Переезд - это конец. Или только начало?

- Катери­на?! Изумление. Это было первое чувство, посетившие Первородного с момента его пробуждения. Находясь еще в гробу, то есть, придерживаясь своего прикрытия, он отчётливо слышал голоса двух девочек. Сам Майклсон не понимал, с какой целью Марсель привёл в тайное убежище своей драгоценной ведьмы постороннюю, но когда он лицизрел внешность девчонки, все стало на свои места. Перед старшим Майклсоном стояла точная копия его старой знакомой - куда более, чем обычной знакомой- и испуганно глядела на него. Воспоминания со скоростью света пронеслись в сознании древнего, а мертвое сердце отозвалось жгучей болью. Прошло столько столетий, а он до сих пор не мог избавится от чувств к бедной чистой сиротке, которой Катерина навсегда останется для него. Но одного пристального взгляда на брюнетку, стоящую перед ним на дрожащих ногах, хватило, чтобы он понял, что перед ним стоит вовсе не его Катерина. Эта девчонка была более молодой, совсем еще ребёнком, а ее сердечко было живым. Человек. Перед ним стояла не пятисотлетняя хитрая вампирша, все эти столетия скрывающаяся от его младшего брата, а обычная человеческая девочка. "Это невозможно!" - прокричало сознание Элайджи. Вампир понял, что перед ним стоит двойник рода Петровых, но мгновенно его разум посетил один важный вопрос. Как такое возможно? Насколько ему известно, а источники Первородного всегда приносили исключительно достоверную информацию, у Катерины Петровой никогда не было детей. Но теперь Майклсон сомневался в этом, и на это была весомая причина, стоящая прямо перед ним и с недоумевающим выражением лица следящая за ним. Вне всяких сомнений, перед ним стояла последняя из рода Петровых. Двойник Катерины. Теперь же мужчине была ясна причина, по которой Марселус спрятал девочку от посторонних глаз. В прошлом мулат считался частью их семьи, потому однажды Никлаус поведал ему историю о двойнике, с помощью которого он смог бы наконец избавится от проклятия. Наверное, блондин так же показал Марселю портрет последнего двойника, коим тогда являлась Кэтрин. Естественно, увидев человека с той же внешностью, Король Нового Орлеана решил спрятать ее прежде чем Клаус сам встретиться с девочкой. Умно придумано. Учитывая, что между Марселем и Клаусом в данный момент развязалась истинная война, и даже сам Элайджа был в нее втянут, иметь в своём распоряжении козырь ввиде последнего двойника весьма и весьма неплохо, увеличивает шансы мулата на победу. - Кто вы? Как вы сюда пробрались, раз сами говорите, что это сделать невозможно? - спустя минуту молчания задала тревожащие ее вопросы младшая Гилберт, но как бы девочка не старалась придать своему голосу угрожающих ноток, он скорее был похож на писк загнанного в ловушку маленького зверька. Она старалась взять себя в руки, совладеть со страхом, который за последние сутки стал ее вечным спутником, но все ее усилия не приносили ожидаемого успеха. - Успокойся. Я не желаю причинить тебе вреда. Меня зовут Элайджа Майклсон, - представился вампир, галантно склоняясь перед ошеломленной девочкой в легком поклоне. По этому поступку мужчины Елена сделала вывод, что разговаривает не с обычный человеком (о Боже, как бы ей хотелось, чтобы ее предположения оказались ложными!), а вампиром. От одного только осознания подобного сердце брюнетки ушло в пятки. Она отчётливо помнила события вчерашней ночи (пусть будет проклят Марсель и его "ручная" ведьма!), и не смотря на своё шаткое положение, девочке не хотелось пережить ту историю снова, но уже с ней в главной роли. - Елена. Прошу прощения, но свою фамилию я предпочту оставить неизвестной, потому что не хочу подвергать опасности мою семью! - спустя минуту напряженного, как показалось Елене, молчания представилась девчонка. Первородного приятно удивил ответ брюнетки. Как правило, люди, попадающие в схожую с ее ситуацию, готовы рассказать что угодно - даже предать собственную семью! - лишь бы спасти собственную жизнь. Жалкие. На подобных людей Элайдже противно смотреть, и он, не раздумывая, платит им то, что они заслужили. Но с этой юной леди все было иначе. Он чувствовал переполняющий ее страх, но девчонка и не думала о собственном спасении. Первое, о чем она беспокоится, это безопасность родных. Невольно древний ощутил нотку зависти к Елене. Он многие столетия мечтал о дружной и любящей семье, но каждый раз все его усилия не приносили ожидаемого эффекта. - Что же, тогда я не буду настаивать на обратном. Думаю, нам стоит поговорить, прежде чем Марсель и Давина вернутся, - разговор давался вампиру с трудом. Не смотря на его силу воли, Майклсону было сложно держать себя в руках. Жажда после пробуждения была слишком сильной, и с каждой секундой только росла. Тяжёлое прерывистое дыхание мужчины не скрылось от глаз младшей Гилберт, которая внимательно следила за малейшим движением Первородного. - Вы в порядке? - вопрос сорвался из уст брюнетки раньше, чем она успела его обдумать. Сказывался характер девочки. С раннего детства она не могла обойти стороной тех, кто нуждался в помощи. Это не изменилось и спустя годы. - Бывало и получше, - тихо ответил вампир. - Видишь ли, благодаря этому кинжалу, - мужчина взглядом указал на предмет, который все это время находился у него в руках. Странно, что Елена не заметила эту деталь раньше. - Меня можно убить на некоторое время, но как только его вынуть из моего сердца, я снова оживаю. Но есть небольшое последствие: жажда необычайно сильна в первое время после пробуждения. Думаю, ты уже догадалась, что я - вампир. - Значит, вы хотите меня убить? - дрожащим голосом спросила Елена, вжимаясь в невидимый барьер перед дверью, словно это могло укрыть ее от кровопийцы. Девчонка уже сильно жалела, что задала тот вопрос. Лучше бы держала язык за зубами! - Нет, что ты! Я же сказал, что не желаю тебе зла и не причиню вреда! -мгновенно ответил древний, подходя немного ближе к брюнетке. Майклсон не хотел пугать девчонку, а наоборот, завоевать ее доверие. Он знал, что если Клаус узнает об этой девочке, неприятности настигнут не только ее, но и всю семью. Меньшее, чего хотел Элайджа, чтобы это невинное дитя повторило судьбу Катерины. - Я хочу помочь тебе. Видишь ли, ты не обычная девушка. - О чем вы? Обычнее меня человека вам не найти! И моя жизнь была самой обычной, пока я не переехала в этот чертов город! - прервала Первородного младшая Гилберт, так же подходя на несколько шагов ближе к мужчине. Страх медленно отступал, а его место занимал интерес. К вампиру, который был совсем не похож на тех жестоких кровопийц, про которых вчера рассказывала ей Бриджет (ну, разумеется, за исключением цвета лица); к его словам о том, что она не похожа на остальных людей. Что это за бред такой! - Я бы попросил тебя проявить каплю терпения и не перебивать меня, пока я тебе все не расскажу, - сдержанно промолвил мужчина, на что в ответ получил уверенный кивок. Скрестив руки на груди, девочка приготовилась внимательно слушать вампира. Интерес брал вверх над чувством самосохранения. - Начну с того, что я не обычный вампир, а один из Первородных. Моя семья - самые первые в мире вампиры, которые живут на Земле более тысячи лет. Всего в семье нас пятеро. Самый старший из нас - Финн, еще у меня есть два брата: Никлаус и Коул. Самая младшая в нашей семье - Ребекка, наша единственная сестра. Все мои братья и сестра первородные вампиры, от нас походят все ныне существующие на Земле вампиры. За исключением Никлауса. Он - гибрид вампира и оборотня. - Зачем вы мне все это рассказываете? - не выдержала, и спросила брюнетка. Элайджа устало вздохнул. Его жажда сильно усилилась за время их разговора. - Потому что мне нужно, чтобы ты доверяла мне. - Но зачем? - настаивала на своём Елена. - Просто выслушай меня до конца. Елена, тысячу лет назад наша мать создала заклинание, блокирующее волчью сущность моего брата с помощью крови одной девушки. С того самого момента Никлаус ищет способ, чтобы избавится от этого заклинания, и он есть. Как позже выяснилось, та девушка - Татья - была двойником рода Петровых. Каждые пятьсот лет в этом роду рождается дитя, как две капли воды похожее на Татию. Мой младший брат хотел провести ритуал с двойником пятьсот лет назад, но девушка узнала о его планах и убежала. Чтобы избавится от опасности, она хитростью заставила обратить себя в вампира, после чего убегает от моего брата много веков. У Никлауса специфический характер, и он сильно разозлился, когда девушка пошла против его плана. Чтобы отомстить ей, он убил всех жителей ее родной деревни. Я не хочу тебя пугать, но ты двойник, как и Катерина. - И теперь вы отдадите меня своему брату? Что произойдёт со мной, если он проведёт свой ритуал? - девочка старалась держаться невозмутимо, но давалось ей это с трудом. Сердце бешано колотилось о грудную клетку. Она не хотела умирать! Она ведь еще так много всего не повидала! Елена боялась смерти, но еще больше она боялась того, что этот безжалостный монстр убьет ее семью! А после ужасного рассказа Элайджи она не сомневалась в том, что Никлаус способен на такое. - Ты умрёшь. - И нет ничего, что можно было бы сделать? - еле сдерживая слёзы, спросила брюнетка. В душе она уже давно ревела как маленький пятилетний ребёнок, но не позволяла себе этого в реальности. - Я не позволю Никлаусу провести ритуал, - сказанное вампиром показалось младшей Гилберт лучиком солнца среди серых туч, которыми покрылось небо над ее головой за последние дни. Но девочка не сразу поверила в достоверность слов Первородного. Счастье брюнетки угасло, когда она вспомнила, что они братья. Не выступит же один брат против другого?! - Вы... Вы не лжете? - Я не хочу, чтобы Клаус снял с себя заклинание. Если это произойдёт, он станет всесильным и сможет создавать подобных себе - гибридов. В таком случае опасность грозит всему человечеству. Я предлагаю тебе сделку. - Сделку? - в очередной раз прервала мужчину Елена. - Почему я должна вам верить? Я никогда не поверю в то, что брат готов пойти против брата! - Дитя, ты еще так юна и невинна. Ты много не знаешь о реалях этого жестокого мира, - грустно усмехнулся мужчина, задерживая дыхание. Жажда затуманивала разум, но он продолжил свой сказ. - Наша семья давно перестала быть семьёй. Финн много веков назад был заколот Клаусом, и все это время мой брат держит его в гробу. Несколько десятков лет назад Коул повторил участь Финна. Нам с Ребеккой удалось скрыться от Никлауса. Совсем недавно мы узнали, что одна девушка забеременела от него. Я считал, что это послужит отличным толчком к воссоединению семьи Майклсонов, но ошибся. Город оказался более важным для Клауса, - встретившись с взглядом непонимающей Елены, он объяснил: - В восемнадцатом столетии, убегая из Европы, мы приплыли в небольшую морскую колонию - Новый Орлеан. Мой брат влюбился в этот город, помогал ему развиваться, и вскоре стал его Королём. Но по некоторым причинам в двадцатых годах прошлого столетия нам пришлось покинуть этот город. Марсель был названным сыном Клауса. Мы считали, что он погиб в пожаре, но как недавно выяснилось, он выжил и захватил власть в Французском квартале. Никлаус же хочет вернуть себе город. По этой же причине он заколол меня, и считая своей главной слабостью, отдал Марселю. Елена сама не заметила, как к концу рассказа расплакалась. История Первородного сильно поразила сострадательную душу брюнетки. Она подняла полные невыплаканных слёз шоколадные глаза на Майклсона, и словно взглянула на него с другой стороны. Прежнего страха не было. На его место пришло осознание того, что он не тронет ее. Мужчина не врал ей. Она может ему доверять. Она ему верит. Подойдя ближе к мужчине, она остановилась за шаг от него и глубоко вздохнула. Убрав волосы на одну сторону плеча, она обнажила шею, представив взгляду вампира пульсирующую артерию. - Елена, я бы на твоём месте не поступал подобным образом... - А вы не на моём месте! - резко прервала древнего Гилберт, поднимая на него полные решительности очи. - Я прожил более тысячи лет, но даже мне трудно сдержать голод. Если ты не прекратишь сейчас же, я могу сорваться. - Вы сами сказали, что очень голодны. Насколько я знаю, вы можете выпить моей крови, при этом меня не убив. Я вам верю. Элайджу снова удивил ответ девчонки. Решимости Елены мог позавидовать кто угодно. Поддавшись соблазну утолить всепоглащающий голод, Первородный склонился над девочкой. Он хотел сделать все как можно более безболезненно, но когда его острые клыки пронзили тонкую кожу и вонзились в хрупкую шею брюнетки, она вздрогнула. Сделав всего несколько глотков, он остановился и отстранился. Прокусив своё запястье, он поднес его к губам девочки, и та послушно выпила несколько капель его крови. Поступок Елены доказал древнему, что она ему верит и согласна на сделку. - Что вы только что сделали? - изумленно спросила Елена, провела рукой по месту укуса и не заметив ни царапинки. В том месте кожа была идеальной. Подняв взгляд на Элайджу, ее ждал очередной "сюрприз". Кожа вампира больше не была серой, а он не выглядел так устрашающи, как раньше. - Кровь вампиров обладает целебными свойствами. Елена, завершим наш разговор немного позже. Кто-то возвращается. Никому не говори о нашем разговоре. В следующее мгновение перед Еленой никто не стоял, а крышка деревянного гроба была закрыта. Спустя минуту дверь в временное жилище Гилберт с шумом открылась, а в комнату "влетела" разозленная ведьма. Не обращая никакого внимания на брюнетку, юная Клер промчалась по комнате и остановившись возле мольберта, одним взмахом руки разрушила его на части. - Давина, что произошло? Почему ты такая злая? - криком спросила Гилберт, иначе ведьма ее бы просто не услышала. - Ненавижу! Я ненавижу его! Из-за него чуть не умер Джошуа! Я ненавижу этого чертого ублюдка! - кричала ведьма, а все свечи, которые только были на чердаке, разом всполыхнулы, грозя вот-вот устроить пожар. Елена не на шутку испугалась Давины, ведь в ее памяти были еще свежи воспоминания о том, с какой лёгкостью ведьма лишила ее сознания. Ей не хотелось, чтобы подобное повторилось. Благо, на помощь младшей Гилберт подоспел Марсель. Крепко обняв девочку, уже через несколько минут он успокоил разъяренную ведьму. Елене оставалось лишь гадать, как у темнокожего вампира это вышло. Изнеможенная ведьма лишилась сознания после слишком обильного выброса силы. Аккуратно положив Давину на кровать, Марсель подошёл к брюнетке. Она сразу поняла, что пришло время того самого разговора, о котором говорил вампир ранее. Марсель галантно взял Елену под руку и повел к выходу из чердака, и по совместительству тайного убежища самой опасной и неконтролируемой ведьмы в городе. Девочка не предпринимала попыток вырваться, она лишь спокойно следовала за вампиром, но прежде чем перешагнуть невидимый барьер, который по непонятной для нее причины в этот раз спокойно пропустил ее, она бросила последний взгляд на гроб с Первородным вампиром,который сегодня пролил свет на множество вещей, до этого скрытых от младшей Гилберт. Елене показалось немного странным, что местом "переговоров" Марсель выбрал именно небольшой бар недалеко от церкви, в которой она провела последние сутки. Но, разумеется, мнения самой брюнетки никто не спрашивал, Марсель просто не оставил ей выбора. Пять минут молчаливой прогулки по вечернему городу, и они сидят за столиком возле окна в каком-то баре в Французом квартале. - Ты голодна, Елена? Может, хочешь чего-нибудь? - заботливо предложил мужчина, передавая брюнетке меню. Сдержанно кивнув (Елена решила не отказываться от предложенного ужина, ведь фактически последним, что она ела за последние сутки это было несколько стаканов виски), девчонка молча выбрала из меню несколько блюд, и сделав заказ, принялась ждать последующих действий от вампира. Благодаря разговору с Элайджей Майклсоном она знала чуть больше о вампирах нежели раньше, и это было ее тайным козырем. - Спасибо. А теперь перейдем сразу к делу. Что вам от меня нужно?