезвом состоянии. – Даже не смей ее касаться, тебе ясно? – злостно прошептал я. – просто увези нас в больницу. Он ничего не сказал мне, а просто обошел меня и направился в комнату к плачущей Денили. Он присел около нее на корточки, Денили зажмурилась, из ее глаз потекли слезы. Сперва мне показалось что Денили не видела Гарри. Сейчас ей было вообще не до присутствующих. Гарри утер рукавом глаза, и... Он что? Плачет? – Быстро, поехали, – сказала Перри. Гарри развернулся лицом к моей Дени, и хотел поднять ее на руки. Денили крепко вцепилась в него, она снова вскрикнула. Сердце защемило. Видеть слезы любимой - самая жестокая пытка. Я проглотил ком в горле что застрял там. Я решительным шагом впритык подошел к Стайлсу несущему на руках Денили. – Убери лапы, – процедил сквозь зубы я. Гарри и ухом не повел, он задел меня плечом, и я немного отшатнулся. – И как ты в таком нестойком состоянии собираешься нести на руках беременную жену? – повернувшись боком спросил он. – не лезь, и иди в машину. Гарри положил Денили на заднее сидение своего черного Range Rover, а сам сел за руль. Я сел вместе с Денили и Перри, Зейн сел впереди. Давя на газ Гарри опасно развернул машину, и помчался в неизвестном мне направлении. Перри диктовала маршрут, я в свою очередь гладил руку Денили. – Господи, господи, господи, – причитала Дени. – когда это кончится... – Любимая, прошу тебя, осталось немного! Мы справимся, – успокаивать ее было единственным что я мог сделать в данный момент. Секунд на пять Денили утихла. Но потом издала жалобный, протяжный стон. – Дени, терпи! – пригрозила Перри. – Перри не дави на нее, – Зейн обернулся, держа в районе висков пакетик со льдом. – Ехать осталось три минуты, Дени прошу тебя, выдержи! – я сам волновался как будто рожать еду я, хотя, можно было и так сказать. – Замолчите все, ваши слова нихрена не помогают! Я рожаю мать вашу, хватит лепетать! – с нее хватило. Один Гарри молчал. Не проронил ни единого слова. Его руки напряженно лежали на руле, видны были белые костяшки. Зеленые глаза внезапно потемнели, а складка на лбу делала его взгляд более озабоченней. – Приехали, – протараторила Перри. Мы вывалились из машины, Гарри поднял Денили на руки, и быстрым шагом направился в больницу. Как только мы зашли, в нос ударил резкий запах спирта. Нас уже ждала каталка, Гарри положил туда Денили. К нам подбежало четверо врачей. – Как давно начались схватки? – задал вопрос доктор. – Двадцать пять минут назад. Док, она на седьмом месяце, – сказала Перри. – Что же вы раньше молчали?! – вскрикнул главный доктор. – срочно в реанимацию! Каталка помчалась. Я, Перри, Зейн и Гарри помчались возле Дени. Ей поставили капельницу, показалась большая вывеска "Реанимация". Все начали вваливаться туда, но сестра вытолкала всех назад. – Можно только родственникам! – сказала она. – Я муж! – крикнул сразу я. – Я... Мы, мы крестные! – поспешили Перри и Зейн. Медсестра взглянула на Гарри. – А вы? – Мне нужно быть там, с ней, – он посмотрел на двери в которые увезли Денили. – Девушку готовят к тяжелым родам, я не хочу пугать вас, через десять минут я подойду и вызову тех кому можно! – Сказала женщина и не дав сказать ни слова скрылась за дверью. Все стояли в шоке. Перри начала плакать, Зейн успокаивал ее, Гарри ударил стену кулаком. Я не мог просто так стоять и ждать пока моя жена, которая боится всего на свете связанного с медициной, рожает мою дочь! Кровь закипела от ярости и легкого страха. Я побежал в доль длинного коридора, освещенным белым светом. Преодолев двери я ворвался в первую дверь. Там врач с серьезным выражением лица вышел мне на встречу. – Доктор, моя жена, – он перебил меня. – Вы что тут делаете? Посторонним здесь расхаживать запрещено! – пригрозил он, – Парни, выведите его! Из-за угла вышли два здоровых амбала размером с мраморную колонну. Я попал. POV Гарри Вот сука! Она права никакого ни имеет! Не знаю что со мной, но я до тошноты не переносил Найла за все время нашего совместного путешествия. А вот теперь когда он дернул куда то, я вынужден сидеть сложа руки вместе с ревущей как крокодил Эдвардс, и бухим Маликом. Я прошел к стойке где сидела девушка со списком пациенток. – Денили Хоран, – сказал я. – Простите? – она подняла одну бровь. – Денили Лея Хоран, в какой палате? – повторил я, почему же ты такая дура? – А вы кем приходитесь пациентке? – Я муж, – сам тащусь от своей лжи. – Сейчас проверю, – она провела пальцем по списку, а потом взяла телефон в руки, – боже, сожалею. – Чему? Что с ней?! – я словно с цепи сорвался. – Оба ребенка не выжили, ваша жена сейчас в тяжелом состоянии. – Оба? Стойте, должен быть один! Это не точная информация! Мать твою открой глаза шире! – я начал орать на весь холл. – Успокойтесь! Вы точно муж Дилей Лохан? – Денили. Лея. Хоран! – рявкнул я от чего девушка поежилась. – Извините, – господи, – она в реанимации на этом этаже. Вы мо... Я не стал дослушивать, а тупо развернулся и ушел. Да у меня от страха чуть инфаркт не случился! Сев на место рядом с Перри и Зейном, мы наблюдали весьма забавное зрелище. Два санитара вывели Хорана за волосы. Я подавил легкий смех. – Не трогайте, – дернулся Хоран, и сел через сиденье рядом. Повисла гробовая тишина. Особенно посиделки в больнице в полной тишине меня и напрягали. Я начал топать ногой. – Прекрати, – нервно шикнул Хоран. Я остановился, хотя мое подсознание готово было огрызнуться. Всхлипы Перри разбавляли гробовое молчание. Но после того как она встала и пошла в туалетную комнату, то просто сидеть стало совсем не в моготу. Я даже хотел поговорить с Найлом. Но блондин первым нарушил молчание. – Я благодарен тебе, каким бы ты ни был ублюдком, – с ноткой сарказма сказал Хоран. – Это было не ради тебя или ради вас, я сделал это только из-за страха потерять ее, – я улыбнулся. – Не говори так, с ними все будет хорошо! – он посмотрел мне в глаза. Впервые за долгое время наши взгляды встретились. В его глаза были наполнены надеждой и одновременно страхом. Я знал что за страх это был. Страх за нее и их так называемого ребенка. Не поворачивается у меня язык назвать ЭТО младенцем или ребенком. От такого монстра как Найл по моему мнению может появится на свет только точно такой же черт. Другое дело если оно возьмет все от матери, честно говоря, я даже не знаю кто у них будет. Было интересно. – Обычно дети рожденные на 30 ой неделе часто не выживают, – серьезно проговорил я. – Заткнись, Стайлс, – его кулаки напряглись, челюсть сжалась. – Ладно, извини, – я не хотел сейчас с ним собачится. – кто будет то? – Пф, – плюнул он. – с хера ли ты должен знать? Говорят мальчики больше похожи на своих отцов. Поэтому я не особо буду рад рождению пацана. А девочки в свою очередь 70% берут от матери, и только 30% от отца. Тут уж доминируя я бы выбрал девочку. Мне кажется она будет похожа на Денили. Будет такая же красивая, с ее шелковистыми каштановыми волосами, ровненький маленький носик будет тоже ее и пухлые губы тоже. Но к большому разочарованию у нее будут холодные, дьявольские и ничерта не ангельские голубые глаза ее папаши. По крайней мере я так себе представлял. – Где ты был эти полгода? – неожиданно спросил Хоран. – С хера ли ты должен знать, – ухмыльнулся я. Он издал смешок. Временами я вспоминал моменты нашей дружбы с Найлом. Как мы прогуливали биологию и химию, а Дени потом нас ругала из-за того что мы оставили ее одну слушать лекции Мисс Задкинс о половом созревании у мальчиков. Вот была умора. Я не заметил как Перри и Зейн сели на свои места рядом. А еще мы с Найлом однажды поспорили кто съест острый перец, и мы засунули его целиком в рот, а дальше начало жечь, и слезы лились из глаз, а я все терпел, но потом мы сдались и запили перец молоком. Потом всю неделю валялись дома с пищевым отравлением. Я не удержал улыбку вспоминая эти моменты радости. В груди что-то невольно защимило, и я тряхнул головой чтобы отогнать эти мысли прочь. Из двери показалась та женщина, что не пустила нас к Денили. – Мистер Хоран, Мисс Эдвардс и Мистер Стайлс, – она обратилась к нам. – Денили Хоран просила вас присутствовать на родах. Похоже Зейн был не против остаться тут. Мы подорвались с места и медсестра повела нас по длинному коридору, Зайдя в двери с надписью "Реанимация" на нас накинули белые халаты и шапочки. Пройдя дальше я наконец увидел Денили. Бедная малышка. Вся бледная, в холодном поту, красные, искусанные в кровь губы, заплаканные глазки. Она попыталась улыбнуться нам, но вместо этого просто зажмурилась от боли. А больно стало моему сердцу...