Мой возлюбленный — принц. Воров...

Кассим вздохнул. Достал кинжал, вполне понимая все их шансы. Снова вздохнул. Ладно, он и так слишком долго оставался в тени, пора раскрывать карты. — Эй, ты, чучело! — мужчина вышел из-за угла, окликнув Джафара. Он приблизился к Аладдину и помог ему подняться. — А вот это неожиданно, — губы визиря растянулись в плотоядной усмешке. — На защиту мальчика подоспел его папаша — разбойник. И когда это произошло радостное соединение семьи? Беспризорник в изумлении посмотрел на Кассима, Джасмин последовал его примеру, удивленно хмурясь. — Да-да, мальчик, ты не ослышался. Этот герой с ножичком, преступник — твой отец. Только, видимо, он не просветил тебя об этом факте, и это пришлось сделать злому визирю, какая трагедия! — Джафар усмехнулся. — Знаете, всесильная магия открывает множество секретов, и я могу читать вас, как открытые книги. Но как бы то ни было, уважаемый Кассим, ты в планы моего будущего гарема никак не вписываешься... по личным предпочтениям. Уж прости, — визирь взмахнул рукой, направляя на мужчину черное пламя, и тот пошатнулся, но выстоял. — Я пришел сюда, чтобы защитить сына! — Ха! И где ты был все эти годы, пока твой сын воровал на улицах? Ты бросил его ради жажды наживы. А, нет-нет, как же я мог так ошибиться, ты оставил его, пытаясь заработать денег на его достойное существование! Что ж, ты чуток опоздал с возвращением. Теперь оба мальчишки будут моими, как и весь город! Взмахом обоих рук Джафар снова направил энергию на Кассима, удерживая ее, и мужчина, не выдержав, пошатнулся и упал на одно колено. Он посмотрел на Аладдина, взирающего на происходящее в растерянности, и прошептал ему тихо, чтобы визирь, занятый попыткой стереть с лица земли короля воров, не услышал: — Я в тебя верю, сын. Примени свою смекалку, которая выручала тебя столько лет. Силой тут не победить и нужно действовать хитростью. Ну же, на кону не только твоя жизнь, но и принца! Аладдин встрепенулся, словно бы приходя в себя от оцепенения при последних словах. Черный магический поток начинал разъедать мантию его отца, оставляя ожоги на коже лица, мужчина явно сопротивлялся из последних, причем неизвестно откуда берущихся, сил. Аладдин, оценив расстояние до лампы Джинна, понял, что ту ему не перехватить, тем более и птица визиря неусыпно следила за ней. Что ж, придется импровизировать. — Эй, Джафар, погоди-ка секунду! — парень сделал шаг к визирю, привлекая на себя его внимание. — Смотри — ты пытаешься убить этого человека, но это выходит долго и проблематично. Брось эту затею, в таком виде тебе его не одолеть. Джафар замер и опустил руки, а Кассим без сил упал на пол. — В каком смысле, щенок? Что ты имеешь в виду? — Ты великий маг. Однако принца ты можешь соблазнить лишь насильно, вора убить — потеряв много времени и сил, да и вообще, при любом раскладе получается, что ты далеко не самое могущественное существо на земле, — юноша усмехнулся, сложив руки на груди. — Твой отец просто слишком сильный! А такую муху, как ты, я легко уничтожу! — визирь явно начинал выходить из себя. — Постой-постой! Возможно. Но завоевать Аграбу... Там есть очень сильные люди среди стражников, и есть придворные, обладающие какой-никакой, но магией, даже с твоей мощью их одолеть будет крайне сложно, ты устанешь и вряд ли сможешь взойти на трон, но... — Аладдин намеренно сделал паузу, выжидающе смотря на Джафара, и тот, после минутного колебания сдался. — Но что? — Но ты можешь загадать у Джинна самому стать Джинном. Они всесильны, могут одним хлопком уничтожить весь мир, если захотят, они владеют любыми стихиями, любой магией, они управляют даже самим временем! — Ойё, — донеслось из угла, где был Джинн. — Ты что плетешь, Ал? Но беспризорник не отреагировал, продолжая давить на визиря. — Ты же видел, на что способен Джинн. Неужели ты не хочешь того же? Владеть не Аграбой, а всем миром? Джинн в углу побледнел до сероватого оттенка и сжался в комок, с опасением глядя на эту парочку. Аладдин просто безумец, ведь этот... если этот сумасшедший станет джинном... — Хорошо! Не знаю, с чего тебе помогать мне, щенок, но ты действительно прав! — Вылечи отца своей магией, а потом, обратившись в джинна, попробуй убить его щелчком. Для сравнения эффективности, — улыбнулся юноша. Две пары глаз — принца и Джинна — смотрели на Аладдина, как на безумца. Визирь взмахнул рукой, и ожоги Кассима стали пропадать, и через некоторое время мужчина свободно поднялся на ноги. — Джинн, исполняй мое третье желание! — визирь в предвкушении потер руки. — Сделай меня всемогущим джинном! Желание Джафара было исполнено, правда, не без небольшой бессловесной сцены отчаяния Джинна с заламыванием рук и выпучиванием глаз на Аладдина, и визирь стал разрастаться в плечах, увеличиваясь, пока не уперся головой в потолок. На его запястьях образовались браслеты, и он посмотрел на них, расхохотавшись и сжимая руки в кулаки. — Я всесилен, я чувствую это! Вся вселенная мне подвластна, наконец-то! — Да, ты силен, — ухмыльнулся Аладдин. — Правда, ты не учел одной ма-а-аленькой детали. Она, конечно, крошечная для такого могучего существа, как ты, однако... — Что еще за деталь?! — прогремел Джафар, прищуривая глаза. — Красивая. Вполне сойдет за антиквариат. А какая изящная резьба, — беспризорник поднял с пола черную лампу, никем не замеченную во время шоу с преображением Джафара. — Давай-ка, волкодав, полезай в свою будочку. Ты же хороший песик и слушаешься хозяина? — Хозяина? Но я... я... Не-е-ет! — едва не оглушив присутствующих отчаянным воплем, бывший визирь уменьшился в размере и исчез в лампе. — Вот и всё, — Аладдин усмехнулся и подошел к принцу, освобождая его от оков. Джасмин без тени смущения кинулся к нему в объятия, а Джинн в это время бочком подкрался к довольно улыбающемуся Кассиму. — Однако, смышленый у тебя сын. Даже я с перепугу не понял, что творит этот сумасшедший, а я Джинн, мне положено быть мудрым. — Каждому в этом мире положено свое. Например тебе — быть не столько мудрым, сколько добрым. Моему сыну — быть принцем, а мне — всего лишь вором. Пусть даже и лучшим из лучших, — король воров отвернулся от милой сцены воссоединения супругов, и, запахивая изрядно потрепанный магией плащ, посмотрел в сторону выхода, бросив через плечо: — Передай ему, что я его люблю и еще вернусь. Джинн не успел и глазом моргнуть, как Кассим исчез, подобно призраку. — Фу-ты, ну-ты, ну и папаша у этого паренька. Ладно. Кому тут наколдовать халявной одежды? — двинулся он в сторону Джасмина и беспризорника. — Сегодня вашему вниманию предлагаются крутейшие бренды со скидкой до семидесяти процентов! Правда, учитывая вашу ориентацию, я рекомендовал бы Дольче и Габбана... *** По возвращении домой султан кинулся к принцу, восхваляя небеса за то, что ему вернули сына, потом стал благодарить Аладдина, затем стал наседать на него, требуя объяснений по внезапному преображению «жены» Джасмина в «мужа». Джинн мягко подтолкнул парней на выход, намекнув, что у них есть дела поважнее, а сам приобнял султана за плечи, уводя его прочь с обещанием всё рассказать. Парни переглянулись, и, взявшись за руки, последовали совету Джинна, двинувшись в сторону покоев принца.